Том 1 Глава 5

Деревня Хуашань.

Расположенная под самым подножием одноимённой горы, и эта деревушка была некогда почти самой крупной во всём Шаньси.

В прошлом, когда имя Школы Хуашань громким эхом разносилось по всему миру, деревня была полна изобилия, и гармоничные отношения со школой играли в этом важную роль. Торговцы продолжали выстраиваться в очередь, чтобы посетить деревню Хуашань, а желающие увидеть Гору Хуашань шли непрерывным потоком.

Благодаря этому в деревне Хуашань никогда не было недостатка в покупателях, и она сделала себе имя, полностью зависимое от Школы Хуашань.

Но со временем все ведь мы тупеем, да?

Гора Хуашань стала приходить в упадок, её название стёрлось из памяти жителей, и жизнь в деревне Хуашань стала угасать. Однако Лавка этой деревни, носящая точно такое же название, которая стала основой всей деревни, все ещё держалась. И сейчас на верхнем этаже этого уважаемого места собрались десятки торговцев.

— Хахаха.

Огромные улыбки вырвались наружу.

— Лидер школы выглядел взволнованным. Вы видели его лицо?

— Он очень обеспокоенный. В конце концов, мы наконец-то выдвинули ультиматум.

— Ну это конечно вообще, там такая сумма! Одних только монет они забрали 100 000! Многие школы лишь бы обогатились; их деятельность должна была увеличиться как минимум в два раза! Мы протянули руку помощи из-за родства наших предков, но они должны были хотя бы иметь совесть и вернуть деньги!

— Правильно. У человека должно быть чувство приличия.

Владелец лавки Хуашань, Конг Мун Ён, кивнул, улыбаясь.

— Хоть я и торговец здесь, но должен признать, что мне было неприятно отдавать такие приказы в месте, имеющем глубокие связи с моими предками.

— Что вы имеете в виду, владелец Конг! Вы сделали всё, что мог. Прежде всего, несмотря на нарушение контракта и неоднократный пропуск срока возврата денег, вы все равно предложили им несколько отсрочек и возможностей вернуть долг.

— Верно. Никто не может винить вас за это. Мы должны восхвалять вас за милосердие, которое вы проявили.

— Я рад слышать такую поддержку.

Владелец Конг наклонился и отпил из своего бокала. Но внутри он высмеивал окружающих.

— Как удобно'.

К счастью, он мог жить такой простой жизнью.

— Хуашань полна потенциала.

Истинная сила школы исходила не от её нынешней силы, а от её истории.

Когда такой клан продолжал существовать сотни лет, находились люди, которые устанавливали с ним отношения, хотели они того или нет. По крайней мере, в Шаньси трудно было найти людей, не связанных со школой Хуашань.

Нынешняя гора Хуашань ― лишь крошка от былой славы; даже если она исчезнет, мало кому будет до этого дело.

Но самое главное ― это то, что произойдёт дальше.

Как только люди поймут, что Хуашань исчезла, все больше и больше захотят выяснить почему. Если причина окажется несправедливой, и они не смогут показать адекватное обоснование, то Хуашань может быть мгновенно уничтожена, как репутационно, так и физически.

Большинство из тех, кто был связан с Хуашань, были людьми высокого статуса.

— Но всё будет хорошо'.

Его план был длительным, но и эффективным. Хуашань со временем достигла кипения, как утка, чью плоть можно разорвать простыми палочками для еды.

— Но Господин Конг.

— Да.

— Что вы планируете делать с Хуашань?

— Хм.

Владелец Конг улыбнулся.

— Хуашань более значима, чем вы думаете. Она может быть старой и павшей, но это хорошая сделка.

— Не понимаю.

Вот идиоты.

Выражение лица владельца Конга почти исказилось, но ему удалось сохранить дружелюбный вид.

— Не стоит недооценивать значение горы Хуашань. Даже если она будет использоваться как туристическое место, многие захотят посетить её.

— Но...

Юн Чон Сан, который продавал шёлк, скомкал выражение лица, когда заговорил.

— Сколько стоит восстановить гору Хуашань? Не лучше ли купить что-нибудь другое?

— Нам больше ничего не нужно.

— Хм.

Владелец Конг поджал губы.

— Вам не стоит сильно беспокоиться. Я не хочу раскрывать это сейчас, но наверняка есть место, которое предложит достаточную компенсацию за это место, даже если от него ничего не останется.

— Вы так думаете? Чтобы Хуашань любили как...

— Всё наоборот.

— Ах...

Юн Чон Сан кивнул, как будто понял.

Секта, которая захочет стереть присутствие Хуашань, купит её за высокую цену, чтобы уничтожить. А таких сект было уже несколько.

— Так что не волнуйтесь. Мы получим наши деньги.

— Куахаха! Как будто я волновался. Мы всегда верили в тебя, владелец Конг.

— Конечно! Мы, торговцы, всегда верили и следовали за вами!

Конг Мун Ён с улыбкой кивнул.

Но в его сердце были другие мысли.

— Я больше не могу вести дела с этими людьми'.

Это была умирающая земля. Когда Гора Хуашань прославилась на весь мир, это место процветало, но теперь здесь ничего не осталось. Из-за глубоких связей с Хуашань они остались, теперь же они медленно разлагались, превращаясь в пустые оболочки своих прежних сущностей.

В первую очередь, деревня Хуашань не была главной достопримечательностью, поэтому сюда приходило не так много людей. Тем не менее, единственной причиной, по которой они могли оставаться и жить, были деньги, заработанные во время процветания Хуашань.

Если Хуашань полностью исчезнет, то эта деревня будет как мертвая.

— Пока не стало слишком поздно, мне нужно организоваться и уехать.

Если он сможет попытаться получить много денег, продав Хуашань, то сможет переехать и обосноваться в другом месте. Чтобы сделать это...

— Хм?

В этот момент Конг Мун Ён повернул голову.

— Кто там?

Как только он крикнул, охранники, которые были там, выбежали.

— Кто там?

— Там кто-то есть?

Конг Мун Ен не ответил и ждал, пока охранники вернутся.

В конце концов, охранники вернулись.

— Там никого не было.

«...»

Когда Конг Мун Ён ничего не сказал, Юн Чон Сан с улыбкой произнёс.

— Владелец Конг. Разве мы не на последнем этаже Хуашань? Кто вообще может сюда прийти?

— Верно. А если бы кто-то и был, его бы нашли. Где бы они вообще могли здесь спрятаться?

Конг Мун Ён кивнул головой.

— Может, я был слишком осторожен?

Возможно. Ему не нужно было долго ждать, пока его давние заветные желания сбудутся.

— Кажется, я устал. Я хочу насладиться этим ещё немного, но, думаю, будет правильно закончить моё наслаждение здесь.

Все согласились с этими словами и встали. Однако, когда нервы разбушевались, они редко легко утихали.

Казалось, что ему нужен отдых.

— Уххх!

Юн Чон Сан, пошатываясь, шёл по улице.

— Как хорошо!

Похоже, он перебрал с алкоголем на ночь. И его возбуждение не прекращалось.

Почему?

— Так много денег скоро появится на моем пути!

Деньги, которые они могли бы получить от Хуашань, огромны. Проценты по выданному им кредиту начислялись так долго, что первоначальная сумма по сравнению с ней просто мизерна.

Если бы только это удалось вернуть, ему больше никогда не пришлось бы работать, и он мог бы отдыхать и играть до конца своих дней.

Конг был ненадёжным человеком, но он был серьёзен, когда дело касалось денег. Неважно, что он планировал за кулисами, главное для Юн Чон Сана было получить деньги.

Луна яркая... Что? Луны нет? Эх...

Юн Чон Сан улыбнулся и огляделся. Вместо того чтобы идти по широкой улице, он по пьяни забрёл в унылый и одинокий переулок. Было жутко.

Ха-ха.

Он плохо соображал. Если бы сейчас пришёл грабитель...

— Ты, подожди там.

«...»

Юн Чон Сан закрывал и открывал глаза несколько раз.

Кто-то загораживал тёмный переулок. От чёрной одежды до маски. Воистину...

— Как грабитель.

Он был довольно маленьким для грабителя, не слишком страшным, но его намерения были ясны. Но все же, разве грабители обычно совершают ограбление в такой одежде? Не слишком ли это очевидно?

— Одежда кричит о том, что он грабитель.

Юн Чон Сан улыбнулся и открыл рот.

— Меня грабят?

— Мне плевать на деньги.

Грабитель шагнул вперёд.

— Если ты ответишь на мои вопросы, я отправлю тебя по-хорошему.

— Хо-о-о?

Юн Чон Сан рассмеялся.

— Не то чтобы я не хотел дать вам ответ, но мне кажется, что это будет трудновато.

С этими словами он поднял голову.

— Видишь ли, со мной много людей. Потому что ходить одному уже небезопасно.

Свошь!

С лёгким звуком появилась группа мужчин с мечами. Это были охранники, тайно сопровождавшие мужчину.

— Я бы с удовольствием ответил на ваши вопросы, но не думаю, что это обрадует профсоюз торговцев.

Разбойник просто посмотрел на мужчину. Протрезвевший Юн Чон Сан закрыл рот, и на этот раз заговорил один из его сопровождающих.

— Что мне делать? Убить его?

— Хм...

Юн Чон Сан погладил свою бороду.

— Если он пришёл сюда в этой тёмной одежде, разве это не значит, что он пришёл сюда с какой-то целью, а не для того, чтобы ограбить меня?

— Думаю, да.

— Тогда нам нужно узнать его цель. Схвати его, чтобы я мог попросить его говорить.

— Да!

С этими словами сопровождающие бросились вперёд.

— Подождите!

Грабитель показал свою ладонь, чтобы остановить их.

— А?

— Видите ли, если возможно, я бы не хотел устраивать сцену. Поэтому, если вы просто ответите на то, что мне нужно знать, все закончится хорошо. Итак...

— Долго ты собираешься слушать его дерьмо? Приведите его!

— Да!

Сопровождающие мгновенно окружили грабителя.

— Идиот.

Увидев это, Юн Чон Сан отвернулся, так как ему было неприятно смотреть на сцены насилия.

У них был контракт с крупной суммой денег. Поэтому сопровождающие, которых ему дали, были способнее, чем обычные. На этот раз грабителю не повезло...

Кван!

Точно.

Бум!

О боже, бедный грабитель.

Квак!

Юн Чон Сан нахмурился. Это казалось слишком жестоким для одного человека, чтобы его так сильно ударили.

— Разве я не говорил тебе, что он должен говорить?

— Э-э? Правда?

— Точно. Я уверен... а?

— Кто ответил?

Юн Чон Сан оглянулся.

«...»

Его сопровождающие охранники лежали перед ним с пеной у рта, как крабы. Грабитель явно их раздавил и теперь неуклонно приближался к нему.

— Язык ― это то, что отличает людей от простых животных, но когда тебе дали возможность говорить, ты предпочёл показать себя зверем.

«...»

Разбойник пошевелил пальцем.

— Иди сюда, иди сейчас же.

«...»

Юн Чон Сан молча подошёл к человеку в маске, словно одержимый.

— Ещё раз повторяю, если ты будешь отвечать правильно, ничего не случится. Понятно?

— Да!

Ответ последовал незамедлительно.

— Теперь.

— ...а?

— Если бы ты ответил так с самого начала, я бы просто ушел, но поскольку ты пытался бороться со мной, ты должен быть наказан, верно?

— А?

— Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы ты был в состоянии говорить.

«...»

Это был чуть ли не самый тёмный день в жизни Юн Чон Сана.