Том 11 Глава 348

[0348] Нелегко быть главой семьи. История Дай Юэ, часть 1

Меня зовут Дай Юэ. И, вообще-то, у меня есть фамилия. Цзюнь.

Да, я из боковой ветви клана Цзюнь. Технически премьер-министр должна обращаться ко мне как «старшая кузина». Сколько я себя помню, все вокруг вбивали мне в голову, что моя жизнь принадлежит юной госпоже клана, Цзюнь Лию. Говорили быть ей верноподданной, защищать ценой своей жизни. В то время я не понимала положения дел и ощущала непроизвольное неприятие. Потому частенько сбегала из дому.

Первый раз я увидела её в ресторане. Тогда я находилась в бегах уже семь дней и давно потратила наспех схваченные с собой деньги. Столкнувшись с искушением в виде храма пищи, мне оставалось лишь проскользнуть внутрь и что-нибудь стащить в угоду изголодавшемуся желудку. Однако, оказалась поймана и избита. А потом заметила ту маленькую девочку, выглядящую столь же изысканно, как резной нефрит. Она с любопытством наблюдала за моими похождениями со второго этажа ресторана.

И, конечно, рядом с ней стояла моя матушка. Она выступала в роли её кормилицы, потому мне не нравилась эта маленькая госпожа. Как-никак, девчонка украла мою мать и даже хотела забрать мою жизнь в своё услужение. Пока меня избивали, матушка просто похлопывала её по спине, мягко приговаривая не смотреть вниз. Меня же она не удостоила даже взглядом.

Из гордости я прикусила губу и решила не взывать о помощи. Но затем услышала её тихий голосок, обращённый к моей матери: «Это же сестрёнка Дай Юэ! Кормилица, останови их скорее!» Она в самом деле узнала меня… и помнила моё имя. Матушка отправила людей, чтобы те доставили меня наверх.

Похоже, её ничуть не заботила покрывавшая меня с ног до головы грязь, поскольку она схватила мою руку и потащила к столу. Суетилась вокруг, словно маленькая трудолюбивая пчёлка. Но я невзлюбила её за это ещё сильнее. Возможно, мои годы непокорства начались раньше обычного, поскольку из раздражения я вытянула руку и оттолкнула её. В то время ей едва исполнилось пять. Мой тычок, конечно же, уложил её на лопатки, а затем она посмотрела на меня так… обиженно и невинно. Я явственно почувствовала укол вины. Но при мысли о том, что все мои невзгоды случились из-за неё, ощущение вины тут же растворилось в воздухе.

В результате матушка отшлёпала меня и наказала стоянием на коленях в отчем доме. В то время это сбивало меня с толку больше всего: почему та, кто называется моей матерью, бьёт меня ради кого-то другого? Думаю, тогда царила поздняя осень. Пока я стояла на коленях, мою голову разрывали вопросы, на которые не находилось ответов.

Не ожидала, что она тайно прибежит ко мне. её хрупкое тельце тащило стёганое одеяло, что практически поглотило её полностью, а маленькое личико алело от холода. Она долго о чём-то говорила со мной, но я не могу вспомнить слов. Помню лишь тепло её тела рядом с моим, когда мы вместе свернулись под тем одеялом.

Следующим утром появилась матушка со свитой, обыскивавшие в поисках юной госпожи каждый уголок. Когда её обнаружили рядом со мной, мне едва не досталась очередная порция побоев. Но она вступилась за меня, сказав матушке, что если та хочет кого-то ударить, пусть выпустит пар на ней. В конце концов про инцидент забыли.

С тех пор я стала служить ей.

В те годы она порхала тут и там чрезвычайно милой, мягкой и сообразительной штучкой. А градус восхитительности поднимался каждый раз, когда она с детской невинностью открывала ротик. Поначалу я не желала кланяться ей. Но после долгого общения я напрочь позабыла своё детское обещание никогда ей не служить даже под страхом смерти.

Лишь встав на её сторону, я поняла, что девочке предстояло узнать намного больше, чем мне. Ей постоянно приходилось прилежно учиться. Она старалась изо всех сил, чтобы покончить с домашним заданием поскорее и выкроить время на игру со мной. Шло время, и окружающие, поняв, что она меня любит, стали относиться ко мне более вежливо. Тогда я прочувствовала, насколько для них были важны её предпочтения.

Однажды, в один из зимних дней, матушка вызвала меня на разговор. Очень снежный и холодный день. Я до сих пор помню выражение её лица, смесь суровости и беспокойства. Она сказала мне: «Дитя, на плечах юной госпожи лежит ноша целого клана, и ей непросто. Ты должна служить ей поддержкой и опорой, что есть великая честь и ответственность. Служи ей хорошо, уважай её и защищай».

За окном кружились хлопья белого снега. Матушка ещё долго что-то говорила, а закончив, обняла меня и заплакала. Она сказала, что отпускает меня. Но если этого не сделать, то станет равносильно концу клана Цзюнь. Только если с юной госпожой всё будет хорошо, будет хорошо всем.

Не знаю, как я вышла из комнаты матери. Помню лишь, что снаружи в ожидании стояла та девчушка с покрасневшим от холода лицом. В момент, когда она увидела меня, на её лице тут же расцвела лучезарная улыбка. Резко контрастируя с белоснежным фоном, та улыбка словно источала ярчайшее сияние, едва не ослепившее мои глаза. Сердце словно окутало теплом, разогнавшим пронизывающий до костей зимний холод. С тех пор я взялась изучать те сложные и непонятные предметы вместе с ней. Каждый раз, когда я чего-то не понимала, она терпеливо пускалась в объяснения.

На третий год у неё в услужении появилась Ин Юэ. Она оказалась младше нас обеих. При появлении она показалась довольно робкой, я не понимала, почему её выбрали на роль слуги госпожи. Но затем я поняла, что Ин Юэ с юных лет легко давались науки, а ещё она практиковалась в боевых искусствах. Просто в нашу первую встречу она проявила некоторую застенчивость. Свыкнувшись друг с другом, мне открылось, что она весьма оживлённая натура.

С тех пор мы трое стали неразлучны.

Перед тринадцатилетием характер госпожи был довольно нежным. Но однажды летом, после её дня рождения, прошлый премьер-министр пригласила её в кабинет, и приватная беседа продолжалась всю ночь. Когда она выбежала оттуда с красными глазами, тут же обняла Ин Юэ и долго, долго плакала. Мы спрашивали, что произошло, но она отказывалась отвечать. Затем она начала все сильнее и сильнее меняться. Мы больше не могли понять, что она чувствует по её выражению лица, а сама она перестала говорить, что ей нравится или заботит. Куда-то пропала её разборчивость в еде.

Не знаю, когда это началось, но число окружающей её прислуги стало уменьшаться. В конце концов, рядом остались лишь Ин Юэ и я. Отстранилась даже моя матушка.

Когда ей стукнуло пятнадцать, внезапно ушла из жизни премьер-министр. Тогда я поняла: должно быть, она всё знала уже два года назад. Знала, что дни её матери в этом мире сочтены, и ноша правления кланом Цзюнь теперь полностью возложена на её плечи. И ради этого она проделала огромную работу.

Мне часто казалось, что я всегда буду сопровождать её сквозь радости и невзгоды… Но однажды рядом с ней появился мужчина. Конечно же, она не сможет прожить всю жизнь лишь с нами двумя. Ей необходимо кого-то любить, и тот человек должен делить с ней счастье и горести… до глубоких седин.

Не ожидала, что она когда-то оставит политику, но она это сделала. То кресло маячило прямо перед ней, но она не стала забирать его. Долгое время я не понимала сего поступка, как не понимала все те шлепки моей матери из далёкого детства. Лишь спустя много лет стало очевидным, что она никогда не любила такую жизнь. Ей просто не выпадала шанса отступить. Ради благополучия клана Цзюнь, насчитывающего свыше тысячи членов, у неё не оставалось другого выбора, как нести эту ношу. Но получив силу уйти без потерь и страданий, организовав для клана все возможное, она выбрала для себя жизнь… наверное, подходящую ей лучше всего.

Однако, вне зависимости от того, какую жизнь она выберет для себя, мы с Ин Юэ всегда будем рядом. Ради неё.

— О чём задумалась, Дай Юэ? Твой Гу Су снова убежал к господину Лин. Если не поймаешь его вовремя, её превосходительство нарежет кого-то на кусочки! — из ниоткуда выскочила Ин Юэ, перепугав меня до чёртиков.

Я прикоснулась к лицу слабой рукой. Гу Су… с каких-то пор он вдруг стал «моим».

— Ну же! — видя, что я стою без движения, переходящая на бег Ин Юэ потянула меня за собой, — я тебя ни в чём не виню, но не могла бы ты поговорить с ним? Её превосходительство не любит, когда малец приближается к мастеру Лин…

Я тоже знаю, что её превосходительство не любит, когда он слишком близко к господину Лин, но что я могу сделать?

Послесловие автора: