Том 1 Глава 20

Четверть часа прошла будто бы пять секунд, и нас вновь командирским тоном подняли на ноги, только на этот раз Эля. Тряхнув локонами, она скептически осмотрела нас и сказала:

– Остаемся здесь – места много, самое то для фехтования. Так как у каждого из вас свое оружие, мы будем отрабатывать универсальные приемы и блоки. Не хотелось бы, конечно, чтобы каждый на той стороне остался сам за себя… Но исключать подобный исход рейда тоже было бы наивно. Поэтому мы с вами должны уметь сопротивляться до конца, по возможности дорого продав свою жизнь. Или выиграв пару лишних секунд своим друзьям, чтобы те успели спастись или хотя бы закрыть портал, не пустив хутхэнов на Землю.

После таких ее слов, если честно, стало немного не по себе. Одно дело, когда ты расстреливаешь хутхэнов издалека или в общем строю сдерживаешь их натиск, насаживая на пики. И совсем другое, когда остаешься один – вот тогда единственным выходом действительно становится драка не на жизнь, а на смерть. Просто чтобы попытаться выжить. Я отчетливо осознавал, что Элечка права, и подобный исход реален. А потому следовало отнестись к очередному уроку с максимальным вниманием. Даже несмотря на усиливающуюся с каждой минутой усталость.

Под ободряющие аплодисменты Артемия Викторовича мы дошли до стендов с оружием, сложили щиты и копья, не забыв предварительно их преобразовать обратно в макеты. Затем, как потребовала Элечка, схватили по гладко отесанной деревянной палке с расширением на конце – универсальное тренировочное оружие с учетом способностей большинства масок. И никакого преобразования не понадобилось – тем более что в ближайшее время оно нам было и недоступно из-за ограниченного запаса энергии. А так, пока мы работаем с деревяшками, как раз сумеем ее восстановить. А ведь у них тут все продумано: и сами тренировки, и очередность… Я понял, что начал относиться к нашему театру и его сотрудникам с гораздо большим уважением, чем раньше. Они точно понимали, что делали, и это внушало спокойствие и оптимизм…

– Отлично, – одобрительно кивнула девушка. – Теперь вставайте в линию лицом ко мне. Займемся азами.

Я приготовился к долгой и муторной тренировке – и не прогадал. Элечка оказалась хорошим инструктором, поэтому каждое движение мы отрабатывали по полной. Хват, выпады, блоки, удары, подсечки – уже минут через десять я взмок, а еще через пять начал задыхаться. Сказались нагрузки после прошлых тренировок. К счастью, я таким оказался не один. Денис тоже быстро сбил дыхание, и Элечка, щадя нас, стала периодически устраивать короткие минутные перерывы, во время которых откровенно скучал Костик. Так прошел час, и руки у меня просто перестали нормально подниматься, как будто я все это время таскал мешки с песком. Я упал на пол в позе звезды, и моему примеру последовали все остальные. Даже сама наша прекрасная инструкторша Элечка, которая, к ее чести, не только помогала нам, но еще и сама успевала отработать все комплексы.

Я прикрыл глаза и, ощущая, как усталость сковывает мое тело, вновь задумался о нагрузке, которая теперь обещает быть регулярной. Если так будет каждый день, гульфик Мельпомены, я просто иссякну как ручей в пустыне… Ведь уже завтра, как показывает практика, мышцы начнет ломить от адской боли. А сегодня пока только вторник! С другой стороны, как же мало времени на подготовку к первому рейду… Все относительно в этом мире. И только я собрался взгрустнуть, как в памяти вновь неожиданно всплыли рассказы о том, как наши маски делают своих носителей сильнее. А ведь, по идее, они и с восстановлением должны помочь! Кажется, я начинаю понимать, на что рассчитывает Иванов, собираясь сделать из нас бойцов за пять дней. Ведь на что-то же он рассчитывает?

– Перерыв окончен! – объявил тем временем режиссер, такое ощущение, всего через полминуты. – Сейчас вы пройдете финальную тренировку, которая раньше использовалась многими театрами как экзамен для допуска на ту сторону. Представьте, что мы с вами прямо сейчас идем в рейд. Возьмите по «Калашникову», только не те, которыми вы отрабатывали стрельбу, а с соседнего стенда – страйкбольные. А то не хотелось бы, чтоб вы тут друг друга перестреляли… Еще прихватите макеты копий и щитов, а также палки, которыми сейчас учились фехтовать. Отработаем столкновение с хутхэном.

Он встал в центр площадки, имитирующей антисцену, и прикрыл глаза. Элечка с Костиком быстро вскочили на ноги и резво побежали к столам и стендам с макетами для преобразования, мы же с Денисом, обливаясь потом и кряхтя, будто древние старики, чуть запоздали. А еще таскать на себе кучу оружия оказалось довольно сложно… Автомат я закинул на плечо, свою дубинку, тренировочную палку со щитом и копье держал в обеих руках – пока они были не преобразованные, это оказалось вполне легко. Но потом-то они обретут вес! Точнее, уже сейчас… А я ведь до конца так и не отдохнул! И что же для нас еще приготовил Артемий Викторович? Как мы будем практиковаться?

– Это, как говорится, остатки былой роскоши, но… – словно бы виновато развел руками режиссер, когда мы вернулись с оружием, затем открыл глаза и резко произнес всего одно слово: – Репетиция!

Спустя мгновение свет в зале словно бы померк, а воздух задергался, как будто над асфальтом в жару.

– В настоящих центрах боевой подготовки, которые остались там, по другую сторону порталов, все гораздо серьезнее и более проработано. Увы, пока все учебные приборы никому так еще и не удалось собрать, – продолжил Иванов. – Но в любом обучении важна прежде всего система, а с этим тут проблем нет. Физподготовка, тренировка по стрельбе и фехтованию, преобразованию – об этом мы уже поговорили и даже попробовали на практике. А с помощью симулятора битв вы сможете проверить и отточить свои навыки с искусственным интеллектом, изображающим опасного и коварного врага. Итак, внимание, сегодня действуете под моим наблюдением, завтра попробуете уже сами. Но предупреждаю! Поодиночке попрошу вас сражаться на тренажере только в свободное время, а на общих занятиях исключительно в группе. А теперь переведите ваши маски в учебный режим. Напомню, для этого нужно громко и живо произнести слово «Репетиция!» То же самое говорится, когда маски вступают в спарринг.

Вот, значит, для чего он это сказал. Очередная голосовая команда, которая активирует некие процессы в маске. И, соответственно, в доступной их обладателям реальности… Что ж, попробуем.

– Репетиция! – громко сказал я, и мой голос словно бы завибрировал в резонансе с остальными. Вот только больше пока ничего не изменилось.

– Обычные люди модели монстров не увидят, – объяснял тем временем Артемий Викторович. – Даже если кто-то из них внезапно сюда зайдет… Система настраивается на ваши маски и создает тренировочные образы. Вот это, к примеру, мечерук. Представьте, что вы наткнулись на него во время очередного рейда.

Воздух над тренировочной площадкой словно бы разломился на пиксели, как на телевизоре, когда сигнал запаздывает, и в следующую секунду рядом с режиссером возник высокий, под два метра ростом, человек. Вернее, конечно же, хутхэн, выглядящий как уродливая копия человека – почти без шеи, с узкими щелочками глаз и оскаленным ртом. Абсолютно лысое тело представляло собой гору мускулов, а длинные руки оканчивались остро наточенными лезвиями. Надо же, как реалистично – только легкие подергивания изображения и едва заметная глазу прозрачность выдавали виртуальность происходящего.

– Помните, что вы в учебном режиме, – сказал Иванов, – поэтому монстр не сможет причинить нам вреда. Но сами друг друга поранить мы вполне можем, так что будьте предельно аккуратны, как в настоящем бою. А теперь… Покажите, на что вы способны в строю! Задержите его!

– Аррргх! – хутхэн с громким рыком дернулся в нашу сторону, резко разведя мечи, будто собрался раскромсать минимум одного из нас. Я непроизвольно отпрыгнул, с грохотом выронив свой автомат. Проклятье! Тренировки тренировками, а боевых рефлексов-то у меня пока еще нет! И что будет, когда мы пойдем в первый рейд? Я так же потеряю свое оружие при появлении первого же хутхэна? А ведь такие рефлексы вырабатываются годами…

Плевать! Я с силой прогнал из головы предательские мысли. Мы в масках, мы отличаемся от обычных людей, а значит, нужные умения придут быстрее. Надо только работать, работать и еще раз работать! Подобрав «калаш» с пола, я вновь закинул его на плечо, потому что приказ был – задержать, стоя в строю.

– Миша, Денис! – крикнул в этот момент Костик, и я сразу понял, что нужно делать. Даже был готов.

Легкий деревянный щит как пушинка взлетел над моей головой и ударился об пол – я закрепился, сдерживая его обеими руками: одна в петле, другая на уровне головы, чтобы не дать верхнему краю огреть меня, если хутхэн ударит на этом уровне. Покрутил головой – бородач опоздал всего на пару секунд, встав со мной на одной линии и тоже выставив щит. И все-таки я был первым, реабилитировавшись в собственных глазах после позорного прыжка с потерей автомата… Может, все-таки правильные у меня рефлексы?

Преобразование!

Щит заметно потяжелел, но твердо стоял на полу, а я сдерживал его, сжимая каждую мышцу до боли и вкладывая вес в своего тела в ожидании удара… И он не заставил себя долго ждать! Щит очень реалистично затрясся и загрохотал, я почувствовал, как меня буквально сбивает с ног, и скорректировал свою позу. Хутхэн пытался пробить щит, он бросался на него, колотил руками-клинками и ревел как подбитый паровоз! А еще он издавал мерзкий запах подгоревшего паленого мяса, видимо, и вправду обжигался о преобразованное железо. Интересно, как маске удается смоделировать все эти ощущения?

Я мельком взглянул на Дена – тот стоял рядом, краснея и морщась, но не сдвигаясь ни на сантиметр. Удары тем временем усилились и участились, у меня даже голова разболелась, а над щитом все чаще мелькали лезвия. Я похолодел, представив, как все это происходит в реальности на той стороне… И стоит мне испугаться, сделать шаг назад – и Ден, стоящий рядом, умрет. Нет, такого я точно не допущу!

В этот момент Элечка с Костиком, дождавшись, пока хутхэн сконцентрируется только на щитах и перестанет обращать внимание на все остальное, принялись колоть мечерука копьями из-за наших спин, и я увидел, что тактика, показанная нашим Сильвио и отработанная ценой литров пота, действительно работает. Демон верещал, рычал и шипел как прохудившийся шланг, его атаки стали слабее, и тут вдруг…

– Еще два! – неожиданно крикнул Артемий Викторович.

Разумеется, я понимал, что речь снова идет о реалистичной 3D-модели, и что пополнение призвал все тот же наш режиссер. Вот только сможем ли мы с Денисом удержать сразу двоих монстров, особенно когда и первый почти довел нас до изнеможения?

– Вы с нами? – как-то буднично прокричал свой вопрос Костик. Я сначала даже не понял, кого он спрашивает, потому что щит содрогнулся от очередного удара хутхэна.

– Я всегда с вами, – неожиданно спокойно ответил Иванов. – И рад, что вам хватило хладнокровия об этом вспомнить. Что ж, тогда у вас еще есть шансы пройти испытание, но учтите – я задержу только одного.

Выглянув через щель между своим щитом и Дениса, я успел увидеть, как наш главреж достал из-за спины макет скьявоны, итальянского меча и своего второго оружия после старинного маузера. Затем он бросился на мечерука, раздался звон ударяющихся друг о друга клинков.

– Наш мертв! Теперь срочно надо задержать третьего выстрелами! – над ухом прогремел крик Элечки, и мы все в один миг отбросили в стороны щиты, перекинув со спин автоматы. Краем глаза я посмотрел на сражающегося режиссера, который ловко отбивал все удары хутхэна, истекающего черной кровью… Но приближающийся третий монстр мог легко переломить ход боя в их пользу.

– Огонь короткими очередями! – гаркнул в этот момент Денис. – Цельтесь в него, ослабляйте!

И ни у кого не возникло вопросов, с чего бы это бородач раскомандовался. Как наш Костик знал бой в строю, так и Денис хорошо разбирался в стрельбе, а потому остальные, и я в том числе, без лишнего возмущения принимали подобную смену лидерства.

Я нажал на спуск, раздался громовой треск, знакомо запахло горелым порохом. Вместо пуль у нас, конечно, были страйкбольные шарики, но в режиме обучения маски моделировали попадание в образ хутхэна, мчавшегося к нам с противоположной части арены. Тот очень натурально задергался, издавая короткие сдавленные звуки, а на его теле начали появляться маленькие черные пятнышки. И буквально сразу же демон заметно замедлился, начав передвигаться как очень уставший человек. Вот, значит, как оно должно происходить…

– Ха-а! – воскликнул в этот момент Артемий Викторович и, ловко крутанувшись, рассек рожу тому мечеруку, с которым сражался. А потом картинно присел на землю, изображая тяжелое ранение и явно показывая, что с последним противником нам надо будет разбираться самим.

Как он это ловко придумал – я легко могу представить ситуацию, когда в том мире режиссер мог бы вот точно так же выпасть из сражения. И уже только от нас бы зависело, чем все в итоге закончится. Что ж, кажется, я зол и прямо-таки горю желанием довести бой до конца. Как я думаю, хороший настрой, потому что второй хутхэн, которого мы пытались сдержать выстрелами, помчался в нашу сторону, ускоряясь с каждым метром. Руки-лезвия угрожающе вспарывали воздух, а глаза-щелки словно бы стали еще уже, придавая оскаленной морде пугающий до оцепенения вид.

– Встретим его на щиты! – крикнул я.

– Не успеем! – отозвался Костик, добавив пару грязных ругательств. – Бьемся профильным оружием!

И я его понимаю – мы так спешили помочь Иванову с расстрелом второго хутхэна, что отбросили свою защиту слишком далеко. И сейчас действительно ни за что не успеем до нее добраться и собрать строй. Но ведь мы же не зря учились сражаться по отдельности – кажется, наш главреж спланировал этот экзамен так, чтобы мы проверили на практике все, что сегодня освоили. Вот только без щита и сражаться с такой тварью… Ох, только бы не проблеваться! Мимо пронесся хутхэн, размахивая своими огромными лапищами и воняя, как свиноферма в те дни, когда там сжигают трупы животных. Ну да ничего, первый рывок мы пережили – кажется, множество целей его смущает, он постоянно меняет вектор атаки, и это дает нам шанс. Надо просто выждать момент, когда он не будет смотреть на меня, и врезать!

Я почувствовал небольшую тяжесть в руке – энергии преобразования пока что хватало, но действовать нужно было как можно быстрей. Хорошо еще, что пассивные эффекты маски работают, иначе я бы после такого длительного марафона упал в обморок. Денис, Костик и Элечка тоже, не мешкая, преобразовали свое профильное оружие и дружно навалились на мечерука.

Брюнет взял на себя правую руку хутхэна, девушка – левую. Денис же все-таки подхватил лежащий на полу щит и под его прикрытием подошел к пышущему злобой противнику. Элечка с Костиком сделать так уже не могли, так как не позволяло оружие, а вот короткий клинок бородача оказался как нельзя кстати. Ден пытался им распороть брюхо хутхэна, вот только он явно не рассчитал, что у того будет слишком крепкая шкура. В итоге бородач все же отбросил в сторону щит и принялся яростно тыкать кинжалом в грудь и живот демона. Элечка с Костиком умело сдерживали его руки-лезвия, отводя атаки от Дена, а в месте ударов преобразованным железом тело монстра вспыхивало и выпускало темный чернильный дым.

Поняв, что я все еще стою на месте и наблюдаю, я бросился на помощь своим и, мгновенно, как мне показалось после такой паузы, оценив обстановку, бросился под ноги демону. Еще на лету размахнувшись, я с силой ударил своей дубинкой тому по ступне, чем вызвал возмущенный и громкий вой. Хутхэн словно замедлился, получая урон сразу от четверых, и тут нам на помощь пришел Артемий Викторович. Он возник за спиной хутхэна и, с силой взмахнув скьявоной, пробил монстру затылок. Лезвие меча вышло через правую глазницу демона, полилась густая черная кровь, а сам хутхэн-мечерук, выдохнув, рухнул на колени и растаял.

– Есть! – басовито загудел бородач.

Элечка заулюлюкала, Костик проорал что-то нечленораздельное, а не нашел ничего оригинальнее кроме громового «ура». Обмякший труп демона растаял в воздухе, подтвердив нашу общую победу, и в наш возбужденный гул вклинились аплодисменты Артемия Викторовича, который уже убрал свою скьявону за пояс и сейчас, улыбаясь, стоял перед нами.

– Молодцы! – произнес он, когда мы затихли из уважения к нему. – Вы показали отличные результаты, и я готов поверить, что вы почти готовы к путешествию на ту сторону. На сегодня все!

«Наконец-то», – подумал я и прикрыл глаза, выронив дубинку и чувствуя невероятное облегчение во всем теле.