Том 1 Глава 23

Хён Джон, Ун Ам и Хён Сан остались в кабинете Главы, после того, как ушёл Чхон Мён.

— Что думаешь?

Ун Ам улыбнулся на вопрос Хён Сана.

— Кажется, он понимает путь Дао.

— Ты чувствовал то же.

Хён Джон счастливо улыбнулся.

Это правда, Чхон Мён казался замечательным. Почему нет? Благодаря ему Хуашань спаслась от гибели. Не было вторжения врагов или внутренних разногласий, всё было вызвано лишь денежными проблемами. К счастью они смогли избежать такой позорной ситуации. Хуашань с такой большой историей и традициями могла потерять секту из-за ничтожной проблемы.

Поэтому, по мнению Хён Джон, Чхон Мён заслуживал особое внимание.

Но теперь оценка была связана не только с его заслугой.

— Даже если он ребёнок, в его словах много глубины. Порой его язык груб, но это можно понять, если учесть его возраст.

— Верно.

Слова Ун Ама усилили впечатление Хён Джона.

Я не чувствовал, что говорю с ребёнком. Это связано не только с тем, как он говорил. В нём не было ничего детского.

Что же это может быть?

'Я единственный кто почувствовал это? '

Он не мог передать это в двух словах. Ребёнок казался взрослым мужчиной.

'Я не нахожу другого объяснения кроме Дао'

Ун Ам слегка наклонил голову.

— У него глубокие мысли, не такие как у детей. Чувство, будто он долго обдумывает прежде чем говорить. Он очень умный ребёнок во многих отношениях.

— Да.

— Если ничего не произойдёт, он сможет вести следующее поколение Хуашань.

Хён Джон спокойно кивнул, после он перевёл взгляд на Хён Сана.

— О чём ты думаешь?

Хён Сан лишь молча смотрел до этой минуты.

— Разве вы не знаете, что я не люблю судить людей, Глава?

— Я лишь спрашиваю, как ты относишься к нему?

— Отношусь…

Хён Сан закрыл глаза.

Время шло медленно. После долгого размышления, он ответил:

–  Я знаю, что дети со сложной жизнью имеют глубокие мысли. Это значит, что они более зрелые для их возраста. Но не значит, что они ведут себя как взрослые.

Хён Сан посмотрел вокруг и продолжил:

— Но этот ребёнок не такой, он говорит и ведёт себя, как взрослый человек. Я бы очень хотел покопаться и посмотреть, что скрывается в его сознании.

— Ты думаешь, что он что-то скрывает?

— Я не имею в виду что-то плохое… Но…

Хён Сан не сказал больше ничего.

— Я понимаю…

— Я знаю, о чем вы все думаете. Но не нужно слишком волноваться. Разве вы не видите, что он просто ребёнок.

— Да, Глава.

— Мы не теперь, кто используется людей, мы здесь, чтобы обучать их. Если у них есть таланты, мы должны помочь их раскрыть. А если есть проблемы, справиться с ними.

— Это верно.

— Ун Ам

— Да, Глава

— Как продвигается строительство?

— Из-за крутых подъёмов сложно обеспечить все материалы. Мы вырубаем деревья, но ускориться более не модем. Нужно время, чтобы высушить и подрезать деревья.

— Да, я понимаю.

Хён Джон со серьёзным видом почесал бороду.

— Ты недоволен мной, ведь я волнуюсь сейчас только о деньгах?

— Конечно же нет, Глава.

— Пожалуйста, пойми, Хуашань возродилась сейчас. Когда человек принимает новое решение и волю, ему нужно изменить своё отношение ко всему и поменять образ мыслей. Секту нужно перестроить, чтобы должным образом передать значение и решимость Хуашань…

— Да, вы правы.

Хён Джон кивнул.

— Садже.

— Да, лидер.

Хён Джон медленно повернул голову.

— Пожалуйста, как можно скорее закончите интерпретировать найденные книги по боевым искусствам. Хотя я не хочу вас торопить. Судьба Хуашань изменится в зависимости от того, как мы передадим жим знания ученикам Хуашань.

— Я позабочусь, чтобы всё прошло наилучшим образом.

— Я доверяю тебе.

Увидев Хён Джона, который был погружён в свои мысли, лицо Хён Сана ожесточилось.

'Должен ли я сказать ему? '

Нет.

Глава в это время представлял себе будущее Хуашань на тысячи лет вперёд. Его не должна беспокоить жалкая история сейчас.

Но…

Хён Сан вздохнул.

Когда он обнаружил произошедшее, он был настолько шокирован этим. Но он не мог избавиться от растущий сомнений, потому что был погружён в те книги.

'Для книг, которым было больше 100 лет бумага была слишком чистая и целая.'

Везде были размазаны чернила. Если его подозрение было верным, то книга была написана совсем недавно.

Но кто?

Кто мог воссоздать боевые искусства, которые практиковались только на горе Хуа? Это бессмысленно. Если кто-то мог сделать такое, то им следовало бы прийти и поговорить с Главой. Тогда вся гора бы поддержала его.

Значит, что кто-то мог Хуашань, но не хотел раскрывать свою личность.

Хён Сан покачал головой.

Ему не следует слишком много думать об этом.

Он боялся, что мог быть заговор. Но сколько бы не изучал книги, не нашёл ничего. В книгах всё было верно.

'Нужно проверить ещё раз'

Если что-то будет не так, он скажет об этом Главе.

Ух. Секта к которой не присоединились бы даже нищие!

Чхон Мён пнул камень.

— Что вы, черт побери, сделали со всеми таблетками жизненной силы.

Он мог догадаться, смотря на лицо Главы. Было ясно, что больше таблеток не было.

Это безнадёжно.

Они не могли сделать новые, ибо у них не было денег тогда. Но они их получили, и единственный ответ…

'Мне нужно подождать. '

Верно. Хён Джон решил перестать думать и покинуть секту, вместо того, чтобы говорить о таблетках.

— Ничего здесь нет!

Его желудок болел.

Даже если бы кто-то намеренно хотел разрушить Хуашань, он не выбрал бы такой путь.

Ни таблеткой, ни людей, ни денег, ни боевых искусств!

— Ничего хорошего не происходит! Моя удача!

Он был расстроен, но что он мог сделать? Это всё была карма. Чхон Мён облизал губы и погладил живот.

«Ха, это так раздражает!»

Его тело восстановилось так легко, как он надеялся. Он думал, что справится с побочными эффектами, но использование внутренней Ци и детского тела навредило ему больше, чем ожидалось.

— Проблема в том, что этого недостаточно.

Его тело не восстанавливалось. Возможно, потому что он ожидал, что детское тело будет работать так же, как и его предыдущее.

Вот и всё.

Если в прошлой жизни Чхон Мён услышал, что ребёнок используется свою внутреннюю ци, он бы отшлёпал его.

Настолько опасно это было.

Но таков был человек. То, что они советуют не делать другим, делают сами.

Проблема, с которой он столкнулся, заключалась в том, что недовольным и страдающим был никто иной, как он сам.

Так как его тело не восстанавливалось, тренировки замедлились, а из-за это, ему не хватало боевых искусств. И он слишком сильно сосредоточился на восстановлении горы Хуа. Если так пойдёт и дальше, на восстановление уйдёт ещё как минимум полгода.

— Я могу умереть в течение 6 месяцев!

Он бы справился с этим в теле взрослого мужчины. Но в таком молодом теле это было слишком опасно. Полгода в молодом теле были для него как десятилетие. И дело было не только в том, чтобы выздороветь и чувствовать себя комфортно. Теперь Чхон Мён пытался построить идеальное основание. Разве он не в человеческом теле всё ещё? Дети растут и меняются. Идеальное время для роста, эта возможность будет утеряна, если упустить время.

При изучении боевых искусств необходимо создать основы для будущих достижений.

— Мне нужно найти выход

Лицо Чхон Мёна было серьёзным.

— Мне нужно найти пилюли

Ослабленное Ци могло быть восстановлено ежедневным культивированием. Ему нужно найти другой путь.

Было два пути.

Получить чистую Ци от кого-то другого или съесть драгоценные пилюли жизненной силы.

Однако, было невозможно найти Чхон Мёну кого-то кто передаст ему ци и не было никакой возможности достать таблетку жизненной силы сейчас.

Это нельзя купить за деньги. И к тому же, разве Чхон Мён не ребёнок? Было нереально, что в Хуашань ему дадут таблетку.

Больше пути нет.

— Серьёзно! Даже нет никакой медицины. Какая секта не будет иметь таблеток. Гнилые ублюдки!

В прошлом, пилюли жизненной силы валялись на полу. Было нормальным съесть одну.

И пилюли Цветущей Сливы!

— Они даже не считались лекарством!

пилюли Цветущей Сливы были настолько распространены, что их даже не считали лекарственным препаратом. Если бы Чхон Мён был чуть сильнее, даже не стал бы искать пилюлю Цветущей Сливы.

Это могло бы помочь ему сейчас, но это были лишь бесполезные травы, которые даже не увеличили бы его выносливость в прошлом. Чхон Мён использовал их, чтобы оправиться от похмелья.

— Они имели хорошие результаты.

Когда тайно пьете алкоголь, а после не можете избавиться от похмелья, съешьте кучу пилюль Цветущей Сливы! Они были бесполезны для тренировок и боевых искусств, но были лучшим средством от похмелья.

Конечно, если бы Сахёнг узнал об этом, он побил бы Чхон Мёна.

— Итак, он спрятал пилюли Цветущей С-

— А??

Двигавшееся тело Чхон Мёна остановилось.

Облегчение от похмелья?

Он повернул голову.

— Почему я не подумал об этом?

Правильно! Таблетки!

Нет, нет!

Это так так! Они должны быть там!

Нарушитель спокойствия Хуашань… нет. Жизненные пилюли бывшего нарушителя спокойствия Хуашань Чхон Мёна!

Иногда нужен паршивый ум. Чхон Мён посмеялся над собой в прошлом и изо всех сил побежал к скале.