Лу Чжоу просто чувствовал, что будет напрасно расформировывать команду демонстрационного реактора STAR-2.

Поэтому он предложил сохранить талантливых людей с опытом управления крупным научно-исследовательским проектом.

Он будет использовать модель Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца, чтобы создать систему, объединяющую компании и исследовательские институты.Но, к его удивлению, высшее руководство страны фактически доверило это все ему.Кроме того, 2,7 миллиарда юаней, оставшиеся от финансирования исследований для проекта реактора, также оставили в качестве стартового фонда.Обычно, не израсходованные средства нужно было вернуть обратно.С такой суммой Лу Чжоу не придется беспокоиться о зарплате сотрудникам, местоположении нового научно-исследовательского центра и других расходов.Через два дня после торжественного вечера.Люди из Министерства науки и технологий связались с Лу Чжоу.К нему лично пришел мужчина лет тридцати в очках, выглядящий утонченно и непринужденно.Его звали Фэн Шуцин, и он окончил факультет естественных наук университета Шуйму.

Однако после того, как он получил степень магистра, он не стал искать работу в своей области, а вместо этого сдал национальный экзамен и устроился в отдел стратегического планирования Министерства науки и технологий.Сейчас он — довольно высокопоставленный чиновник.Секретарь Фэн отвечал, в основном, за две вещи.

Первое — завершить реорганизацию команды проекта демонстрационного реактора, координируясь с другими отделами.

Второе — он должен стать секретарем нового Объединения исследовательских центров востока.— Начальство очень ценит ваше мнение, и нам велено сотрудничать с вами, — когда Фэн Шуцин заметил удивленный взгляд Лу Чжоу, он улыбнулся и спросил:— Есть какие-то проблемы, директор Лу?Лу Чжоу улыбнулся.— Нет, просто подумал, что вы — очень молодой.Фэн Шуцин мягко улыбнулся.— Может быть, начальство думает, что мы близки по возрасту, что может облегчить работу.Лу Чжоу кивнул:— Большое спасибо, что помогаете.

Я могу быть немного занят, поэтому вряд ли смогу чем-то помочь.— Не беспокойтесь, я специально здесь для этого.— Хорошо, полагаюсь на вас…  Да, еще кое-что.— Что?Лу Чжоу улыбнулся:— Зовите меня просто профессор Лу, я к этому больше привык.Фэн Шуцин впал ненадолго в ступор, а потом улыбнулся.— Раз профессор Лу настаивает, то я буду вас так звать.……………………….После праздников родители Лу Чжоу наконец удостоверились, что со здоровьем сына все в порядке.

Сказав ему неоднократно, чтобы он заботился о своем здоровье, они вернулись в Цзянлин, а его сестра вернулась в Цзиньлин и начала готовить документы для учебы за границей.Что же касается Лу Чжоу, то он остался в Пекине еще на несколько дней, поскольку ему нужно было уладить кое-какие дела.После того, как он выписался из 301 больницы, Лу Чжоу остановился в роскошном отеле недалеко от старого летнего дворца.

Хотя у него не было жилья в Пекине, каждый раз, когда приезжал сюда, ему не нужно было волноваться о том, где остановиться.Через три дня после праздничного вечера Фэн Шуцин отправился в Хайчжоу и начал заниматься реорганизацией команды.Лу Чжоу почти закончил с делами в Пекине и купил билет на поезд до Цзиньлина.Ему было немного стыдно из-за того, что он уже как год был профессором в Цзиньлинском университете, но даже не общался со студентами.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, он мог, наконец, заняться тем, что ему интересно.Поздним вечером у искусственного озера, позади отеля.Чэнь Юйшань шла рядом с Лу Чжоу и спросила:— Тебе уже лучше?Лу Чжоу улыбнулся:-  Меня уже выписали, сама как думаешь?Чэнь Юйшань вздохнула:— Я знаю, что тебе нравится засиживаться в лаборатории, но не переутомляйся.— Не беспокойся об этом.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, мне не придется быть настолько занятым.

По крайней мере, какое-то время.— Что собираешься делать дальше?— Планирую вернуться в Цзиньлинский университет и преподавать.— Ты теперь — главный конструктор, откуда у тебя время преподавать в университете?Лу Чжоу улыбнулся.— Я был главным конструктором.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, остальную часть работы можно передать техникам.

Мне больше нечего проектировать.Хотя он еще связан с Объединением исследовательских центров востока, Лу Чжоу не хотел тратить слишком много энергии на что-либо, кроме исследований.

Прямо сейчас он просто прокладывает путь для своей будущей исследовательской работы.Если окажется, что Фэн Шуцин компетентен, то Лу Чжоу просто укажет ему общее направление и оставит работу на него.Это тоже очень интересно.Лу Чжоу понял, что он похож человека с другой стороны Тихого океана.После завершения Манхэттенского проекта Оппенгеймер также вернулся в Принстон в качестве декана и больше не занимался исследованиями атомной бомбы.

Однако, в отличие от Лу Чжоу, Оппенгеймера отстранили от исследований из-за внутренних обвинений.

А Лу Чжоу просто не интересовала роль руководителя, поэтому он решил уйти.Оппенгеймера реабилитировали всего 20 лет назад.

В сравнении с ним, Лу Чжоу получил куда больше.Его назвали отцом управляемого термоядерного синтеза, наградили почетной медалью Лин Юня.С этими почестями он мог с гордостью ходить даже вне академических кругов.По крайней мере это то, что не купишь за деньги.Чэнь Юйшань легонько пнула камень на дороге и вздохнула.

Она бросила подавленный взгляд на поверхность озера.— Это здорово, ты знаешь, чего хочешь, и знаешь, как достичь своих целей.

В отличие от меня...Лу Чжоу улыбнулся и спросил:— А ты — нет? Получить предложение от Пенсильванского университета — не так легко.Но это не очень успокоило Чэнь Юйшань.— Разве это труднее, чем от Принстона? Мистер, который чуть не стал деканом математического факультета Принстона.Лу Чжоу чуть не поперхнулся.— Когда я мог стать деканом? Я не помню такого.— Какая разница, если бы ты захотел, то однозначно смог.— Давай не будем обо мне.

Меня интересует, что у тебя за проблема?— Это… На самом деле, это не проблема, просто скорее дилемма, я сама запуталась, — Чэнь Юйшань накрутила волосы на палец.— Мой отец хочет, чтобы я работала в правительстве, но мне не очень хочется работать там.

Я изучала финансы и управление, и  хочу работать в транснациональной компании стоимостью в сотни миллиардов.

Разве не тухло просто сидеть в каком-нибудь правительственном офисе?Что?Что значит просто сидеть?Это обобщение слишком преувеличено.Чэнь Юйшань улыбнулась, видя, что Лу Чжоу не отвечает, и сказала:— Ладно, спасибо вам, господин большой ученый, за то, что потратил столько времени, чтобы выслушать мою несущественную проблему...

Раз с тобой все в порядке, то пойду...Глядя, как она собиралась уходить, Лу Чжоу внезапно что-то вспомнил и остановил ее.— Кстати… постой.Чэнь Юйшань остановилась и посмотрела на него.— Что случилось?Лу Чжоу немного подумал и сказал:— Помнишь, что я спрашивал в прошлом году? Если я правильно помню, ты мне кое-что обещала...— ...Лу Чжоу немного помолчал и продолжил:— Если ты пока не придумала, что делать, почему бы тебе не поработать на меня? Даже если это не компания стоимостью в сотни миллиардов, пару миллиардов будет.

Лу Чжоу просто чувствовал, что будет напрасно расформировывать команду демонстрационного реактора STAR-2.

Поэтому он предложил сохранить талантливых людей с опытом управления крупным научно-исследовательским проектом.

Он будет использовать модель Объединения немецких исследовательских центров имени Гельмгольца, чтобы создать систему, объединяющую компании и исследовательские институты.

Но, к его удивлению, высшее руководство страны фактически доверило это все ему.

Кроме того, 2,7 миллиарда юаней, оставшиеся от финансирования исследований для проекта реактора, также оставили в качестве стартового фонда.

Обычно, не израсходованные средства нужно было вернуть обратно.

С такой суммой Лу Чжоу не придется беспокоиться о зарплате сотрудникам, местоположении нового научно-исследовательского центра и других расходов.

Через два дня после торжественного вечера.

Люди из Министерства науки и технологий связались с Лу Чжоу.

К нему лично пришел мужчина лет тридцати в очках, выглядящий утонченно и непринужденно.

Его звали Фэн Шуцин, и он окончил факультет естественных наук университета Шуйму.

Однако после того, как он получил степень магистра, он не стал искать работу в своей области, а вместо этого сдал национальный экзамен и устроился в отдел стратегического планирования Министерства науки и технологий.

Сейчас он — довольно высокопоставленный чиновник.

Секретарь Фэн отвечал, в основном, за две вещи.

Первое — завершить реорганизацию команды проекта демонстрационного реактора, координируясь с другими отделами.

Второе — он должен стать секретарем нового Объединения исследовательских центров востока.

— Начальство очень ценит ваше мнение, и нам велено сотрудничать с вами, — когда Фэн Шуцин заметил удивленный взгляд Лу Чжоу, он улыбнулся и спросил:

— Есть какие-то проблемы, директор Лу?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Нет, просто подумал, что вы — очень молодой.

Фэн Шуцин мягко улыбнулся.

— Может быть, начальство думает, что мы близки по возрасту, что может облегчить работу.

Лу Чжоу кивнул:

— Большое спасибо, что помогаете.

Я могу быть немного занят, поэтому вряд ли смогу чем-то помочь.

— Не беспокойтесь, я специально здесь для этого.

— Хорошо, полагаюсь на вас…  Да, еще кое-что.

Лу Чжоу улыбнулся:

— Зовите меня просто профессор Лу, я к этому больше привык.

Фэн Шуцин впал ненадолго в ступор, а потом улыбнулся.

— Раз профессор Лу настаивает, то я буду вас так звать.

После праздников родители Лу Чжоу наконец удостоверились, что со здоровьем сына все в порядке.

Сказав ему неоднократно, чтобы он заботился о своем здоровье, они вернулись в Цзянлин, а его сестра вернулась в Цзиньлин и начала готовить документы для учебы за границей.

Что же касается Лу Чжоу, то он остался в Пекине еще на несколько дней, поскольку ему нужно было уладить кое-какие дела.

После того, как он выписался из 301 больницы, Лу Чжоу остановился в роскошном отеле недалеко от старого летнего дворца.

Хотя у него не было жилья в Пекине, каждый раз, когда приезжал сюда, ему не нужно было волноваться о том, где остановиться.

Через три дня после праздничного вечера Фэн Шуцин отправился в Хайчжоу и начал заниматься реорганизацией команды.

Лу Чжоу почти закончил с делами в Пекине и купил билет на поезд до Цзиньлина.

Ему было немного стыдно из-за того, что он уже как год был профессором в Цзиньлинском университете, но даже не общался со студентами.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, он мог, наконец, заняться тем, что ему интересно.

Поздним вечером у искусственного озера, позади отеля.

Чэнь Юйшань шла рядом с Лу Чжоу и спросила:

— Тебе уже лучше?

Лу Чжоу улыбнулся:

-  Меня уже выписали, сама как думаешь?

Чэнь Юйшань вздохнула:

— Я знаю, что тебе нравится засиживаться в лаборатории, но не переутомляйся.

— Не беспокойся об этом.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, мне не придется быть настолько занятым.

По крайней мере, какое-то время.

— Что собираешься делать дальше?

— Планирую вернуться в Цзиньлинский университет и преподавать.

— Ты теперь — главный конструктор, откуда у тебя время преподавать в университете?

Лу Чжоу улыбнулся.

— Я был главным конструктором.

Теперь, когда проект управляемого термоядерного синтеза завершен, остальную часть работы можно передать техникам.

Мне больше нечего проектировать.

Хотя он еще связан с Объединением исследовательских центров востока, Лу Чжоу не хотел тратить слишком много энергии на что-либо, кроме исследований.

Прямо сейчас он просто прокладывает путь для своей будущей исследовательской работы.

Если окажется, что Фэн Шуцин компетентен, то Лу Чжоу просто укажет ему общее направление и оставит работу на него.

Это тоже очень интересно.

Лу Чжоу понял, что он похож человека с другой стороны Тихого океана.

После завершения Манхэттенского проекта Оппенгеймер также вернулся в Принстон в качестве декана и больше не занимался исследованиями атомной бомбы.

Однако, в отличие от Лу Чжоу, Оппенгеймера отстранили от исследований из-за внутренних обвинений.

А Лу Чжоу просто не интересовала роль руководителя, поэтому он решил уйти.

Оппенгеймера реабилитировали всего 20 лет назад.

В сравнении с ним, Лу Чжоу получил куда больше.

Его назвали отцом управляемого термоядерного синтеза, наградили почетной медалью Лин Юня.

С этими почестями он мог с гордостью ходить даже вне академических кругов.

По крайней мере это то, что не купишь за деньги.

Чэнь Юйшань легонько пнула камень на дороге и вздохнула.

Она бросила подавленный взгляд на поверхность озера.

— Это здорово, ты знаешь, чего хочешь, и знаешь, как достичь своих целей.

В отличие от меня...

Лу Чжоу улыбнулся и спросил:

— А ты — нет? Получить предложение от Пенсильванского университета — не так легко.

Но это не очень успокоило Чэнь Юйшань.

— Разве это труднее, чем от Принстона? Мистер, который чуть не стал деканом математического факультета Принстона.

Лу Чжоу чуть не поперхнулся.

— Когда я мог стать деканом? Я не помню такого.

— Какая разница, если бы ты захотел, то однозначно смог.

— Давай не будем обо мне.

Меня интересует, что у тебя за проблема?

— Это… На самом деле, это не проблема, просто скорее дилемма, я сама запуталась, — Чэнь Юйшань накрутила волосы на палец.

— Мой отец хочет, чтобы я работала в правительстве, но мне не очень хочется работать там.

Я изучала финансы и управление, и  хочу работать в транснациональной компании стоимостью в сотни миллиардов.

Разве не тухло просто сидеть в каком-нибудь правительственном офисе?

Что значит просто сидеть?

Это обобщение слишком преувеличено.

Чэнь Юйшань улыбнулась, видя, что Лу Чжоу не отвечает, и сказала:

— Ладно, спасибо вам, господин большой ученый, за то, что потратил столько времени, чтобы выслушать мою несущественную проблему...

Раз с тобой все в порядке, то пойду...

Глядя, как она собиралась уходить, Лу Чжоу внезапно что-то вспомнил и остановил ее.

— Кстати… постой.

Чэнь Юйшань остановилась и посмотрела на него.

— Что случилось?

Лу Чжоу немного подумал и сказал:

— Помнишь, что я спрашивал в прошлом году? Если я правильно помню, ты мне кое-что обещала...

Лу Чжоу немного помолчал и продолжил:

— Если ты пока не придумала, что делать, почему бы тебе не поработать на меня? Даже если это не компания стоимостью в сотни миллиардов, пару миллиардов будет.