Том 1 Глава 32

— Вот ты где!

Ун Ам настойчиво подошёл к Чхон Мёну.

— Сасук, приветствуем Вас.

Чо Гюль и Чхон Мён склонили головы и поздоровались.

— Угу.

Ун Ам слегка кивнул головой, а затем посмотрел на Чхон Мёна.

— Чхон Мён.

— Да, Сасук.

— Тут такое дело, тебе следует отправиться в главный павильон.

— …хм?

В главный павильон?

На Хуашань?

«Он думает, что добраться до Хуашань так просто?»

О чем он вообще просит? Он говорит, что мне надо в дом на склоне крутой горы, куда даже птицы не долетают?

Совесть есть?

— Хуашань?

— Да.

Чхон Мён повернул голову в сторону с угрюмым выражением лица. Чо Гюль быстро избежал его взгляда.

— Но ведь тут много старших, которые куда сильнее, почему я?..

— Разве ты не самый младший?

— Именно. Я самый младший. Ножки у меня короткие, здоровье слабое…

— И самый незанятой.

«…»

Ах.

Ему не нравилось работать, поэтому он решил подмести двор. Кто бы знал, что это так обернётся.

— Эх.

Чхон Мён глубоко вздохнул.

Теперь он превратился в мальчика на побегушках. Как благородный клинок цветущей сливы, великий Чхон Мён, оказался в таком положении?

— Итак, какое поручение?

— Нужно доставить письмо главе.

— Чего?

Письмо?

Он хотел спросить больше, но расспрашивать сасука и докапываться до каждой детали было невежливо. Их гордость задевает, если кто-то такой молодой, как Чхон Мён, задаёт им вопросы.

— Хорошо. Я доставлю.

— Дело неотложное, лучше не мешкать. Надеюсь, ты понимаешь.

Дерьмо.

Такой весь прям вежливый.

Чхон Мён оторвал бы голову, если бы с такой просьбой выступил ученик третьего класса.

Ун Ам вытащил письмо и отдал его Чхон Мёну.

— Вот оно.

— Хорошо.

Кроме того, Ун Ам любезно объяснил, что это за письмо, на случай если Чхон Мёну будет любопытно.

— Это письмо от торговой гильдии «Млечный путь», так что будь с ним аккуратнее.

— Эм-м-м? Млечный путь?

Джо Голь объяснил ему, шепча на ухо.

— Это гильдия того самого господина Хвана.

— А?

Чхон Мён был потрясен.

Ун Ам продолжил объяснять, не обращая внимания на шок Чхон Мёна.

— Это письмо было отправлено главе в связи с чрезвычайной ситуацией. Я оказался в Хуа-Уме, так что смог перехватить его заранее. В противном случае потребовалось бы еще два дня, чтобы его доставили вместе с другими товарами в Хуашань. Так что тебе придётся взять это и немедленно доставить руководителю школы.

— Да, я понимаю.

— Это срочно, так что не откладывай и отправляйся прямо сейчас.

— Доставлю как можно скорее!

Джо Голь, наблюдавший за тем, как Чхон Мён взял письмо, невольно протянул руку, когда Чхон Мён помчался к горе.

— Это… это!

Затем он пробормотал с тревожными глазами.

— А нельзя ли послать с этим кого-нибудь ещё, кроме него?

— Хм? Ты что-то сказал?

— Н-нет, ничего.

— быстро ответил Джо Голь. Но его глаза не отрывались от спины Чхон Мёна.

«Наверное, я просто слишком разволновался».

Но плохие предчувствия редко оказывались ошибочными.

— Хм.

Чхон Мён, поднимавшийся на Хуашань, взял письмо в руки.

— Хммм.

— Получается, это письмо от господина Хвана из торговой гильдии «Млечный путь», верно?»

— Нет, если он не в лучшей форме, то отправил его подчинённый?

— Эх.

Чхон Мён вздохнул.

— С моральной точки зрения даосу не подобает открывать письма, предназначенные другим людям, и лезть в их личные дела; но разве это письмо не адресовано Хуашань, где много даосов? Будь то глава или ученик, мы же можем заглянуть внутри, поскольку мы все семья в школе. Не так ли, старший?

— Засранец, когда ты уже образумишься.

— … однако, мой старший мёртв, так что это не имеет значения.

Чхон Мён всегда совал свой нос куда не просят.

С бизнесом Хуашань, кажется, будут проблемы, если господин Хван не вмешается, чтобы помочь. Но… В гильдии что-то случилось?

Должно быть, что-то случилось с господином Хваном.

Но как он мог знать наверняка, если не заглядывал внутрь?

Чхон Мён внимательно просмотрел письмо.

Надпись на поверхности ясно гласила: «Лично главе школы».

Итак, значит, что никто, кроме главы, не должен его открывать.

— Да ладно, все нормально. Честно говоря, даже если бы глава был здесь, он бы все равно сказал мне, что там написано.

Если бы другие люди были рядом и услышали его, они бы уже крича рвали на себе волосы; к сожалению, рядом никого не было.

— Посмотрим…

Письмо надёжно запечатано восковой печатью. Нужно аккуратно открыть его, не оставив следов.

Но это было несложно для Чхон Мёна, у которого был большой опыт в рейдах на чужую собственность.

— Что ж, отлично.

Тссс!

Острая Ци поднялась с кончиков пальцев Чхон Мёна и точно разделила границы между бумагой и воском. Потом, как будто его и не трогали с самого начала, остался только целый конверт.

Чхон Мён открыл конверт, вынул письмо и начал его читать.

— Посмотрим…

Чхон Мён скрестил ноги и просмотрел содержимое.

Лицо Чхон Мёна исказилось. Он подавил желание раздавить письмо, вместо этого аккуратно сложил его и дрожащими руками засунул обратно в конверт.

Он глубоко вздохнул.

— Ух.

Сделав несколько глубоких вдохов, он успокоил свой бушующий разум.

— Разве это не тот проклятый Цветок дьявола?

Цветок дьявола.

В самом деле цветок дьявола.

Чхон Мён стиснул зубы.

— Обычным врачам не под силу такое вылечить.

Потому что это были симптомы того цветка.

Внешне симптомы похожи на сильное отравление ядом. Поэтому единственный способ лечения, назначавшийся больному – это нейтрализация яда.

Однако симптомы Цветок дьявола ― это яд, возникающий под воздействием особой техники Демонической школа.

Причина, по которой Чхон Мён не мог успокоиться, была проста.

«Ублюдки из демонической школы!»

Эти ублюдки, которых он считал уничтоженными, были живы и действовали за кулисами!

«Нет! Нет! Нет!»

Чхон Мён хлопнул себя по щекам, чтобы успокоиться.

— Тот, кого я убил, был их Небесным Демоном. Я убил не всех демонических ублюдков.

Было понятно, что эти ублюдки из Демонической школы остались живы. Но разве не говорили, что они бросились на Хуашань после того, как их Небесный Демон был убит?

Должно быть, кто-то пережил войну и стал сильнее. В Стотысячных Горах пряталось бы еще больше. Неудивительно, что они все еще рядом.

Проблема не в том, что они живы, а в том, что они что-то замышляют.

Пылающий огонь вспыхнул в глазах Чхон Мёна.

— Нет, постойте… эти мерзавцы питают ненависть к Хуашань?!

Почему каждый раз весь удар приходится на Хуашань?!

В этом мире было так много людей, почему нужно было наводить суету, затронув именно господина Хвана?!

— Ох! Голова раскалывается.

Чхон Мён глубоко вздохнул.

«Выбора нет.»

Ему нужно было пойти туда и увидеть все самому.

На основании того, что было написано, ничего с уверенностью сказать было нельзя. Чхон Мён должен был увидеть это своими глазами.

К тому же…

— Награда! Огромная вознаграждение!

В конце письма то, что было написано, сияло в глазах Чхон Мёна.

По словам Чо Гюля, у гильдии «Млечный путь» денег куры не клюют. Огромная награда из такого места… он даже не мог представить, какой она могла бы быть.

— Такое я не пропущу!

Сердце Чхон Мёна екнуло.

Прошло почти сто лет, поэтому немногие знают о Цветке дьявола.

Если бы они не вели войну сто лет назад, даже Чхон Мён не знал бы об этом. Они никак не могли предположить, что эти симптомы возникли из-за демонической техники.

Любой, кто мог распознать эти симптомы, умер от рук Небесного Демона и других учеников Демонической школы в день смерти Чхон Мёна.

Однако мир непредсказуем.

«Кто знает, может, кто-то из них и выжил».

Если бы они были живы, они были бы главами школ. Но, похоже, выживших не было. А если бы они все же выжили, передали бы они знания? Что, если у одного из тех, кто получил это письмо, действительно есть лекарство?

— Даже думать об этом не хочу!

Глаза Чхон Мёна вспыхнули от волнения.

Кто посмеет отобрать у Чхон Мёна корм? …в смысле… посмеет перехватить пациента?!… ради денег!.. нет, ради моральных принципов, решением должен заняться именно я!

— Я!

Чхон Мён взял письмо и снова наложил на него печать. Затем немного растопил воск, чтобы зафиксировать его, и отправился в путь.

— Надо сначала передать письмо.

Таким образом, даже если Чхон Мён разрешит ситуацию, глава будет иметь некоторое представление о текущей ситуации.

У Хён Джона, похоже, были тесные связи с гильдией.

Письмо читалось таким образом.

Глава. Долгая зима закончилась, и наступила весна. К тому времени, когда это произойдёт, весенние сливы будут в полном цвету, даже там, где проживает глава.

Прекрасный вид на Хуашань, которую я посетил с отцом, до сих пор запечатлён в моих воспоминаниях. Я полон желания вернуться к нему когда-нибудь, но жаль, что обстоятельства мне не позволяют.

К сожалению, мне стыдно писать вам вот так в надежде на просьбу. Я связываюсь с вами, потому что состояние моего отца ухудшается с каждым днём.

Как Вы знаете, мой отец в постели с прошлого года, так как его здоровье начало ухудшаться. Учитывая его возраст, это было неизбежно. Однако в последнее время вместо обычных признаков старческой болезни стали появляться другие симптомы.

Отец в настоящее время без сознания и не может двигаться. Его тело окрашено в красный цвет, пуль скачет как бешеный… и ещё какой-то зловещий чёрный след на переносице.

Мы, гильдия «Млечный путь», приглашали разных людей проверить состояние моего отца, но никто из них не смог поставить точный диагноз.

Хватаясь за последнюю соломинку, я пытаюсь найти хоть какую-то подсказку об этой болезни, рассылая эти письма всем, кого знаю. Если Вам что-нибудь известно о симптомах моего отца, мы будем признательны, если Вы сможете каким-либо образом связаться с нами.

Я гарантирую огромное вознаграждение от имени торговой гильдии «Млечный путь» тем, кто предоставит информацию, которая поможет улучшить здоровье моего отца.

Буду ждать от Вас хороших вестей.

С уважением,

Младший наследник торговой гильдии «Млечный путь», Хван Чжон И.