Я перевалился через перила, когда Элли спустила меня обратно в Камелот.

Последствия битвы и возвращение на базу крайне размыто отражались в моем сознании.

Я уничтожил все машины и оружие, чтобы отказать в любых ресурсах тому, кто владел этими рабами.

Мне даже хотелось похоронить их тела, но Аделаида твердо запретила это делать.

Паладин обнаружил, что у меня было (слегка) проколото легкое, поэтому мне нужно было как можно скорее вернуться в медицинский отсек.

Я выбрался из грузового лифта в оружейную, и мой костюм распахнулся резким движением.

Я спроектировал его так, чтобы его можно было снять, даже если Паладин получит катастрофические повреждения.

Как только я выбрался из костюма, армия ботов-пауков начала его осмотр.

В конце концов они перенесли его на запасную станцию ​​вооружения, которую я настроил для ремонта.— Тебе нужна помощь, чтобы добраться до медицинского отсека, Сэм? — спросила Аделаида в динамики базы, она волновалась.

Группа ботов-пауков подкралась ко мне.Я покачал головой и поднялся на первый этаж, мой разум слишком оцепенел от шока, чтобы я мог по-настоящему соображать, что происходит.

Моя память прокручивала предыдущее сражение, пытаясь разобрать каждую его часть, чтобы найти ключ к тому, как обнаружить этих уродов.

Работорговцы сами являлись рабами, они явно не желали лишних жертв, а просто подчинялись под страхом смерти и пыток.

Но Гарри сказал, что за людей из Стерлинга "хорошенько заплатят".

Таким образом, не один лишь страх побуждал их к этим действиям."Возможно, они смогли бы выкупить свою свободу?"Я тут же отказался от этой идеи.

Слишком много логических дыр, недостаточно фактов.

Я проехал на лифте во второй объект, где располагался медицинский отсек.

У меня были тяжелые травмы, но я даже не замечал их.Мои мысли сконцентрировались на чипах, встроенных в голову рабов.

Я облажался.

Я должен был знать, что это не просто добродетельные устройства, что они были своего рода контролем.

Но раньше я подобного не видел, вероятно, они были разработаны преступным синдикатом.

Даже во время войны за выживание человечества преступность никуда не исчезла.

Фактически, по мере того, как все больше людей обращались к наркотикам в качестве средства спасения, картели и группировки процветали, объединяясь в более крупные банды.

Предполагаю, что какой-то счастливый ублюдок, управляющий синдикатом, выжил и захватил часть территории, а также установил на ней свою власть.

Но эти устройства... меня тошнило от них.

Это чистейшее зло.Я вошел в медицинский отсек, мои глаза сощурились от внезапной смены цветовой гаммы с серого бетона на блестящую стерильную плитку.

Я стоял в дверях, немного растерявшись, что же делать дальше.

Я дошел сюда на автомате, но вот дальше не знал, то ли использовать один из медицинских пунктов, то ли просто лечь на больничную койку.— Пожалуйста, ляг в ближайший к тебе медицинский пункт, Сэм, — сказала Аделаида, — твои травмы не по силам ботам-паукам.— Хорошо, — ответил я.

Затем подошел к станции, и пластиковая кровать опустилась до уровня моих голеней.

Я забрался на нее, при этом мои сломанные ребра подавали болевой сигнал о моем состоянии, и расслабил свое тело.

Капсула закрылась вокруг меня, но тусклый свет не давал абсолютной темноте все захватить.— Окей, Сэм, — сказала Аделаида. — Станция начнет работать через минуту после того, как будет полностью продиагностировано твое ранение.

Ты будешь под наркозом.

Согласно расчетам, ты очнешься через два часа.— Спасибо, Аделаида, — белый свет начал двигаться вокруг моего тела. — Эй.

После того как я очнусь, мы сможем поговорить о том, что произошло сегодня? — мои глаза уже ощущали тяжесть.

Я не знал, как точно работает медицинская станция, но анестезия начала действовать очень быстро.

Последним, что я услышал перед тем, как вырубился, были нежные слова Аделаиды:— Конечно, Сэм.***Я моргнул, неуверенно распахнув глаза.

Мой бок зудел, и во рту пересохло.

Мое зрение стабилизировалось, и я уставился на искусственный деревянный потолок.

Кровать подо мной была удобной, больше, чем в медпункте.

Я находился в комнате командира, в своей комнате.

Тело ощущало некую слабость, но я все равно сел, заметив, что вся одежда еще на мне.

Я старался очистить свой разум.

А что я...— Ах.— Сэм, — сказала Аделаида, прерывая мои мысли, — как ты себя чувствуешь?— Как будто кто-то наполнил мою голову ватой.

А мой рот больше смахивает на пустыню, — я посмотрел на тумбочку, и рядом с фотографией моей любимой Камиллы стоял стакан с водой.

Она улыбалась, как идиотка, с новой моделью StarArc в руках, ее почти черные волосы были завязаны в хвостик.

Прошло около года после того, как мы начали встречаться, когда мы отправились на встречу в Лос-Анджелесе.

На этой фотографии у нее был натуральный цвет волос, поэтому она мне так нравилась.

Я провел пальцем по контуру рамы и поднял стакан с водой.— Я рада слышать, что ты в порядке, Сэм.Я слегка рассмеялся:— Не знаю, подходит ли эта фраза, — я провел рукой по волосам. — Как ты там? Все это... было неприятно.— Да, неприятно.

Я знала, что убийство далеко не из приятных событий, я наблюдала и анализировала достаточно данных средств массовой информации, чтобы знать об этом.

Однако испытать это на собственном опыте — совсем другое.— Ага, — пробормотал я, — все действительно так, — я вздрогнул, вспомнив, как человеческие тела ломались о мой костюм, как пули разрывали их на части.

Я вновь покачал головой и сделал большой глоток воды, стараясь вытолкнуть эту картину из собственного сознания.— Я пыталась подобрать сценарий, который бы сработал, — сказала Аделаида, в ее голосе прозвучала боль, — я анализировала записи той ситуации более ста раз.

Возможно, если бы я быстрее проанализировала электронику, то смогла бы что-то сделать, чтобы заблокировать сигнал.

Я потратила так много времени, чтобы понять, какую роль выполняют эти чипы, и даже не заметила, что они были связаны с чем-то.Я резко поднял глаза на ее слова:— Эй.

Нельзя так себя мучить.

Помни, что мы узнали в симуляторе.— Мертвые мертвы, — прошептала Аделаида, — и они не вернутся.— Правильно, — твердо кивнул я, — мы не можем изменить то, что произошло.

Все, что мы можем сделать, так это предпринять действия, чтобы это больше не повторилось.

И первое, что нам нужно выяснить, так это то, где мы облажались, но не под воздействием эмоций.

Мы должны быть беспристрастны и логичны, верно? — Аделаида согласилась.— Хорошо.

Первое, в чем я облажался, так это то, что наблюдал за ситуацией слишком мало.

Мне нужно было послушать больше нескольких минут.

Я должен был попросить тебя проанализировать всю их электронику и подождать, пока мы все не выясним.

В итоге я поступил необдуманно, пойдя вперед без надлежащей информации, и это навредило мне и многим людям, — я нахмурился. — Маленький вопросик: есть ли способ, которым ты могла бы заблокировать сигналы, поступающие на коммуникатор в ухе Гарри, или чипы в затылках?Аделаида секунду подумала и ответила:— Нет.

У меня не было необходимого оборудования для эффективного подавления этих сигналов.

Также, я бы не смогла "запрыгнуть" в эти устройства, так как не могла подключиться к ним.— Хорошо, по крайней мере, мы знаем, что не было ничего, что мы могли бы сделать по-другому, но мы точно позаботимся о том, чтобы оснастить Паладина более мощным набором средств для кибервойны, — сказал я, кивая.

Затем продолжил: — Второй раз, когда я облажался, — это несвоевременная реакция в тот момент, когда я заметил мучения Гарри или тех рабов, которые начали окружать меня.

Не существовало ни малейшего способа, которым они смогли бы меня поймать, и это позволило бы нам вовремя прийти в себя и придумать план получше.

Я остался, потому что был уверен в силе Паладина, и все было бы в порядке, если бы нашей целью было уничтожение этой группы.

Но это было не так.

Цель состояла в том, чтобы собрать информацию и отразить нападение на Стерлинг.

Я предотвратил нападение на Стерлинг, но поскольку не продумал свои действия, погибло намного больше людей, чем это было потенциально необходимо.— Ты сам только что сказал, что я не должна мучить себя, Сэм, — произнесла Аделаида, — но ты, кажется, занимаешься тем же самым.Я покачал головой:— Нет, честно.

Есть разница между самобичеванием "а что если" и анализом того, почему события развернулись не так, как нам бы хотелось.

Ошибки случаются.

Эта была ужасна, потому что погибло много людей, и я мог бы избежать всего этого.

Но, честно говоря... — я на мгновение замолк, но потом пересилил себя, — честно говоря, результат не так плох, как мог бы быть.

Я получил лишь небольшую травму, и атаки на Стерлинг удалось избежать.

Я все еще виноват в том, что эти люди умерли, но не я спустил курок первым.

Мы должны сосредоточиться на том, чтобы извлечь урок из этого и найти тварей, которые организовали всю эту бойню, чтобы избежать ее повторения.— Как? — спросила Аделаида. — У нас почти ничего не осталось.Я фыркнул:— Чушь собачья.

У нас есть несколько вариантов, по которым мы можем двигаться.

Один из них — спросить других выживших, с которыми мы общались, о работорговцах.

Я сомневаюсь, что они хорошо на это смотрят.

И есть еще один, более подходящий вариант.

У нас есть активные сканы любого устройства.

У нас есть доступ к базам данных правительства США, включая ФБР.

Что-то настолько опасное и незаконное...

Ты наверняка узнаешь, что кто-то занимался расследованием касательно всего этого.

Если мы сможем точно выяснить, какими были чипы, то сможем узнать и где, по мнению ФБР, они распространялись или производились.

Эти чипы должны быть легко заменяемыми для тех, кто дергает за ниточки, чтобы они молгли просто так их уничтожить.— Рабы сказали, что они с востока, — высказалась Аделаида, улавливая суть моих слов, — но реальный радиус их действия ограничен.

Даже если бы они разграбили некоторые запасы Стерлинга, им все равно пришлось бы кормить себя и рабов, которых они привозили.

Кроме того, могло быть только несколько мест, где эти устройства сконцентрированы плотным потоком: места с сильным влиянием синдикатов или места, где производились сами чипы.Я продолжил ход ее мыслей:— Мы сузим допустимый диапазон, в который могут попасть те рабы.

Сравним этот список с предполагаемыми местами ФБР…— И у нас будет зона поиска, в которой мы сможем начать разведку, — подвела итог Аделаида.— Хорошая девочка, — сказал я, ухмыляясь в потолок. — Мы начнем собирать подсказки вместе, как только сможем.

Мы найдем ублюдков и заставим их заплатить за все, — я вскочил с кровати, не обращая внимания на то, насколько слабым ощущалось мое тело, игнорируя ужасную тошноту, подходящую к горлу, когда крики рабов все еще отдавались в моей голове. — Давай отправимся в командный центр, я хочу взглянуть на новую информацию со спутников.— Уже? — удивленно спросила Аделаида.Я слегка улыбнулся.— Я могу сидеть здесь, мучая себя из-за того, что позволил этим людям умереть, или могу отвлечься новыми спутниковыми изображениями и попытаться выяснить, что случилось с этим миром.

Как ты думаешь, что будет лучше для моего психического состояния?— Является ли психиатр третьим верным вариантом?— Нет, если даже не известно, остался ли хоть один из них в живых, — сказал я, направляясь к двери.— Тогда подходи к командному центру, Сэм, — Аделаида смирилась.

Она немного помолчала, пока я двигался по коридорам, но потом сказала кое-что еще, и ее голос прозвучал очень нежно: — И Сэм, спасибо за то, что ты здесь, рядом со мной.

Я перевалился через перила, когда Элли спустила меня обратно в Камелот.

Последствия битвы и возвращение на базу крайне размыто отражались в моем сознании.

Я уничтожил все машины и оружие, чтобы отказать в любых ресурсах тому, кто владел этими рабами.

Мне даже хотелось похоронить их тела, но Аделаида твердо запретила это делать.

Паладин обнаружил, что у меня было (слегка) проколото легкое, поэтому мне нужно было как можно скорее вернуться в медицинский отсек.

Я выбрался из грузового лифта в оружейную, и мой костюм распахнулся резким движением.

Я спроектировал его так, чтобы его можно было снять, даже если Паладин получит катастрофические повреждения.

Как только я выбрался из костюма, армия ботов-пауков начала его осмотр.

В конце концов они перенесли его на запасную станцию ​​вооружения, которую я настроил для ремонта.

— Тебе нужна помощь, чтобы добраться до медицинского отсека, Сэм? — спросила Аделаида в динамики базы, она волновалась.

Группа ботов-пауков подкралась ко мне.

Я покачал головой и поднялся на первый этаж, мой разум слишком оцепенел от шока, чтобы я мог по-настоящему соображать, что происходит.

Моя память прокручивала предыдущее сражение, пытаясь разобрать каждую его часть, чтобы найти ключ к тому, как обнаружить этих уродов.

Работорговцы сами являлись рабами, они явно не желали лишних жертв, а просто подчинялись под страхом смерти и пыток.

Но Гарри сказал, что за людей из Стерлинга "хорошенько заплатят".

Таким образом, не один лишь страх побуждал их к этим действиям."Возможно, они смогли бы выкупить свою свободу?"Я тут же отказался от этой идеи.

Слишком много логических дыр, недостаточно фактов.

Я проехал на лифте во второй объект, где располагался медицинский отсек.

У меня были тяжелые травмы, но я даже не замечал их.

Мои мысли сконцентрировались на чипах, встроенных в голову рабов.

Я облажался.

Я должен был знать, что это не просто добродетельные устройства, что они были своего рода контролем.

Но раньше я подобного не видел, вероятно, они были разработаны преступным синдикатом.

Даже во время войны за выживание человечества преступность никуда не исчезла.

Фактически, по мере того, как все больше людей обращались к наркотикам в качестве средства спасения, картели и группировки процветали, объединяясь в более крупные банды.

Предполагаю, что какой-то счастливый ублюдок, управляющий синдикатом, выжил и захватил часть территории, а также установил на ней свою власть.

Но эти устройства... меня тошнило от них.

Это чистейшее зло.

Я вошел в медицинский отсек, мои глаза сощурились от внезапной смены цветовой гаммы с серого бетона на блестящую стерильную плитку.

Я стоял в дверях, немного растерявшись, что же делать дальше.

Я дошел сюда на автомате, но вот дальше не знал, то ли использовать один из медицинских пунктов, то ли просто лечь на больничную койку.

— Пожалуйста, ляг в ближайший к тебе медицинский пункт, Сэм, — сказала Аделаида, — твои травмы не по силам ботам-паукам.

— Хорошо, — ответил я.

Затем подошел к станции, и пластиковая кровать опустилась до уровня моих голеней.

Я забрался на нее, при этом мои сломанные ребра подавали болевой сигнал о моем состоянии, и расслабил свое тело.

Капсула закрылась вокруг меня, но тусклый свет не давал абсолютной темноте все захватить.

— Окей, Сэм, — сказала Аделаида. — Станция начнет работать через минуту после того, как будет полностью продиагностировано твое ранение.

Ты будешь под наркозом.

Согласно расчетам, ты очнешься через два часа.

— Спасибо, Аделаида, — белый свет начал двигаться вокруг моего тела. — Эй.

После того как я очнусь, мы сможем поговорить о том, что произошло сегодня? — мои глаза уже ощущали тяжесть.

Я не знал, как точно работает медицинская станция, но анестезия начала действовать очень быстро.

Последним, что я услышал перед тем, как вырубился, были нежные слова Аделаиды:

— Конечно, Сэм.

Я моргнул, неуверенно распахнув глаза.

Мой бок зудел, и во рту пересохло.

Мое зрение стабилизировалось, и я уставился на искусственный деревянный потолок.

Кровать подо мной была удобной, больше, чем в медпункте.

Я находился в комнате командира, в своей комнате.

Тело ощущало некую слабость, но я все равно сел, заметив, что вся одежда еще на мне.

Я старался очистить свой разум.

— Сэм, — сказала Аделаида, прерывая мои мысли, — как ты себя чувствуешь?

— Как будто кто-то наполнил мою голову ватой.

А мой рот больше смахивает на пустыню, — я посмотрел на тумбочку, и рядом с фотографией моей любимой Камиллы стоял стакан с водой.

Она улыбалась, как идиотка, с новой моделью StarArc в руках, ее почти черные волосы были завязаны в хвостик.

Прошло около года после того, как мы начали встречаться, когда мы отправились на встречу в Лос-Анджелесе.

На этой фотографии у нее был натуральный цвет волос, поэтому она мне так нравилась.

Я провел пальцем по контуру рамы и поднял стакан с водой.

— Я рада слышать, что ты в порядке, Сэм.

Я слегка рассмеялся:

— Не знаю, подходит ли эта фраза, — я провел рукой по волосам. — Как ты там? Все это... было неприятно.

— Да, неприятно.

Я знала, что убийство далеко не из приятных событий, я наблюдала и анализировала достаточно данных средств массовой информации, чтобы знать об этом.

Однако испытать это на собственном опыте — совсем другое.

— Ага, — пробормотал я, — все действительно так, — я вздрогнул, вспомнив, как человеческие тела ломались о мой костюм, как пули разрывали их на части.

Я вновь покачал головой и сделал большой глоток воды, стараясь вытолкнуть эту картину из собственного сознания.

— Я пыталась подобрать сценарий, который бы сработал, — сказала Аделаида, в ее голосе прозвучала боль, — я анализировала записи той ситуации более ста раз.

Возможно, если бы я быстрее проанализировала электронику, то смогла бы что-то сделать, чтобы заблокировать сигнал.

Я потратила так много времени, чтобы понять, какую роль выполняют эти чипы, и даже не заметила, что они были связаны с чем-то.

Я резко поднял глаза на ее слова:

Нельзя так себя мучить.

Помни, что мы узнали в симуляторе.

— Мертвые мертвы, — прошептала Аделаида, — и они не вернутся.

— Правильно, — твердо кивнул я, — мы не можем изменить то, что произошло.

Все, что мы можем сделать, так это предпринять действия, чтобы это больше не повторилось.

И первое, что нам нужно выяснить, так это то, где мы облажались, но не под воздействием эмоций.

Мы должны быть беспристрастны и логичны, верно? — Аделаида согласилась.

Первое, в чем я облажался, так это то, что наблюдал за ситуацией слишком мало.

Мне нужно было послушать больше нескольких минут.

Я должен был попросить тебя проанализировать всю их электронику и подождать, пока мы все не выясним.

В итоге я поступил необдуманно, пойдя вперед без надлежащей информации, и это навредило мне и многим людям, — я нахмурился. — Маленький вопросик: есть ли способ, которым ты могла бы заблокировать сигналы, поступающие на коммуникатор в ухе Гарри, или чипы в затылках?

Аделаида секунду подумала и ответила:

У меня не было необходимого оборудования для эффективного подавления этих сигналов.

Также, я бы не смогла "запрыгнуть" в эти устройства, так как не могла подключиться к ним.

— Хорошо, по крайней мере, мы знаем, что не было ничего, что мы могли бы сделать по-другому, но мы точно позаботимся о том, чтобы оснастить Паладина более мощным набором средств для кибервойны, — сказал я, кивая.

Затем продолжил: — Второй раз, когда я облажался, — это несвоевременная реакция в тот момент, когда я заметил мучения Гарри или тех рабов, которые начали окружать меня.

Не существовало ни малейшего способа, которым они смогли бы меня поймать, и это позволило бы нам вовремя прийти в себя и придумать план получше.

Я остался, потому что был уверен в силе Паладина, и все было бы в порядке, если бы нашей целью было уничтожение этой группы.

Но это было не так.

Цель состояла в том, чтобы собрать информацию и отразить нападение на Стерлинг.

Я предотвратил нападение на Стерлинг, но поскольку не продумал свои действия, погибло намного больше людей, чем это было потенциально необходимо.

— Ты сам только что сказал, что я не должна мучить себя, Сэм, — произнесла Аделаида, — но ты, кажется, занимаешься тем же самым.

Я покачал головой:

— Нет, честно.

Есть разница между самобичеванием "а что если" и анализом того, почему события развернулись не так, как нам бы хотелось.

Ошибки случаются.

Эта была ужасна, потому что погибло много людей, и я мог бы избежать всего этого.

Но, честно говоря... — я на мгновение замолк, но потом пересилил себя, — честно говоря, результат не так плох, как мог бы быть.

Я получил лишь небольшую травму, и атаки на Стерлинг удалось избежать.

Я все еще виноват в том, что эти люди умерли, но не я спустил курок первым.

Мы должны сосредоточиться на том, чтобы извлечь урок из этого и найти тварей, которые организовали всю эту бойню, чтобы избежать ее повторения.

— Как? — спросила Аделаида. — У нас почти ничего не осталось.

— Чушь собачья.

У нас есть несколько вариантов, по которым мы можем двигаться.

Один из них — спросить других выживших, с которыми мы общались, о работорговцах.

Я сомневаюсь, что они хорошо на это смотрят.

И есть еще один, более подходящий вариант.

У нас есть активные сканы любого устройства.

У нас есть доступ к базам данных правительства США, включая ФБР.

Что-то настолько опасное и незаконное...

Ты наверняка узнаешь, что кто-то занимался расследованием касательно всего этого.

Если мы сможем точно выяснить, какими были чипы, то сможем узнать и где, по мнению ФБР, они распространялись или производились.

Эти чипы должны быть легко заменяемыми для тех, кто дергает за ниточки, чтобы они молгли просто так их уничтожить.

— Рабы сказали, что они с востока, — высказалась Аделаида, улавливая суть моих слов, — но реальный радиус их действия ограничен.

Даже если бы они разграбили некоторые запасы Стерлинга, им все равно пришлось бы кормить себя и рабов, которых они привозили.

Кроме того, могло быть только несколько мест, где эти устройства сконцентрированы плотным потоком: места с сильным влиянием синдикатов или места, где производились сами чипы.

Я продолжил ход ее мыслей:

— Мы сузим допустимый диапазон, в который могут попасть те рабы.

Сравним этот список с предполагаемыми местами ФБР…

— И у нас будет зона поиска, в которой мы сможем начать разведку, — подвела итог Аделаида.

— Хорошая девочка, — сказал я, ухмыляясь в потолок. — Мы начнем собирать подсказки вместе, как только сможем.

Мы найдем ублюдков и заставим их заплатить за все, — я вскочил с кровати, не обращая внимания на то, насколько слабым ощущалось мое тело, игнорируя ужасную тошноту, подходящую к горлу, когда крики рабов все еще отдавались в моей голове. — Давай отправимся в командный центр, я хочу взглянуть на новую информацию со спутников.

— Уже? — удивленно спросила Аделаида.

Я слегка улыбнулся.

— Я могу сидеть здесь, мучая себя из-за того, что позволил этим людям умереть, или могу отвлечься новыми спутниковыми изображениями и попытаться выяснить, что случилось с этим миром.

Как ты думаешь, что будет лучше для моего психического состояния?

— Является ли психиатр третьим верным вариантом?

— Нет, если даже не известно, остался ли хоть один из них в живых, — сказал я, направляясь к двери.

— Тогда подходи к командному центру, Сэм, — Аделаида смирилась.

Она немного помолчала, пока я двигался по коридорам, но потом сказала кое-что еще, и ее голос прозвучал очень нежно: — И Сэм, спасибо за то, что ты здесь, рядом со мной.