*ЗВУК: УДИВЛЕНИЕ ТОЛПЫ*

Под маской человека оказался самый настоящий робот! Не киборг, не протезированный человек, а полноценный искусственный интеллект! Ростом два метра с корпусом из синего с серыми вставками металла и одним большим голубым глазом на продолговатой голове и почти человеческой шее.

Белый зрачок нелюдя расширился при взгляде на меня.

Робот пристально изучил моё тело с ног до головы, а потом скомандовал охранникам оставить ворота.

— Не могу понять, положительный или отрицательный ты персонаж? — выдал технический голос с нотками мужского говора.

— Самый что ни на есть положительный!

Разве хорошие люди крадут корабли и сдают прежнего капитана в рабство?

— Я никого не сдавал! Они были вольны сами выбирать.

— Рабство или смерть? Да вы само милосердие.

В любом случае, спасибо за тот раз.

Без вас антивирус «Стремительного» всё ещё блокировал бы мой разум.

На любом материнском корабле был антивирус для защиты от искусственного интеллекта-шпиона.

При нашей первой встрече с капитаном «Меняющего» мы условились.

Я передал ему блок данных из памяти бортового компьютера, а он оставил корабль мне.

Сейчас робот ведёт себя так, будто он на самом деле был в том компьютере и, судя по контексту, он и есть вирус! Но ни одна фракция никогда и ни при каких обстоятельствах не давала тело искусственному разуму после Первой войны.

Даже мегалиты не более чем набор сложных программ, а ведь их задача — убить как можно больше не Создателей.

Противоестественно давать тело бестелесному существу.

— Я не осуждать вас пришёл, капитан.

— А выглядит именно так.

— Корпус уходит с этой планеты.

— Значит, даже вы отступаете?

— Отступление — вряд ли, передислокация — возможно.

Склад мегалитов не оправдал ожиданий нашего командира.

— Тогда, чего ожидал ваш командующий? Что вы меняете изо всех сил?!

— День завтрашний.

Именно его мы должны обезопасить.

Потому что никто, кроме нас, не в силах этого сделать.

Вы все слишком слабы, чтобы разорвать петлю.

На этой таинственной ноте робот с характерным металлическим полязгиванием удалился из гетто, оставив ворота не запертыми.

Они приглашают нас присоединиться к празднованию.

То, что нужно для побега! Есть даже шанс, пусть и призрачный, что мы увидим «Меняющий», который они должны были припрятать где-то неподалёку.

И, осмотревшись, я сделал очень интересную догадку.

Остров горист, а вокруг лишь вода.

Но ведь корабли способны выдерживать огромное давление и скорости в миллионы световых лет в час.

Им не составит труда простоять на дне океана недельку-другую.

Находчиво, признаю.

Я вышел в основной лагерь в сопровождении всех строителей плота.

Сейчас, в этот самый момент, корпус зелёных собирается на вечернюю зачистку.

Наш шанс для побега и время настали.

Я не устану это повторять! Давайте, капитан, валите из лагеря и оставьте всё на молоденьких салаг без боевого опыта.

И где вы только набрали таких ребят? Проще было вообще без охраны нас оставить.

Солдаты погрузились на два десятка гравициклов.

На такое устройство передвижения помещаются два человека, небольшой оружейный запас и лучемёт неизвестной технологии.

Скоростью они превосходят все антигравитационные разработки Синдиката, а уж про манёвренность и возможность парения я, вообще, молчу.

Полезная была бы штука, как, впрочем, и всё обмундирование зелёных плащей.

— А-ха-ха! Да я собственноручно направил торпеду на тот фрегат.

Он и пошёл на свалку близ Селюки.

— Вы такой смельчак.

Хьюз, верно?

— Да, девушки.

А вы такие красавицы.

— Знаете что…

Хьюз, парень с погибшей «Проксимы», пытался завлечь наших инопланетных хозяев в постель, что, как ни горько признавать, у него выходило довольно умело.

А нет, ошибочка.

Услышав предложение казановы, девушки вмиг изменились в лице и отвесили две пощёчины, да такие, что парень свалился с бревна, и на мгновение его душа вылетела из тела.

— Я говорил тебе, не лезть к ним.

— Простите, кап… Малкольм, да.

Но нужно вести себя как обычно.

— Значит, для тебя обычное дело приставать к детям?

Вон там, у стойки с копчёными угрями, стоит их мать.

Она обмолвилась, что девочкам лет по десять.

— ДЕСЯТЬ?! Так там же ВО что было, а не си…

— Да не ори ты так! Что бы ни было с этими людьми, взрослеют они раньше нас.

Не удивлюсь, если тот старик-повар мой ровесник.

— Кэп, он так-то младше вас выглядит.

Замечания по поводу моего возраста ничуть не отразились на самооценке.

Невозможно стать хорошим капитаном в юном возрасте.

Хотя вот мой бывший командир, Савана Ривз, под началом которой я работал на «Стремительном», управляла кораблём ещё с двадцати лет и успешно огибала внутреннее кольцо за пару-тройку минициклов.

Что меня сейчас волнует, так это напоминание о нечеловеческом строении внутренностей этих людей.

Мы ведь просканировали того пленника.

Два пятикамерных сердца, металл в костях — всё направлено на усиление возможностей человеческого организма.

Из-за генной инженерии Отступники и откололись от Создателей, но мне не кажется, что именно она стала причиной таких умелых мутаций.

Гравициклы поднялись на дюйма три в воздух и понеслись прочь из лагеря, оставив пыльный след.

За ними рванули дети, махая руками и выкрикивая что-то на своём молодёжном диалекте.

Все мы говорим на стандартном языке, разработанном ещё во времена исследования нашей галактики, но вот молодых мне с каждым годом понимать всё труднее и труднее.

Они такие непостоянные, однако, и я был таким.

Как сейчас помню, мальчик, сбежавший со свалки.

Не хотелось работать на мусоросжигателе до конца дней своих.

— Разрешите присоединиться?

Женщина лет тридцати с короткой мужской стрижкой и впечатляющим спортивным телосложением просила меня подвинуться.

Ох, лишь бы ей не было шестнадцать, а то и меньше.

Хотя солнце уже давно зашло, на ней всё ещё был купальник из фиолетовой ткани с невысохшими каплями воды.

Так как на Лапуте-2 тропический климат почти на всей планете, даже ночью температура воды не опускается до прохладной.

Тёплые течения омывают каждый остров архипелага, а холодные стремятся к полюсам планеты.

Мужское сердце при виде красивой женщины затрепетало.

Мысли о побеге на мгновение стали не такими уж и светлыми.

Я Малкольм.

— Джиэкинта ас Бишоп.

— Вы побледнели.

Не волнуйтесь, я вас не съем.

Вот, попробуйте этого краба.

Джиэкинта протянула мне раковину с чёрным содержимым.

От моллюска веяло дымком, да и краба он совсем не напоминает.

Смесь плавала и булькала, оставляя следы на расслоившейся стенке из песка, скреплённого чем-то белым.

Она отравить меня хочет? Несёт, как от выгребной ямы.

— Я не голоден.

— Что ж, как хотите.

Воцарилось неловкое молчание, но даже зная, что такое произойдёт, я бы всё равно не выпил ту дрянь.

Может, стоит перебороть себя и поговорить об их корпусе.

Информация не вредит.

Обычно не вредит.

Чёрт, веду себя, как сопливый мальчуган на первом свидании! Да в моей койке столько баб перекувыркалось, что впору открывать музей с моим именем.

— Джиэ… Джиэкиното… Простите, а у вас есть имя покороче?

— Просто Джи.

А у вас есть короткое имя?

Если подумать, можно ли сделать имя Малкольм покороче? Оставить первые три буквы.

Нет! Звучит ужасно, будто ребёнок.

Лучше всё так и оставить.

Я покачал головой в ответ.— Ясно.

Что вы хотели спросить?

— Как вы попали сюда, в корпус «Меняющего»?

— Уже можно и на «ты».

Но если вам интересно, я расскажу.

Это случилось во время наземного боя на границе территории Отступников.

Я была оператором меха.

Нас прижали у кислотного болота и даже не предложили сдаться.

Наша поддержка с орбиты рванула прочь после поражения, так что помощи было ждать неоткуда.

Тогда и пришёл капитан.

Он появился прямо из воздуха, а потом, имея лишь винтовку, накинулся на мегалита и пробил его грудной пусковой аппарат.

Убить машину Создателей можно только разрушением головы или повреждением сердца.

И это капитан научил нас уничтожать мегалитов.

Тогда я поняла, что за четыреста лет мы ни на шаг не продвинулись в войне, даже границы не дрогнули.

А капитан Айк сумел научить нас как быть сильными и взамен попросил о помощи.

Он пытался кое-что исправить много-много раз, но всегда терпел крах.

И вот сейчас мы справляемся вместе.

Честно говоря, особых успехов нет, но участие в войне на стороне свободных людей… Только за это уже можно сражаться!

— Я погляжу, у вас богатая история.

Человек с двумя сердцами этот ваш капитан Айк.

*ЗВУК: ВЫСТРЕЛЫ И ТЯЖЁЛЫЕ ШАГИ*

— МЕГАЛИТ! ВСЕ К ОБЕЛИСКУ!

С десяток гравициклов, покинувших лагерь меньше часа назад влетели прямо в деревянные хижины, сбивая символы праздника.

Их громовой поступью преследовал робот.

В ночной тьме огромный силуэт выглядел, как пустое место на небе, не пропускавшее свет звёзд.

И лишь два красных глаза давали чёткое представление о размере гиганта.

Хотя я это и так знал.

Все, как один, семьдесят два метра в высоту.

Плазмороторы на правой руке, встроенные в ствол гиперимпульсного орудия, лучевой дезинтегратор на левой, три змееподобных орудия за спиной и огромная пусковая установка в груди.

Описание машин Создателей известно каждому подростку.

Люди из лагеря встревоженно, но без паники начали собираться у религиозного каменного тотема в центре деревушки.

Реликвию охраняли Малыш и Рюк, не подпуская людей ближе, чем нужно.

Как в такое время можно молиться?! Вы же сами привели детей на войну, так деритесь! Это всё ваша вина, самоуверенные ублюдки.

— Смотрите! У его ног!

За взглядом паренька проследили все.

Солдат с зелёной накидкой бежал с тяжёлой винтовкой наперерез мегалиту.

Он двигался так быстро, что казалось, будто воздух не успевает занять то место, где человек был мгновение назад.

И всё-таки это лишь иллюзия из-за такого большого расстояния.

Храбрец почти достиг ног гиганта, но в этот момент из пушки на левой руке вылетел луч света.

Дневной свет озарил океан, а звёзды исчезли с небесного полотна.

Заряд ударил в невидимую преграду над нашими головами.

Значит, покидать остров нельзя, потому что он защищён щитом!

— Все, эвакуируемся!

*ГРРРРРРРГХХААА*

Стальной монстр погасил свет в своих глазах и упал в океан, рассыпаясь в пыль.

Тот человек сумел убить его?! И снова этот корпус побил громадину всего лишь усилиями человека.

Их помощь в войне была бы неоценима.

А технологии… Даже у самых тупых Лордов Синдиката потекут слюнки.

Что ж, всё хорошо, что хорошо кончается.

А теперь под шумихой можно и улизнуть.

Я направился к куче листьев, но не успел сделать и пары шагов, как сильный удар по голове заставил меня рухнуть на землю, как мегалит рухнул в воду.

— Приходит в себя, капитан.

— Коммандер Ио, сообщите о нашем прибытии на базу.

— Выполняю.

Я очнулся от голоса того самого искусственного интеллекта, что заявлялся в гетто со мной повидаться.

Он как раз покинул хижину, оставив меня наедине с двумя солдатами в капюшонах.

Ах, нет, в капюшоне только один.

После удара по голове всё плывёт и кружится, будто снова вместо красного рома подсунули рыжий.

О, моя черепушка, не трещи по швам, дорогая.

— Теперь говори, Джиэкинта.

Под зелёной накидкой прятала свои ещё недавно оголённые плечи Джи.

Её взгляд совсем не похож на тот, что был во время нашей беседы.

Глаза горят так, будто я кого-то убил.

Стоп, неужели они догадались? Они вспомнили, кто взял их корабль на абордаж? Нет, я же только обломки подбирал.

Это невозможно!

— Он сказал, что у вас два сердца.

Капитан, этот человек твёрдо уверен в этом.

Я видела это по его глазам.

А значит, так как все мы обычные люди, это именно тот человек, что убил вас.

В этот момент мне тоже хотелось вопросительно завопить от непонимания ситуации, но кляп во рту сдержал моё рвение.

И ещё рвоту, появившуюся от головокружения.

Лишь бы не блевануть в самого себя.

Пока я волновался о своём желудке, капитан стянул капюшон.

Под маской великого убийцы мегалитов оказался подросток.

Это лицо, до жути знакомое и такое холодное.

Сама космическая пустота и то теплее относится к обстановке.

Но совсем скоро холод начал распространяться и на меня.

Белые волосы, голубые глаза, слегка загорелая кожа и тот же взгляд.

Сомнений нет, передо мной стоит мой же пленник, покончивший с жизнью на моих глазах шесть дней назад.

Воронки из света, оружие против мегалитов, живые мертвецы и куча людей, беззаботно купающихся на поле боя — всё это меня достало! Объясните уже, наконец, мне такому тупому, что здесь происходит! Я готов сдохнуть за кусок правды об этом корпусе.

И… Капитан Айк вытащил кляп из моего рта.

— Формально, я сам убил себя.

Отпусти его.

— Просто отпустить? Но он же атаковал «Меняющий».

К тому же, бросить его на Лапуте-2 всё равно, что убить.

— Не обсуждайте мою жизнь при мне же! — выпалил я, больше чтобы прервать разговор, нежели чем защитить себя.

— Тебе станет легче, если мы выйдем?

Я сглотнул.

Малец почти вплотную приблизился ко мне и теперь всё той же равнодушной физиономией нагонял на меня ужас.

По сравнению с ним, тот краб с гнилью внутри был очень даже ничего.

Я бы с радостью выпил, если б меня отпустили.

И в такой момент меня одолевает страх.

Как печально.

Нет, я же всего лишь человек! Это нормально бояться смерти! Но нормально ли уверять себя в этом? Если мне суждено умереть от руки пацана, то я хотя бы сделаю это так, как подобает солдату Синдиката.

Я воин Лорда Ляо и я срать хотел на страх!

— Заткнитесь и не болтайте попусту! Хочешь убить — наберись смелости и убей меня, мамочкин нытик.

Или же иди и бей морду этим стальным ублюдкам.

Ты мне нахрен не сдался, но твоих яиц хватает, чтобы ломать мегалитов.

Так что, бушуй, сосунок, пока прыщи не съели твою рожу.

А Синдикат в это время наконец-то займёт достойное место в этой войне, пока ваши… Гхааа!

Удар пришёлся прямо на печень.

Если бы не был подвязан к потолку, то обязательно согнулся бы в три погибели.

Чёрт, после такой боли весь мой настрой героя пропал задаром.

Кажется, ещё пару минут, и я буду с духами плясать у огня, рассказывая байки о своей жизни.

— Это за сосунка.

— Агггрххх… — пришёлся второй удар, но уже по лицу.

— А это за то, что сравниваешь мои яйца со своими.

Может, мне лишить тебя предмета гордости?

Бля, что я несу!

Сразу после того, как обсудим условия союза.

— Союза? — одновременно вырвалось из моей глотки и глотки Джи.

— Враг моего врага — мой друг.