Том 1 Глава 7

ГЛАВА 4. КУДА ТЫ ВЕДЕШЬ ЭТОГО РАБА?

–

Нет!

Похоже Касадин ошибочно решил, что я купила его для утоления своей похоти. Иначе с чего бы ему говорить, что он собирается служить мне этой ночью?

Отчаянно чувствуя необходимость исправить случившееся недоразумение, я быстро схватила Касадина за запястье.

–

Я привела тебя не для того, чтобы ты обслуживал меня.

– ...

Глядя на меня, Касадин склонил голову набок с таким выражением лица, словно не понимал, что я имею в виду.

–

Госпожа, так ради чего же …

-

–

Касадин.

Когда я позвала его по имени, в его пустых глазах на мгновение блеснула слабая искорка.

Я заметила это и застегнула верхнюю пуговицу его рубашки, которую он расстегнул ранее. Я почувствовала на себе пристальный взгляд Касадина, который словно изучал меня. Отношение раба к хозяину было неприятным.

–

Ты хочешь знать, зачем я тебя привела?

– сказала я, лучезарно улыбаясь Касадину, когда он посмотрел на меня сверху вниз.

–

Да, госпожа.

Касадин смотрел на меня, не отводя глаз.

–

Я не сказала ничего напрямую, но я не могла проигнорировать твой взгляд, который кричал о помощи.

Он наклонил голову с таким выражением лица, словно не понимал смысла моих слов. Я застегнула оставшиеся пуговицы его рубашки и нахмурилась.

Как только я вернусь в особняк, что мне делать с тем рваньем, что надето на Касадине?

–

Потому что я не могла притвориться, что не вижу мольбы о помощи в твоих глазах. Я просто заметила этот пыл.

Но на самом деле я не просто так забрала тебя, а для того, чтобы сделать тебя своим младшим братом.

Услышав это, Касадин скорее всего последует за мной. Итак, сейчас я должна была рассказать мужчине, стоящему передо мной, хитрую смесь фактов и лжи.

–

Тебе не нужно обслуживать меня или делать что-то подобное ни сегодня ночью, ни в будущем.

–

... Госпожа, о чем вы говорите? Тогда почему…

–

Но если я спокойно отпущу тебя, то ты снова окажешься на гладиаторской арене и станешь развлечением для всех. Не так ли?

На самом деле у меня не было никакого намерения отпускать его.

Касадин, молча слушавший меня, опустил взгляд. Фиолетовые глаза, обрамленные длинными ресницами, были прекрасны, но по-прежнему пусты.

–

Извини… у тебя здесь шрам на тыльной стороне ладони.

На бледных ладонях Касадина было много шрамов. Я достала из платья мазь, которую всегда носила с собой. Затем, сразу после того, как я нанесла мазь на тыльную сторону ладоней Касадина, я положила свою руку поверх его.

Касадин вздрогнул от моего внезапного прикосновения, он был смущен.

–

Госпожа? ..

Я лучезарно улыбнулась Касадину.

На самом деле мне было очень легко залечить такой шрам. Однако я не могла при первой же встрече рассказать ему о своей целительной силе, поэтому я сделала вид, что применяю мазь и, приложив всего на несколько секунд свою руку к его, исцелила шрам на его руке. Словно по волшебству, он исчез. Как будто и не было никаких шрамов.

–

Что случилось… Это....

В глазах Касадина, потерявшего надежду в своей жизни, загорелся свет. Он с недоверием коснулся места, где ранее был шрам и потряс рукой.

–

Это волшебная мазь, которая тайно передается в нашей семье.

–

Госпожа, почему вы использовали ради меня такую ценную вещь?

На самом деле это была обычная мазь, смешанная с лекарственными травами.

К счастью, Касадин казалось не заметил, что я обладаю целительной силой.

–

Какой бы драгоценной она ни была, она несравнима с человеческой жизнью

. – сказала я, вкладывая мазь ему в руки.

Он уставился на тыльную сторону моей руки, словно происходило что-то странное и посмотрел на меня.

Его взгляд, что ранее был пустым, наполнился слабыми ожиданиями.

–

Госпожа, я тот, кто убил множество людей.

–

Для тебя это было неизбежно, чтобы выжить. Люди, заставившие тебя это сделать

–

плохие, но ты

–

нет, ты неплохой человек.

Услышав мои слова, Касадин слегка приоткрыл рот. По его лицу было видно, что мой ответ был именно таким, как он хотел.

–

Ты ведь тоже убивал людей не потому, что хотел этого, верно?

–

... Да.

–

Кстати, как ты стал рабом-гладиатором? И что насчет твоей семьи?

–

…

Касадин не мог ничего сказать. Через некоторое время он открыл плотно сжатые губы.

–

У меня нет семьи. Вся моя семья давным-давно умерла.

–

...!

–

В одиночестве я путешествовал с места на место и прибыл сюда, на арену. Вот и все.

Когда Касадин говорил о прошлом, на его лице не было никаких эмоций. Однако я чувствовала, что эта история была пронизана ужасным одиночеством.

–

Прости

–

Почему госпожа извиняется?

–

Потому что я не знала, что у тебя такое прошлое, и спросила о нем..

Касадин покачал головой, словно все было в порядке.

–

Я в порядке. Но, госпожа...

–

Да?

–

Позволено ли мне спросить, что за человек госпожа?

Касадин впервые спросил меня.

–

Я

–

Арен Серциа, дочь графа Серциа. Моя семья состоит только из моего отца и меня.

– ответила я, смеясь и стараясь поскорее сменить тему.

–

... А как же ваша мать и другие члены семьи?

–

Здоровье моей матери с самого начало было слабым, поэтому она умерла вскоре после того, как родила меня. Нет ни братьев, ни сестер.

–

…

Касадин молчал. Казалось, он старался тщательно подбирать слова, прежде чем произнести что-либо.

Некоторое время я смотрела на его молчаливое лицо и затем спросила.

–

Сколько тебе лет в этом году?

–

Мне восемнадцать.

–

Я на два года старше. Так что…

Я попыталась притвориться, что о чем-то задумалась, а затем закончила свой вопрос.

–

Что, если ты станешь моим младшим братом?

Услышав это, Касадин слегка нахмурился. Он несколько раз наклонил голову, словно пытаясь убедиться, что правильно расслышал мои слова и моргнул своими фиолетовыми глазами.

– .

..Вашим младшим братом?

–

Да. Стать моим младшим братом, полностью свободным от рабства и стать частью нашей семьи.

–

...Вы имеете в виду стать членом семьи графа Серции?

–

Да.

Глаза Касадина, до сих пор хранившего самообладание, в недоумении задрожали.

Я засмеялась и продолжила говорить, дабы он мог удостовериться, что услышанное им – правда.

–

Если это случится, тебе не придется жить так же несчастно, как раньше. Тебе не придется убивать других, чтобы выжить, и никто не станет игнорировать тебя.

–

…

–

Ты станешь моей семьей, Касадин?

Я протянула ему руку, стараясь говорить как можно мягче.

Касадин посмотрел мне в лицо, а затем на руку.

На самом деле, не было даже необходимости беспокоиться.