***— О, слава Богу, — пробормотал я, а затем послал мысленную команду разрешить соединение.— Эй, Гусеница, — раздался голос. — Я случаем не прерываю твой сеанс "релаксации"?— Ты знаешь, Ребекка, я с каждым днем ​​все больше и больше удивляюсь тому, что Аарон позволил тебе находиться в радиусе пяти футов от радиоприемника, не говоря уже о том, чтобы ты за него отвечала, — сказал я с улыбкой.— Моя профессиональная личность и приветливое поведение не имеют себе равных.

Ну а теперь, ты справился со своими бездарными негодованиями, что Стерлинг злоупотребит твоей тупой задницей? — ответила она.— К твоему сведению, после долгого самобичевания я решил, что мне все еще сложно принять это.Практически единственным разрывом в скучной рутине был контакт с 4-й разведывательной командой.

Сразу же после того, как вернулся с вылазки, я позвонил им, чтобы сообщить о том, что выяснил в Стерлинге, и с тех пор они ежедневно названивали мне.

Или, если быть точным, Ребекка.

Не уверен, почему, но эти разговоры стали приятным перерывом, поэтому я не особо напрягался.

Вероятно, верховное командование Красных Орлов пыталось заполучить мою добрую милость и выяснить любую информацию обо мне, какую только смогут.

Я был очень осторожен, чтобы ненароком не раскрыть что-нибудь о Камелоте или своих возможностях.— Они такие тормоза, малыш, — сказала Ребекка, — постарайся не быть такой тряпкой в следующий раз.— Постараюсь.

Кроме того, если ты хочешь подлизаться к кому-то, используй "чемпион" вместо "малыш", это намного унизительнее.

Ну так вот, у тебя есть реальная причина звонить мне на этот раз? Помимо оскорблений, конечно.Ребекка издала оскорбленный звук:— Разве мне не разрешено вызывать мою любимую личинку чешуекрылых для дружеской беседы?— Атака при помощи энтомологии, я впечатлен.

Откуда ты взяла это? — спросил я.— Никогда не стоит недооценивать Аарона.

Он приносит с собой эту банку всякий раз, когда идет на патрулирование, и ловит любого жуткого ползуна, которого посчитает "прекрасным и благородным образцом", а затем убивает их и всовывает в них булавки.

В частности, у него особая любовь к жукам.Я вздохнул.— Просто, когда я думаю, что мои иллюзии о нем не могут быть разрушены еще сильнее, ты берешь и делаешь это.— Да, он такой же сумасшедший, как и все мы, — произнесла Ребекка со смехом, а затем ее голос стал более серьезным. — Но ты прав, на этот раз я позвонила не просто, чтобы унизить тебя и похвастаться своими знаниями в области энтомологии.

На самом деле у нас есть предложение по работе, если тебе интересно, конечно.Я немного оживился и попросил ее продолжать.— Итак, большая часть этого — тайна, но я получила разрешение рассказать тебе кое-что.

По сути, тот черный ящик, который мы нашли, дерьмо, и нам пока не удалось получить от него много пользы.

Техники пытаются восстановить то, что вообще подлежит восстановлению, и на данный момент нам удалось откопать место, так что командование посчитало его достаточно важным, чтобы отправить туда группу для проверки.— О, нет, нет, — сказал я, — я больше не собираюсь быть проклятым перевозчиком.— Успокой свои сиськи, я еще не дошла до твоей роли.

В любом случае они хотят, чтобы наша разведывательная команда и группа экспертов по Червям пошли и покопались на указанных координатах.

У нас есть собственный транспорт, но нам нужны глаза в небе и поддержка с воздуха, которая у тебя всегда под рукой.Я постучал рукой по стулу и подумал:— Хм, это миссия по сопровождению.

Теоретически, я могу согласиться, но в чем подвох?— Никаких подвохов, — ответила Ребекка. — Ты просто прикроешь задницы научных команд с высоты.

Не надо их перевозить, тебе даже не нужно выходить из своего причудливого корабля, — на заднем плане раздался какой-то шум, и я услышал вздох Ребекки. — Том просит прокатиться с тобой, если ты в конечном итоге согласишься.Я засмеялся:— Да, думаю, это можно устроить.

Если я соглашусь.

Ну и что ты можешь предложить? Я имею в виду, мне ваше снаряжение не особо нужно.Мне почти удалось услышать улыбку Ребекки.— Ну, помнишь, пару дней назад ты жаловался мне на дерьмовую еду, что тебе приходится жрать последние девять месяцев?Камелот, хотя и был хорошо укомплектован, имел в своем распоряжении только очень простую и мягкую пищу, что может сохраняться исключительно хорошо.

Предполагалось, что он будет регулярно снабжаться свежими продуктами, но конец света разрушил этот план.

Мое сердцебиение участилось.— Ты же не имеешь в виду...— О, — произнесла Ребекка, — именно это я и имею в виду.

Свежие фрукты, овощи, яйца, мясо, все, что угодно маленькой гусеничке в период роста.

Все будет доставлено в морозильных камерах прямо на твою симпатичную птичку.— Но... где вы вообще это взяли? — спросил я, запутавшись и волнуясь.— Да как-то помогли нескольким маленьким фермерским городкам, а они смогли отплатить нам только едой, и теперь и у нас ее тонны.

Я надеюсь, что ты любишь кукурузу и говядину, потому что мы жопы порвали ради них.Я встал и направлялся на второй этаж, прежде чем она закончила свое предложение.— Где встречаемся?Ребекка посмеялась надо мной.— Думаю, это значит "да", — застенчиво произнесла она.— Нет, черт подери, это означает ДА, ты знаешь, сколько мисок проклятой овсянки я съел за эти девять месяцев? Так вот, где встречаемся? — нетерпеливо поинтересовался я.— Мы передадим тебе координаты.

Команды уже сформированы и почти готовы к выходу, поэтому мы лично обсудим детали оплаты.

Не время прохлаждаться, не очень хорошо опаздывать в свой первый день.

— О, слава Богу, — пробормотал я, а затем послал мысленную команду разрешить соединение.

— Эй, Гусеница, — раздался голос. — Я случаем не прерываю твой сеанс "релаксации"?

— Ты знаешь, Ребекка, я с каждым днем ​​все больше и больше удивляюсь тому, что Аарон позволил тебе находиться в радиусе пяти футов от радиоприемника, не говоря уже о том, чтобы ты за него отвечала, — сказал я с улыбкой.

— Моя профессиональная личность и приветливое поведение не имеют себе равных.

Ну а теперь, ты справился со своими бездарными негодованиями, что Стерлинг злоупотребит твоей тупой задницей? — ответила она.

— К твоему сведению, после долгого самобичевания я решил, что мне все еще сложно принять это.

Практически единственным разрывом в скучной рутине был контакт с 4-й разведывательной командой.

Сразу же после того, как вернулся с вылазки, я позвонил им, чтобы сообщить о том, что выяснил в Стерлинге, и с тех пор они ежедневно названивали мне.

Или, если быть точным, Ребекка.

Не уверен, почему, но эти разговоры стали приятным перерывом, поэтому я не особо напрягался.

Вероятно, верховное командование Красных Орлов пыталось заполучить мою добрую милость и выяснить любую информацию обо мне, какую только смогут.

Я был очень осторожен, чтобы ненароком не раскрыть что-нибудь о Камелоте или своих возможностях.

— Они такие тормоза, малыш, — сказала Ребекка, — постарайся не быть такой тряпкой в следующий раз.

— Постараюсь.

Кроме того, если ты хочешь подлизаться к кому-то, используй "чемпион" вместо "малыш", это намного унизительнее.

Ну так вот, у тебя есть реальная причина звонить мне на этот раз? Помимо оскорблений, конечно.

Ребекка издала оскорбленный звук:

— Разве мне не разрешено вызывать мою любимую личинку чешуекрылых для дружеской беседы?

— Атака при помощи энтомологии, я впечатлен.

Откуда ты взяла это? — спросил я.

— Никогда не стоит недооценивать Аарона.

Он приносит с собой эту банку всякий раз, когда идет на патрулирование, и ловит любого жуткого ползуна, которого посчитает "прекрасным и благородным образцом", а затем убивает их и всовывает в них булавки.

В частности, у него особая любовь к жукам.

Я вздохнул.

— Просто, когда я думаю, что мои иллюзии о нем не могут быть разрушены еще сильнее, ты берешь и делаешь это.

— Да, он такой же сумасшедший, как и все мы, — произнесла Ребекка со смехом, а затем ее голос стал более серьезным. — Но ты прав, на этот раз я позвонила не просто, чтобы унизить тебя и похвастаться своими знаниями в области энтомологии.

На самом деле у нас есть предложение по работе, если тебе интересно, конечно.

Я немного оживился и попросил ее продолжать.

— Итак, большая часть этого — тайна, но я получила разрешение рассказать тебе кое-что.

По сути, тот черный ящик, который мы нашли, дерьмо, и нам пока не удалось получить от него много пользы.

Техники пытаются восстановить то, что вообще подлежит восстановлению, и на данный момент нам удалось откопать место, так что командование посчитало его достаточно важным, чтобы отправить туда группу для проверки.

— О, нет, нет, — сказал я, — я больше не собираюсь быть проклятым перевозчиком.

— Успокой свои сиськи, я еще не дошла до твоей роли.

В любом случае они хотят, чтобы наша разведывательная команда и группа экспертов по Червям пошли и покопались на указанных координатах.

У нас есть собственный транспорт, но нам нужны глаза в небе и поддержка с воздуха, которая у тебя всегда под рукой.

Я постучал рукой по стулу и подумал:

— Хм, это миссия по сопровождению.

Теоретически, я могу согласиться, но в чем подвох?

— Никаких подвохов, — ответила Ребекка. — Ты просто прикроешь задницы научных команд с высоты.

Не надо их перевозить, тебе даже не нужно выходить из своего причудливого корабля, — на заднем плане раздался какой-то шум, и я услышал вздох Ребекки. — Том просит прокатиться с тобой, если ты в конечном итоге согласишься.

Я засмеялся:

— Да, думаю, это можно устроить.

Если я соглашусь.

Ну и что ты можешь предложить? Я имею в виду, мне ваше снаряжение не особо нужно.

Мне почти удалось услышать улыбку Ребекки.

— Ну, помнишь, пару дней назад ты жаловался мне на дерьмовую еду, что тебе приходится жрать последние девять месяцев?

Камелот, хотя и был хорошо укомплектован, имел в своем распоряжении только очень простую и мягкую пищу, что может сохраняться исключительно хорошо.

Предполагалось, что он будет регулярно снабжаться свежими продуктами, но конец света разрушил этот план.

Мое сердцебиение участилось.

— Ты же не имеешь в виду...

— О, — произнесла Ребекка, — именно это я и имею в виду.

Свежие фрукты, овощи, яйца, мясо, все, что угодно маленькой гусеничке в период роста.

Все будет доставлено в морозильных камерах прямо на твою симпатичную птичку.

— Но... где вы вообще это взяли? — спросил я, запутавшись и волнуясь.

— Да как-то помогли нескольким маленьким фермерским городкам, а они смогли отплатить нам только едой, и теперь и у нас ее тонны.

Я надеюсь, что ты любишь кукурузу и говядину, потому что мы жопы порвали ради них.

Я встал и направлялся на второй этаж, прежде чем она закончила свое предложение.

— Где встречаемся?

Ребекка посмеялась надо мной.

— Думаю, это значит "да", — застенчиво произнесла она.

— Нет, черт подери, это означает ДА, ты знаешь, сколько мисок проклятой овсянки я съел за эти девять месяцев? Так вот, где встречаемся? — нетерпеливо поинтересовался я.

— Мы передадим тебе координаты.

Команды уже сформированы и почти готовы к выходу, поэтому мы лично обсудим детали оплаты.

Не время прохлаждаться, не очень хорошо опаздывать в свой первый день.