До следующего утра я провалялся в лазарете.

Проснулся я от какого-то шума снаружи.

Через несколько секунд после пробуждения я услышал:-Да мне по барабану, что он там спит! Если к нему приходит генерал-майор, он должен встать из могилы, чтобы меня встретить! – буйствовал снаружи старик, из-за которого вчера мне пришлось сражаться.-Ну успокойся, Цокл! Спит парень! – услышал я голос старика, который спас меня во время стоянки.-Нэкор! Я же просил тебя не называть меня по имени при подчинённых!-Ой, да ладно тебе… Мы же братья, мне тебя что, по званию величать, что ли? – рассмеялись ему в ответ.-Не важно.

Как старший по званию, я ПРИКАЗЫВАЮ тебе пройти со мной к нему.-А, как старший по званию, без меня не можешь? До сих пор разрешение старшего по возрасту надо?-Нет.-Значит, боишься к нему после вчерашнего к нему подходить? – Цокл однозначно над ним издевался.-Не то чтобы… Не положено генералу к обычному рядовому обращаться.

Ты с ним и разговаривай.-А мне оно зачем? Вот ты с позиции силы его и убеждай, в чём тебе надо.Я понимал, что они могут так препираться бесконечно, поэтому подал голос:-Я не сплю уже.-Вот и замечательно. – сказал Цокл и зашёл.

За ним последовал и его брат.-А ты тут неплохо устроился.

Я бы тоже повалялся в заботе таких прелестных дам денёк-другой. – шутил Нэкор.-Брат! Не в том ты возрасте, чтобы так шутить!-Ой, ладно-ладно.-А теперь ты. – Цокл, обрадовавшись, что ему удалось приструнить брата, перевёл внимание на меня.-Весь во внимании.-Переходишь в моё личное распоряжение.

Бонусом звание повыше, кровать помягче, еда повкуснее да и быт безопаснее.-Нет.-И ещё… Что?!-Нет, я не согласен.-А это предложением и не было.-А мне насрать. – я сел, поставив ноги на пол и опираясь на катану, — Не для того я сюда шёл, чтобы задницу кому-то лизать.-Хочешь ты или нет, но ты переходишь в мой личный состав.-Я тебе уже ответил.Шум на улице всё усиливался и усиливался, пока не стал совсем сильным. В лазарет забежал какой-то солдат и закричал:-Капитаны! К крепости приближаются враги!-Сколько?-Около тысячи.Я рассмеялся.

Именно так я такие диалоги себе и представлял.-Что смешного?! – повернулся ко мне генерал-майор.-Да ничего такого, Цокл, ничего. – ответил я через смех.-Да как ты смеешь?! – он явно не был доволен тем, что я назвал его по имени, -А тебя я просил не называть меня по имени перед подчинёнными! – обратился он к брату.-Да ладно уж.

У нас дела поважнее есть, не считаешь? – сказал он, указав на солдата, принёсшего весть.Я встал с койки.-Сколько примерно заживают такие раны? – спросил я у лекаря.-Четыре дня, ни меньше.

Вам запрещено выходить!-Четыре? Отлично, значит, я уже полностью готов.

На мне всегда всё заживает отлично.-Как на собаке? – спросил Нэкор.-Нет, как хвост у ящерицы.-Пойдёт.Я снял повязку.

Рана уже затянулась, как я и надеялся.

Вот и хорошо.

Не хотелось бы тут просидеть.

Взяв мантию, я надел её и водрузил катану на законное место за спиной.

Вчетвером мы отправились к противоположным, относительно тех, через которые я сюда попал, воротам.

Все вместе мы поднялись на стену.

Внизу, у ворот форта, стояли наши войска.

Метров через сто от нас стояли вражеские войска.

Между двумя фракциями стоял какой-то мужик, рядом с которым Гишон показался бы хилым и болезненным.

В этом кадре было не меньше двух с половиной метров роста.

Да и вширь он был ненамного меньше.

В качестве оружия у него был большой двуручный меч, который был ему почти как одноручный нормальному человеку.-А что он там стоит?-Такая традиция есть… «Царь горы» называется.

Короче, при желании показать силу воины выходят на середину поля и ждут, пока не найдётся желающий сражаться один на один.-И долго такое?-Пока у одной из сторон не лопнут нервы.-Я слышал про него.

Говорят, это его пятидесятая битва. – встял в разговор отряд.-И он ни одного не проиграл? – спросил я.В ответ он просто на меня посмотрел, как на умалишённого.

Потом я понял, что сморозил чушь.-Вы! – обратился Цокл к стоящим внизу, — Ваша цель – тянуть время, пока мы не подготовим пушки! Идите же и погибайте ради своей родины!Никто из расположившихся внизу желанием погибать ради родины не горел.

Начали выталкивать какого-то парня ещё меньше моего.

Когда он был уже у самого края войск, я не выдержал и спрыгнул прям со стены, приземлившись прямо перед ним.-Не сегодня, герой. – обратился я к нему, — Когда-нибудь, но не сегодня.

Пожи ещё.Я направился в сторону ожидающего меня бугая, устанавливая на ходу лезвия в руку.

Около него уже лежало больше десяти тел.

Разрубленные одним взмахом.

Я почувствовал, как во мне что-то щёлкнуло.

Не осознавая того, я облизнул губы.

Увидев это, мой враг на долю секунды испугался, после чего приготовился сражаться.

Стоило мне чуть приблизиться, как прямо передо мной пронёсся меч.

Длинна его рук вместе с мечом была в районе четырёх-пяти метров.

После пары-тройки таких атак я понял, что просто так я к нему не подойду.

Я решил обратить его преймущество против него же.

Заставив его взмахнуть его ещё раз, я отпрыгнул буквально чуть-чуть, чтобы не пораниться, и сразу же побежал вправо, откуда он и наносил удар.

Увернувшись от удара его левым кулаком, который он освободил, я пробежал у него под рукой и хотел было нанести вертикальный удар, чтобы отрубить левую руку или разрубить спину, но услышал свист сбоку.

Он решил совершить полный оборот, тем самым не дав застигнуть его врасплох.

Сделав колесо в воздухе, я ушёл от атаки, но, как только я приземлился на ноги, мне пришлось отпрыгнуть вбок, чтобы не получить снисходящий удар.

Приземлившись на ноги, я рванулся в его сторону, целясь в лицо, чтобы, как минимум, ослепить его.

В результатея смог лишь поцарапать его, ибо он откинул меня рукой.

Мы застыли.

Он воткнул меч в землю и начал хлопать, смеясь.-Наконец-то! Стоящий противник! Именно этого я и ждал! Все эти пять десятков битв я прошёл, чтобы встретить именно тебя! Кто мог вообще подумать, что этот избранный будет так молод?! Назови мне своё имя, воин! Я хочу знать имя того, кто может меня убить!-Калип Амихару.-Замечательно! Ипоцер! Запомни это имя, юный воин! Это – последнее имя, которое тебе суждено услышать!-Надеюсь, крайнее, не последнее.-Посмотрим!Несмотря на огромные размеры, мой противник резко подскочил и кинул в мою сторону половиной воина, которого он убил недавно.

Я разрубил его, что было нетрудно, потому что из-за силы Ипоцера он летел быстро.

Соориентировался после этого я, скорее, с помощью инстинктов и звуков, потому что меч моего противника я увидел уже потом, когда он оказался на месте, где я стоял секунду назад.

Не теряя времени, я рванулся в сторону руки, чтобы лишить его важного оружия, но он атаковал левой, поэтому я резко изменил направление и восходящим ударом меча разрубил ему подбородок вместе со шлемом.

Он ещё раз атаковал взмахом в мою сторону, но я проскользил у него промеж ног и сразу прыгнул, чтобы атаковать его в затылок.

Он резко дёрнул головой назад, и я, приняв удар, улетел метров на десять, после чего начал перекатываться по земле, но затормозил мечом.-А сделать вид, что метишь в руку, а потом ударить в голову было хитро.

Но грязно.-А кидаться трупами грязно не было?-Ладно. – ответил он после коротких раздумий.Я, наконец, чувствовал, чего мне не хватало.

Последний раз я испытывал такое чувство, когда сражался с братом.

Спустя долгое время, передо мной стоял человек, не знающий, но чувствующий, что надо делать.

Его целью было не сражение, а убийство.

Я уже чувствовал привкус крови во рту.

То ли от двух полученных ударов, то ли от чувства стоящей битвы.

Я уже составил тактику.

Я заставил его атаковать взмахом влево, после чего запрыгнул на его правую руку и на опережение кинул катану, вонзившуюся ему в левую ладонь, которой он хотел меня скинуть.

Добравшись-таки до его открытого подбородка, я лезвиями на правой руке, атаковав сверху вниз, вогнал их ему в шею и рванул вниз.

Кровь хлынула ручьем.

Голиаф ещё некоторое время постоял, но, сражённый Давидом, всё-таки упал.

Несмотря на смертельную рану, Ипоцер покидать подлунный мир ещё не собирался.-Я не сомневался в тебе, Калип Амихару. – на каждое слово из его шеи кровь начинала бить чуть сильнее, — Я прошёл десятки битв, чтобы, наконец, найти тебя, свою смерть, и упокоиться.

Спасибо тебе.Договорив, он совсем обмяк и перестал дышать.

Я вытащил катану из его ладони, после чего перерубил ему шею полностью, чтобы он не мучался лишнего.

Топот и шум сбоку привлекли моё внимание.

На меня бежали пятеро врагов.

С горем пополам, но мне удалось разжать пальцы Ипоцера, и я достал из его руки его меч, который он не хотел отпускать даже после смерти.

После чего атаковал в сторону нападающих.

Удар получился слабый, из-за чего я чуть было не пропустил пару атак, но получилось заблокировать рукой.

Решив придпринять ещё одну попытку, я снова взялся за рукоять двуручника.

Мне таким пользоваться не приходилось, я всегда больше любил скорость.

На этот раз я использовал не только руки, но и спину тоже, поэтому первым же взмахом разрубил двоих.

После этого трое оставшиеся немного отошли.

Пронеся меч за спиной, я ударом из-за головы с подшагом разрубил среднего пополам, после чего метнул катану, пробившую деревянный щит и шею левому.

Атаку правого я перехватил левой рукой, после чего ударил правым кулаком в висок, превратив его голову в кровавую кашу.

Я услышал свист сверху.

На меня сыпался град стрел.

Я воткнул двуручник в землю под углом так, чтобы он был надо мной, как навес.

Встав боком, я смог за ним укрыться.

Со стороны форта послышался взрыв.

Ядро влетело аккурат в центр построения врага.

Они подорвались со своих мест и с криками побежали в мою сторону.

Крики и шум сзади подсказывали, что мои соратники сейчас делают то же самое.

И я один стою между молотом и наковальней.

Что было дальше я плохо помню и понимаю.

Я атаковал во все стороны.

То одним мечом, то вторым, то рукой.

Отчётливо я помню лишь последний момент, когда я круговой атакой перерубил пятерых… или больше… может, под раздачу даже кто-то из своих попал.

Очнулся полностью я, уже стоя один посреди поля. Я был весь в крови.

В своей, во вражеской, в дружеской, не важно.

Всё тело ныло, желая просто упасть тут же, среди бездыханных тел.

Я же заставлял его стоять, операясь одной рукой на двуручник воткнутый в землю, и держа вторую с катаной внизу.

Услышав какие-то шорохи сзади, я круговой атакой назад взмахнул катаной, но мою атаку отбили щитом, после чего, навалившись толпой, они связали мои руки за спиной и положили меня на спину.

Я получил по лицу сильную пощёчину, от которой чуть не отрубился.

В глазах начало проясняться.

Надо мной стоял Нэкор, который и привёл меня в чувство.

Около него стояли другие солдаты.-Всё, очнулся?-Да.Каким бы он старым не казался, но он поднял меня с земли, поставил на ноги и развязал.

Я огляделся вокруг.-А где все?-Все, кто выжил, уже по лазаретам сидят.-И долго я тут стоял?-Часа два-три.

Я уж заволновался, отправил к тебе одного шибко быстрого, но ты ему чуть голову не отрубил.-Ясно…-А теперь пошли обратно.Я кивнул.

Вернув катану на место, я вытащил из руки лезвия и убрал их в остатки мантии.

Благо, все лезвия были на месте.

Уже сделав несколько шагов в сторону форта, я вернулся назад и взвалил на спину двуручник Ипоцера.-А он тебе не великоват? – cпросил Нэкор.-Может быть.-А зачем ты его забрать решил тогда?-Я решил забрать, я забрал.

Ещё вопросы?-Нет.Ещё бы я его не забрал.

Этот меч – напоминание о моём бое, который я не забуду никогда. Первый.

До следующего утра я провалялся в лазарете.

Проснулся я от какого-то шума снаружи.

Через несколько секунд после пробуждения я услышал:

-Да мне по барабану, что он там спит! Если к нему приходит генерал-майор, он должен встать из могилы, чтобы меня встретить! – буйствовал снаружи старик, из-за которого вчера мне пришлось сражаться.

-Ну успокойся, Цокл! Спит парень! – услышал я голос старика, который спас меня во время стоянки.

-Нэкор! Я же просил тебя не называть меня по имени при подчинённых!

-Ой, да ладно тебе… Мы же братья, мне тебя что, по званию величать, что ли? – рассмеялись ему в ответ.

Как старший по званию, я ПРИКАЗЫВАЮ тебе пройти со мной к нему.

-А, как старший по званию, без меня не можешь? До сих пор разрешение старшего по возрасту надо?

-Значит, боишься к нему после вчерашнего к нему подходить? – Цокл однозначно над ним издевался.

-Не то чтобы… Не положено генералу к обычному рядовому обращаться.

Ты с ним и разговаривай.

-А мне оно зачем? Вот ты с позиции силы его и убеждай, в чём тебе надо.

Я понимал, что они могут так препираться бесконечно, поэтому подал голос:

-Я не сплю уже.

-Вот и замечательно. – сказал Цокл и зашёл.

За ним последовал и его брат.

-А ты тут неплохо устроился.

Я бы тоже повалялся в заботе таких прелестных дам денёк-другой. – шутил Нэкор.

-Брат! Не в том ты возрасте, чтобы так шутить!

-Ой, ладно-ладно.

-А теперь ты. – Цокл, обрадовавшись, что ему удалось приструнить брата, перевёл внимание на меня.

-Весь во внимании.

-Переходишь в моё личное распоряжение.

Бонусом звание повыше, кровать помягче, еда повкуснее да и быт безопаснее.

-И ещё… Что?!

-Нет, я не согласен.

-А это предложением и не было.

-А мне насрать. – я сел, поставив ноги на пол и опираясь на катану, — Не для того я сюда шёл, чтобы задницу кому-то лизать.

-Хочешь ты или нет, но ты переходишь в мой личный состав.

-Я тебе уже ответил.

Шум на улице всё усиливался и усиливался, пока не стал совсем сильным. В лазарет забежал какой-то солдат и закричал:

-Капитаны! К крепости приближаются враги!

-Около тысячи.

Я рассмеялся.

Именно так я такие диалоги себе и представлял.

-Что смешного?! – повернулся ко мне генерал-майор.

-Да ничего такого, Цокл, ничего. – ответил я через смех.

-Да как ты смеешь?! – он явно не был доволен тем, что я назвал его по имени, -А тебя я просил не называть меня по имени перед подчинёнными! – обратился он к брату.

-Да ладно уж.

У нас дела поважнее есть, не считаешь? – сказал он, указав на солдата, принёсшего весть.

Я встал с койки.

-Сколько примерно заживают такие раны? – спросил я у лекаря.

-Четыре дня, ни меньше.

Вам запрещено выходить!

-Четыре? Отлично, значит, я уже полностью готов.

На мне всегда всё заживает отлично.

-Как на собаке? – спросил Нэкор.

-Нет, как хвост у ящерицы.

Я снял повязку.

Рана уже затянулась, как я и надеялся.

Вот и хорошо.

Не хотелось бы тут просидеть.

Взяв мантию, я надел её и водрузил катану на законное место за спиной.

Вчетвером мы отправились к противоположным, относительно тех, через которые я сюда попал, воротам.

Все вместе мы поднялись на стену.

Внизу, у ворот форта, стояли наши войска.

Метров через сто от нас стояли вражеские войска.

Между двумя фракциями стоял какой-то мужик, рядом с которым Гишон показался бы хилым и болезненным.

В этом кадре было не меньше двух с половиной метров роста.

Да и вширь он был ненамного меньше.

В качестве оружия у него был большой двуручный меч, который был ему почти как одноручный нормальному человеку.

-А что он там стоит?

-Такая традиция есть… «Царь горы» называется.

Короче, при желании показать силу воины выходят на середину поля и ждут, пока не найдётся желающий сражаться один на один.

-И долго такое?

-Пока у одной из сторон не лопнут нервы.

-Я слышал про него.

Говорят, это его пятидесятая битва. – встял в разговор отряд.

-И он ни одного не проиграл? – спросил я.

В ответ он просто на меня посмотрел, как на умалишённого.

Потом я понял, что сморозил чушь.

-Вы! – обратился Цокл к стоящим внизу, — Ваша цель – тянуть время, пока мы не подготовим пушки! Идите же и погибайте ради своей родины!

Никто из расположившихся внизу желанием погибать ради родины не горел.

Начали выталкивать какого-то парня ещё меньше моего.

Когда он был уже у самого края войск, я не выдержал и спрыгнул прям со стены, приземлившись прямо перед ним.

-Не сегодня, герой. – обратился я к нему, — Когда-нибудь, но не сегодня.

Я направился в сторону ожидающего меня бугая, устанавливая на ходу лезвия в руку.

Около него уже лежало больше десяти тел.

Разрубленные одним взмахом.

Я почувствовал, как во мне что-то щёлкнуло.

Не осознавая того, я облизнул губы.

Увидев это, мой враг на долю секунды испугался, после чего приготовился сражаться.

Стоило мне чуть приблизиться, как прямо передо мной пронёсся меч.

Длинна его рук вместе с мечом была в районе четырёх-пяти метров.

После пары-тройки таких атак я понял, что просто так я к нему не подойду.

Я решил обратить его преймущество против него же.

Заставив его взмахнуть его ещё раз, я отпрыгнул буквально чуть-чуть, чтобы не пораниться, и сразу же побежал вправо, откуда он и наносил удар.

Увернувшись от удара его левым кулаком, который он освободил, я пробежал у него под рукой и хотел было нанести вертикальный удар, чтобы отрубить левую руку или разрубить спину, но услышал свист сбоку.

Он решил совершить полный оборот, тем самым не дав застигнуть его врасплох.

Сделав колесо в воздухе, я ушёл от атаки, но, как только я приземлился на ноги, мне пришлось отпрыгнуть вбок, чтобы не получить снисходящий удар.

Приземлившись на ноги, я рванулся в его сторону, целясь в лицо, чтобы, как минимум, ослепить его.

В результатея смог лишь поцарапать его, ибо он откинул меня рукой.

Мы застыли.

Он воткнул меч в землю и начал хлопать, смеясь.

-Наконец-то! Стоящий противник! Именно этого я и ждал! Все эти пять десятков битв я прошёл, чтобы встретить именно тебя! Кто мог вообще подумать, что этот избранный будет так молод?! Назови мне своё имя, воин! Я хочу знать имя того, кто может меня убить!

-Калип Амихару.

-Замечательно! Ипоцер! Запомни это имя, юный воин! Это – последнее имя, которое тебе суждено услышать!

-Надеюсь, крайнее, не последнее.

-Посмотрим!

Несмотря на огромные размеры, мой противник резко подскочил и кинул в мою сторону половиной воина, которого он убил недавно.

Я разрубил его, что было нетрудно, потому что из-за силы Ипоцера он летел быстро.

Соориентировался после этого я, скорее, с помощью инстинктов и звуков, потому что меч моего противника я увидел уже потом, когда он оказался на месте, где я стоял секунду назад.

Не теряя времени, я рванулся в сторону руки, чтобы лишить его важного оружия, но он атаковал левой, поэтому я резко изменил направление и восходящим ударом меча разрубил ему подбородок вместе со шлемом.

Он ещё раз атаковал взмахом в мою сторону, но я проскользил у него промеж ног и сразу прыгнул, чтобы атаковать его в затылок.

Он резко дёрнул головой назад, и я, приняв удар, улетел метров на десять, после чего начал перекатываться по земле, но затормозил мечом.

-А сделать вид, что метишь в руку, а потом ударить в голову было хитро.

-А кидаться трупами грязно не было?

-Ладно. – ответил он после коротких раздумий.

Я, наконец, чувствовал, чего мне не хватало.

Последний раз я испытывал такое чувство, когда сражался с братом.

Спустя долгое время, передо мной стоял человек, не знающий, но чувствующий, что надо делать.

Его целью было не сражение, а убийство.

Я уже чувствовал привкус крови во рту.

То ли от двух полученных ударов, то ли от чувства стоящей битвы.

Я уже составил тактику.

Я заставил его атаковать взмахом влево, после чего запрыгнул на его правую руку и на опережение кинул катану, вонзившуюся ему в левую ладонь, которой он хотел меня скинуть.

Добравшись-таки до его открытого подбородка, я лезвиями на правой руке, атаковав сверху вниз, вогнал их ему в шею и рванул вниз.

Кровь хлынула ручьем.

Голиаф ещё некоторое время постоял, но, сражённый Давидом, всё-таки упал.

Несмотря на смертельную рану, Ипоцер покидать подлунный мир ещё не собирался.

-Я не сомневался в тебе, Калип Амихару. – на каждое слово из его шеи кровь начинала бить чуть сильнее, — Я прошёл десятки битв, чтобы, наконец, найти тебя, свою смерть, и упокоиться.

Спасибо тебе.

Договорив, он совсем обмяк и перестал дышать.

Я вытащил катану из его ладони, после чего перерубил ему шею полностью, чтобы он не мучался лишнего.

Топот и шум сбоку привлекли моё внимание.

На меня бежали пятеро врагов.

С горем пополам, но мне удалось разжать пальцы Ипоцера, и я достал из его руки его меч, который он не хотел отпускать даже после смерти.

После чего атаковал в сторону нападающих.

Удар получился слабый, из-за чего я чуть было не пропустил пару атак, но получилось заблокировать рукой.

Решив придпринять ещё одну попытку, я снова взялся за рукоять двуручника.

Мне таким пользоваться не приходилось, я всегда больше любил скорость.

На этот раз я использовал не только руки, но и спину тоже, поэтому первым же взмахом разрубил двоих.

После этого трое оставшиеся немного отошли.

Пронеся меч за спиной, я ударом из-за головы с подшагом разрубил среднего пополам, после чего метнул катану, пробившую деревянный щит и шею левому.

Атаку правого я перехватил левой рукой, после чего ударил правым кулаком в висок, превратив его голову в кровавую кашу.

Я услышал свист сверху.

На меня сыпался град стрел.

Я воткнул двуручник в землю под углом так, чтобы он был надо мной, как навес.

Встав боком, я смог за ним укрыться.

Со стороны форта послышался взрыв.

Ядро влетело аккурат в центр построения врага.

Они подорвались со своих мест и с криками побежали в мою сторону.

Крики и шум сзади подсказывали, что мои соратники сейчас делают то же самое.

И я один стою между молотом и наковальней.

Что было дальше я плохо помню и понимаю.

Я атаковал во все стороны.

То одним мечом, то вторым, то рукой.

Отчётливо я помню лишь последний момент, когда я круговой атакой перерубил пятерых… или больше… может, под раздачу даже кто-то из своих попал.

Очнулся полностью я, уже стоя один посреди поля. Я был весь в крови.

В своей, во вражеской, в дружеской, не важно.

Всё тело ныло, желая просто упасть тут же, среди бездыханных тел.

Я же заставлял его стоять, операясь одной рукой на двуручник воткнутый в землю, и держа вторую с катаной внизу.

Услышав какие-то шорохи сзади, я круговой атакой назад взмахнул катаной, но мою атаку отбили щитом, после чего, навалившись толпой, они связали мои руки за спиной и положили меня на спину.

Я получил по лицу сильную пощёчину, от которой чуть не отрубился.

В глазах начало проясняться.

Надо мной стоял Нэкор, который и привёл меня в чувство.

Около него стояли другие солдаты.

-Всё, очнулся?

Каким бы он старым не казался, но он поднял меня с земли, поставил на ноги и развязал.

Я огляделся вокруг.

-А где все?

-Все, кто выжил, уже по лазаретам сидят.

-И долго я тут стоял?

-Часа два-три.

Я уж заволновался, отправил к тебе одного шибко быстрого, но ты ему чуть голову не отрубил.

-А теперь пошли обратно.

Вернув катану на место, я вытащил из руки лезвия и убрал их в остатки мантии.

Благо, все лезвия были на месте.

Уже сделав несколько шагов в сторону форта, я вернулся назад и взвалил на спину двуручник Ипоцера.

-А он тебе не великоват? – cпросил Нэкор.

-Может быть.

-А зачем ты его забрать решил тогда?

-Я решил забрать, я забрал.

Ещё вопросы?

Ещё бы я его не забрал.

Этот меч – напоминание о моём бое, который я не забуду никогда. Первый.