Ещё несколько лет назад бог смерти едва не уничтожил Королевство и не убил его дочерей.

А теперь Балкор помогал Ориону совершить государственную измену.— Посмотрим.

Возможно, скоро всё изменится, — пожал плечами Орион. — Пожелай мне удачи.— Ни пуха, — сказал Балкор, провожая его по городу и поручившись за него перед каждым дозором.Присутствие Повелительницы не ослабляло охрану — наоборот, её верные воины старались изо всех сил, надеясь привлечь внимание Салаарк и заслужить её благословение.— Вот это неожиданность, — Салаарк восседала на золотом троне, возвышавшемся более чем на метр над полом. — С учётом происходящего в Королевстве, я думала, ты сейчас куёшь что-то, чтобы спасти свою дочь.— Позволь уточнить, — Салаарк наклонила голову по-птичьи. — Я Пробуждаю тебя, ты возвращаешься в Королевство, делаешь, что нужно, а потом снова приходишь ко мне?— Именно так.

Я понимаю, что у тебя нет причин мне доверять, но я готов оставить тебе всё своё исследование в качестве залога, — с этими словами он взмахнул рукой, и из его амулета начали сыпаться книги.

Их было так много, что вскоре они достигли его бёдер — и всё прибавлялись.— Если не веришь — вот, — он передал ей том с белой обложкой. — Здесь чертежи серии клинков «Война» и все мои попытки заменить псевдоядро настоящим.

Один этот труд делает меня предателем.

По закону его не должно существовать.

Теперь, когда он у тебя, моя жизнь в твоих руках.— Ты не так понял, — Салаарк не стала даже открывать книгу и вернула её Ориону. — Я тебе верю.

Я полностью уверена в твоём уме и чести.

Иначе никогда бы не предлагала должность Главного Кузнеца.— Но вот твои мотивы — другое дело, — щелчком пальцев она вернула книги обратно в амулет.— Что ты имеешь в виду?— Когда я делала тебе предложение, ты был свободен.

Мог принимать решение, исходя лишь из своей воли.

Перейди ты тогда на мою сторону — я бы не считала тебя предателем, даже если бы Королевство считало.— Я бы не требовала от тебя ничего, на что ты не готов.

Просто ждала бы плодов твоего гения.

А теперь ты человек, прижатый к стене.

Ты не пришёл сюда добровольно, а в отчаянии.

Иначе ты бы не предлагал мне вещи, которых я не просила, и не говорил слов, позорящих твою честь.— Предлагая мне наследие Эрнасов и Королевское Искусство Кузнечества, ты стал предателем — и для Королевства, и для меня.

А я не работаю с предателями.— Ты в своём уме? Я, Страж Королевства, предлагаю тебе знания, которым завидует даже Совет Пробуждённых — и всё, что я прошу взамен, ты даровала другим не один раз.

Ты правда ставишь честь выше жизни моей дочери? Разве на моём месте ты бы поступила иначе?— Нет и да, — вздохнула Салаарк. — Я тоже родитель.

Я чувствую то же, что и ты, каждый раз, когда один из моих детей оказывается в опасности.Она прижала Шаргейна к себе, будто он мог исчезнуть в любой момент.— Я уважаю тебя и твою боль.

Поэтому сделаю вид, что последних пяти минут не было.

Здесь тебе нечего искать.— Во имя богов, почему? Почему ты не хочешь помочь? — Орион чувствовал, как земля уходит из-под ног.— Потому что я бы воспользовалась отчаянием человека, загнанного в угол.

И твоя верность длилась бы лишь до следующего кризиса, — ответила Салаарк. — Если бы в будущем оказался в опасности кто-то из твоих детей в Королевстве, ты бы предал и меня.— Да, я могла бы выследить тебя и убить.

Но тогда Могар потерял бы одного из лучших Кузнецов.

И я создала бы опасный прецедент.

Королевство возненавидело бы меня.

Твоя семья — тоже.

Даже мои дети.— Прости, Орион Эрнас.

Но я не позволю тебе разрушить своё наследие в минуту слабости.

Ещё несколько лет назад бог смерти едва не уничтожил Королевство и не убил его дочерей.

А теперь Балкор помогал Ориону совершить государственную измену.

— Посмотрим.

Возможно, скоро всё изменится, — пожал плечами Орион. — Пожелай мне удачи.

— Ни пуха, — сказал Балкор, провожая его по городу и поручившись за него перед каждым дозором.

Присутствие Повелительницы не ослабляло охрану — наоборот, её верные воины старались изо всех сил, надеясь привлечь внимание Салаарк и заслужить её благословение.

— Вот это неожиданность, — Салаарк восседала на золотом троне, возвышавшемся более чем на метр над полом. — С учётом происходящего в Королевстве, я думала, ты сейчас куёшь что-то, чтобы спасти свою дочь.

— Позволь уточнить, — Салаарк наклонила голову по-птичьи. — Я Пробуждаю тебя, ты возвращаешься в Королевство, делаешь, что нужно, а потом снова приходишь ко мне?

— Именно так.

Я понимаю, что у тебя нет причин мне доверять, но я готов оставить тебе всё своё исследование в качестве залога, — с этими словами он взмахнул рукой, и из его амулета начали сыпаться книги.

Их было так много, что вскоре они достигли его бёдер — и всё прибавлялись.

— Если не веришь — вот, — он передал ей том с белой обложкой. — Здесь чертежи серии клинков «Война» и все мои попытки заменить псевдоядро настоящим.

Один этот труд делает меня предателем.

По закону его не должно существовать.

Теперь, когда он у тебя, моя жизнь в твоих руках.

— Ты не так понял, — Салаарк не стала даже открывать книгу и вернула её Ориону. — Я тебе верю.

Я полностью уверена в твоём уме и чести.

Иначе никогда бы не предлагала должность Главного Кузнеца.

— Но вот твои мотивы — другое дело, — щелчком пальцев она вернула книги обратно в амулет.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда я делала тебе предложение, ты был свободен.

Мог принимать решение, исходя лишь из своей воли.

Перейди ты тогда на мою сторону — я бы не считала тебя предателем, даже если бы Королевство считало.

— Я бы не требовала от тебя ничего, на что ты не готов.

Просто ждала бы плодов твоего гения.

А теперь ты человек, прижатый к стене.

Ты не пришёл сюда добровольно, а в отчаянии.

Иначе ты бы не предлагал мне вещи, которых я не просила, и не говорил слов, позорящих твою честь.

— Предлагая мне наследие Эрнасов и Королевское Искусство Кузнечества, ты стал предателем — и для Королевства, и для меня.

А я не работаю с предателями.

— Ты в своём уме? Я, Страж Королевства, предлагаю тебе знания, которым завидует даже Совет Пробуждённых — и всё, что я прошу взамен, ты даровала другим не один раз.

Ты правда ставишь честь выше жизни моей дочери? Разве на моём месте ты бы поступила иначе?

— Нет и да, — вздохнула Салаарк. — Я тоже родитель.

Я чувствую то же, что и ты, каждый раз, когда один из моих детей оказывается в опасности.

Она прижала Шаргейна к себе, будто он мог исчезнуть в любой момент.

— Я уважаю тебя и твою боль.

Поэтому сделаю вид, что последних пяти минут не было.

Здесь тебе нечего искать.

— Во имя богов, почему? Почему ты не хочешь помочь? — Орион чувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Потому что я бы воспользовалась отчаянием человека, загнанного в угол.

И твоя верность длилась бы лишь до следующего кризиса, — ответила Салаарк. — Если бы в будущем оказался в опасности кто-то из твоих детей в Королевстве, ты бы предал и меня.

— Да, я могла бы выследить тебя и убить.

Но тогда Могар потерял бы одного из лучших Кузнецов.

И я создала бы опасный прецедент.

Королевство возненавидело бы меня.

Твоя семья — тоже.

Даже мои дети.

— Прости, Орион Эрнас.

Но я не позволю тебе разрушить своё наследие в минуту слабости.