Том 1 Глава 1

Так это и есть Священная Земля Тайсюань, одна из шести Святых Земель на Восточной Пустоши? Будто пользуясь своим положением, бессовестно пугает слабых духом…

Однако с самого начала никто даже не поинтересовался состоянием святой, которую бросили на вечные муки адского пламени. Я должен изменить это. Меня уже не интересует данный мне титул ученика Священной Земли Тайсюань. Но всё же, Я, Е Чэнь, должен вернуть былое величие Священной земли, утерянное ранее.

В самом центре большого зала стоял гул, издаваемый собравшейся толпой людей. И только красивый юноша с непреклонным выражением лица сжимал кулаки, практически шипя сквозь зубы. Этим юношей был Е Чэнь – ученик-последователь.

— Как ты, сопляк, смеешь перечить великому мастеру? Тебе жизнь совсем не дорога? — возле юноши стоял грозный старейшина, закипающий от злости, но желающий остановить фамильярность юноши. Его ужасающая аура отражалась на морщинистом лице.

В главном зале храма Священной земли никто не мог позволить обычному ученику перечить высшим чинам. Особенно в день дарования нового титула, на которое прибыло множество людей из других держав.

Старейшина осознаёт, что будь они в другом месте, он бы избил несуразного ученика. Однако сейчас вокруг слишком много глаз, наблюдающих за этой ситуацией.

Где-то сбоку главного зала группа учеников-последователей размашисто жестикулировала, указывая друг на друга. Будто заинтересованно что-то обсуждали.

Уверенный же взгляд Е Чэня старейшина сравнил с бесполезным упорством барана.

— Этот Е Чэнь совсем с ума сошёл? Он серьёзно пришёл в главный зал лишь для того, чтобы спорить? — раздался один из голосов в толпе учеников.

— Хоть о его способностях среди других последователей и ходят слухи, и я даже слышал, что один из старейшин хотел взять его на личное попечение, не думаю, что теперь это возможно, — в голосе другого юноши была слышна ехидная усмешка.

— Я думаю, жизнь ему не дорога, раз он решил разозлить одного из старейшин. Боюсь, что от его выходки пострадают все в пределах Священной Земли…— один из учеников выглядел раздражённым, будто выплёвывая слова из уст. На сердце было неспокойно из-за выходки Е Чэня.

Последователей охватывало беспокойство, что из-за одного юноши пострадает всё в пределах Восточной Пустоши. Именно поэтому им казалось, что уничтожить своенравного Е Чэня куда лучший вариант, чем подставлять под удар всех остальных.

Многие прибывшие гости из других держав увлечённо наблюдали за происходящим. Среди них были не только старейшины храмов, но и ученики, пришедшие на церемонию. Для прибывших гостей Е Чэнь выглядел подобно дикой мартышке, которая не следит за манерами.

Е Чэнь не понимал, почему все так смотрят на него. Что плохого в том, что он не хочет прислуживать глупым законам правителя земель Тайсюань?

— Так тебя зовут Е Чэн? Я помню тебя. Ты родом из скромной деревушки округа Тяньцин.  — неожиданно раздался мужской голос. — Ты прошёл великую битву династий прежде чем предстать передо мной на Священной Земле Тайсюань. А теперь ты внезапно хочешь отречься от принадлежности к этим землям?

Мужчина средних лет, стоявший во главе зала, наконец взглянул на последователя. Его глаза отдают проблеском золотого багрянца, когда взгляд опускается на лицо ученика. Аура мужчины, подобно бездонному морю, поглощает всё вокруг, и эту бездну освещает лишь сияние его сердца, как будто окутывающее здешние земли. От него не веяло злостью или раздражённостью выходкой Е Чэня.

Е Чэнь осознал, что перед ним стоит самый величайший мастер Восточной Пустыши. И этот мастер являлся владыкой этих земель. От одного его слова весь главный зал затаил дыхание, включая прибывших гостей из других держав.

Ученик чувствовал давящее величие владыки до такой степени, что у висков собралась предательская испарина. Однако он старался не утопать в этом чувстве страха, ведь Е Чэнь тоже не из робкого десятка.

— Ваше святейшество! — внезапно раздался голос юноши. — Я лишь хочу добиться справедливости для святой, которую предали вечному адскому пламени!

Слова Е Чэня пробирались под кожу и оставляли там след от его уверенности. После сказанных слов ученик без лишних раздумий взглянул на девушку перед собой. Она была красива ликом, с утончёнными чертами и небесными глазами. Волосы девушки были похожи на крыло ворона, что идеально сочеталось с фарфоровым оттенком кожи.

Словами нельзя было описать всю её красоту, которую скрывали шёлковые одежды белого цвета. Как будто сама Богиня бережно мастерила её, как излюбленную дочь.

Лицо девушки выражало отстранённое спокойствие, несмотря на весь балаган, что происходил в главном зале.

— Адское пламя? Какая дерзость…— не смотря на речь, лицо владыки осунулось, выражая еле заметный проблеск грусти.

В этот момент многие в зале не понимали, что происходило на их глазах: некоторые выглядели озадаченно, другие же раздражённо.

Е Чэнь впервые смотрел на святую, которой восхищался долгое время, но его значительно выводило то, что владыка отправил девушку обратно в толпу. Хоть некоторые ученики испытывали подобные Е Чэню эмоции, никто не решался показывать их. Ведь они не настолько глупы.

В конце концов, даже старейшины не могли ослушаться или выразить недовольство владыке.

Неожиданно взгляды всех присутствующих были направлены на сидящего впереди мужчину, который безразлично опустошал чашку горячего чая, будто не замечая никого вокруг.

Это был Гу Чангэ.