Том 1 Глава 49

Если бы это была Вайолет, которая совершила такую ошибку, встал бы Микаэль на её сторону, как сейчас с Эйлин?

Сказал бы он ей оставаться здоровой? Сказал бы, что всё, что ей нужно делать, — это не болеть, потому что ей ничего не не хватает? Верил бы он, что она может сделать лучше?

Безопасно сказать, что все эти вопросы бессмысленны. Ответ на все из них будет решительным "нет".

Самоуничижение превратилось в распространяющееся чувство вины внутри Роэна.

Он никогда не был добр к ней. Роэн проглотил горькую улыбку.

"Нет, брат Микаэль. То, что сказал брат Роэн, — правда. Я не хороша по сравнению с сестрой. Она такая элегантная... Я никогда не смогу достичь её стандартов, но я должна... Я должна попробовать, не так ли?"

"Причём тут эта ненавистная ведьма! Ты хороша такая, какая ты есть сейчас!"

Громкие возгласы Микаэля наполнили обеденный зал.

До сих пор герцог только молча ел, и он оставался таким же.

Какой фарс.

Все болезненные переживания, через которые пришлось пройти Вайолет, были как ужасно написанные пьесы.

Микаэль был тем тупицей, каким был, а герцог, чьей любимицей была Вайолет, просто оставил всю проблему без внимания.

Как только тишина была нарушена, обеденный зал быстро наполнился болтовнёй. Микаэль и Эйлин продолжили свой разговор.

Главной темой их пустословия была Вайолет. Каждый раз, когда Эйлин осторожно говорила: "Сестра такая великая, а я нет," Микаэль без колебаний опровергал эти слова. Тогда Эйлин не говорила ничего, чтобы опровергнуть это опровержение, и просто невинно улыбалась.

Таким образом, Эйлин делала себя самой доброй ребёнком.

Поистине. Какой фарс.

"Я просто надеюсь, что заточение сестры скоро будет снято. Если я попробую... Я уверена, что моя искренность достигнет её."

"Ты. Ты такая хорошая девочка, что я не знаю, как ты выживешь в этом жестоком мире..."

"Нет, брат. Я могу тоже закалить своё сердце! Но сестра... Почему, как ты думаешь, она меня так не любит? Ведь мы семья."

Если бы Вайолет услышала это, она наверняка сказала бы в ответ много вещей.

Но действительно, какая это семья.

Роэн задумался ненадолго. Тем временем разговор между Эйлин и Микаэлем продолжался в том же духе.

Эйлин утешала Микаэля, который вскоре может быть лишён статуса наследника герцогства. Но тогда Микаэль вёл себя смело и сказал: "Тогда кто ещё станет следующим главой семьи?"

Это звучало не только странно — можно даже сказать, что это казалось искусственным.

Роэн мягко улыбнулся.

"Конечно, не нужно заставлять себя искать кого-то, кого ты не любишь."

"Хик— брат, но как я могу позволить сестре продолжать думать обо мне так? Она может никогда не узнать о моих искренних чувствах."

"Я говорю это из своего собственного опыта, Эйлин. Если ты действительно думаешь о благополучии другого человека, ты не можешь просто навязывать себя ему. Разве это не так?"

"Б-брат..."

Роэн сам не имел права говорить такие вещи, так как недавно навещал Вайолет каждый день, но всё же.

На лице Микаэля было странное выражение, будто он хотел что-то сказать. Однако герцог в этот момент положил свои столовые приборы, и Микаэль закрыл рот.

Теперь Роэн закончил свою трапезу и встал из-за стола. Он уже чувствовал это — если он не выпьет какое-нибудь лекарство для пищеварения в ближайшее время, он наверняка выбросит всё, что только что съел.

"О, тогда..."

Роэн слегка поморщился, вспоминая один особенный день в прошлом, когда видел, как Вайолет тошнило после ужина.

Прежде чем Роэн отошёл от обеденного стола, он не забыл оставить последнее слово.

"Брат," сказал он Микаэлю.

"Что на этот раз."

"Береги себя."

"Ч-того?"

Герцог продолжал молчать даже после того, как Роэн первым покинул обеденный зал.

В тишине, окутывавшей воздух, Эйлин заплакала, сокрушаясь: "Разве брат Роэн теперь меня ненавидит?"

Конечно, Микаэль поспешил её утешить.

Правда была очень странной вещью.

* * *

"Итак, вот что произошло."

"...Почему тебе вообще нужно приходить ко мне и рассказывать мне такое..."

Выражение лица Вайолет было полностью кислым.

Это естественно. Одного упоминания этих людей было достаточно, чтобы её затошнило, так что слушать такие новости о них наверняка вызовет у неё потерю аппетита.

Вайолет не понимала, почему Роэн поднимал эту тему. Она тяжело вздохнула от разочарования.

"По крайней мере," сказал Роэн. "Я думаю, ты должна знать."

"...Мне не нужно знать."

"Информация добавляет силу. И знание — это то, чем можно управлять с авторитетом. Это лучше, чем быть в неведении, не так ли?"

"......"

Вайолет ничего не ответила.

Видя явное неудовольствие на её лице, Роэн попытался оценить реакцию Вайолет. Ошибся ли он, сделав это?

Роэн отвернулся. Вайолет продолжала молчать.

Чем выше положение человека, тем хуже у него были отношения с другими. Мэри покачала головой.

"...Я сказала, что мне это не нужно."

"...Да."

Роэн всё ещё не понимал, в чём была проблема, но он, по крайней мере, знал, что ему следует прекратить говорить об этом. Незаметно для себя Роэн решил замолчать на эту тему.

Поэтому он быстро сменил тему.

"Кстати, принц-наследник заинтересовался твоими картинами."

Однако слова Роэна только ещё больше ухудшили и без того недовольное выражение лица Вайолет.