Здание Гринвуда представляло собой огромную массу из стекла и металла.

В отличие от большинства небоскребов, оно было круглым и больше напоминало штопор, который скрывался в черном полотне неба.

Здание занимало почти всю Гринвудскую площадь, но со всех сторон было окружено небольшим парком.

Именно в нем располагалась штаб-квартира правительственного департамента ксено-исследований в Денвере, в которой, в свою очередь, располагались передовые лаборатории и сотни офисов.На удивление, Гринвуд пережил войну довольно неплохо, даже большинство окон остались целыми.

К сожалению для нас, похоже, что во время вторжения в Денвер произошла какая-то блокировка, поэтому двери были закрыты металлическими ставнями толщиной около шести дюймов.

С другой стороны, это означало, что там, вероятно, не будет Ассимиляторов.

Но, опять же, из-за этого мы были вынуждены искать альтернативный путь.Дроны покорно начали свои поиски, выискивая окно, в котором нет стекла.

Как бы забавно это ни звучало, но это оказалось довольно-таки трудной задачей, похоже, во всем здании использовался сверхпрочный материал для изготовления стекол.Пока Камилла управляла беспилотниками, я сел и прислонился спиной к одной из дверей, после чего снял свой шлем и положил его рядом.

Коммуникатор все еще находился в моем ухе, и я наклонил голову, чтобы взглянуть на небо.

Безо всяких приборов ночного видения оно просто прекрасно.

Сегодня ночью не было луны, и мы убедились в этом.

Световое загрязнение было делом лучших дней, поэтому вид был таким красивым.

Поле звезд, разбивающееся лишь черными массами горизонта Денвера.Раздалось странное шуршание, когда Элли села рядом со мной и тоже сняла шлем.

Я всегда забывал насколько же она деликатная девушка, ее манера поведения, речи, извращала мое впечатление так, что я всегда считал ее какой-то уникальной.

Ее короткие каштановые волосы были завязаны в подобие булочки, а ее дыхание отдавало легким паром на прохладном осеннем воздухе.

Остальная часть отряда стояла на страже, поэтому мы некоторое время сидели в удобной тишине, пока она не начала тихонько говорить.— Знаешь, я была юристом-экологом до всего этого, поэтому такое небо было для меня мечтой.

Хотя никого вообще не волновали мои слова...

Трудно беспокоиться о том, как фабрики разрушают наши реки, когда полчища монстров пытаются истребить все человечество, верно? — ее тон отдавал своеобразным весельем. — Эх, не знаю...

Я всегда считала себя такой дальновидной.

Я даже не раздумывала о том, что мы можем проиграть.

Многие из моих друзей были слишком отвлечены пропагандой, чтобы рассматривать надписи на стенах.

В глубине души мы прекрасно понимали, что нас трахают, но просто решили игнорировать это.

Я полагала, что когда мы победим, люди будут благодарить меня за то, что я заставляла других людей не уничтожать планету, прежде чем это сделают инопланетяне.Некоторое время мы снова молчали.

Дул легкий ветерок, но больше ничего в этом городе не издавало громких звуков, лишь ветер и наше дыхание.— Я была просто эгоистичной идиоткой.

Я потратила свою жизнь на то, что вообще не имеет значения.

Хотелось бы мне провести ее лучше, действительно научиться помогать, а не просто раскидываться красивыми словами.

Ну вот возьмем, допустим, тебя.

Ты придумал тех производителей, ты придумал все эти вещи, которые действительно имеют значение.

А я просто спрятала голову в песок, — сказала Элли с горечью, — и ты до сих пор пытаешься спасти всех, пока я играю в наемника.

Спрятала голову в проклятый песок, пока людей убивают и превращают в невесть что...Минуту я обдумывал, что же ей ответить.— Я думаю, что ты несколько несправедлива к себе… тогда все были недальновидны.

Никто не видел картину в целом, как и ты.

Даже если ты ошиблась, остальной мир поступил также, — безнадежно рассмеялся я, — да и в конце концов, я ведь тоже не особо помог.

Все называли меня гением, говорили, что меня запомнят как героя, как только мы победим.

И угадай, что? Мы проиграли.Я вздохнул и покачал головой.— Понимаешь, я не так уж и хорош, как ты себе представляешь.

Мир рухнул, и в течение семи месяцев я просто валялся, занимаясь всякой херней.

У меня был доступ ко всему, что я использую сейчас, но я постоянно боялся что-либо делать.

Единственной причиной, по которой я изменился, стало то, что команда умерла по моей вине.

Омерзительно? Я не смог пересилить себя, пока кто-то не умер бы по моей вине.— Вот даже сейчас, взгляни на меня.

Получил всю эту специальную подготовку, все это оборудование, эти великие идеалы.

Одно из моих названий, я не шучу, "Щит человечества".

Представляешь насколько пафосно звучит? — Элли слегка ухмыльнулась. — Но мы сейчас находимся в одном и том же месте, на одной и той же миссии.

И у меня есть спецподготовка, сверхчеловеческая скорость и потрясающая реакция.

Ты чертовски храбрее меня, ведь у тебя ничего из этого нет, но ты вместе со мной.

Я пытаюсь сказать, что не имеет значения, чем мы занимались раньше, имеет значение лишь то, что мы делаем прямо сейчас.Я сжал свой шлем под левой рукой и оттолкнулся от земли, а затем протянул руку Элли.— Итак, лучшее, что мы можем сделать, это продолжать идти вперед, верно?Она улыбнулась мне, подняла свой шлем, а затем схватила мою руку и поднялась.

Элли указала пальцем на меня.— Осторожнее со всеми этими разговорами, одна из нас уже слоняется за тобой, словно идиотка.

Мы же не хотим еще одну такую проблемку, не так ли? Любовные треугольники — суки.— Ага, нет.

У меня странное чувство, что я не в твоем вкусе, — ответил я, попутно размышляя о том, насколько Элли была права в своем последнем высказывании.Элли засмеялась в ответ.— Ага, ты все правильно понял, — она надела свой шлем с характерным щелчком, после чего прошла мимо, слегка похлопав меня по спине. — А ты не так уж и хреново умеешь поднимать боевой настрой, эмоциональный кирпичик.— Я не кирпич, — пробормотал я самому себе, надевая шлем.— Нет, все же кирпичик, — сказали Ребекка и Камилла одновременно по двум разным каналам.— Заткнись.

И перестань подслушивать чужие личные разговоры, — я не стал ограничивать свой голос, ибо это в равной степени относится к обеим девушкам.Затем я переключился на диалог только с Камиллой.— Ты уже что-нибудь нашла?— Вполне может быть.

Есть дырка, по виду от огнестрельного орудия, примерно в шестидесяти футах к северу.

Но это аж на третьем этаже, — ответила она.— У меня есть подходящее для этого оборудование.

Мы отправляемся, ты можешь провести какую-нибудь разведку изнутри?— Уже.

Пока все нормально, вроде...— Хорошо, держи меня в курсе, — я переключился на основной канал. — Похоже, Аделаида нашла точку входа.— Прекрасно.

Я определенно готова покончить с этим как можно скорее, — проворчала Ребекка.— Я ожидаю такого рода нытья от Джексона, а не от тебя, — сказал я ей небрежно, после чего мы отправились к точке входа.

Я остановился у метки CAS и поднял голову, чтобы взглянуть наверх.

Под таким углом сложно о чем-то говорить, но я заметил дыру, о которой говорила Камилла.

Снаряд рейлгана, должно быть, столкнулся с чем-то еще перед зданием, потому что отверстие было не таким уж и большим, возможно, около шести футов в диаметре.Отряд собрался позади меня, и четыре оставшихся беспилотника развернулись полукругом позади нас, наблюдая за происходящим.

Я потянулся назад и схватил мультиинструмент с крепления на боковой части моего рюкзака.

Он бесшумно отсоединился, и я переключил инструмент в режим захвата. CAS наметил траекторию, все, что мне нужно было сделать, так это указать правильное направление и выстрелить. "Крючок", больше похожий на подушку, которая будет прилипать к предметам на микроскопическом уровне, выстрелил с пневматическим шипением и защелкнулся на заданной точке с мягким грохотом, а за ним тянулся тонкий металлический трос.

Я пару раз протестировал трос, а затем вытащил якорь из нижней части мультиинструмента и воткнул его в землю у основания здания.

Затем я поставил ноги по обе стороны от троса, и мультиинструмент потянул меня вверх, пока я двигался по стене.Когда я достиг вершины, то пролез внутрь и отыскал хорошее местечко, чтобы присесть.

Я отправил мультиинструмент обратно, чтобы остальные смогли с ним справиться.

Когда они начали подниматься, я проверил комнату, в которой мы оказались.

Похоже, это был очередной офис, ну, это даже не удивительно, учитывая, сколько их вообще здесь.

Хотя, этот не был чьим-то личным кабинетом, вокруг стояло множество столов, а на стене висел пустующий голопроектор...

Здание Гринвуда представляло собой огромную массу из стекла и металла.

В отличие от большинства небоскребов, оно было круглым и больше напоминало штопор, который скрывался в черном полотне неба.

Здание занимало почти всю Гринвудскую площадь, но со всех сторон было окружено небольшим парком.

Именно в нем располагалась штаб-квартира правительственного департамента ксено-исследований в Денвере, в которой, в свою очередь, располагались передовые лаборатории и сотни офисов.

На удивление, Гринвуд пережил войну довольно неплохо, даже большинство окон остались целыми.

К сожалению для нас, похоже, что во время вторжения в Денвер произошла какая-то блокировка, поэтому двери были закрыты металлическими ставнями толщиной около шести дюймов.

С другой стороны, это означало, что там, вероятно, не будет Ассимиляторов.

Но, опять же, из-за этого мы были вынуждены искать альтернативный путь.

Дроны покорно начали свои поиски, выискивая окно, в котором нет стекла.

Как бы забавно это ни звучало, но это оказалось довольно-таки трудной задачей, похоже, во всем здании использовался сверхпрочный материал для изготовления стекол.

Пока Камилла управляла беспилотниками, я сел и прислонился спиной к одной из дверей, после чего снял свой шлем и положил его рядом.

Коммуникатор все еще находился в моем ухе, и я наклонил голову, чтобы взглянуть на небо.

Безо всяких приборов ночного видения оно просто прекрасно.

Сегодня ночью не было луны, и мы убедились в этом.

Световое загрязнение было делом лучших дней, поэтому вид был таким красивым.

Поле звезд, разбивающееся лишь черными массами горизонта Денвера.

Раздалось странное шуршание, когда Элли села рядом со мной и тоже сняла шлем.

Я всегда забывал насколько же она деликатная девушка, ее манера поведения, речи, извращала мое впечатление так, что я всегда считал ее какой-то уникальной.

Ее короткие каштановые волосы были завязаны в подобие булочки, а ее дыхание отдавало легким паром на прохладном осеннем воздухе.

Остальная часть отряда стояла на страже, поэтому мы некоторое время сидели в удобной тишине, пока она не начала тихонько говорить.

— Знаешь, я была юристом-экологом до всего этого, поэтому такое небо было для меня мечтой.

Хотя никого вообще не волновали мои слова...

Трудно беспокоиться о том, как фабрики разрушают наши реки, когда полчища монстров пытаются истребить все человечество, верно? — ее тон отдавал своеобразным весельем. — Эх, не знаю...

Я всегда считала себя такой дальновидной.

Я даже не раздумывала о том, что мы можем проиграть.

Многие из моих друзей были слишком отвлечены пропагандой, чтобы рассматривать надписи на стенах.

В глубине души мы прекрасно понимали, что нас трахают, но просто решили игнорировать это.

Я полагала, что когда мы победим, люди будут благодарить меня за то, что я заставляла других людей не уничтожать планету, прежде чем это сделают инопланетяне.

Некоторое время мы снова молчали.

Дул легкий ветерок, но больше ничего в этом городе не издавало громких звуков, лишь ветер и наше дыхание.

— Я была просто эгоистичной идиоткой.

Я потратила свою жизнь на то, что вообще не имеет значения.

Хотелось бы мне провести ее лучше, действительно научиться помогать, а не просто раскидываться красивыми словами.

Ну вот возьмем, допустим, тебя.

Ты придумал тех производителей, ты придумал все эти вещи, которые действительно имеют значение.

А я просто спрятала голову в песок, — сказала Элли с горечью, — и ты до сих пор пытаешься спасти всех, пока я играю в наемника.

Спрятала голову в проклятый песок, пока людей убивают и превращают в невесть что...

Минуту я обдумывал, что же ей ответить.

— Я думаю, что ты несколько несправедлива к себе… тогда все были недальновидны.

Никто не видел картину в целом, как и ты.

Даже если ты ошиблась, остальной мир поступил также, — безнадежно рассмеялся я, — да и в конце концов, я ведь тоже не особо помог.

Все называли меня гением, говорили, что меня запомнят как героя, как только мы победим.

И угадай, что? Мы проиграли.

Я вздохнул и покачал головой.

— Понимаешь, я не так уж и хорош, как ты себе представляешь.

Мир рухнул, и в течение семи месяцев я просто валялся, занимаясь всякой херней.

У меня был доступ ко всему, что я использую сейчас, но я постоянно боялся что-либо делать.

Единственной причиной, по которой я изменился, стало то, что команда умерла по моей вине.

Омерзительно? Я не смог пересилить себя, пока кто-то не умер бы по моей вине.

— Вот даже сейчас, взгляни на меня.

Получил всю эту специальную подготовку, все это оборудование, эти великие идеалы.

Одно из моих названий, я не шучу, "Щит человечества".

Представляешь насколько пафосно звучит? — Элли слегка ухмыльнулась. — Но мы сейчас находимся в одном и том же месте, на одной и той же миссии.

И у меня есть спецподготовка, сверхчеловеческая скорость и потрясающая реакция.

Ты чертовски храбрее меня, ведь у тебя ничего из этого нет, но ты вместе со мной.

Я пытаюсь сказать, что не имеет значения, чем мы занимались раньше, имеет значение лишь то, что мы делаем прямо сейчас.

Я сжал свой шлем под левой рукой и оттолкнулся от земли, а затем протянул руку Элли.

— Итак, лучшее, что мы можем сделать, это продолжать идти вперед, верно?

Она улыбнулась мне, подняла свой шлем, а затем схватила мою руку и поднялась.

Элли указала пальцем на меня.

— Осторожнее со всеми этими разговорами, одна из нас уже слоняется за тобой, словно идиотка.

Мы же не хотим еще одну такую проблемку, не так ли? Любовные треугольники — суки.

— Ага, нет.

У меня странное чувство, что я не в твоем вкусе, — ответил я, попутно размышляя о том, насколько Элли была права в своем последнем высказывании.

Элли засмеялась в ответ.

— Ага, ты все правильно понял, — она надела свой шлем с характерным щелчком, после чего прошла мимо, слегка похлопав меня по спине. — А ты не так уж и хреново умеешь поднимать боевой настрой, эмоциональный кирпичик.

— Я не кирпич, — пробормотал я самому себе, надевая шлем.

— Нет, все же кирпичик, — сказали Ребекка и Камилла одновременно по двум разным каналам.

— Заткнись.

И перестань подслушивать чужие личные разговоры, — я не стал ограничивать свой голос, ибо это в равной степени относится к обеим девушкам.

Затем я переключился на диалог только с Камиллой.

— Ты уже что-нибудь нашла?

— Вполне может быть.

Есть дырка, по виду от огнестрельного орудия, примерно в шестидесяти футах к северу.

Но это аж на третьем этаже, — ответила она.

— У меня есть подходящее для этого оборудование.

Мы отправляемся, ты можешь провести какую-нибудь разведку изнутри?

Пока все нормально, вроде...

— Хорошо, держи меня в курсе, — я переключился на основной канал. — Похоже, Аделаида нашла точку входа.

— Прекрасно.

Я определенно готова покончить с этим как можно скорее, — проворчала Ребекка.

— Я ожидаю такого рода нытья от Джексона, а не от тебя, — сказал я ей небрежно, после чего мы отправились к точке входа.

Я остановился у метки CAS и поднял голову, чтобы взглянуть наверх.

Под таким углом сложно о чем-то говорить, но я заметил дыру, о которой говорила Камилла.

Снаряд рейлгана, должно быть, столкнулся с чем-то еще перед зданием, потому что отверстие было не таким уж и большим, возможно, около шести футов в диаметре.

Отряд собрался позади меня, и четыре оставшихся беспилотника развернулись полукругом позади нас, наблюдая за происходящим.

Я потянулся назад и схватил мультиинструмент с крепления на боковой части моего рюкзака.

Он бесшумно отсоединился, и я переключил инструмент в режим захвата. CAS наметил траекторию, все, что мне нужно было сделать, так это указать правильное направление и выстрелить. "Крючок", больше похожий на подушку, которая будет прилипать к предметам на микроскопическом уровне, выстрелил с пневматическим шипением и защелкнулся на заданной точке с мягким грохотом, а за ним тянулся тонкий металлический трос.

Я пару раз протестировал трос, а затем вытащил якорь из нижней части мультиинструмента и воткнул его в землю у основания здания.

Затем я поставил ноги по обе стороны от троса, и мультиинструмент потянул меня вверх, пока я двигался по стене.

Когда я достиг вершины, то пролез внутрь и отыскал хорошее местечко, чтобы присесть.

Я отправил мультиинструмент обратно, чтобы остальные смогли с ним справиться.

Когда они начали подниматься, я проверил комнату, в которой мы оказались.

Похоже, это был очередной офис, ну, это даже не удивительно, учитывая, сколько их вообще здесь.

Хотя, этот не был чьим-то личным кабинетом, вокруг стояло множество столов, а на стене висел пустующий голопроектор...