Том 1 Глава 33

Пронзительный звон железа с силой ударил по барабанным перепонкам. Руки девушки взметнулись в воздух. В одной из них она все ещё удерживает меч. Через мгновение холодный металл рассек воздух, затем послышался характерный звук лязганья лезвий, и меч девушки, пролетев несколько метров, с глухим ударом упал на землю. Острые серебренные лепестки продолжали угрожающе кружить между паломниками.

— Да как ты?.. – удивлённо промолвила Эстер.

Невооруженным взглядом было видно, насколько растерянной была девушка. Целый спектр эмоций таился в широко распахнутых глазах. В одночасье она лишилась оружия. Потребовался лишь один удар, чтобы выбить меч из ее рук. Это произошло так быстро, словно вспышка молнии, но клинок бы все ещё прекрасен. Когда-то давно Святая Стелла с помощью одного лишь меча воздвигла сегодняшнюю Церковь. До сих пор никто не смог даже немного приблизиться к ее подвигу.

[Техника <Шесть ночных цветов на гребне горы-серебряные цветы разрушения> активирована]. На какое-то время Эстер Сол Цилиад лишилась дара речи. Каллиус был удивлен не меньше.

«Что я только что сделал?..» - подсознательно спросил он.

Через мгновение на паломника снизошло озарение – все произошло, благодаря его уникальной способности, которую получилось разблокировать лишь под угрозой смерти. На самом деле я все знал, даже планировал так поступить. Стоило ослабить браслет Виви, я почувствовал сильный поток священной силы и сразу после этого достиг просветления. Хоть оно и было мимолетным и длилось какую-то долю секунды, за это время произошло много необъяснимых моментов: растрескавшаяся позади Эстер земля и множество поваленных деревьев, раньше представляющие собой лес. Казалось, будто огромный исполин взмахнул своим массивным мечом и нанес разрушительный удар.

— Это твое поражение, Эстер.

До конца не осознав, что произошло, мысли все еще путались и были, словно в тумане. Складывалось ощущение, что это было лишь сном. Но все случилось наяву. Эстер стояла передо мной. Девушка лишилась меча в бою, а я все еще крепко держал свой.

Сейчас мне хотелось бы прояснить некоторые моменты, например, что случилось с моей рукой. После приема сил не осталось даже кончиками пальцев пошевелить. И хоть браслет Виви был ослаблен, но внутри себя осталось еще совсем немного священной силы. Невероятная усталость одолела меня. Я сразу же подумал, что это результат того, что поглотил слишком большое количество энергии за один удар. Стоит только переступить черту собственных способностей, и, после использования приема, тут же возникает чувство вялости, кажется, что вот-вот потеряешь сознание, если хоть немного расслабишься. Но высвободившаяся сила – это та самая причина, из-за которой Каллиус должен был начать разговор

.

— Так ты можешь использовать этот фехтование…

— Эстер Сол Цилиад… Проигравший не имеет права задавать вопросы.

Девушка прикусила губу и медленно закрыла глаза, словно ожидая смерти.

— Уходи.

В то же мгновение Эстер распахнула полные удивления глаза и озадаченно уставилась на меня. Одержав победу, мне было необходимо продемонстрировать свое превосходство над ней. И изобразить видимость бравады – это все, до чего я смог додуматься в этот момент.

— Как ты и сказал, я потерпела поражения. Теперь ты должен забрать мою жизнь, разве не так?

Я не имею никакого права убить ту, кто позже станет одной из самых могущественных паломников. А сама Эстер внесет немалую лепту во время противостояния Империи.

— Ты должна жить.

— Как это понимать?.. – все еще недоумевала Эстер.

Она нахмурила брови, практически сведя их на переносице. Наверное, думала, что я сошел с ума и несу всю эту чушь неосознанно. Но она обязана выжить. Когда придет время главного квеста, все Королевство погрузится в хаос. Эстер же будет единственной, кто поможет предотвратить кризис государства, а позже поднимет свой ранг до Мастера. Если же умрет, то и моя жизнь будет находиться в крайней опасности. Поэтому Эстер Сол Цилиад нужно оставаться живой

.

— Эстер, тебе необходимо оставаться подле Салливана. Ее смерть уже близка.

— Ты!.. – в ее глазах читался страх и удивление.

Салливан – кардинал Ордена Вальтериуса, знаменитый алхимик и пророк. Она та, кто заботилась об Эстер, а в скором будущем станет ее мечом. По сюжету, Эстер, следуя своим желаниям, превращает Салливан в клинок. Меч Грез. Этот меч принесет пользу союзникам и обрушит море несчастий на армию врага. Та, у кого вскоре появится Меч Грез Салливан, не имеет права так расточительно тратить собственное время.

— Ступай же.

Я уже еле стоял на ногах. На самом деле, чувствовал некое сожаление, но мое решение отпустить ее было правильным. Достоинство аристократа крепко удерживало сознание, не желая его потерять в такой момент. Поджав губу, девушка хотела еще что-то сказать, но через мгновение крепко сжала кулаки и развернулась ко мне спиной.

— Разве ты не заберешь свой меч?

Это были издержки характера Эстер. Даже несмотря на то, что ей удалось сохранить собственную жизнь, из-за поражения в битве, она приняла решение оставить свой меч. Как только силуэт пропал из поля зрения, Каллиус опустился на колени.

«Чуть не умер». — подумал он.

Я правда был на грани смерти. В начале нашей битвы Эстер почти убила меня. От всей этой ситуации хотелось сильно смеяться. Я действительно собирался умереть. Не могу поверить, что Эстер чуть не убила меня.

«Было больно…» — осознание еще не пришло, как из тела, испещренного колотыми ранами, засочилась кровь.

Но я все еще жив. Это было сродни чуду. Раны приносили ужасную боль, складывалось ощущение, что все мои органы разорвались после того, как их несколько раз поразили острым лезвием. Но тем не менее…

«Я выжил» — снова пронеслось в моей голове.

Каллиус прикрыл лицо руками и засмеялся, всем своим видом напоминая умалишённого. Кровь лилась из его рта всякий раз, когда он улыбался, но не мог остановиться. Он пережил битву с самой Эстер Сол Цилиад, которая должна стать следующим Паладином Ордена Вальтериуса. Техника Шесть ночных цветов на гребне горы достигла первого уровня, а один единственный прием – Серебряные цветы разрушения обезоружил Эстер. Никчемный фехтовальщик смог пережить дуэль с гением среди гениев. Конечно же, я был доволен таким исходом событий.

«Хаа…»

Усилия последних трех лет не пропали даром. Все было не зря. Осознав это, странное чувство удовлетворения захлестнуло мою душу, и вместе с тем, пришедшее успокоение заставило веки Каллиуса отяжелеть и постепенно закрыться.

«Кажется, я потерял слишком много крови…»

Мантия сумерек должна была защищать от холода, но мое тело бил озноб. Не думаю, что стоит и дальше оттягивать этот момент. Наконец, Каллиус достал бутылку со святой водой, и осушил половину. Оставшейся жидкостью он окропил окровавленные раны.

Через какое-то время в лесу раздался душераздирающий крик, а после настала абсолютная тишина.

***

Спустя несколько дней во внешнем замке королевского дворца Карпе.

В богато обставленной спальне на кровати лежала женщина средних лет. Эстер медленно подошла к ней и осторожно взяла за руку. В спальне находилось много вещей, которые не вписывались в атрибуты Королевства. Например, иноземные артефакты и алхимические предметы. Это легко объяснялось. Женщина, лежащая на кровати, была из рода Брайт, а также дальней родственницей рода Карпе. Салливан фон Олид-Брайт, кузина королевской семьи, почетный Кардинал Ордена Вальтериуса, а также мудрец и пророк королевства.

— Говоришь, он использовал фехтование Святой Стеллы?.. Это должно быть впечатляющим зрелищем, - проговорила женщина.

Для Эстер Салливан была единственным опекуном и защитником.

— Да, это и вправду было прекрасно, — кивнула Эстер.

— Пророком могу быть не я, а он. Тот, чье имя Каллиус.

— Да…

— Он ведь предвидел мою смерть.

— Верно. И сказал мне остаться с вами.

— Я не смогла предсказать свою смерть, а он – смог.

Салливан спокойно рассуждала о предсказании собственной смерти. Однако информация о том, что Кардинал Ордена вот-вот покинет этот свет, была строго засекречена. Только Эстер и некоторые члены королевской семьи были осведомлены о тяжелом состоянии женщины. Но Каллиус не был одним из них, а потому знать о скорой кончине не мог.

— Эстер…

— Да?

— Ты должна сблизиться с ним.

— Зачем?

— Он ведь сказал, что не может убить тебя, верно?