Цянь Е шел вперед, словно по бескрайней тропе времени.

Не было видно ни будущего, ни прошлого.

Само его существование стало холодным и бессмысленным.Прикосновение к плечу вывело юношу из задумчивости.

А ведь не так-то просто было подкрасться к эксперту его уровня незамеченным.

Не задумываясь, он тут же рефлекторно махнул локтем.Однако человек позади оказался готов к такому повороту событий.

Он поднял руку, дабы блокировать удар, но всё равно оказался послан в полёт отдачей.В этой атаке, естественно, сошлись их изначальные силы, но последовавший взрыв оказался тише ожидаемого.

Цянь Е чувствовал, как волна за волной изменчивая изначальная сила ударяет его, разрезая тонкий слой его собственной атаки с каждым своим преобразованием.

И хотя изначальная сила юноши по определению была настолько чиста, что её нельзя было просто так рассеять, после неоднократного разделения её напор несколько ослаб.Вот только помимо изначальной силы в атаке Цянь Е содержалась бушующая мощь его собственного тела — как мог оппонент выдержать подобное нападение? Оппонента мгновенно отправило в полёт, несмотря на сложное и запутанное использование изначальной силы.Цянь Е, заметив тонкие манипуляции в атаке врага, сразу осознал неладное и быстро поумерил свой пыл.

Первый раз он лично столкнулся с Процветанием Мира и, честно говоря, это была чудотворная сила вне всяких похвал.Цянь Е со вздохом обернулся:— Что случилось? Почему ты не позвал меня? Тебя ранило?С кривой ухмылкой Цзынин в три плавных шага приземлился на землю:— Я тебя несколько раз по имени звал, но ты так и не ответил.

Со мной всё в порядке.

Если бы меня каждый раз так легко выводило из боя, я бы уже на пенсию вышел.

Но, чёрт возьми, ты и вправду совсем не сдерживаешься!— Я не специально, — возразил Цянь Е.Цзынин покачал головой:— Я было собирался спросить, что произошло между вами двумя, но, увидев тебя в таком состоянии, решил, что не стоит.Цянь Е горько улыбнулся:— Да, не стоит.

Некоторые вещи действительно выше моего понимания.— Что именно ты не понимаешь? Я могу помочь проанализировать произошедшее.Цянь Е решил не уходить от вопроса.

Он огляделся в поисках места, где можно было бы присесть, и, пересказав свой последний разговор с Е Тун, выдохнул:— Я не понимаю, что это за новый мир такой и какое отношение он к нам двоим имеет.Цзынин тоже сел:— А я теперь понял.

Она сказала, что причина — время, не так ли?Цянь Е кивнул.— К тому же, в самых верхах Империи уже во всю ходят слухи о новом мире.

Согласно им, новый свет содержит тайны великих истоков изначальной силы тьмы, и первым, что почувствовали, была Река Крови.

Тут даже представлять себе не нужно, как посходили с ума тёмные расы от такой новости.

Информация, полученная нами с их стороны, подтвердила этот факт.

Вечная Ночь уже действует, намереваясь стать первопроходцем в этом новом мире.

Что же касается Е Тун, то с её прошлой личностью всё ещё остаются вопросы.

Однако она ни за что не останется в стороне, если принять во внимание её нынешние силы.Цянь Е молча слушал.Цзынин продолжил:— Она не раз говорила о возвращении на Священную Гору.

Если этот новый мир действительно скрывает легендарные тайны истока изначальной силы тьмы и Реки Крови, это может стать ключом к восстановлению её полных сил.

В настоящий момент у нас нет возможности вмешаться в это дело, и именно это она имела в виду под «временем».

Ты родился лет на десять позже необходимого.Поняв, наконец, причину, Цянь Е вместо облегчения почувствовал ещё большую горечь.

По сравнению с бесплодными усилиями отсутствие возможности что-либо сделать печалила гораздо сильнее.Цзынин легонько похлопал друга по плечу:— Хотя на самом деле всё не так безнадёжно.— О, в смысле? — оживился Цянь Е.— Хотя мы и не знаем, как сменяются места на Священной Горе, каждый из восседающих там является высшим представителем своей расы.

Логично предположить, что для восхождения на гору кандидату помимо личной силы понадобится ещё и не менее могущественная поддержка.

Ты помнишь, для чего я прибыл на нейтральные земли и помог восстановить Темное Пламя, попутно начав строить флот? Ради создания нейтральной силы, принадлежащей нам, ради основы, что поможет нам встать между Империей и Вечной Ночью.

Если мы успеем основать страну к моменту её возвращения из нового света и накопить достаточно сил, окажем кое-какую помощь.— Но что мы будем делать, если Е Тун быстро вернется? — забеспокоился Цянь Е.— Как может исследование нового мира пройти столь быстро? Я о тайнах Реки Крови вообще молчу.

Темные расы живут долго — возможно, когда мы сами достаточно окрепнем, чтобы войти в новый свет, они будут ещё в середине процесса.Настроение Цянь Е слегка улучшилось:— Что же мне теперь делать?— Нам, разумеется, необходимо очень постараться! Мне что, нужно всему тебя учить?Боевой дух медленно загорался в груди Цянь Е, окружающий холод постепенно начал отступать, словно поддаваясь оттепели.

Да, что толку жаловаться, если она всегда была там, на незримом горизонте? С самого начала это был её мир.

Всё, что он должен был сделать, так это изо всех сил постараться добраться до вершины и встать рядом с ней, а не тащить её вниз своими эгоистичными желаниями.Когда искра надежды зажглась, окоченевшие эмоции Цянь Е начали возвращаться к жизни, и именно тогда он кое-что вспомнил.

Он подтащил седьмого юного мастера к себе и, глядя тому в глаза, медленно произнёс:— Что ты такого сделал, что она попыталась убить тебя?Цзынин усмехнулся:— Она ведь столь могущественна, что я мог ей сделать?За усмешкой друга явно скрывалась вина, и Цянь Е не собирался отпускать его, не получив ответов.

Холодно улыбнувшись, он поднял Цзынина с земли и встряхнул.Каждое движение было тщательно спланировано: подъём и падение подобно приливам и отливам накладывались друг на друга, с каждой секундой становясь всё сильнее.

Проливные волны силы метали Седьмого Суна, пока у него не закружилась голова, а желудок не захотел выдать всё съеденное накануне.

В, казалось бы, простых действиях Цянь Е таилась концепция Углублённого Искусства Возмездия.

Умелый контроль юноши свёл урон на нет, но огромная мощь и оказываемые ей перегрузки остались на месте.

Даже божественный воитель, оказавшись в пустоте без защиты, начинал чувствовать себя неуютно, и именно так ощущал происходящее Цзынин.Как только силы приливов взбушевались, он понял неладное и, замахав руками, вскричал:— Отпусти… Отпусти меня…Цянь Е сделал вид, что не слышит.

Судя по всему, он намеревался трясти Цзынина до тех пор, пока тот не пообещает выложить всю правду.— Стой! Я буду говорить, я буду говорить!Цянь Е отпустил его, пару раз грубо встряхнув напоследок.Стоило ногам Седьмого Суна коснуться земли, как его тут же вырвало.

Проведя немало времени в попытках прийти в себя, он в гневе похлопал себя по груди и сказал:— Цянь Е, это пытка какая-то! Мы все еще братья или нет?— А как ещё я могу заставить тебя говорить?— Отлично! Значит, вот как ты со мной обращаешься.— Хочешь ещё минут десять тряски? — равнодушно спросил Цянь Е.Цзынин долго смотрел на него.

Наконец, поняв, что собеседник говорит со всей серьёзностью, он сказал:— Всё, что я делаю, делается для твоего же блага.

В противном случае мне не нужно было бы переводить сюда Тяжелую Промышленность Нинюань для строительства флота.

Все мои заработанные за долгие годы накопления были вложены в эту торговую группу.Цянь Е был тронут, его сердце наполнилось сложными эмоциями.— Есть вещи, о которых я не хочу тебе говорить, и ты сам о них узнать наверняка не захочешь.

Доверься мне и не спрашивай.

Сделай, как я посоветовал, и, возможно, в будущем у тебя будут кое-какие шансы.

А если уж хочешь довести всё до конца, просто убей и забери мои богатства.Цянь Е был поражен, он и представить себе не мог, что Цзынин скажет нечто подобное.

В глазах юноши отражался столь незнакомый сейчас давний товарищ.

Возможно, не такой уж и незнакомый — это был седьмой юный мастер, снявший маску благородства, Сун Цзынин из Золотой Весны.Цянь Е помнил многое из прошлого.

Он и Цзынин были двумя совершенно разными людьми, что в Золотой Весне пришли к сотрудничеству.

После розыгрыша жребия во время первого экзамена — возможно, по молчаливому согласию или по иной причине — они оба решили отказаться от очков, полученных за убийство своего партнера.

Вместо этого они предпочли идти по краю клинка и держались вместе до последней минуты, убивая все и вся вокруг, чтобы компенсировать баллы за свой выбор.С тех самых пор они шли, поддерживая друг друга.

Даже когда Цянь Е был измучен ядом вампира и рисковал превратиться в животное, он доверял Цзынину больше всего.

Как брату, которому он мог доверить свою жизнь.Кто же знал, что они выложат свои карты на стол таким образом.Цянь Е осторожно выдохнул:— Должен ли я тебе верить?— Тебе решать, — Цзынин закрыл глаза, словно готовый к смерти.Цянь Е некоторое время молчал, а потом грустно рассмеялся:— Если я тебе не доверяю… пусть будет так.

Я больше не буду спрашивать.

С этого момента я…— Ты будешь сражаться за свои интересы! — решительно продолжил за него Седьмой Сун.— Давай вернемся в Южную Синеву.Двое поднялись на борт воздушного корабля и полетели назад, больше не касаясь предыдущей темы.По пути Цянь Е вкратце рассказал Цзынину о событиях, произошедших в городе.Тот нашёл рассказ удивительно забавным:— Ты и вправду принял на себя титул городского лорда.

Что мне с тобой делать-то?— Я не боюсь ни Волчьего Короля, ни кого-либо другого из тех, кого Чжан Бучжоу может послать за мной.

Я заставил его признать мой титул, чтобы в один прекрасный день он отказался от него.Цзынин удивлённо вскинул брови:— Хочешь пошатнуть его авторитет? Какие амбиции.— Амбиции?Видя на лице Цянь Е озадаченность, Цзынин сказал:— Какой смысл сотрясать его репутацию, если ты не намереваешься заменить его?Вспомнив недавний удар локтем, Цзынин кое-что неожиданно осознал:— И да, твоя боевая мощь снова выросла?— Ранг мой не поменялся, — честно ответил Цянь Е.— Чепуха, попробуй ударить меня.Цянь Е немного поколебался, прежде чем собрал силы в руке и нанёс прямой удар.Цзынин был потрясен.

Он действительно почувствовал в этом ударе силу изменения вселенной и ауру, подобную его собственному Процветанию Мира! Одно лишь прикосновение к этому знанию приоткрывало завесу к новому миру, отдельному от любого другого боевого пути.— Это дао? — пробормотал себе под нос Сельмой Сун.

Он поднял руку на полпути, но так глубоко задумался, что совсем забыл подготовиться к атаке.Потрясенный, Цянь Е быстро сдал назад.

Но как можно было легко остановить поток эволюции самой вселенной? Он сам не мог полностью контролировать это намерение даже с помощью Книги Тьмы.Откровенная, первобытная сила обрушилась на Цзынина.Тот отлетел назад, как потерявший связь с землёй воздушный змей, разбрызгивая в воздухе капли крови.

Те странным образом гранулами разошлись вперёд, рассеивая чужеродную и крайне агрессивную для тела Цзынина изначальную силу.Это была удивительная способность, полученная от Процветания Мира — с ней смертельный удар обращался тяжёлой травмой, а что-то менее серьёзное в принципе становилось сродни царапине.

Можно было даже назвать это своеобразной концепцией обороны.

С его нынешним этапом развития искусства тело Цзынина наконец-то перестало быть слабым.— Ты в порядке? — Цянь Е попытался схватить друга с помощью пряди изначальной силы.Однако тело Цзынина разделило, собрало и распылило поступающую изначальную силу в виде гранул крови.Цянь Е в шоке остановился.

Седьмой юный мастер вытер кровь со рта и сказал:— Похоже, наши изначальные силы несовместимы.

Не помогай мне в будущем, у меня так крови ни за что не хватит.

Цянь Е шел вперед, словно по бескрайней тропе времени.

Не было видно ни будущего, ни прошлого.

Само его существование стало холодным и бессмысленным.

Прикосновение к плечу вывело юношу из задумчивости.

А ведь не так-то просто было подкрасться к эксперту его уровня незамеченным.

Не задумываясь, он тут же рефлекторно махнул локтем.

Однако человек позади оказался готов к такому повороту событий.

Он поднял руку, дабы блокировать удар, но всё равно оказался послан в полёт отдачей.

В этой атаке, естественно, сошлись их изначальные силы, но последовавший взрыв оказался тише ожидаемого.

Цянь Е чувствовал, как волна за волной изменчивая изначальная сила ударяет его, разрезая тонкий слой его собственной атаки с каждым своим преобразованием.

И хотя изначальная сила юноши по определению была настолько чиста, что её нельзя было просто так рассеять, после неоднократного разделения её напор несколько ослаб.

Вот только помимо изначальной силы в атаке Цянь Е содержалась бушующая мощь его собственного тела — как мог оппонент выдержать подобное нападение? Оппонента мгновенно отправило в полёт, несмотря на сложное и запутанное использование изначальной силы.

Цянь Е, заметив тонкие манипуляции в атаке врага, сразу осознал неладное и быстро поумерил свой пыл.

Первый раз он лично столкнулся с Процветанием Мира и, честно говоря, это была чудотворная сила вне всяких похвал.

Цянь Е со вздохом обернулся:

— Что случилось? Почему ты не позвал меня? Тебя ранило?

С кривой ухмылкой Цзынин в три плавных шага приземлился на землю:

— Я тебя несколько раз по имени звал, но ты так и не ответил.

Со мной всё в порядке.

Если бы меня каждый раз так легко выводило из боя, я бы уже на пенсию вышел.

Но, чёрт возьми, ты и вправду совсем не сдерживаешься!

— Я не специально, — возразил Цянь Е.

Цзынин покачал головой:

— Я было собирался спросить, что произошло между вами двумя, но, увидев тебя в таком состоянии, решил, что не стоит.

Цянь Е горько улыбнулся:

— Да, не стоит.

Некоторые вещи действительно выше моего понимания.

— Что именно ты не понимаешь? Я могу помочь проанализировать произошедшее.

Цянь Е решил не уходить от вопроса.

Он огляделся в поисках места, где можно было бы присесть, и, пересказав свой последний разговор с Е Тун, выдохнул:

— Я не понимаю, что это за новый мир такой и какое отношение он к нам двоим имеет.

Цзынин тоже сел:

— А я теперь понял.

Она сказала, что причина — время, не так ли?

Цянь Е кивнул.

— К тому же, в самых верхах Империи уже во всю ходят слухи о новом мире.

Согласно им, новый свет содержит тайны великих истоков изначальной силы тьмы, и первым, что почувствовали, была Река Крови.

Тут даже представлять себе не нужно, как посходили с ума тёмные расы от такой новости.

Информация, полученная нами с их стороны, подтвердила этот факт.

Вечная Ночь уже действует, намереваясь стать первопроходцем в этом новом мире.

Что же касается Е Тун, то с её прошлой личностью всё ещё остаются вопросы.

Однако она ни за что не останется в стороне, если принять во внимание её нынешние силы.

Цянь Е молча слушал.

Цзынин продолжил:

— Она не раз говорила о возвращении на Священную Гору.

Если этот новый мир действительно скрывает легендарные тайны истока изначальной силы тьмы и Реки Крови, это может стать ключом к восстановлению её полных сил.

В настоящий момент у нас нет возможности вмешаться в это дело, и именно это она имела в виду под «временем».

Ты родился лет на десять позже необходимого.

Поняв, наконец, причину, Цянь Е вместо облегчения почувствовал ещё большую горечь.

По сравнению с бесплодными усилиями отсутствие возможности что-либо сделать печалила гораздо сильнее.

Цзынин легонько похлопал друга по плечу:

— Хотя на самом деле всё не так безнадёжно.

— О, в смысле? — оживился Цянь Е.

— Хотя мы и не знаем, как сменяются места на Священной Горе, каждый из восседающих там является высшим представителем своей расы.

Логично предположить, что для восхождения на гору кандидату помимо личной силы понадобится ещё и не менее могущественная поддержка.

Ты помнишь, для чего я прибыл на нейтральные земли и помог восстановить Темное Пламя, попутно начав строить флот? Ради создания нейтральной силы, принадлежащей нам, ради основы, что поможет нам встать между Империей и Вечной Ночью.

Если мы успеем основать страну к моменту её возвращения из нового света и накопить достаточно сил, окажем кое-какую помощь.

— Но что мы будем делать, если Е Тун быстро вернется? — забеспокоился Цянь Е.

— Как может исследование нового мира пройти столь быстро? Я о тайнах Реки Крови вообще молчу.

Темные расы живут долго — возможно, когда мы сами достаточно окрепнем, чтобы войти в новый свет, они будут ещё в середине процесса.

Настроение Цянь Е слегка улучшилось:

— Что же мне теперь делать?

— Нам, разумеется, необходимо очень постараться! Мне что, нужно всему тебя учить?

Боевой дух медленно загорался в груди Цянь Е, окружающий холод постепенно начал отступать, словно поддаваясь оттепели.

Да, что толку жаловаться, если она всегда была там, на незримом горизонте? С самого начала это был её мир.

Всё, что он должен был сделать, так это изо всех сил постараться добраться до вершины и встать рядом с ней, а не тащить её вниз своими эгоистичными желаниями.

Когда искра надежды зажглась, окоченевшие эмоции Цянь Е начали возвращаться к жизни, и именно тогда он кое-что вспомнил.

Он подтащил седьмого юного мастера к себе и, глядя тому в глаза, медленно произнёс:

— Что ты такого сделал, что она попыталась убить тебя?

Цзынин усмехнулся:

— Она ведь столь могущественна, что я мог ей сделать?

За усмешкой друга явно скрывалась вина, и Цянь Е не собирался отпускать его, не получив ответов.

Холодно улыбнувшись, он поднял Цзынина с земли и встряхнул.

Каждое движение было тщательно спланировано: подъём и падение подобно приливам и отливам накладывались друг на друга, с каждой секундой становясь всё сильнее.

Проливные волны силы метали Седьмого Суна, пока у него не закружилась голова, а желудок не захотел выдать всё съеденное накануне.

В, казалось бы, простых действиях Цянь Е таилась концепция Углублённого Искусства Возмездия.

Умелый контроль юноши свёл урон на нет, но огромная мощь и оказываемые ей перегрузки остались на месте.

Даже божественный воитель, оказавшись в пустоте без защиты, начинал чувствовать себя неуютно, и именно так ощущал происходящее Цзынин.

Как только силы приливов взбушевались, он понял неладное и, замахав руками, вскричал:

— Отпусти… Отпусти меня…

Цянь Е сделал вид, что не слышит.

Судя по всему, он намеревался трясти Цзынина до тех пор, пока тот не пообещает выложить всю правду.

— Стой! Я буду говорить, я буду говорить!

Цянь Е отпустил его, пару раз грубо встряхнув напоследок.

Стоило ногам Седьмого Суна коснуться земли, как его тут же вырвало.

Проведя немало времени в попытках прийти в себя, он в гневе похлопал себя по груди и сказал:

— Цянь Е, это пытка какая-то! Мы все еще братья или нет?

— А как ещё я могу заставить тебя говорить?

— Отлично! Значит, вот как ты со мной обращаешься.

— Хочешь ещё минут десять тряски? — равнодушно спросил Цянь Е.

Цзынин долго смотрел на него.

Наконец, поняв, что собеседник говорит со всей серьёзностью, он сказал:

— Всё, что я делаю, делается для твоего же блага.

В противном случае мне не нужно было бы переводить сюда Тяжелую Промышленность Нинюань для строительства флота.

Все мои заработанные за долгие годы накопления были вложены в эту торговую группу.

Цянь Е был тронут, его сердце наполнилось сложными эмоциями.

— Есть вещи, о которых я не хочу тебе говорить, и ты сам о них узнать наверняка не захочешь.

Доверься мне и не спрашивай.

Сделай, как я посоветовал, и, возможно, в будущем у тебя будут кое-какие шансы.

А если уж хочешь довести всё до конца, просто убей и забери мои богатства.

Цянь Е был поражен, он и представить себе не мог, что Цзынин скажет нечто подобное.

В глазах юноши отражался столь незнакомый сейчас давний товарищ.

Возможно, не такой уж и незнакомый — это был седьмой юный мастер, снявший маску благородства, Сун Цзынин из Золотой Весны.

Цянь Е помнил многое из прошлого.

Он и Цзынин были двумя совершенно разными людьми, что в Золотой Весне пришли к сотрудничеству.

После розыгрыша жребия во время первого экзамена — возможно, по молчаливому согласию или по иной причине — они оба решили отказаться от очков, полученных за убийство своего партнера.

Вместо этого они предпочли идти по краю клинка и держались вместе до последней минуты, убивая все и вся вокруг, чтобы компенсировать баллы за свой выбор.

С тех самых пор они шли, поддерживая друг друга.

Даже когда Цянь Е был измучен ядом вампира и рисковал превратиться в животное, он доверял Цзынину больше всего.

Как брату, которому он мог доверить свою жизнь.

Кто же знал, что они выложат свои карты на стол таким образом.

Цянь Е осторожно выдохнул:

— Должен ли я тебе верить?

— Тебе решать, — Цзынин закрыл глаза, словно готовый к смерти.

Цянь Е некоторое время молчал, а потом грустно рассмеялся:

— Если я тебе не доверяю… пусть будет так.

Я больше не буду спрашивать.

С этого момента я…

— Ты будешь сражаться за свои интересы! — решительно продолжил за него Седьмой Сун.

— Давай вернемся в Южную Синеву.

Двое поднялись на борт воздушного корабля и полетели назад, больше не касаясь предыдущей темы.

По пути Цянь Е вкратце рассказал Цзынину о событиях, произошедших в городе.

Тот нашёл рассказ удивительно забавным:

— Ты и вправду принял на себя титул городского лорда.

Что мне с тобой делать-то?

— Я не боюсь ни Волчьего Короля, ни кого-либо другого из тех, кого Чжан Бучжоу может послать за мной.

Я заставил его признать мой титул, чтобы в один прекрасный день он отказался от него.

Цзынин удивлённо вскинул брови:

— Хочешь пошатнуть его авторитет? Какие амбиции.

Видя на лице Цянь Е озадаченность, Цзынин сказал:

— Какой смысл сотрясать его репутацию, если ты не намереваешься заменить его?

Вспомнив недавний удар локтем, Цзынин кое-что неожиданно осознал:

— И да, твоя боевая мощь снова выросла?

— Ранг мой не поменялся, — честно ответил Цянь Е.

— Чепуха, попробуй ударить меня.

Цянь Е немного поколебался, прежде чем собрал силы в руке и нанёс прямой удар.

Цзынин был потрясен.

Он действительно почувствовал в этом ударе силу изменения вселенной и ауру, подобную его собственному Процветанию Мира! Одно лишь прикосновение к этому знанию приоткрывало завесу к новому миру, отдельному от любого другого боевого пути.

— Это дао? — пробормотал себе под нос Сельмой Сун.

Он поднял руку на полпути, но так глубоко задумался, что совсем забыл подготовиться к атаке.

Потрясенный, Цянь Е быстро сдал назад.

Но как можно было легко остановить поток эволюции самой вселенной? Он сам не мог полностью контролировать это намерение даже с помощью Книги Тьмы.

Откровенная, первобытная сила обрушилась на Цзынина.

Тот отлетел назад, как потерявший связь с землёй воздушный змей, разбрызгивая в воздухе капли крови.

Те странным образом гранулами разошлись вперёд, рассеивая чужеродную и крайне агрессивную для тела Цзынина изначальную силу.

Это была удивительная способность, полученная от Процветания Мира — с ней смертельный удар обращался тяжёлой травмой, а что-то менее серьёзное в принципе становилось сродни царапине.

Можно было даже назвать это своеобразной концепцией обороны.

С его нынешним этапом развития искусства тело Цзынина наконец-то перестало быть слабым.

— Ты в порядке? — Цянь Е попытался схватить друга с помощью пряди изначальной силы.

Однако тело Цзынина разделило, собрало и распылило поступающую изначальную силу в виде гранул крови.

Цянь Е в шоке остановился.

Седьмой юный мастер вытер кровь со рта и сказал:

— Похоже, наши изначальные силы несовместимы.

Не помогай мне в будущем, у меня так крови ни за что не хватит.