Том 1 Глава 28

Каллиус посмотрел на меч Арсандо.

"Если мне правда придется сражаться, наверное, нужно найти новый меч."

В дверь постучали.

— Мастер! Лаборатория закончена!

— Хорошо, уже иду.

"Чтобы ни случилось, святая вода сейчас на первом месте. Чем больше я подстрахуюсь, тем лучше."

____________________________________________________________________

Трактир графа Артемиона

Сидя в харчевне при трактире, Артемион управлялся с большим куском мяса ножом и вилкой. Филе ягненка с подливкой буквально таяло на языке, граф так легко глотал кусок за куском, словно, горло у него было смазано маслом.

— Великолепный вкус.

— У вас всё хорошо, граф?

— Вы о чём, барон Манон?

— О бастарде Жервейнов.

— Вы идиот, попридержите язык. Оскорблять Жервейна, всё равно, что оскорблять само королевство.

— Ну... А вы разве не знаете?

— Знаю, поэтому и отдал это сэру Каллиусу.

"Потому что мне нужно было позаимствовать его имя. Сам он мне не важен, мне нужна честь его рода, которую они копили сотнями лет. Вот и всё." – подумал Артемион.

— Мне просто необходимо имя его семьи, потому что она разделяет славу королевства. Маленький Священный камень ничто, по сравнении со способностью использовать имя Жервейнов, не имея с ними никаких связей.

— Но...

— Не волнуйтесь. Жервейн согласился, камень у него. Скоро он заплатит за свою жадность.

"Сколько бы все не говорили, что Жервейны оставили Каллиуса на произвол судьбы, он всё ещё старший сын. Даже сам граф Жервейн не может притворяться, что не понимает, что сколько бы ты не твердил, что ты отрекся от ребёнка, кровь в ваших жилах не может лгать."

____________________________________________________________________

— Чем занят Каллиус?

— Он не выходит из комнаты уже три дня. Может, скрывается от Инквизитора?

Паломника заклеймили отступником, так что вполне возможно.

Седрик задумался о том, как Каллиус вон Жервейн мог стать отступником. Напрашивался только один ответ. Он украл реликвию Церкви. Но зачем? И зачем он рассказал ему, что знает местонахождение реликвии Богов-близнецов? Откуда вообще узнал про них? Если подумать, можно было догадаться, что вместо фехтования, его интересовали боевые искусства. В детстве Каллиус понял, что у него нет таланта к владению мечом. Семья давила на него, общество завидовало, всё это, должно быть, стало для него, как удавка. А потом он случайно узнал историю про Богов-близнецов, возможно, уже после того, как стал Паломником и начал хождения. И как-то узнал, где находится реликвия Богов-близнецов.

"Он, наверняка, тоже хочет стать святым Богов-близнецов, как и я" – подумал Седрик. "Иначе бы не сказал, что хочет быть мои братом. В таком случае, всё обретает смысл. Но по-настоящему становиться братьями и доверится Каллиусу ещё рано. Поводов для сомнения остается много."

— А как дела на входе?

— Как вы и просили, я раздал гостям казино большие суммы денег. Ради вас они ничего не скажут.

— Это касается брата, поэтому мы должны убедиться, что всё так и будет.

— Хорошо.

Хохотнув, помощник удалился.

— Брат...

Седрик сказал это слово не подумав, но оно словно липло к его губам. Он был единственным ребёнком, поэтому ему казалось, что называть кого-то братом будет абсурдно и неловко. И бессмысленно, если уж поразмышлять над этим.

— Необитаемый остров на Юге – Барбареум.

Седрик впервые слышал о там месте, но Каллиус говорил так уверенно. Остров был спрятан, и что на нем находятся краги – реликвия Оракула. На острове должен быть и Святой, который поклоняется Богам-близнецам.

"Мне придется уехать примерно на год. Путь долгий, мне понадобится много времени, к тому же тот спрятан где-то в самой дальней точке Юга. Пока я не уверен, но как только сам всё увижу, станет ясно. Нет времени бездельничать, мы отправляемся, как только немного уладим дела."

Если они правда найдут реликвию, Седрик был готов хоть вырезать на сердце слово "брат".

— А-ха-ха! Пора готовится!

_________________________________________________________________

— Уф...

Я весь был покрыт потом. После трёх дней насыщения смеси святой силой в этой временной мастерской я был измотан, почти на грани своих сил. Святую силу нужно было дозировать понемногу, но сохранять её мощность. Когда она заканчивалась, я спал, а проснувшись начинал заново. И так три дня.

Но всё не зря. Это было важное дело. Теперь у меня появилось шесть бутылок святой воды. В каждой бутылке было по Слезе Вальтериуса. И хотя качество её оставляло желать лучшего, а от примесей полностью очистить так и не удалось – святая вода оставалась святой водой.

Пару раз у меня не получалось, но для первой попытки вышло неплохо.

Похвалив себя, я позвал Брунса, который ждал снаружи.

— Да?

— Покажи грудь.

— Эм, что? П-показать грудь... Вы что такое говорите?

Мои слова прозвучали странно. Помощник смотрел на меня с непониманием.

— Я имею ввиду, рану на груди покажи.

— А! Хорошо!

Брунс тут же показал порез от меча, который получил, когда мы разбирались с Лютеном несколько дней назад. Рана была небольшой и уже начала заживать, но, когда я надавил на неё пальцами полилась кровь.

— Ой.

— Брунс, помолчи.

Я вытащил пробку из бутылки со святой водой и налил немного на руку, а потом размазал по ране. Сработало моментально.

— Ааааааа! — разнесся по комнате крик Брунса. — Ой, больно! Больно, будто сейчас умру! Я умираю! Правда умираю! Не трогай меня! — заныл Брунс и, сходя с ума от боли, начал кататься по полу.

Изо рта пошла пена, глаза закатились. Выглядел он плохо.

Неужели это побочный эффект? Но из раны шел дым, значит, всё сработало. Я решил, что вернусь и проверю, как он через пару часов.

Вышел из комнаты с довольной улыбкой, оставив позади потерявшего сознание Брунса.