Пока Лу Чжоу писал свою статью, интернет взорвался.

Какой-то репортер, присутствовавший на конференции, выложил весь репортаж в сеть.

"Безумие! Он получил общее решение уравнений Янг-Миллса?"

"Бог Лу потрясающий!"

"Я потрясен."

"Удивительно, даже подобное видео набирает миллионы просмотров..."

"Что это за уравнения? Я пришел сюда посмотреть на бога!"

"Вот для всех краткое объяснение.

Уравнений Янга-Миллса — одно из самых выдающихся достижений теоретической физики двадцатого века.

Они описывают поведения между элементарными частицами с использованием не абелевой группы.

Нахождение общего решения уравнений дает нам возможность понять разрыв массы с математической точки зрения.

Это позволяет нам сделать большой шаг к теории всего!"

"Что за теория всего???"

Раздел комментариев — не единственное место, где велись оживленные беседы, различные СМИ также освещали эту тему.

Заголовки, как"Двадцатилетний математик в очередной раз шокирует мир теорией всего!"или"Бывший руководитель разведки США сожалеет, что позволил Лу Чжоу покинуть страну", появлялись на Weibo и других различных новостных сайтах.

Многочисленные фотографии Лу Чжоу, стоящего перед доской, публиковали во многих статьях.

Долгое время уравнения Янга-Миллса были важной вехой в мире теоретической физики, а также важным событием для китайцев.

Теперь это неразрешимое уравнение наконец-то решено.

Конечно, была и критика.

Например, увидев это видео, какой-то китайский известный человек написал в Weibo.

"Меня не волнует значение уравнений Янга-Миллса.

Уйти со сцены в середине доклада — неуважение, это как актер, уходящий посреди спектакля.

Как китайский ученый, Лу Чжоу представляет не только себя.

Он олицетворяет Китай.

Помимо научных достижений, он должен быть дисциплинированным и хорошо воспитанным.

Не говоря уже о том, что крайне безответственно писать не проверенные выводы."

После того, как сообщение появилось, раздел комментариев стал зоной боевых действий.

"Пожалуйста, покажи нам, какой ты на самом деле в реальной жизни, покажи нам, какой ты вежливый."

"О, в прошлый раз, когда сэр Атия с помощью пятистраничной работы пытался обмануть мир, ты сказал, что он — храбрый воин.

Почему теперь ты критикуешь Лу Чжоу? Потому что профессор Лу — не иностранец?"

"А что плохого в том, чтобы просить людей быть более вежливыми!"

Автор сообщения обрадовался, что взлетел в топы и тихо удалился.

Помимо китайских СМИ, этому вопросу уделяли внимание и зарубежные.

Например, Дейли Мейл, после окончания доклада связался с профессором Сент-Эндрюсского университета, утверждающего, что он инсайдер отрасли.

Во время интервью, когда у профессора спросили о случившемся, он открыто ответил:

— Подозреваю, что это просто куча символов.

— Каждый, кто хоть немного разбирается в математике, знает, что за каждой страницей строгой математической работы стоят бесчисленные страницы черновиков.

Особенно для подобных объёмных гипотез, требующих огромных вычислений.

Как можно решить что-то, ничего не записывая? Хотите сказать, что он просто решил это под наплывом вдохновения?

— Зачем профессору Лу понадобилось обманывать?

Профессор пожал плечами:

— Не знаю, может быть, он слишком самоуверен? Хочет финансирования исследований? У меня есть прекрасный алгоритм, чтобы доказать правильность общего решения, но, к сожалению, мне не хватает места, чтобы записать его.

Отель Интерконтиненталь.

В просторном банкетном зале находились ученые в строгих костюмах.

Столы, покрытые белыми скатертями, заполняли шампанское и китайская, а также — западная еда.

Чтобы восполнить случившееся на докладе, Цзиньлинский университет мог использовать только еду и напитки, чтобы попытаться произвести лучшее впечатление.

Однако лишь небольшая часть людей обиделась на то, что Лу Чжоу не следовал правилам.

Большинство людей больше беспокоило общее решение, оставленное на доске.

— Уже восемь часов, — Фефферман посмотрел на вход в банкетный зал. — Похоже, наш главный герой не собирается появляться.

Первоначально он хотел, чтобы Лу Чжоу объяснил общее решение на банкете, но к его сожалению, судя по всему, этого не случится.

Уайлс в смокинге с бокалом шампанского в руке подошел и спросил:

— Что ответил Принстон?

Делинь, по-прежнему в черной шляпе, закрывавшей его голову, покачал головой и ответил:

— Объем вычислений большой.

Мне сказали, что для его завершения потребуется два или три дня.

Более того, там — только утро, и инженеры только проснулись и приступили к работе.

Суперкомпьютер центра Джона фон Неймана не только работал на Институт перспективных исследований, но и обеспечивал вычислительную поддержку Принстонской лаборатории физики плазмы.

Сотрудники центра больше выполняли заказов от НАСА или Министерства науки и технологий и ценили их больше, чем от Института перспективных исследований.

Однако, поскольку Делинь лично просил об этом, оно не должно занять слишком много времени.

Не говоря уже о том, что инженеры центра также интересовались математической проблемой мирового уровня.

Фефферман вздохнул:

— Было бы здорово, если бы он показал процесс вывода, даже просто идея помогла бы.

Уайлс улыбнулся:

— Говорят, он снова ушел в затворничество? Слышал, что у профессора Лу — это уникальный подход к решению проблем.

— Думаю, да, — ответил Фефферман. — У него была привычка запираться в своем доме в Принстоне.

Как бы то ни было, прежде чем он закончит свою работу, даже если придешь к нему домой, то он не откроет дверь.

— Я не уверен, стоит ли мне вернуться или ждать результатов здесь, — Эдвард Виттен посмотрел на свой телефон. — Через пять дней в ЦЕРНЕ состоится конференция по новому эксперименту.

Уайлс улыбнулся.

— В ЦЕРНЕ каждый день проводятся конференции, как часто тебе выпадает шанс стать свидетелем истории?

Виттен немного подумал и пожал плечами.

Я просто подожду здесь еще пару дней.