Том 1 Глава 28

Я проснулся ранним утром и сразу ощутил вкусный запах. Повернув голову, увидел, как Айзек стоял рядом с котелком, повешенным над костром, и готовил похлёбку. Жрец сидел неподалёку и, прислонившись к дереву, наблюдал за процессом приготовления. Именно от котелка и шёл этот вкусный запах. Зевнув, я потянулся и, выбравшись из спального мешка, подошёл к костру, где Айзек занимался готовкой. Заглянув в котелок, я ещё раз вдохнул этот чудный запах и понял, что пахнет рыбой. Видимо, это была рыбная похлёбка.

— Пахнет чудесно. Дашь попробовать? — спросил я у Айзека.

— Ещё не готово, — отмахнулся от меня парень.

— Я готов подождать, — сообщил ему я.

Прошло ещё полчаса, а я всё стоял рядом с Айзеком, наблюдая за процессом приготовления. Видимо, парню надоело такое внимание, из-за чего Айзек глянул на меня сощуренными глазами, сказав:

— Достал, будет тебе похлёбка. Давай тарелку, я тебе сейчас налью.

— Вот так бы сразу, — улыбнулся я парню.

Когда я достал тарелку и ложку из пространственного кольца, Айзек тут же налил мне своего супа. В этой похлёбке была не только рыба, но и картошка, редис и морковь. Съев первую ложку, я замычал от удовольствия. Как же это было вкусно! Рыба прямо таяла во рту.

— Неужели всех членов древних родов учат так прекрасно готовить? — спросил я, съев всё до последней капли.

— Не знаю насчёт всех, но представители рода Тоширан хороши во всём, что бы они ни делали, — пожал плечами Айзек.

— Ну да, куда нам, обычным смертным, до гордых представителей рода Тоширан, — съязвил я.

— Именно так и есть, — абсолютно серьёзно кивнул аристократ, полностью проигнорировав сарказм в моём тоне.

Я решил наказать его за его гордыню касательно рода.

— Раз так, то скажи-ка мне на милость. Каким образом столь образованный и родовитый юноша мог не понять, что имеет дело с цветком скверны? — сказал я, злорадно улыбнувшись.

— Ну я… — запнулся Айзек. — Я просто пропустил несколько уроков, только и всего.

— И что, все представители рода Тоширан такие легкомысленные? — хмыкнул я.

— Парень, да ты смерти ищешь! — возмутился Айзек.

— Ладно, прогульщик, не буду привлекать к этому твой род.

После моих слов он возмущённо сощурил глаза, однако не ответил. Так как, видимо, осознал, что это бесполезно. Я покосился на Сиегила, но тот сидел, закрыв глаза, и, похоже, не обращал на наше пикирование никакого внимания.

Когда наш диалог закончился, я вернулся мыслями к своему прошлому сну. Последнее время я стал замечать, что то, что мне снится, с помощью деда несёт важную информацию, которая должна помочь в данный момент. Например, сейчас я впервые встретил представителя древнего рода, и мне приснился рассказ деда про древние рода, их руны и магические татуировки. Из-за этого я вспомнил, что дед так и не успел научить меня ни одной руне. Из-за чего я был не в состоянии создать даже самый примитивный артефакт.

В ближайшем будущем изучение новых рун должно стать для меня приоритетной задачей. И в данный момент рядом со мной находился тот, кто точно знает парочку рун. Так может этот сон был намёком на то, что пора попросить Айзека научить меня рунам, которые он знает? Что же, я всегда могу так сделать. Конечно, не факт, что он согласится. Однако, спросив, я же ничего не теряю. Правильно?

Понаблюдав за тем, как Айзек аккуратно ест из своей тарелки суп, я чуть погодя задал вопрос:

— Слушай, Айзек. А ты не мог бы научить меня парочке рун рода Тоширан?

— Это исключено, — сказал, как отрезал, Айзек.

— Но почему? — возмутился я от такого резкого отказа.

— Потому что знание рун священно для любого рода. Мы совершенствуем их из поколения в поколение на протяжении десятков тысяч лет. Думаешь, после этого мы будем учить каждого первого встречного? Ты, парень, видимо, понятия не имеешь, что такое древние рода и как они устроены.

И наверное, в этом Айзек был прав. Я слышал о древних родах только из рассказов дедушки, и видимо, он не успел мне поведать, насколько сложно будет получить знания даже о нескольких рунах самостоятельно. Ну ничего. Представители древних родов ведь тоже люди. Правильно? А люди имеют свои желания и потребности. Мне нужно лишь подобрать ключик к одному представителю каждого рода. Предложить им то, что для них будет важнее священности знаний о рунах. Осталось только найти эти ключики.

И тут вырисовывалась проблема. Ведь я понятия не имел, что равноценное могу предложить тому же Айзеку из того, что готов отдать. Однако кто сказал, что это нужно делать прямо сейчас? У меня ещё впереди целая жизнь, чтобы подобраться ближе к древним родам и получить знания о их рунах. Позволю заметить, долгая жизнь, ведь маги высоких ступеней способны жить не одно тысячелетие. А я уж точно не собирался останавливаться на ступени Ученика.

— Ладно, Айзек. Забудь, что я сказал. Я, видимо, действительно понятия не имел, как устроены древние рода, — отмахнулся я.

— То-то и оно, — кивнул тот, продолжая есть похлёбку.

Позавтракав, мы спрятали спальные мешки и утварь в пространственные кольца и, оседлав лошадей, отправились дальше в путь. Прошло ещё несколько часов скачки, прежде чем впереди нас показался отряд всадников.

Подъехав ближе, я понял, что всадники носят ту же форму, что и командир Меридиан, которого я видел во дворце короля Аспии. Теперь всё стало понятно. Это тот самый отряд магов из корпуса Меридиан, который должен нам помочь справиться с Личом и его нежитью. Подъехав ближе, я смог разглядеть этих магов подробнее. Их было пятнадцать человек. Внешне им можно было дать лет тридцать — тридцать пять. Это были мужчины крепкого телосложения с выправкой бывалых солдат. Шестеро из них находились на пятой ступени Духа и девятеро на Продвинутой.

Однако был ещё один член отряда, который выделялся среди остальных. Вместо серой хламиды, которую носили члены корпуса Меридиан, этот парень носил красную мантию. Выглядел он не старше Айзека. Его короткие волосы были огненно-красного цвета, и на привлекательном лице была доброжелательная улыбка. Но самое главное, что этот маг находился на ступени Мастера. И вот здесь, если учитывать его молодость, такой результат в могуществе был экстраординарным для Аспии.

Когда мы подошли к отряду поближе, юноша с огненно-красными волосами слез с лошади и направился в нашу сторону. Лучезарно улыбаясь, он обратился к представителю рода Тоширан.

— Айзек, дружище, давно не виделись! Рад тебя видеть.

— Ланс, а я-то тебя как рад видеть, — улыбнулся Айзек в ответ.

— Как понимаю, это все, кто будет участвовать в уничтожении филактерий, — серьёзным тоном произнёс Сиегил, — давайте каждый расскажет, кто на какой магии специализируется и на что способен.

Никто не стал спорить со жрецом, и вскоре каждый член отряда высказался. Как оказалось, из пятнадцати шестеро были магам света, семеро магами огня и двое магами ветра. Как объяснил Сиегил, магия света способна ослаблять нежить. То же плетение свет инквизитора, которое жрец использовал против вурдалака, было не единственным плетением школы света, направленным против нежити. Но, пожалуй, одним из самых могущественных. Однако оно было доступным на ступенях начиная с Мастера.

Именно это плетение Мельтас завещал своим последователям. Тот, кто использует его и не имеет отношения к Мельтасу, сильно рискует. С такими магами члены Ордена Меридиан не церемонятся. Однако существовал более простой аналог этого плетения, которое называлось святой свет. Его могли применять любые маги на более низких ступенях, и использование данного плетения не каралось. Именно святым светом владела эта шестёрка магов из корпуса Меридиан, и именно это плетение они собирались использовать против нежити.

Девятеро были обычными магами огня. По словам Сиегила, в то время, пока свет ослаблял, именно огонь лучше всего уничтожал нежить и скверну. По словам магов огня, они были способны создавать огненные шары и огненные плети, а также использовать плетение огненного круга, атакуя по площади. Это были самые распространённые огненные плетения в Алондаре.

Когда каждый из пятнадцати магов корпуса Меридиан высказался насчёт своих способностей, один из них наконец обратил внимание на меня.

— Что здесь делает маг на ступени Ученика? Только не говорите мне, что он пойдёт с нами.

— Да, он идёт с нами. На то воля Мельтаса, — ответил Сиегил.

— Странные требования у Первобытного. Он же будет нам только обузой, — хмыкнул маг из корпуса Меридиан.

— Не тебе оспаривать слова Мельтаса, — презрительно заметил парень с огненно-красными волосами, которого звали Лансом.

— Я вам больше скажу. Этот парень очень важен для Мельтаса. Так что вашей задачей будет его охрана, — заметил Сиегил.

— Так нам ещё его охранять. Лучше бы вообще не брали, — хмыкнул другой член отряда.

Мне не нравилось такое отношение. Однако что я мог сказать против их слов? Я действительно был всего лишь Учеником и действительно был обузой. Не их вина, что я так слаб. Так что не стал злиться или говорить что-то им в ответ. Просто пообещал себе, что обязательно стану сильнее. Придёт время, и никто во всём Алондаре не посмеет назвать меня слабаком! Мне предстоит путь длиною в жизнь. И только от меня зависит, чего я достигну.

О возможностях жреца Мельтаса я и так знал. Также я видел, на что способен Айзек. Однако меня интересовало, какие у него родовые артефакт и татуировка. Когда я задал Айзеку этот вопрос, тот сразу же ответил:

— Мой родовой артефакт — это родовой клинок льда Тоширан. А родовая магическая татуировка называется дыхание морозного дракона.

Я понятия не имел, на что способны этот артефакт и татуировка, и надеялся это узнать в предстоящей схватке.

Однако был ещё один член отряда, который пока что не высказался по поводу своих возможностей. И им был парень с огненно-красными волосами. Честно говоря, он меня заинтересовал и мне хотелось бы узнать, на что тот способен.

— Слушай, Ланс. Ты можешь, как и остальные, рассказать о своих возможностях?

Ланс не стал юлить и так же, как и остальные, высказался на интересующую нас тему.

— Мой родовой артефакт — это браслеты огненного дождя, и родовая татуировка называется крылья феникса.

Стоп. Какого Мелека? Родовой артефакт. Родовая татуировка. Только не говорите мне, что в Аспии затесался ещё один представитель древнего рода. Это же слабое Королевство. Что эти ребята здесь забыли?