— Клан Е слишком предан, преданность клана настолько велика, что они никогда бы не смели и подумать о том, что императорская семья, которой они служат, могут вонзить им нож в спину.

И, конечно же, они даже не размышляли о таких вещах, как переворот.

Однако во дворце, интриги и борьба за власть сплошь и рядом, и человек, что стал императором, просто не может быть доверчивым и добросердечным.

И раз существует такая сила как клан Е, то я бы на месте императора просто не мог спокойно спать.

Естественно, все это лишь мои догадки, возможно, на самом деле все обстоит совсем иначе.Слушая, как Е У Чэнь с непринужденным видом говорил все это, Е Шуй Яо и сама не заметила, как ее взгляд уже был направлен на его лицо, чему она даже немного поразилась.

А после продолжительного молчания медленно спросила:— Ты и правда Сяо Чэнь?Е У Чэнь скорчил самую что ни на есть естественную гримасу и затем ответил:— Конечно же.

Неужели сестренка даже не может узнать собственного младшего брата? Посмотри на тыльную сторону моей руки: это родимое пятно, которое есть только у меня, а еще недавно меня даже заставили пройти определение родства через кровь… а, верно, сестренка же еще не знает — до недавнего времени я пребывал без сознания.

Меня спас господин Бог Меча, а также научил меня немалым вещам.

Вот только когда я очнулся, я полностью утратил свои воспоминания о прошлом, и, конечно же, сегодня первый раз когда я вижу свою сестренку.Е Шуй Яо не могла не поразиться.

Он вот так вот просто говорил это ей.

Из-за чего ее взгляд немного помутнел, и Е Шуй Яо быстро отвернулась от него и ровным тоном спросила:— Зачем ты рассказываешь мне все это?— Потому что я знаю, что сестренка на самом деле тоже уже это поняла.

Со стороны всегда виднее, да и верность иногда затуманивает взор.

Именно поэтому твой отец и дедушка никогда не подумают об этом.

Однако ты все поняла, но не можешь поведать об этом другим, и даже если ты все расскажешь, тебя просто отругают.

И поэтому ты решила запереться в себе, и все же, не можешь перестать думать о будущем клана, и постепенно начала ненавидеть свой дом и свое происхождение, мечтая о спокойной и мирной жизни.Е У Чэнь вздохнул про себя:«Ты и правда считаешь, что простая жизнь такая прекрасная? Если бы ты родилась в обычной семье, то уже с твоей внешностью ты не нашла бы покой.

И неизвестно чьей бы игрушкой ты стала в конце.

Ты должна благодарить клан Е за то, что можешь жить столь беззаботно.

Ох уж эти женщины…»— Сестренка ведь уже догадалась, верно? Мужчины в клане Е всегда славились своей силой и мужеством, однако в моем поколении я вовсе не унаследовал столь великолепных генов… а, нет, я хотел сказать черт.

Ну, в любом случае, когда я родился, то оказался слаб телом и очень часто болел — это тоже должно быть очень подозрительным.

И у наших родителей после сестренки и меня, как бы они не старались, больше не было детей.

Если говорить правду, то это тоже ненормально.

Если бы я был императором, то я бы тоже приложил усилия, чтобы случились такие «ненормальные» происшествия.

Всего лишь несколько нужных лекарств и готово, верно, сестренка? Повезло, что сестренка такая отстраненная, если бы сестренка обладала выдающимися способностями и ни в чем не уступала мужчинам, то их целью оказался бы не я один.Проговорив столько времени, Е У Чэнь начал почувствовал сухость в горле и, улыбаясь Е Шуй Яо, встал вместе с Нин Сюэ и направился к выходу.— Сегодня я потревожил сестренку, поэтому откланяюсь.

Как найдется свободное время, я обязательно приду навестить сестренку еще, если же сестренка соскучится и захочет увидеть меня, то с радостью прошу сестренку прийти в мой двор и навестить меня.— Говорил ли ты о своих догадках дедушке и отцу? — внезапно спросила Е Шуй Яо.— Нет, я не собираюсь им что-либо говорить, я просто покажу им действительность.Ее взгляд продолжал следить за его спиной до тех пор, пока он полностью не исчез из виду.

Е Шуй Яо медленно села, прежде спокойное словно водная гладь сердце сейчас же никак не могло успокоиться.

Просидев в полной тишине еще некоторое время, она тихо пробормотала:— Он и правда Сяо Чэнь?..Раньше ее младший брат часто болел и практически не вставал с постели, а характер его был слишком мягким, однако недавно он излучал ауру величия, и каждое его слово будто проникало в ее душу.

Е Шуй Яо с силой закачала головой, прогоняя запутанные мысли, а затем снова посмотрела на нарисованный им портрет облаков и гор, еще долго не отводя взгляд.Когда Е У Чэнь и Нин Сюэ вернулись обратно в свой двор, тем, кто ждал их была не Ван Вэнь Шу, а двое молодых слуг, которым по виду не было и двадцати и одетых в голубые одежды.

Увидев возвращение Е У Чэна, они оба низко поклонились, приветствуя его:— Младший молодой господин, госпожа Нин Сюэ, вашего покорного слугу зовут Е Чи, а это мой младший брат Е Ба.

Хозяйка велела нам двоим служить вам с сегодняшнего дня, и теперь мы в вашем полном подчинении…— Называйте меня просто молодым господином, терпеть не могу слово «младший».

А еще, рядом со мной не называйте себя покорным слугой, разве вы настолько маленькие ? — спокойно ответил им Е У Чэнь, затем, не обращая на них более никакого внимания, направился с Нин Сюэ в сторону кабинета. (Слово младший молодой господин и покорный слуга в них обоих есть иероглиф «маленький, младший», поэтому Е У Чэнь говорит, что они не маленькие.)— С-слушаемся! — торопливо ответили слуги и торопливо засеменили за ним.

Сейчас в клане Е не было ни одного человека, который бы не знал, что младший молодой господин уже более не то прежнее больное ничтожество, но и его характер также существенно изменился.

Не успел он вернуться, как уже дал старшему молодому господину смачную пощечину, с таким человеком явно будет нелегко.

Когда Ван Вэнь Шу велела им двоим служить ему, в глубине души они просто не могли не начать жаловаться о своей нелегкой судьбе.

Он без причины ударил старшего молодого господина, однако старый хозяин и глава клана вовсе не стали его бранить, так что, если этот младший молодой господин захочет наказать их, ему ничего не будет стоить сделать это.

И поэтому они просто не смеют перечить ему в чем-либо.Как только Е У Чэнь уселся на стул, Е Чи уже второпях принес ему чашку горячего чая и с улыбкой на лице сказал:— Млад… а, нет, молодой господин, прошу, выпейте чаю.Кивнув в ответ, Е У Чэнь принял чашку и отпил немного чая.

Густой аромат чая растекся по его горлу, что заставило его подумать о том, что хоть алкоголь в этом мире и ужасен, однако чай практически не отличается вкусом от чая из его воспоминании о родном мире.

Неторопливо попивая чай, он неожиданно задал вопрос:— Сяо Чи, Сяо Ба, где ваш родной дом и скажите мне, каковы ваши настоящие имена.Как только слуги мужского пола входят в клан Е, они обязаны сменить свою фамилию на «Е», а имена даются по порядковому номеру, однако к служанкам это правило не относится.

Поклонившись, Е Чи ответил:— Да, молодой господин, ваш покорный слуга… нет, я хотел сказать, что я и мой брат родом из города Чэнь Ань, что находится на юге, прежде меня звали Ян Дянь Фэн.ПфффЕ У Чэнь выпрыснул весь чай прямо Нин Сюэ на лицо и одежду.

Он в спешке поставил чашку и начал вытирать забрызганную Нин Сюэ, одновременно откашливаясь и сдерживая текущие из глаз слезы.Такая бурная реакция неслабо удивила Е Чи, и ему ничего не оставалось как тоже вместе посмеяться:— Похоже, мое имя повеселило молодого господина.

Отец дал мне это имя в надежде, что я стану важным чиновником, однако я… а, нет, прислуживать молодому господину это честь для меня, это настоящая удача.— Тогда что насчет Сяо Ба? Как его зовут? — спросил Е У Чэнь, тряся головой и избавляясь от неприятного ощущения в горле.— Да, молодой господин, меня зовут Ян Гао Фэн, — опустив голову, ответил тот.Глаза Е У Чэна явно немного задергались.

Дянь Фэн, Гао Фэн — какие великие имена, жаль только что их фамилия Ян.(Имена их обоих можно перевести как «горный пик, вершина горы»)Ян Дянь Фэн, Ян Гао Фэн , это же каким отцом надо быть, чтобы дать своим детям такие имена.(Ян Дянь Фэн — козлиное бешенство, Ян Гао Фэн — баранье бешенство.

Звучит полностью одинаково, просто пишется по-разному.

Автор еще долго над именами стебаться будет)

— Клан Е слишком предан, преданность клана настолько велика, что они никогда бы не смели и подумать о том, что императорская семья, которой они служат, могут вонзить им нож в спину.

И, конечно же, они даже не размышляли о таких вещах, как переворот.

Однако во дворце, интриги и борьба за власть сплошь и рядом, и человек, что стал императором, просто не может быть доверчивым и добросердечным.

И раз существует такая сила как клан Е, то я бы на месте императора просто не мог спокойно спать.

Естественно, все это лишь мои догадки, возможно, на самом деле все обстоит совсем иначе.

Слушая, как Е У Чэнь с непринужденным видом говорил все это, Е Шуй Яо и сама не заметила, как ее взгляд уже был направлен на его лицо, чему она даже немного поразилась.

А после продолжительного молчания медленно спросила:

— Ты и правда Сяо Чэнь?

Е У Чэнь скорчил самую что ни на есть естественную гримасу и затем ответил:

— Конечно же.

Неужели сестренка даже не может узнать собственного младшего брата? Посмотри на тыльную сторону моей руки: это родимое пятно, которое есть только у меня, а еще недавно меня даже заставили пройти определение родства через кровь… а, верно, сестренка же еще не знает — до недавнего времени я пребывал без сознания.

Меня спас господин Бог Меча, а также научил меня немалым вещам.

Вот только когда я очнулся, я полностью утратил свои воспоминания о прошлом, и, конечно же, сегодня первый раз когда я вижу свою сестренку.

Е Шуй Яо не могла не поразиться.

Он вот так вот просто говорил это ей.

Из-за чего ее взгляд немного помутнел, и Е Шуй Яо быстро отвернулась от него и ровным тоном спросила:

— Зачем ты рассказываешь мне все это?

— Потому что я знаю, что сестренка на самом деле тоже уже это поняла.

Со стороны всегда виднее, да и верность иногда затуманивает взор.

Именно поэтому твой отец и дедушка никогда не подумают об этом.

Однако ты все поняла, но не можешь поведать об этом другим, и даже если ты все расскажешь, тебя просто отругают.

И поэтому ты решила запереться в себе, и все же, не можешь перестать думать о будущем клана, и постепенно начала ненавидеть свой дом и свое происхождение, мечтая о спокойной и мирной жизни.

Е У Чэнь вздохнул про себя:

«Ты и правда считаешь, что простая жизнь такая прекрасная? Если бы ты родилась в обычной семье, то уже с твоей внешностью ты не нашла бы покой.

И неизвестно чьей бы игрушкой ты стала в конце.

Ты должна благодарить клан Е за то, что можешь жить столь беззаботно.

Ох уж эти женщины…»

— Сестренка ведь уже догадалась, верно? Мужчины в клане Е всегда славились своей силой и мужеством, однако в моем поколении я вовсе не унаследовал столь великолепных генов… а, нет, я хотел сказать черт.

Ну, в любом случае, когда я родился, то оказался слаб телом и очень часто болел — это тоже должно быть очень подозрительным.

И у наших родителей после сестренки и меня, как бы они не старались, больше не было детей.

Если говорить правду, то это тоже ненормально.

Если бы я был императором, то я бы тоже приложил усилия, чтобы случились такие «ненормальные» происшествия.

Всего лишь несколько нужных лекарств и готово, верно, сестренка? Повезло, что сестренка такая отстраненная, если бы сестренка обладала выдающимися способностями и ни в чем не уступала мужчинам, то их целью оказался бы не я один.

Проговорив столько времени, Е У Чэнь начал почувствовал сухость в горле и, улыбаясь Е Шуй Яо, встал вместе с Нин Сюэ и направился к выходу.

— Сегодня я потревожил сестренку, поэтому откланяюсь.

Как найдется свободное время, я обязательно приду навестить сестренку еще, если же сестренка соскучится и захочет увидеть меня, то с радостью прошу сестренку прийти в мой двор и навестить меня.

— Говорил ли ты о своих догадках дедушке и отцу? — внезапно спросила Е Шуй Яо.

— Нет, я не собираюсь им что-либо говорить, я просто покажу им действительность.

Ее взгляд продолжал следить за его спиной до тех пор, пока он полностью не исчез из виду.

Е Шуй Яо медленно села, прежде спокойное словно водная гладь сердце сейчас же никак не могло успокоиться.

Просидев в полной тишине еще некоторое время, она тихо пробормотала:

— Он и правда Сяо Чэнь?..

Раньше ее младший брат часто болел и практически не вставал с постели, а характер его был слишком мягким, однако недавно он излучал ауру величия, и каждое его слово будто проникало в ее душу.

Е Шуй Яо с силой закачала головой, прогоняя запутанные мысли, а затем снова посмотрела на нарисованный им портрет облаков и гор, еще долго не отводя взгляд.

Когда Е У Чэнь и Нин Сюэ вернулись обратно в свой двор, тем, кто ждал их была не Ван Вэнь Шу, а двое молодых слуг, которым по виду не было и двадцати и одетых в голубые одежды.

Увидев возвращение Е У Чэна, они оба низко поклонились, приветствуя его:

— Младший молодой господин, госпожа Нин Сюэ, вашего покорного слугу зовут Е Чи, а это мой младший брат Е Ба.

Хозяйка велела нам двоим служить вам с сегодняшнего дня, и теперь мы в вашем полном подчинении…

— Называйте меня просто молодым господином, терпеть не могу слово «младший».

А еще, рядом со мной не называйте себя покорным слугой, разве вы настолько маленькие ? — спокойно ответил им Е У Чэнь, затем, не обращая на них более никакого внимания, направился с Нин Сюэ в сторону кабинета. (Слово младший молодой господин и покорный слуга в них обоих есть иероглиф «маленький, младший», поэтому Е У Чэнь говорит, что они не маленькие.)

— С-слушаемся! — торопливо ответили слуги и торопливо засеменили за ним.

Сейчас в клане Е не было ни одного человека, который бы не знал, что младший молодой господин уже более не то прежнее больное ничтожество, но и его характер также существенно изменился.

Не успел он вернуться, как уже дал старшему молодому господину смачную пощечину, с таким человеком явно будет нелегко.

Когда Ван Вэнь Шу велела им двоим служить ему, в глубине души они просто не могли не начать жаловаться о своей нелегкой судьбе.

Он без причины ударил старшего молодого господина, однако старый хозяин и глава клана вовсе не стали его бранить, так что, если этот младший молодой господин захочет наказать их, ему ничего не будет стоить сделать это.

И поэтому они просто не смеют перечить ему в чем-либо.

Как только Е У Чэнь уселся на стул, Е Чи уже второпях принес ему чашку горячего чая и с улыбкой на лице сказал:

— Млад… а, нет, молодой господин, прошу, выпейте чаю.

Кивнув в ответ, Е У Чэнь принял чашку и отпил немного чая.

Густой аромат чая растекся по его горлу, что заставило его подумать о том, что хоть алкоголь в этом мире и ужасен, однако чай практически не отличается вкусом от чая из его воспоминании о родном мире.

Неторопливо попивая чай, он неожиданно задал вопрос:

— Сяо Чи, Сяо Ба, где ваш родной дом и скажите мне, каковы ваши настоящие имена.

Как только слуги мужского пола входят в клан Е, они обязаны сменить свою фамилию на «Е», а имена даются по порядковому номеру, однако к служанкам это правило не относится.

Поклонившись, Е Чи ответил:

— Да, молодой господин, ваш покорный слуга… нет, я хотел сказать, что я и мой брат родом из города Чэнь Ань, что находится на юге, прежде меня звали Ян Дянь Фэн.

Е У Чэнь выпрыснул весь чай прямо Нин Сюэ на лицо и одежду.

Он в спешке поставил чашку и начал вытирать забрызганную Нин Сюэ, одновременно откашливаясь и сдерживая текущие из глаз слезы.

Такая бурная реакция неслабо удивила Е Чи, и ему ничего не оставалось как тоже вместе посмеяться:

— Похоже, мое имя повеселило молодого господина.

Отец дал мне это имя в надежде, что я стану важным чиновником, однако я… а, нет, прислуживать молодому господину это честь для меня, это настоящая удача.

— Тогда что насчет Сяо Ба? Как его зовут? — спросил Е У Чэнь, тряся головой и избавляясь от неприятного ощущения в горле.

— Да, молодой господин, меня зовут Ян Гао Фэн, — опустив голову, ответил тот.

Глаза Е У Чэна явно немного задергались.

Дянь Фэн, Гао Фэн — какие великие имена, жаль только что их фамилия Ян.(Имена их обоих можно перевести как «горный пик, вершина горы»)

Ян Дянь Фэн, Ян Гао Фэн , это же каким отцом надо быть, чтобы дать своим детям такие имена.(Ян Дянь Фэн — козлиное бешенство, Ян Гао Фэн — баранье бешенство.

Звучит полностью одинаково, просто пишется по-разному.

Автор еще долго над именами стебаться будет)