Глава 301: Сяо Бао, естественно, мой сын.Муянь удивлённо раскрыла глаза.— Что ты хочешь, чтобы я вырастила?— Цветок духа тёмных облаков.— Знаешь ли ты, что никто не смог вырастить этот цветок духа за последние тысячи лет?— Естественно.Муянь пристально смотрит на холодное и невозмутимое лицо мужчины:— И ты хочешь, чтобы я вырастила его? Если уже несколько тысячелетий никто не может этого сделать, почему ты думаешь, что я смогу это сделать?Как только она умолкает, рука мужчины хватает её за талию и заключает в объятия.— Если ты не сможешь это сделать, то ты останешься со мной навсегда, и даже не думай уйти!Муянь морщит брови.— Ты что, играешь со мной?Тёплые губы изгибаются вниз, но следующие слова мужчины, произнесённые низким голосом, заставляют гнев, бурлящий в её сердце, необъяснимо иссякнуть.— Нет.

Я верю, что ты...Он наклоняет голову к её нежным, полупрозрачным, как нефрит, ушам, как будто хочет прикусить их, но также как будто он хочет просто коснуться их.— Даже если это невозможно для других, я верю, что моя Муянь... может сделать это.Это тихое бормотание — как перышко.Спокойный ум Муянь втайне говорит ей, что она не должна поддаваться влиянию этого красивого мужчины!Она смотрит на семена на своих руках, а затем думает, что, может быть, Ди Мин Цзюэ нуждается в этих семенах, поэтому он хочет, чтобы я протянула ему руку помощи?В любом случае, я должна ему.

Ничего плохого не случится, если я попробую это сделать.Более того, я заинтересована в цветке духа тёмных облаков из легенд.— Я могу попробовать вырастить цветок духа тёмных облаков.Муянь поднимает голову, чтобы взглянуть на Ди Мин Цзюэ.— Но я не останусь здесь.

Сяо Бао ждёт меня дома.

Ты мог бы подождать, потом прийти и забрать этот цветок через семь дней.Кто бы мог подумать, что Ди Мин Цзюэ покачает головой:— Ты должна остаться здесь и вырастить цветок духа.

Тебя ничто не должно отвлекать.Муянь хмурится.— Без меня Сяо Бао мучают кошмары во сне.— Хм! — Ди Мин Цзюэ фыркает, и у него появляется недовольное выражение лица, — он уже взрослый человек, и ему нужно пристать к кому-то, чтобы хорошо поспать, как это неприлично.Слушая то, как он критикует её сына, настроение Муянь портится:— Взрослый? Да моему сыну всего четыре года!Четырёхлетний ребёнок любит гнездиться в объятиях матери и вести себя избалованно, разве это не нормально?Кроме того, мой ребёнок так хорошо себя ведёт.

Если не считать желания прилепиться ко мне перед сном, он совсем не буйный.— Когда тебе было четыре года, ты ещё даже от мамкиной сиськи не отходил! Чего это ты о моём сыне говоришь так?Он осмеливается сказать, что мой сын — неприличен!Ди Мин Цзюэ слегка отстранённо смотрит на неё:— В три года я уже был брошен в горы, чтобы практиковаться в одиночку в течение трёх месяцев.

Скажи, у меня есть какие-то основания говорить так о твоём сыне?— Э-э... — Муянь внезапно теряет дар речи.Выражение её глаз несколько переменчиво.В возрасте трёх лет он был брошен в горы для практики в одиночку в течение трёх месяцевХотя мой ребёнок тоже вырос в горах, всё же, в одиночку в течение трёх месяцев—Она не могла вынести, чтобы Сяо Бао страдал от такого рода трудностей.Неужели родители этого человека могли вынести такое?Как может трёхлетний ребёнок бороться и страдать в горах и выйти оттуда живым?Незнакомое чувство вспыхивает в её сознании.Однако она слушает, как Ди Мин Цзюэ продолжает говорить:— Сяо Бао будет моим сыном, а также будущим хозяином полярных владений.

Если он не может побыть без своей матери несколько дней, как он может справиться с этой задачей?Рот Муянь начал дёргаться.Какое бы горе она ни испытывала, все они уплывают вдаль, словно облака.— Кто сказал, что Сяо Бао будет твоим сыном?Ди Мин Цзюэ наклоняется, в его голосе слышится лёгкая хрипотца:— Тебе суждено стать моей женой, и Сяо Бао, естественно, будем моим сыном

Глава 301: Сяо Бао, естественно, мой сын.

Муянь удивлённо раскрыла глаза.

— Что ты хочешь, чтобы я вырастила?

— Цветок духа тёмных облаков.

— Знаешь ли ты, что никто не смог вырастить этот цветок духа за последние тысячи лет?

— Естественно.

Муянь пристально смотрит на холодное и невозмутимое лицо мужчины:

— И ты хочешь, чтобы я вырастила его? Если уже несколько тысячелетий никто не может этого сделать, почему ты думаешь, что я смогу это сделать?

Как только она умолкает, рука мужчины хватает её за талию и заключает в объятия.

— Если ты не сможешь это сделать, то ты останешься со мной навсегда, и даже не думай уйти!

Муянь морщит брови.

— Ты что, играешь со мной?

Тёплые губы изгибаются вниз, но следующие слова мужчины, произнесённые низким голосом, заставляют гнев, бурлящий в её сердце, необъяснимо иссякнуть.

Я верю, что ты...

Он наклоняет голову к её нежным, полупрозрачным, как нефрит, ушам, как будто хочет прикусить их, но также как будто он хочет просто коснуться их.

— Даже если это невозможно для других, я верю, что моя Муянь... может сделать это.

Это тихое бормотание — как перышко.

Спокойный ум Муянь втайне говорит ей, что она не должна поддаваться влиянию этого красивого мужчины!

Она смотрит на семена на своих руках, а затем думает, что, может быть, Ди Мин Цзюэ нуждается в этих семенах, поэтому он хочет, чтобы я протянула ему руку помощи?

В любом случае, я должна ему.

Ничего плохого не случится, если я попробую это сделать.

Более того, я заинтересована в цветке духа тёмных облаков из легенд.

— Я могу попробовать вырастить цветок духа тёмных облаков.

Муянь поднимает голову, чтобы взглянуть на Ди Мин Цзюэ.

— Но я не останусь здесь.

Сяо Бао ждёт меня дома.

Ты мог бы подождать, потом прийти и забрать этот цветок через семь дней.

Кто бы мог подумать, что Ди Мин Цзюэ покачает головой:

— Ты должна остаться здесь и вырастить цветок духа.

Тебя ничто не должно отвлекать.

Муянь хмурится.

— Без меня Сяо Бао мучают кошмары во сне.

— Хм! — Ди Мин Цзюэ фыркает, и у него появляется недовольное выражение лица, — он уже взрослый человек, и ему нужно пристать к кому-то, чтобы хорошо поспать, как это неприлично.

Слушая то, как он критикует её сына, настроение Муянь портится:

— Взрослый? Да моему сыну всего четыре года!

Четырёхлетний ребёнок любит гнездиться в объятиях матери и вести себя избалованно, разве это не нормально?

Кроме того, мой ребёнок так хорошо себя ведёт.

Если не считать желания прилепиться ко мне перед сном, он совсем не буйный.

— Когда тебе было четыре года, ты ещё даже от мамкиной сиськи не отходил! Чего это ты о моём сыне говоришь так?

Он осмеливается сказать, что мой сын — неприличен!

Ди Мин Цзюэ слегка отстранённо смотрит на неё:

— В три года я уже был брошен в горы, чтобы практиковаться в одиночку в течение трёх месяцев.

Скажи, у меня есть какие-то основания говорить так о твоём сыне?

— Э-э... — Муянь внезапно теряет дар речи.

Выражение её глаз несколько переменчиво.

В возрасте трёх лет он был брошен в горы для практики в одиночку в течение трёх месяцев

Хотя мой ребёнок тоже вырос в горах, всё же, в одиночку в течение трёх месяцев—

Она не могла вынести, чтобы Сяо Бао страдал от такого рода трудностей.

Неужели родители этого человека могли вынести такое?

Как может трёхлетний ребёнок бороться и страдать в горах и выйти оттуда живым?

Незнакомое чувство вспыхивает в её сознании.

Однако она слушает, как Ди Мин Цзюэ продолжает говорить:

— Сяо Бао будет моим сыном, а также будущим хозяином полярных владений.

Если он не может побыть без своей матери несколько дней, как он может справиться с этой задачей?

Рот Муянь начал дёргаться.

Какое бы горе она ни испытывала, все они уплывают вдаль, словно облака.

— Кто сказал, что Сяо Бао будет твоим сыном?

Ди Мин Цзюэ наклоняется, в его голосе слышится лёгкая хрипотца:

— Тебе суждено стать моей женой, и Сяо Бао, естественно, будем моим сыном