Том 1 Глава 59

Глава 59. Ночной визит Ваньюэ в "Байхуа"

Одинокий кречет приземлился на деревянную раму в неказистом дворе крестьянской семьи за пределами Тяньду.

Сгорбленный старик, опираясь на трость, проковылял к кречету и взял трепещущую птицу в руки. С ее лапки он снял в несколько раз сложенный кусочек шелковой бумаги.

Старик дважды кашлянул. Согнув спину, он неспеша возвратился в свой дом.

Из кучи дров он достал полено и, проделав какие-то странные движения рук, ударил по дереву и разломал его. Шелковая бумага с треском исчезла. Все, что осталось в руке старика, — это обломок дров.

Вслед за этим старик бросил полено в незажженную печь и снова закашлялся. Он повернулся и поковылял к выходу, чтобы посидеть под солнышком во дворе.

Тяньду · дворец Вэймин

На большом столе, покрытом атласной узорчатой тканью, стояли письменные принадлежности и подставка для кистей с фигуркой Луань-няо*. На середине стола лежали три прямоугольника шелковой бумаги.

* Луань-няо — 鸾鸟 (luánniǎo) — чудесная птица в древнекитайской мифологии

Белоснежная лилейная рука взяла один из них. Его поверхность была испещерена множеством мелких иероглифов:

"Верхом на Лунжане Син безостановочно ехал к перекрестку, затем поменял маршрут до города Лянь. За городскими воротами столкнулся с горным разбойником Бянь Каем. Кай хотел последовать за Сином, но Син решительно отказался. Он умчался верхом на Лунжане и остановился в деревне Цзаоцзы.

Прежде всего он купил два килограмма риса за сто десять чжу у Чжан Эрфу. Потом он дал семье Чжао Сяохуа шестьдесят чжу за двадцать кур и подарил их бездетной семье Оу; двое почтенных Оу растрогались до слез. Они пригласили Сина остаться и приготовили ужин.

Перед началом трапезы появился Кай. Син спросил, как тот нашел его, Кай ответил.

На следующий день Син и Кай уехали."

Когда Ли Сянь закончила просматривать отчет, уголки ее губ растянулись в улыбке. Внутри разлилось теплое чувство.

Она тут же вспомнила тех пожилых супруг, живущих в старом дворе, что позволили им остаться на ночь. Линь Фэйсин, помогавший им колоть дрова и носить воду, очень полюбился пожилой чете, что они даже уговорили его заехать к ним снова.

Ли Сянь отложила этот отчет и взяла второй. На нем было написано:

"Син вернулся в лагерь и поприветствовал Ли Му. Из шатра он вышел уже не таким бодрым.

В лагере Летящих перьев он веселился с товарищами.

На следующий день он попросил о встрече с Ли Му. Он вышел из шатра с выражением облегчения на лице. Затм он позвал Линь Юя, Чжан Саньбао, Мэн Ниду и Бянь Кая, чтобы обсудить что-то в палатке. Прошло полчаса, и он их отпустил.

В тот же день Син оставил письменный документ Му и повел Бянь Кая и Мэн Ниду в город Лянь.

Эта ничтожная пробралась в палатку, чтобы разыскать документ Сина. Почерк Сина оказался чрезвычайно уродливым, его невозможно было расшифровать. Боясь возвращения Ли Му, эта ничтожная покинула палатку и не успела сделать копию. Кланяюсь и приношу свои извинения...

Син и двое помощников прибыли в Хучжоу и зашли в чайную."

— Ваше Высочество!

Получив разрешение Ли Сянь, сяо-Цы распахнула дверь и вошла в кабинет. Тихими, легкими шажками она подошла к принцессе и спросила:

— Ваше Высочество, уже полдень. Можно подавать обед?

Ли Сянь продолжала смотреть на отчет.

— У меня сегодня нет аппетита.

— Ваше Высочество!

Сяо-Цы возмущенно топнула ногой, собираясь начать уговаривать ее, но неожиданно на лице Ли Сянь расцвела ослепительная улыбка.

— Ваше Высочество?

Ли Сянь медленно подавила улыбку и, подняв глаза, сказала сяо-Цы:

— Раз так, завари мне "Гору полудемона" и подай пирожное из искусной нефритовой росы.

Хоть она и не могла понять, почему у Ли Сянь, у которой уже несколько дней не было аппетита, внезапно переменился настрой, сяо-Цы засветилась от счастья. Она отдала поклон со сложенными руками:

— Ваше Высочество, пожалуйста, подождите чуть-чуть, эта служанка сейчас все приготовит.

Сяо-Цы радостно покинула кабинет Ли Сянь.

Ли Сянь перевела взгляд на шелковый отчет и вспомнила, как не так давно она пригласила Линь Фэйсина посидеть немного у нее во дворце. Тогда она все еще беспокоилась о тайных проделках братьев-принцев, поэтому ей кусок в горло не лез. Произошло то же, что и сегодня: сяо-Цы спросила, подавать ли обед, но у Ли Сянь не было особого аппетита, а Линь Фэйсин уже поел, поэтому она отказалась. Однако сяо-Цы, как обычно беспокоившаяся за нее, спросила: "Ваше Высочество, что если эта служанка испечет Ваше любимейшее пирожное из искусной нефритовой росы?".

Ли Сянь тихо рассмеялась: кто бы мог подумать, этот человек все отлично помнил.

Какие у него были мысли, когда он заказывал это?..

Ли Сянь улыбнулась, отложила второй отчет и взялась за третий. Последний был исписан всего несколькими иероглифами: "Син приехал в город Фаньли и ночью навестил бордель..."

Ли Сянь нахмурилась и отложила отчет. В груди поднялась волна негодования.

Она вспомнила, как до этого в военном лагере этот человек нечаянно привел ее к военному борделю, а теперь, воспользовавшись расследованием пропажи провианта, посещает бордель?

Разве Линь Юй не говорил, что Линь Фэйсин...покалечен? Почему он все еще ходит в бордель? Неужели он не может отказаться от плохих помыслов? Или у него там все зажило?

Хм, чем, в конце концов, занималась наблюдающая тень? Если бы она заранее знала, что этот Линь Фэйсин такой развратник, то не тратила бы сил понапрасну, чтобы заманить на свою сторону.

Ли Сянь взяла с подставки кисть и обмакнула в чернила. Одной рукой придерживая рукав своего дворцового одеяния, другой она начала что-то лихорадочно выводить на шелковой бумаге…

Вернемся к тому, с чего все началось.

Три дня назад, когда Линь Ваньюэ оставила Мэн Ниду следить за прибытием крупных караванов в Хучжоу, она и Бянь Кай покинули город...

За пределами городских ворот Линь Ваньюэ натянула поводья и сказала едущему рядом Бянь Каю:

— Спустись вниз, посмотри, остались ли следы копыт на дороге.

— А, сейчас!

Бянь Кай слез на грязную дорогу. Выгнувшись в спине, как кошка, он крохотными шагами пошел вперед и с опущенной головой высматривал поверхность дороги. Время от времени он протягивал руку, чтобы нащупать участки земли.

Одной из причин, по которой Линь Ваньюэ взяла к себе Бянь Кая, был страх за почтенных Оу. Во-вторых, дорога от Ляня до деревни Цзаоцзы была усеяна множеством разветвленных тропинок, но Бянь Кай все же выследил ее по следам копыт. Это больше всего поразило Линь Ваньюэ, поэтому она приняла решение взять Бянь Кая с собой в военный лагерь!

Отбросить зло и следовать доброте — благое дело. Однако не имей он таких навыков, у нее не было бы реальной необходимости брать его в лагерь, да еще и тратить на него дорожные деньги.

Линь Ваньюэ ожидала от Бянь Кая пользы, но не думала, что он проявит себя так скоро!

Бянь Кай продвигался в этой позе еще сотни шагов вперед, затем наконец выпрямился. Линь Ваньюэ, ведя лошадей, медленно следовала за ним. Увидев, что он выпрямился, она вздернула подбородок и, бросив ему поводья, спросила:

Бянь Кай довольно улыбнулся, сел на лошадь и ответил:

— Лянь действительно не сравним с Хучжоу. Отсюда уходят слишком много караванов, поэтому пришлось попотеть, но в конце концов я все-таки нашел след. Следуйте за мной, молодой господин!

— Мгм, — удовлетворенно кивнула Линь Ваньюэ.

Пришпорив Лунжаня, она поехала за Бянь Каем.

Но чем дальше они продвигались на юг, тем сильнее росли сомнения у Линь Ваньюэ: она считала, что раз это ткацкое предприятие так спешно свернули, значит велика вероятность, что они вывезли провизию. Переезд в столицу наверняка был прикрытием. Несмотря на то, что они покинули город через южные ворота, по предположениям Линь Ваньюэ, караваны должны сменить маршрут на полпути…

Бянь Кай ехал по дороге, которая вела в столицу. Линь Ваньюэ была озадачена еще больше.

Но она доверяла способностям Бянь Кая. Таким образом, превозмогая сомнения, Линь Ваньюэ и Бянь Кай два дня мчали по дороге, которая наконец привела к городу Фаньли!

К тому времени, как они вошли в город, уже потемнело. Линь Ваньюэ дала солдату, охраняющему город, два чжу и выяснила местонахождение предприятия господина Су — самого большого склада на юге города!

Получив это известие, Линь Ваньюэ обрадовалась и больше не могла думать ни о чем другом. Они с Бянь Каем направились к тому месту.

Уже зажглись вечерние огни, когда они добрались до южной части города.

Линь Ваньюэ не ожидала, что арендованный торговцем Су склад окажется не просто обнесенным стеной и запертым на замок, но и охраняемым более чем десятком стражников.

— Могу я спросить у сяо-гэ, не предприятие ли это господина Су?

Караульный, охранявший вход, взглянул на Линь Ваньюэ. При виде этой простой холщовой одежды он потерял терпение и начал прогонять:

— Кыш-кыш-кыш...наше предприятие переезжает в столицу, внутри другие ценные товары. Зевакам лучше не приближаться, иначе кто-нибудь пострадает!

Линь Ваньюэ это взбесило. Однако письмо от главнокомандующего осталось у Мэн Ниды, а при ней не было "ордера". Беспокоить местные органы власти тоже не стоило.

Линь Ваньюэ пыталась уговорить караульного, но тот не сдвинулся с места. В конечном итоге ей и Бянь Каю ничего не оставалось, кроме как уйти.

Линь Ваньюэ полезла за пазуху и нащупала подвеску, подаренную ей Ли Сянь. Она вспомнила реакцию тех двух стражников у ворот дворца, когда она показала эту подвеску.

Возможно...эта яшмовая подвеска могла бы ей помочь...

Линь Ваньюэ сразу же отбросила эту мысль. Обстоятельства пропажи и так были странными, это может привлечь ненужное внимание. Ли Сянь подарила ей эту вещицу, потому что доверяла. Именно поэтому она не должна была вот так небрежно обходиться с подвеской...

Если она не будет осторожна и вовлечет в это Ли Сянь, это создаст принцессе лишних проблем во дворце.

Линь Ваньюэ оставалось лишь взять Бянь Кая и временно остановиться на постоялом дворе. На следующий день она переоделась в свой роскошный наряд, прихватив с собой деньги. Воспользовавшись потемками, она отправилась на склад.

Рослый караульный с подозрением смотрел на Линь Ваньюэ, и ему казалось, будто он уже где-то видел это лицо. Однако было слишком темно, а у этого человека была смуглая кожа, поэтому его черты было трудно различить. Но эта одежда...не позволяла ему выказывать какого-либо пренебрежения.

Поэтому он заставил себя улыбнуться и ответил на все вопросы.

Линь Ваньюэ дала ему несколько чжу в знак благодарности. Намерившись прощупать почву, она как бы невзначай завела разговор, из которого узнала, что ключ от этого склада находился у главы ткацкого предприятия, Су Сипо. Без ключа сюда никто не мог войти.

— Вообще моя семья занимается пошивом одежды. Во время поездки за покупками я услышал, что это ткацкого предприятие находится в Фаньли, поэтому хочу познакомиться с господином Су. Сяо-гэ случаем не знает о его местонахождении?

— Сегодня вечером наш начальник должен быть в месте под названием "Байхуа*", молодой господин может пойти туда и найти его!

* Байхуа — 百花 (bǎihuā) — сотня цветов