Том 1 Глава 21

"...Это неловко"

Эристелла уставилась на Хейнрисиона, отводя глаза, а затем взглянула на него. Она мгновенно встретила пристальный взгляд, который все еще был устремлен на нее.

"Я не думала, что мы вот так встретимся"

Она догадывалась, что ей придется обратиться к Хейнрисиону, чтобы должным образом исправить ситуацию.

"Ах, это так неловко".

Глаза Хейнрисиона все еще сильно горели.

"Хей, я думаю, здесь какое-то недоразумение..."

Это действительно было недоразумение. Эристелла выходила только на некоторое время.

Однако, когда она попыталась выйти через главный вход, охранники помешали ей сделать это, потому что это было опасно, поэтому ей пришлось повернуть назад.

Взобраться по стене казалось невозможным, но ей удалось найти небольшое отверстие…

"Ах, почему? Почему я должна придумывать подобные оправдания?"

Это было здорово, но все равно нехорошо.

"Прежде всего, я должна буду объяснить, чтобы недоразумение здесь не усугубилось".

Эристелла сделала шаг к Хейнрисиону. Затем она сразу же остановилась и огляделась по сторонам.

И снова она сделала шаг, притворяясь, что не делает этого, и оглянулась. На этот раз она собралась с духом и пробежала два быстрых шага.

Она приближалась к Хейнрисиону, он был прямо перед ней…

– Это, это недавно разработанный десерт, и он вкусный

Хейнрисион протянул миску с аппетитным на вид десертом.

"Что? Ни с того ни с сего. Что это значит?"

"Только не говорите мне..."

Это было, когда подозрительные глаза Эристеллы сузились.

– Если ты не хочешь есть, я скажу, чтобы они убрали это

"С едой все в порядке. Почему ты дразнишь меня? Я собираюсь это съесть".

Эристелла передними лапами придвинула миску поближе. И она откусила большой кусок.

"Это так вкусно..."

Это было, когда глаза Эристеллы распахнулись, а уголки ее рта непроизвольно приподнялись.

Хейнрисион, наблюдавший за этой сценой, резко сказал:

– У тебя шерсть спуталась

"Ах…"

Совершенно неожиданное заявление принесло облегчение Эристелле.

В последнее время она ходила одна, без сопровождения сотрудников, так что некому было помочь с этим справиться. В результате ее мех был спутан.

– Мне нужно тебя расчесать

Хейнрисион небрежно принес расческу и начал проводить ею по ее меху.

"Э-э? А?"

Он расчесал ее мех, естественным образом распутав пучки.

"Ах!"

"Это больно!"

Последовала мучительная боль, когда кто-то потянул за ее спутанный мех.

"Он делает это нарочно, не так ли?"

Глаза Эристеллы стали свирепыми, и она впилась взглядом в Хейнрисиона.

– Прости, я не причиню тебе вреда

Хейнрисион взял стоявшее рядом с ним масло и осторожно нанес его на мех лисы. После этого, даже когда он расчесывал их, они были аккуратно и гладко причесаны, как это было некоторое время назад.

Напряженное тело Эристеллы начало понемногу расслабляться.

– О смерти моих родителей

«Вздрог»

Спина Эристеллы напряглась.

– Не могла бы ты рассказать мне? Как ты увлеклась черной магией?

Хейнрисион уставился на Эристеллу.

"Как ты узнал?"

Было ли это из-за дела графа Азурди в прошлый раз? Глаза Эристеллы сузились.

На мгновение ей захотелось притвориться, что она ничего не знает, но по выражению его лица казалось, что он уже все знает.

"Ты воспринял все недоразумения с пониманием и не показал ни малейшего намека”.

Те моменты, когда он испытывал негодование, нахлынули на него, и он пожалел об этом.

– Почему ты, по крайней мере, не сказала мне?

"...Прости"

Голова Эристеллы поникла.

Она не могла рассказать ему о великом герцоге и великой герцогине.

Потому что она знала, что он был бы шокирован и измучен так же, как сейчас.

Она не хотела видеть, как рушится его гордость за великое герцогство.

Она просто хотела, чтобы он запомнил их, как любящих и хороших родителей.

...Даже несмотря на то, что все стало таким, как сейчас.

Она думала, что однажды может наступить такой день, как этот, но надеялась, что он никогда не наступит.

Видя, что Эристелла тонет в самообвинении, Хейнрисион осторожно подавил расстройство желудка. И…

– Спасибо

Хейнрисион издал стон.

"…."

Глаза Эристеллы слегка расширились. Она была удивлена неожиданным ответом.

– Ты думала обо мне и семье Аделазия

Вот почему она не могла так много рассказать Хейнрисиону.

– Если бы ты подождала, пока я вернусь, чтобы провести похороны, это как-нибудь выплыло бы наружу. До этого ты пыталась организовать это так, чтобы никто ничего не заметил. Теперь я знаю

Все ее действия, которые были расценены как безрассудные, были направлены на защиту семьи Аделазия и Хейнрисиона.

– Ты позаботилась обо всех недоразумениях, потому что боялась, что мне будет больно

Скорее всего после того, как он узнал все факты, Хейнрисион понял, что Эристелла оказала свою благосклонность великому герцогству Аделазия.

Так было и с его племянником в прошлый раз, и на этот раз было то же самое.

Оказалось, что у действий принцессы Эристеллы, которую считали эгоистичной и беспечной, были разные причины.

И, в конце концов, это было сделано не для нее самой, а для других.

Для других.

Она никогда ничего не объясняла.

"Почему это?"

"Почему она ведет себя так, будто хочет, чтобы ее ненавидели?"

Хейнрисион был знаком с человеком по имени Эристелла в течение 15 лет.

Когда-то давным-давно он был близок с ней.

Она была незрелой и эгоцентричной, но она была девушкой с яркой улыбкой.

Девушку любили все, и она привыкла любить кого угодно. Когда-то он питал жадность к тому, что хотел сблизиться с ней.

Решающим событием, заставившим людей отвернуться от нее, стала смерть его родителей.

"Я не помогала с такой грандиозной целью".

Видя, как Хейнрисион страдает, Эристелла не знала, что делать.

У Эристеллы были хорошие отношения с бывшими великим герцогом и великой герцогиней. Когда она была маленькой, они хорошо заботились о ней.

В конце концов, люди ее уже ненавидели. Если бы ее неправильно поняли еще раз, это мало что изменило бы. Все в порядке.

Хейнрисиону не было нужды чувствовать себя виноватым перед ней.

– Интересно, сделали ли они что-нибудь, что навредило бы империи, - осторожно спросил Хейнрисион.

Он, казалось, нервничал, несмотря на намерение разобраться с любым ответом, который придет в ответ.

Эристелла также не хотела, чтобы Хейнрисион еще больше все неправильно понял.

Но у нее было слишком мало способов донести до него свои чувства.

Эристелла запрыгнула на стул, затем запрыгнула на стол и схватила ручку.

Она уже несколько раз брала ручку лапой и писала, но почерк у нее все еще был неуклюжий и кривоватый. Но Эристелла писала в меру своих способностей и хотела, чтобы в этом отразилась ее искренность.

Хейнрисион тоже заметил ее поведение и перевел взгляд на бумагу.

[Хейнрисион, есть кое-что, что тебе нужно знать]

"Я надеюсь, он не будет слишком плохо думать о своих родителях"

Потому что они оба очень сильно любили его.

[Великий герцог и его жена не стали бы заниматься черной магией с больным сердцем. В то время тело великой княгини было очень больным]

Начнем с того, что ее тело было хрупким. Однако, благодаря большой заботе великого герцога, даже после рождения Сиона у нее почти не было проблем со здоровьем.

Однако это не было полным излечением, и в конце концов возникла проблема. Великой герцогине оставалось жить всего несколько дней.

Каким бы богатым и могущественным ни был великий герцог, он не мог вылечить неизлечимую болезнь. Однако великий герцог Аделазия не мог отпустить свою жену.

Пока он всеми способами искал лекарство, чтобы каким-то образом спасти ее жизнь, он едва мог ухватиться за единственную оставшуюся надежду.

Правильно, черная магия.

Обычно великий герцог не был таким, но в то время он был в отчаянии.

Достаточно, чтобы разрушить все убеждения и гордость, которые он хранил всю свою жизнь.

Они прикоснулись к черной магии, но прогресса было не так много, как они ожидали.

Однако сначала состояние великой княгини улучшилось. Так что они начали больше верить в это.

Если бы они просто сделали это, она была бы вылечена. Когда придет время, они исповедаются в своих грехах и понесут наказание.

Однако симптомы лишь временно улучшились, и никаких долговременных изменений в состоянии здоровья великой княгини не произошло.

Скорее, проявились побочные эффекты от использования черной магии.

И когда дело дошло до того, что они больше не могли это контролировать, Эристелла узнала об этом.

Она ненавидела черную магию и никогда не могла простить никого, кто ее использовал, но, когда она узнала о них двоих, ее сердце было потрясено.

Но она опоздала. Побочные эффекты от черной магии были настолько серьезными, что даже Эристелла не могла помочь подавить их.

Осознав, что они больше не контролируют себя, они приняли окончательное решение.

Эристелла приехала поздно, но они оба были на грани того, чтобы уйти. Она выслушала последние завещание великого герцога.

До этого момента она никому не рассказывала, но теперь могла.

"Я надеюсь, что это будет должным образом понято".

Эристелла отложила ручку и посмотрела прямо ему в лицо.

Это было, когда она с трудом открыла рот, надеясь, что это дойдет до Хейнрисиона.

«Они беспокоились о тебе до самого конца»

На этот раз это был голос настоящей Эристеллы.