В одном Ван Xайфэн был пpав, у ПУC-1, действительно, было место для улучшений.Однако он ошибался в другом.Причина, по которой Лу Чжоу опубликовал эти промежуточные результаты, не имела ничего общего с тем, что его исследования столкнулись с проблемой.

Просто ему было все равно.Несмотря на то, что его теория сыграла важную роль, Лу Чжоу все еще позиционировал себя как теоретика, и понимал, что его теория может полностью показать свою ценность только при использовании другими.Mногие читатели журнала подумают, что статья по ПУС-1 — самая важная часть, и проигнорируют его статью с теоретическими расчетами.Но для самого Лу Чжоу самая важная часть — это теоретическая.Это напоминало зависимость между курицей и яйцом.Если бы кто-то смог понять его математическую теорию, которую он создал для развивающейся дисциплины вычислительного материаловедения, и внедрить нововведения на ее основе, он не будет чувствовать, что ошибся, а будет, наоборот, польщен.Вот почему он сказал своим студентам решить гипотезу Kоллатца, используя его методы и теорию.Ему самому нетрудно решить гипотезу Коллатца.У него теперь 6 уровень математики, и он совершенно не сравним с 5 уровнем.

Хотя основы, заложенные предшественниками по гипотезе Коллатца, не были столь богаты, как по гипотезе Гольдбаxа, в отличие от той, гипотеза Коллатца не беспокоила математический мир более двух столетий.Если он полностью окунется в проблему, то он уверен, что за полгода, в крайнем случае год, сможет решить гипотезу...…………………….Pанним утром в конце марта, как обычно, Лу Чжоу пришел в Принстонский институт перспективных исследований.Но на этот раз он пришел с двумя листами бумаги.Лу Чжоу отдал листы контрольных Джерику и Вэй Вэню и сказал:— Десять вопросов, ответьте на них.

У вас — два часа.

Если хотите, можете пользоваться телефонами, но вы не найдете ответов в интернете.Как и Цинь Юэ, в начале семестра Лу Чжоу дал Джерику и Вэй Вэнь список учебников для изучения.Прошел месяц, и Лу Чжоу почувствовал, что пришло время проверить, как хорошо они учились.Получив вопросы, студенты сразу же взялись за ручки и начали писать.Задачи, подготовленные Лу Чжоу, не были такими трудными, но и "абы как" их нельзя было сделать.Вэй Вэнь хмурился.

Спустя долгое время, он наконец решил первый вопрос.Но увидев, что Джерику приходиться также трудно, как и ему, он ощутил облегчение.Время шло, и около 10 часов Лу Чжоу объявил, что время закончилось.

Он взял листы бумаги и посмотрел на ответы.Неожиданно... каждый из них ответил на семь вопросов, правда, ошиблись в разных.Лу Чжоу положил тесты и посмотрел на двоих студентов, сидевших напротив него за столом.— Вэй Вэнь, ты хорошо понимаешь гильбертово пространство.

Думаю, тебе следует работать в направлении математической физики.Вэй Вэнь спросил:— Математическая физика — прикладная наука?Лу Чжоу улыбнулся и ответил:— Это зависит от того, с какой стороны ты на нее смотришь.

Физическая часть — теоретическая, а математическая — прикладная.

Конечно, это только мое мнение. Tы можешь выбрать любую область, какую захочешь.Услышав совет своего руководителя, Вэй Вэнь задумался.Лу Чжоу посмотрел на другого студента и сказал:— Джерик, ты хорошо разбираешься в преобразованиях Фурье, и это очень перспективное направление.

Оно имеет широкий спектр применения в теории и в промышленности.

Если заинтересован в этой области, предлагаю тебе уделять больше ей внимания и выбрать ее для своей работы.— Профессор, — тут же спросил Джерик. — Могу ли я заниматься вычислительным материаловедением?Лу Чжоу пошутил:— Конечно, ты можешь, но не ожидай, что поймешь мою теорию.

Для этого тебе придется почитать еще кучу учебников.Студенты вернулись на свои места.Лу Чжоу потянулся и налил себе чашку кофе, чтобы приободриться.Внезапно дверь открылась, и в кабинет влетел возбужденный Конни с журналом.— Профессор!Харди, Цинь Юэ и Вера, погруженные в изучение своих материалов, недовольно подняли головы.Лу Чжоу догадывался, отчего Конни такой взволнованный.Однако он уже давно получил ответ от редакции "Science".

Он не удивился, что его статья попала в журнал.Лу Чжоу посмотрел на него и сказал:— Я уже говорил тебе — не шуметь здесь.

И не забывай стучать перед тем, как входить.— Простите, я — не нарочно.

Уверен, что когда вы услышите эту новость, вы будете так же взволнованы, как и я, — Конни заговорил тише. — Угадайте, что случилось? "Nature" написала про нашу статью в "Самом интересном".Конни замолчал и с гордостью посмотрел на профессора, ожидая его удивления.Однако...Лу Чжоу особо не отреагировал.Тот явно не волновался так же, как Конни.На некоторое время в кабинете воцарилась мертвая тишина.Конни стало неловко, и он успокоился.Лу Чжоу сказал:— Это всего лишь "Самое интересное", не нужно так волноваться.Вера, работающая над гипотезой Коллатца, не могла удержаться от смешка.

Харди был более безжалостен, он стукнул кулаком по столу и громко рассмеялся.Вэй Вэнь тоже не сдержался и улыбнулся.Конни покраснел и почесал затылок:— Но это же "Nature"!Лу Чжоу вздохнул:— Я знаю, что это "Nature", но полгода назад о моей работе написали, как "Science", так и "Nature".

На моем месте подобное тебя бы тоже не волновало.Большинство ведущих журналов имели подобный раздел с самым интересным, где они цитировали лучшие части статей и добавляли резюме.Лу Чжоу был очень взволнован, когда его впервые осветили два журнала.Но сейчас он не пребывал в таком восторге.Тем более, что не так давно его модифицированная ПДМС пленка попала в число 10 лучших научных исследований 2016 года.Подобное — для него ничего не значило.Конни смотрел на профессора с широко открытыми глазами и не знал, что сказать.Господи, есть кто-то, кто думает, что попасть в "Самое интересное" Nature — нечто пустяковое?Нормальному человеку пришлось бы работать годами только для того, чтобы опубликовать одну статью.Большинство ученых даже не мечтают о том, чтобы их работа попала в "Самое интересное".Если не это, то что же вас может взволновать?Нобелевская премия?Лу Чжоу было все равно, о чем думал Конни.

Он взял у него последний номер "Nature" и бегло просмотрел.Как и ожидалось, в статье выделили основные моменты материала ПУС-1.Что касается его статьи по вычислительному материаловедению, то ее кратко упомянули как исследование "Влияние удельной поверхности и размера пор на скорость диффузии полисульфидных соединений".Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.Похоже, никто не может распознать настоящего сокровища.

В одном Ван Xайфэн был пpав, у ПУC-1, действительно, было место для улучшений.

Однако он ошибался в другом.

Причина, по которой Лу Чжоу опубликовал эти промежуточные результаты, не имела ничего общего с тем, что его исследования столкнулись с проблемой.

Просто ему было все равно.

Несмотря на то, что его теория сыграла важную роль, Лу Чжоу все еще позиционировал себя как теоретика, и понимал, что его теория может полностью показать свою ценность только при использовании другими.

Mногие читатели журнала подумают, что статья по ПУС-1 — самая важная часть, и проигнорируют его статью с теоретическими расчетами.

Но для самого Лу Чжоу самая важная часть — это теоретическая.

Это напоминало зависимость между курицей и яйцом.

Если бы кто-то смог понять его математическую теорию, которую он создал для развивающейся дисциплины вычислительного материаловедения, и внедрить нововведения на ее основе, он не будет чувствовать, что ошибся, а будет, наоборот, польщен.

Вот почему он сказал своим студентам решить гипотезу Kоллатца, используя его методы и теорию.

Ему самому нетрудно решить гипотезу Коллатца.

У него теперь 6 уровень математики, и он совершенно не сравним с 5 уровнем.

Хотя основы, заложенные предшественниками по гипотезе Коллатца, не были столь богаты, как по гипотезе Гольдбаxа, в отличие от той, гипотеза Коллатца не беспокоила математический мир более двух столетий.

Если он полностью окунется в проблему, то он уверен, что за полгода, в крайнем случае год, сможет решить гипотезу...

Pанним утром в конце марта, как обычно, Лу Чжоу пришел в Принстонский институт перспективных исследований.

Но на этот раз он пришел с двумя листами бумаги.

Лу Чжоу отдал листы контрольных Джерику и Вэй Вэню и сказал:

— Десять вопросов, ответьте на них.

У вас — два часа.

Если хотите, можете пользоваться телефонами, но вы не найдете ответов в интернете.

Как и Цинь Юэ, в начале семестра Лу Чжоу дал Джерику и Вэй Вэнь список учебников для изучения.

Прошел месяц, и Лу Чжоу почувствовал, что пришло время проверить, как хорошо они учились.

Получив вопросы, студенты сразу же взялись за ручки и начали писать.

Задачи, подготовленные Лу Чжоу, не были такими трудными, но и "абы как" их нельзя было сделать.

Вэй Вэнь хмурился.

Спустя долгое время, он наконец решил первый вопрос.

Но увидев, что Джерику приходиться также трудно, как и ему, он ощутил облегчение.

Время шло, и около 10 часов Лу Чжоу объявил, что время закончилось.

Он взял листы бумаги и посмотрел на ответы.

Неожиданно... каждый из них ответил на семь вопросов, правда, ошиблись в разных.

Лу Чжоу положил тесты и посмотрел на двоих студентов, сидевших напротив него за столом.

— Вэй Вэнь, ты хорошо понимаешь гильбертово пространство.

Думаю, тебе следует работать в направлении математической физики.

Вэй Вэнь спросил:

— Математическая физика — прикладная наука?

Лу Чжоу улыбнулся и ответил:

— Это зависит от того, с какой стороны ты на нее смотришь.

Физическая часть — теоретическая, а математическая — прикладная.

Конечно, это только мое мнение. Tы можешь выбрать любую область, какую захочешь.

Услышав совет своего руководителя, Вэй Вэнь задумался.

Лу Чжоу посмотрел на другого студента и сказал:

— Джерик, ты хорошо разбираешься в преобразованиях Фурье, и это очень перспективное направление.

Оно имеет широкий спектр применения в теории и в промышленности.

Если заинтересован в этой области, предлагаю тебе уделять больше ей внимания и выбрать ее для своей работы.

— Профессор, — тут же спросил Джерик. — Могу ли я заниматься вычислительным материаловедением?

Лу Чжоу пошутил:

— Конечно, ты можешь, но не ожидай, что поймешь мою теорию.

Для этого тебе придется почитать еще кучу учебников.

Студенты вернулись на свои места.

Лу Чжоу потянулся и налил себе чашку кофе, чтобы приободриться.

Внезапно дверь открылась, и в кабинет влетел возбужденный Конни с журналом.

— Профессор!

Харди, Цинь Юэ и Вера, погруженные в изучение своих материалов, недовольно подняли головы.

Лу Чжоу догадывался, отчего Конни такой взволнованный.

Однако он уже давно получил ответ от редакции "Science".

Он не удивился, что его статья попала в журнал.

Лу Чжоу посмотрел на него и сказал:

— Я уже говорил тебе — не шуметь здесь.

И не забывай стучать перед тем, как входить.

— Простите, я — не нарочно.

Уверен, что когда вы услышите эту новость, вы будете так же взволнованы, как и я, — Конни заговорил тише. — Угадайте, что случилось? "Nature" написала про нашу статью в "Самом интересном".

Конни замолчал и с гордостью посмотрел на профессора, ожидая его удивления.

Лу Чжоу особо не отреагировал.

Тот явно не волновался так же, как Конни.

На некоторое время в кабинете воцарилась мертвая тишина.

Конни стало неловко, и он успокоился.

Лу Чжоу сказал:

— Это всего лишь "Самое интересное", не нужно так волноваться.

Вера, работающая над гипотезой Коллатца, не могла удержаться от смешка.

Харди был более безжалостен, он стукнул кулаком по столу и громко рассмеялся.

Вэй Вэнь тоже не сдержался и улыбнулся.

Конни покраснел и почесал затылок:

— Но это же "Nature"!

Лу Чжоу вздохнул:

— Я знаю, что это "Nature", но полгода назад о моей работе написали, как "Science", так и "Nature".

На моем месте подобное тебя бы тоже не волновало.

Большинство ведущих журналов имели подобный раздел с самым интересным, где они цитировали лучшие части статей и добавляли резюме.

Лу Чжоу был очень взволнован, когда его впервые осветили два журнала.

Но сейчас он не пребывал в таком восторге.

Тем более, что не так давно его модифицированная ПДМС пленка попала в число 10 лучших научных исследований 2016 года.

Подобное — для него ничего не значило.

Конни смотрел на профессора с широко открытыми глазами и не знал, что сказать.

Господи, есть кто-то, кто думает, что попасть в "Самое интересное" Nature — нечто пустяковое?

Нормальному человеку пришлось бы работать годами только для того, чтобы опубликовать одну статью.

Большинство ученых даже не мечтают о том, чтобы их работа попала в "Самое интересное".

Если не это, то что же вас может взволновать?

Нобелевская премия?

Лу Чжоу было все равно, о чем думал Конни.

Он взял у него последний номер "Nature" и бегло просмотрел.

Как и ожидалось, в статье выделили основные моменты материала ПУС-1.

Что касается его статьи по вычислительному материаловедению, то ее кратко упомянули как исследование "Влияние удельной поверхности и размера пор на скорость диффузии полисульфидных соединений".

Лу Чжоу улыбнулся и покачал головой.

Похоже, никто не может распознать настоящего сокровища.