Том 1 Глава 134

— Пахнет делом.

С мрачным видом сказала Нацунаги.

— Делом? Есть еще один запах.

Я нахмурился, но Нацунаги проигнорировала меня, бегая по тесной комнате.

Да, Нацунаги и я были в маленькой кабинке - туалете самолета. Конечно, мы ничего не замышляли, мы просто разбираемся в ситуации.

— Хм, но я не думаю... происходит что-то странное?

Нацунаги потянулась к потолку кабинки, но потолочная доска, похоже, не собиралась отрываться.

Конечно, нет никакой гарантии, что Мия Уитлок исчезла в туалете. Было не так много мест, где могли бы побывать обычные пассажиры, и это могло быть тем местом, где это произошло.

— Может быть, ее смыло в унитаз?

Я знал, что это неправильный ответ, но просто высказал свои мысли.

Это случилось четыре года назад, в моей средней школе. История гласила, что в 3 часа ночи, если кто-то постучит три раза в третью кабинку женского туалета, "Ханако-сан" затащит его в туалет. Тем не менее, инцидент был блестяще раскрыт Сиестой.

— Кимизука, нагниська.

Нацунаги указала на унитаз и попыталась сделать меня жертвой Ханако-сан.

— Нацунаги, не используй своего помощника как очередную жертву. У меня всё равно не хватит духа заниматься своими делами перед кем-то.

Другое дело, если это была седовласый детектив.

— Ну, разве ты не должна делать это вместо меня, Нацунаги? Я думал, ты увлекаешься такими вещами.

— Ты используешь мои фетиши как оружие!? Нет, это не мой фетиш!

— Да неужели?

— Не начинай дразнить, когда захочется! Нет, просто не делай этого!

Не обращая внимания на взволнованную Нацунаги, я тщательно проверил отдельную комнату... но не нашел ничего подозрительного. Думаю, мы не в том месте.

Мы вышли из туалета и пошли по самолету в поисках других зацепок. В салоне было тесно, и мы действительно не могли придумать места, где мог бы спрятаться обычный человек. В этом длинном самолете есть место для отдыха персонала, но мы никого вокруг не видели.

— Единственное другое место, которое я могу придумать, где можно спрятаться, наверное, багажное отделение?

Я посмотрел на полку для багажа над своим сиденьем, когда шел дальше. Четыре года назад Сиеста заставила меня незаметно пронести в нем мушкет.

— В любом случае, почему Мия Уитлок должна прятаться?

- внезапно спросила Нацунаги.

— Мы предполагали, что она исчезла добровольно, но возможно ли, что есть кто-то, кто заставил ее это сделать? Например...

— Она в неволе?

- сказал я, и Нацунаги кивнула.

Я думал о такой возможности... Мия Уитлок была похищена и заключена где-то преступником, но прежде чем я это осознал, мы оказались в конце самолета, в кабине.

— Думаю, это было то самое место.

Я встретил «андроида Нетопырь» за этой тяжелой дверью, и так начались мои дни борьбы со «SPES». (странно, они же были в кабине пилота, по истории, а не в багажном отделение)

— Итак, есть возможность, что и на этот раз здесь замешаны «SPES»?

— В ходе всех совпадений, мы должны учитывать такую возможность.

Это просто применение того, что я слышал, что-то, что сама Нацунаги упомянула, что мы не должны отвергать всё, как простое совпадение, и мы должны были понять почему это произошло.

Должна быть причина, предыстория и предзнаменование. Помня об этом, я вернулся на свое место с Нацунаги.

— Я думаю, что части начинают собираться воедино.

Я сложил руки на груди и разобрался с информацией и ключевыми словами, которые мы уже собрали.

– Наследие Сиесты, поиски «Жрицы», путешествие с детективом, встреча со стюардессой через четыре года, пропавший пассажир, закрытая комната на высоте 10 000 метров над землёй, чье-то заточение, «SPES», совпадение и неизбежность. Единственное, что можно было бы считать подсказкой, это...

— Я не знаю. Я просто не знаю, чего, я не знаю.

Я посмотрел на бортовую еду, которую мне подали, и пробормотал это.

Если подумать, то я давно не разгадывал такие загадочные задачи. Конечно, это не было бы простой загадкой, если бы были задействованы «SPES» и тому подобные.

В любом случае, мой затуманенный разум просто не мог придумать правильный ответ. Я слегка потер виски и вдруг повернул голову в сторону.

— ...Ты выглядишь так, будто наслаждаешься едой.

Я видел кривое лицо Нацунаги, пока она ела бортовую еду, как школьный игрок в регби. Не наслаждайтесь поездкой всей душой.

— ...Кимизука, ты есть будешь?

Она быстро закончила свою порцию и взглянула на мою.

Серьезно? Есть ли правило, согласно которому, известный сыщик должен быть обжорой?

— Если ты действительно не сможешь это есть, я могу доесть это для тебя.

— Нет, твой взгляд цундэрэ [1] совсем не милый.

Ты просто старшеклассница, пытающаяся взывать к своему аппетиту.

— Значит, ты имеешь в виду, что я милая, когда я обычная цундэрэ?

— Раз ты знаешь, что ты цундэрэ, значит ли это, что ты иногда признаешь, что ты дэрэ?

— Я этого не говорила! Я никогда раньше не говорила ничего подобного.

Нацунаги продолжала бормотать, чтобы скрыть свою ошибку, и встала. Точно, мы равны.

— Ч-что с твоей позой, слишком гордый?

— Я всегда нахожусь в положении, когда люди смеются надо мной. Я могу победить тебя только как противника, Нацунаги.

— Я что, самая слабая из слабейших?!

— Ну, я думаю, между мной, Нацунаги и Шар произошла стычка на три стороны.

— Ах, так Юи-тян умнее нас... что с этим балансом сил?

— Возможно, проблема в том, что мы все трое умственно отсталы, по сравнению с ученицей средней школы.

Но это был довольно сложный вопрос, поэтому я перестал об этом думать.

— Что еще более важно, я говорю о пропавшем пассажире.

У нас есть некоторые подсказки, но мы всё еще далеки от истины.

— «Десять заповедей Нокса».

Нацунаги проглотила мою порцию и серьезно сказала.

— Нет, не ешь. Это мое.

Я не знал, как она могла так серьезно смотреть, и она не ответила бы, даже если бы я спросил.

«Десять заповедей Нокса» - написанные британским писателем-детективом Рональдом Ноксом в 1928 году. Утверждают, что существует десять правил, которым необходимо следовать при написании детективного романа.

— Да, я знаю, что они собой представляют. Правила основаны на идее, что читатель должен иметь возможность разгадать тайну... ну и что?

Ну, сам Нокс позже опубликовал работу, которая нарушала «Десять Заповедей», так что это правило было лишь руководством. Но почему мы говорим об этом?

— Понимаешь. Я думала, что мы что-нибудь найдем, если будем следовать тем же правилам в разгадке тайны.

— ...Подожди, одно дело, если мы разгадываем детективный роман, и совсем другое - сказать, действительны ли события, в которые мы обычно вовлечены, следовать таким правилам.

Например, «Десять Заповедей Нокса» включали: «Все сверхъестественные или сверхъестественные силы - исключены, как само собой разумеющееся». Но поскольку сейчас мы сражаемся с «андроидами», правила к нам, к сожалению, не относятся.

— Но это не значит, что здесь замешаны «SPES», верно?

— Это правда. Лучше подумать о том, что здесь применимо.

Говоря о «Десяти Заповедях», пункт, который может помочь разгадать загадку запертой комнаты, такой как этот, был…

— Допускается не больше одной секретной комнаты или прохода.

— Допускается не больше одной секретной комнаты или прохода.

Мы заговорили хором и невольно посмотрели друг на друга.

— А что, если мы возьмем это правило и изменим его?

— Да, в самолете есть один тайник.

Наверняка эта секретная комната была где-то там, куда Нацунаги и я не могли легко войти.

Конечно, это предположение было основано на предположении, что тайна может быть разгадана, как если бы это был роман. Если это и было ключом к разгадке тайны…

— Кимизука, я поняла.

— Ты слышишь меня?

Сказав это, Нацунаги указала на меня указательным пальцем.

— Если исключить невозможное, то, что останется, и будет правдой, сколь бы невероятной она ни казалась. [2]

Она подражала известному шерлоку Холмсу, и заявила это, с гордым видом.

— Кстати, Нацунаги, тебе понравился детективный роман со всеми этими заметками в мешочке под ногами?

— ...Я ненавижу тебя, Кимизука.

[1] Цундэрэ - японский термин, обозначающий одновременно враждебное и чрезмерно дружелюбное отношение к кому-либо (в данном случае - Кимидзука), или же человека, который язвительно-агрессивно ведёт себя с объектом собственной симпатии.

[2] “Если исключить невозможное, то, что останется, и будет правдой, сколь бы невероятной она ни казалась” - это цитата Артура Конан Дойля/Шерлока Холмса (его же литературного персонажа)