Том 1 Глава 55

Глава 55. Идти за ним — смело и безрассудно

В этот момент Бянь Кай, наконец, понял, почему этот человек смог так легко расправиться с выдающимся и известным всему городу Лянь разбойником Хэй Лаоху!

Испугается ли прошедший через войну, ползавший по грудам трупов человек простых горных разбойников?

Он знал о репутации генерала Ли Му. До того, как он стал разбойником, он слышал, что всякий раз, когда семья военных была зарегистрирована в документах лагеря Ли Му, это вызывало и радость, и беспокойство. Радость — потому что Ли Му был не только прославленным генералом, но и справедливым и в награждении, и в наказании. В его войсках социальное происхождение не играло никакой роли, признавались только военные заслуги. Беспокойство было вызвано тем, что будет невероятной удачей, если из десяти новобранцев вернутся живыми хотя бы четверо…

Бянь Кай в оцепенении смотрел на Линь Ваньюэ, размышляя про себя: этот человек стал командиром батальона в столь юном возрасте. Во-первых, это определенно доказывало, что генерал Ли Му назначал на должности только по заслугам. Во-вторых, теперь было понятно, почему навыки Линь Фэйсина были такими превосходными. Сам Бянь Кай когда-то был нищим, вором, конным разбойником и горным разбойником, но ни одно из этих занятий не было долгосрочным. Ну и что, если бы он стал главарем стана, как Хэй Лаоху? Разве тот не был прикончен ножом Линь Фэйсина?

После этих мыслей Бянь Кая осенило! Он четко и громко ответил:

— Дагэ, если ты не против, этот младший брат пойдет за тобой!

— Хорошо! — Линь Ваньюэ кивнула.

По крайней мере, у этого Бянь Кая было мужество.

— Из какой семьи ты был до того, как стал разбойником?

— О, я, я из разорившейся семьи... Изначально мы были крестьянами, но мой отец рано умер, и мать часто хворала, поэтому я продал нашу землю, чтобы она обратилась к лекарю. Но спасти ее было невозможно. Можно ли семью без земли называть крестьянской? Все мои деяния в прошлом, но, дагэ, можешь не сомневаться. Я все равно последую за тобой.

— Если ты не из семьи военных, я не гарантирую, что ты сможешь завербоваться. Но сейчас просто поезжай за мной в военный лагерь, сделаешь первую попытку.

— А! Как скажет дагэ.

Таким образом, Линь Ваньюэ и Бянь Кай вернулись на главную дорогу. Поездка заняла четыре дня, и они, наконец, миновали Янгуань.

Они мчали своих лошадей и уже через полдня прибыли в военный лагерь.

Приблизившись ко въезду в лагерь, Линь Ваньюэ слезла с Лунжаня, вытащила табличку с именем и протянула ее часовому в качестве удостоверения своей личности.

У Бянь Кая отобрали дубинку. Он стоял позади Линь Ваньюэ, не в силах держать спину прямо, и нервничал, не зная, куда девать руки.

— Вы Линь Фэйсин? — спросил часовой, рассматривая табличку с именем.

— Да. Какие-то проблемы?

— О, вовсе нет!

Часовой почтительно вернул табличку Линь Ваньюэ.

Линь Ваньюэ еще не знала, что ее имя прогремело во всем военном лагере!

Всего за несколько дней до этого прибыл посыльной из столицы с письменным сообщением от Ли Чжао с благодарностями и присуждением награды для Линь Ваньюэ. Посыльный громко объявил перед войском о храбрости и уме Линь Фэйсина, о том, что он честно соблюдал честность и справедливость, и поэтому император наградил его тысячью землями.

Весь лагерь был взбудоражен. Раньше, когда Линь Ваньюэ и Линь Юя повысили в должностях, это вызвало кратковременную шумиху, но вскоре все забыли о них.

Но сейчас все было по-другому. Получить похвалу и награду от самого Его Величества, да еще и удостоиться тысячи земель! Много у кого в военном лагере глаза загорелись завистью!

Тысяча земель это сколько же? В военном лагере у командира штурмового отряда* было не более сотни земель — уже достаточно, чтобы рискнуть за это жизнью. Тысяча земель? Одной жизни отдать за них было недостаточно.

* должность командира штурмового отряда (先锋 郎将 — xiānfēng lángjiàng) занимает Линь Юй. В предыдущих главах отсутствовала конкретизация, за что приношу извинения читателям

После озвученного приказа было ли это свободное время, перерыв между тренировками, отлучение в отхожее место или военный бордель, когда солдаты, поправив штаны, собирались уходить, — они всегда говорили о нашумевшем случае.

— Кто такой Линь Фэйсин?

— Ты знаешь Линь Фэйсина?

Эти два вопроса становились обыденным приветствием в лагере. Если вы не знали о Линь Фэйсине, то вы все проворонили.

Однако то были солдаты не из батальона Летящих перьев. Являвшийся командиром этого батальона Линь Фэйсин сумел противостоять подосланным убийцам, благополучно доставить принцессу домой и получить награду — не каждый бы так сумел! Это была такая гордость! У всех в батальоне Летящих перьев были сияющие лица!

Так продолжалось много дней. Солдаты Летящих перьев ходили, высоко подняв подбородок и выпятив грудь. Даже на тренировках они проявляли рвение. Почему? У них были хорошие перспективы на будущее! Их командир батальона был для них примером, эталоном, целью, к которой они все стремились!

— Ты знаешь Линь Фэйсина?

— Конечно! Линь Фэйсин — наш командир батальона! А еще ему всего шестнадцать лет!

Всякий раз, когда они отвечали таким образом, то непременно встречали завистливые взгляды.

Но самой счастливой была, конечно же, троица Линь Юя, Чжан Саньбао и Мэн Ниды.

В эти дни, независимо от того, ели ли они, гуляли, обучали солдат или даже ругались, они весело смеялись. Если бы не знали об их близких отношениях с Линь Ваньюэ, того и гляди покрутили бы у виска.

Из всех троих у одного был "сметливый на выгоду глаз". Он понимал, что Линь Фэйсин рано или поздно получит воинские заслуги, и относился к нему как к своему родному старшему брату.

Двое других считали себя ответственными за охрану Линь Фэйсина.

У Бянь Кая не было таблички с именем, поэтому он не мог войти, и ему пришлось остаться у ворот лагеря ждать Линь Ваньюэ.

Первым делом Линь Ваньюэ отправилась в шатер Ли Му, чтобы поприветствовать его.

— Командир батальона Летящих перьев Линь Фэйсин просит аудиенции у главнокомандующего.

От звука голоса Линь Ваньюэ у Ли Му разгладилась морщинка между бровей.

— Этот покорный слуга Линь Фэйсин оправдал ожидания главнокомандующего и благополучно сопроводил принцессу обратно в столицу. Шицзы Ли Чжун Пинъянхоу по-прежнему отсутствует.

— Можешь встать, я уже знаю.

— Благодарю главнокомандующего!

— Ты очень хорошо справился, — Ли Му удовлетворенно кивнул Линь Ваньюэ.

Хотя он и не хотел участвовать в борьбе за власть в императорвском дворе, Ли Сянь все еще была его родной племянницей. Его младшая сестра умерла, и если бы что-то случилось и с его племянницей, он бы до конца жизни себе этого не простил!

— Это служебный долг этого смиренного!

После паузы Линь Ваньюэ на мгновение задумалась и спросила:

— Могу ли я спросить главнокомандующего, вернулся ли кто-нибудь из других братьев…

Ответ Ли Му был предсказуемым, но это все равно было трудно принять.

— Скажи мне, что за люди напали на принцессу?

— Отвечаю главнокомандующему. Принцессе устроили засаду за городом Хучжоу. Кто-то явно слил информацию о маршруте в столицу. Всего было девять противников, одетых в черные одежды, их лица были скрыты масками. Также, они были вооружены луками и стрелами и казались хорошо обученными. Больше этот покорный ничего не знает.

— Говоришь, их было девять?

— О... — Ли Му кивнул, словно что-то обдумывая. — Спасибо, Фэйсин.

— Этот смиренный не смеет принять благодарность, это входит в обязанности этого смиренного.

— Ай! — Ли Му махнул рукой в сторону Линь Ваньюэ. — Я благодарю тебя не как главнокомандующий, а как дядя.

Линь Ваньюэ открыла рот, но ничего не сказала.

— Фэйсин, подойди сюда.

Линь Ваньюэ послушно подошла к столу Ли Му.

— Ты знаешь иероглифы?

— Ну несколько знаю.

— Отлично. Взгляни на этот военный отчет.

Ли Му толкнул небольшую бамбуковую дощечку Линь Ваньюэ.

Линь Ваньюэ подняла ее и прочитала: "Юаньдин год двадцать восьмой. Осень, двадцать пятый день девятого месяца. Зимний провиант для армии в городе Хучжоу был разграблен..."

Линь Ваньюэ широко распахнула глаза. Когда она подняла глаза, Ли Му поднес палец к губам. Она сразу же закрыла рот, но не смогла подавить потрясение.

Город Хучжоу? Опять Хучжоу?

Провиант был разграблен? Зима на северо-западе приходила раньше времени, эта партия провианта предназначалась для поддержки армии в более чем сотни тысяч человек. В начале зимы гунны будут еще более свирепы в своих набегах за провизией. Если ее в военном лагере будет недостаточно, а суровый климат севера будет все усугублять, как они смогут противостоять этим отчаянным гуннам?

Каким образом исчез провиант? Кто его разграбил?

В голове Линь Ваньюэ мгновенно вспыхнули бесчисленные вопросы.

Двадцать пятый день девятого месяца. Именно в этот день она покинула столицу!

— Ай...это пока что между нами. Я даже адъютанту еще не сказал. Ты тоже помалкивай. Если боевой дух армии ослабнет, миллионы жизней окажутся под угрозой.

— Понял...этот смиренный...будет держать рот на замке!

— Мгм. Присядь на стул обсудим этот вопрос.

— Слушаюсь!

Линь Ваньюэ подвинула стул с другого конца шатра и села за стол. Она смотрела, как Ли Му бросает бамбук в жаровню, но растерянность на ее лице так и не исчезла.

Вскоре раздался характерный треск.

Гунны были на севере. Войска Ли Му стояли на границе в безвыходном положении. Все земли, через которые провизия доставлялась с юга, принадлежали стране Ли. Провизию, предназначавшуюся для армии в сотни тысяч человек, так просто разграбили...

И какое совпадение: придворные войска доставляли провизию в Хучжоу, а не непосредственно на север. Солдаты генерала Ли Му должны были прибыть туда и сменить придворные войска, а затем доставить провизию в военный лагерь.

Хучжоу. Из всех городов был именно он!

Если бы ограбление произошло в городе, находящемся ближе к югу, эта потеря не была бы такой значительной!

Проморгать провиант в городе, на территории, где нельзя было закрепить четкие полномочия и обязанности, да к тому же при полной неразберихе, которую невозможно было объяснить. Все было потеряно!

Неужели войска обеих сторон не могли уследить за такой огромной партией провизии и позволили ее разграбить?!

Кого обвинит императорский двор? Вдруг гунны пронюхают об этом и воспользуются случаем? Когда пришлют следующую партию провианта?

Голова Линь Ваньюэ была забита множеством проблем, ее терзали бесчисленные вопросы.

— Главнокомандующий, сколько людей у них было? Наши люди и придворные войска понесли большие потери? — голос Линь Ваньюэ звучал очень тихо.

— Ха-ха, если бы обе стороны понесли серьезные потери, этот командующий мог бы, по крайней мере, предоставить хорошее объяснение императорскому двору. Однако никаких признаков борьбы на месте происшествия не было. Ночным стражникам заткнули рты и перерезали глотки. Они умерли без единого звука. Только на следующее утро обнаружили пропажу провизии. Вот что сказали мне солдаты, когда вернулись. Скажи, если я доложу об этом императору, поверит ли он мне?