Вера покраснела и надулась, после чего упрямо спросила:— Почему?Было бы все нормально, если Лу Чжоу просто нашел ошибку в вычислениях, но он просто сказал ей, что такая идея доказательства не сработает, без всякой аргументации.

Она не могла этого принять.Даже если он был её руководителем в прошлом.Лу Чжоу знал, о чем думает Вера.

Он вздохнул и терпеливо объяснил ей.— Кривая Re(s)=1-c/ln[|Im(s)|+2] бесконечно близка к Re(s)=1, когда Im(s) приближается к бесконечности.

При использовании метода групповой структуры неизбежно приходишь к данному выводу.

Поэтому, если мы хотим использовать критическую линию, мы должны использовать другой метод.

Именно поэтому я не использовал этот метод, когда доказывал существование значения ε.

Вместо этого я использовал методы алгебраической геометрии.Никто лучше самого Лу Чжоу не знал метод групповой структуры.Вспоминая доказательство Делиня, что все нули дзета функции d-мерного алгебраического кластера над конечным полем лежат на комплексной плоскости, Re(s)=1/2,3/2,...,(2d-1)/2..., прежде чем использовать метод группы гомологии и преобразования Фурье, Лу Чжоу сначала подумал о своем методе.Но все пошло не так гладко, как хотелось.Когда он попытался применить метод к дзета-функции Римана, он обнаружил, что данный путь не работает.Лу Чжоу посмотрел на покрасневшую девушку и продолжил:— На первый взгляд исследование критической линии лишь проблема аналитической теории чисел, но по существу это проблема комплексного анализа.

В сравнении с вводом метода групповой структуры в дзета-функцию Римана, советую тебе изучить некоторые алгебраические доказательства теоремы Римана — Роха Гротендика.

Они могут вдохновить тебя.От кофейной чашки Лу Чжоу медленно поднимался пар.

Девушка какое-то время молча смотрела на клавиатуру.

Потом она подняла глаза и пристально посмотрела на Лу Чжоу.— Я все еще думаю, что моя теория верна.

Нам не нужно доказывать, что Re(s)=1-c/ln [|Im(s)|+2] бесконечно близка к Re(s)=1, чтобы использовать метод групповой структуры.

Я докажу тебе это!Лу Чжоу посмотрел на Веру полную решимости и улыбнулся.— Хотя я более оптимистично отношусь к другим методам, похоже у тебя свои идеи.

Если уверена, что сможешь, то попробуй.

Может быть ты права, и мы встретимся на финише.Вера кивнула.— Да! Я не сдамся…Прямо посреди слов она прикрыла рот рукой и закашляла.Лу Чжоу с беспокойством спросил:— Ты в порядке?Вера подняла глаза и неохотно улыбнулась, после чего тихо ответила:— Все в порядке… Погода поменялась, скорее всего я простудилась.— Береги себя.

Оденься потеплее, пей больше горячего чая.Вера покраснела.

Она не знала это из-за Лу Чжоу или из-за простуды.— Спасибо.Разговор резко прекратился.Двое погрузились в молчание.Похоже, они не знали, о чем говорить за пределами математики.Лу Чжоу уже собирался закончить разговор, но Вера внезапно сказала первой.— Кстати…— Что?Вера прикусила губу и твердо посмотрела на Лу Чжоу.— Я все еще помню наш уговор.

Я буду стараться изо всех сил!Лу Чжоу впал в ступор.Он собирался что-то ответить, но звонок прекратился.Лу Чжоу молча уставился на пустой экран.Внезапно в правом нижнем углу его рабочего стола появилось сообщение от Сяо Ая..{Хозяин, хотите, чтобы я ей перезвонил? (๑•. •๑)}Спустя несколько секунд Лу Чжоу покачал головой.— Нет, не нужно.

Даже если я ей перезвоню, я не знаю, что сказать.{Тогда хорошо.}— Кстати, я не знал, что ты можешь делать видеовызовы.{Для меня это очень легко.}— И правда.Он чуть не забыл, что Сяо Ай взломал систему государственных дел европейского правительства и использовал лазейки, чтобы подделать личность, благодаря чему смог переправить запрещенный станок.Видеозвонок по сравнению с этим был сущим пустяком.………………..Гипотеза квази Римана была решена.

Хотя ε бесконечно мал, это все равно стало огромным шагом вперед для идеи критической линии.Теперь единственная проблема заключалась в том, как продвинуть его до 1/2.В течение последних нескольких дней Лу Чжоу проводил по четыре часа в день, запираясь в библиотеке Цзиньлинского университета.Хотя библиотека Цзиньлинского университета не настолько хороша, как библиотека Файрстоуна в Принстоне, где даже можно было получить доступ к оригинальным рукописям.

Однако большую часть нужных ему ресурсов Лу Чжоу мог найти в этой библиотеке.А если что-то не мог найти, он мог подать заявку, и библиотека обязательно найдет нужную книгу.Говоря про это, то произошел забавный случай.Когда он сидел в библиотеке, изучая дзета-функцию Римана, кто-то тайно сфотографировал его, сидящего за столом с кучей книг, и отправил фото в в WeChat.После этого фотография разошлась по университету.На самом деле, Лу Чжоу был счастлив быть хорошим примером для студентов.

Единственным недостатком стало то, что подпись к фотографии гласила: «Продолжай учиться, и ты никогда не состаришься»."Вы считаете меня старым?""Мне еще нет и тридцати лет!""Какого черта?""Бесит!"В это время Фальтингс, директор Института математики Макса Планка получил приглашение на рецензирование от журнала.Теперь, когда у статьи появился рецензент, официально начался процесс рецензирования.После чего последовало долгое ожидание.Из-за сложности статьи результаты будут опубликованы минимум в декабре.Все математическое сообщество говорило о статье.Лу Чжоу даже слышал, как говорили об этом в университете.Однако на самом деле Лу Чжоу не заботило, что о нем думают другие.

Он сосредоточил все свое внимание на значении ε.Вот так ноябрь подошел к концу.В международном сообществе произошло еще одно крупное событие, не имевшее ничего общего с математикой, которое намного превзошло доказательство гипотезы квази Римана.После полугода строительства завершился первый этап строительства лунного исследовательского центра!

Вера покраснела и надулась, после чего упрямо спросила:

Было бы все нормально, если Лу Чжоу просто нашел ошибку в вычислениях, но он просто сказал ей, что такая идея доказательства не сработает, без всякой аргументации.

Она не могла этого принять.

Даже если он был её руководителем в прошлом.

Лу Чжоу знал, о чем думает Вера.

Он вздохнул и терпеливо объяснил ей.

— Кривая Re(s)=1-c/ln[|Im(s)|+2] бесконечно близка к Re(s)=1, когда Im(s) приближается к бесконечности.

При использовании метода групповой структуры неизбежно приходишь к данному выводу.

Поэтому, если мы хотим использовать критическую линию, мы должны использовать другой метод.

Именно поэтому я не использовал этот метод, когда доказывал существование значения ε.

Вместо этого я использовал методы алгебраической геометрии.

Никто лучше самого Лу Чжоу не знал метод групповой структуры.

Вспоминая доказательство Делиня, что все нули дзета функции d-мерного алгебраического кластера над конечным полем лежат на комплексной плоскости, Re(s)=1/2,3/2,...,(2d-1)/2..., прежде чем использовать метод группы гомологии и преобразования Фурье, Лу Чжоу сначала подумал о своем методе.

Но все пошло не так гладко, как хотелось.

Когда он попытался применить метод к дзета-функции Римана, он обнаружил, что данный путь не работает.

Лу Чжоу посмотрел на покрасневшую девушку и продолжил:

— На первый взгляд исследование критической линии лишь проблема аналитической теории чисел, но по существу это проблема комплексного анализа.

В сравнении с вводом метода групповой структуры в дзета-функцию Римана, советую тебе изучить некоторые алгебраические доказательства теоремы Римана — Роха Гротендика.

Они могут вдохновить тебя.

От кофейной чашки Лу Чжоу медленно поднимался пар.

Девушка какое-то время молча смотрела на клавиатуру.

Потом она подняла глаза и пристально посмотрела на Лу Чжоу.

— Я все еще думаю, что моя теория верна.

Нам не нужно доказывать, что Re(s)=1-c/ln [|Im(s)|+2] бесконечно близка к Re(s)=1, чтобы использовать метод групповой структуры.

Я докажу тебе это!

Лу Чжоу посмотрел на Веру полную решимости и улыбнулся.

— Хотя я более оптимистично отношусь к другим методам, похоже у тебя свои идеи.

Если уверена, что сможешь, то попробуй.

Может быть ты права, и мы встретимся на финише.

Вера кивнула.

— Да! Я не сдамся…

Прямо посреди слов она прикрыла рот рукой и закашляла.

Лу Чжоу с беспокойством спросил:

— Ты в порядке?

Вера подняла глаза и неохотно улыбнулась, после чего тихо ответила:

— Все в порядке… Погода поменялась, скорее всего я простудилась.

— Береги себя.

Оденься потеплее, пей больше горячего чая.

Вера покраснела.

Она не знала это из-за Лу Чжоу или из-за простуды.

Разговор резко прекратился.

Двое погрузились в молчание.

Похоже, они не знали, о чем говорить за пределами математики.

Лу Чжоу уже собирался закончить разговор, но Вера внезапно сказала первой.

Вера прикусила губу и твердо посмотрела на Лу Чжоу.

— Я все еще помню наш уговор.

Я буду стараться изо всех сил!

Лу Чжоу впал в ступор.

Он собирался что-то ответить, но звонок прекратился.

Лу Чжоу молча уставился на пустой экран.

Внезапно в правом нижнем углу его рабочего стола появилось сообщение от Сяо Ая..

{Хозяин, хотите, чтобы я ей перезвонил? (๑•. •๑)}

Спустя несколько секунд Лу Чжоу покачал головой.

— Нет, не нужно.

Даже если я ей перезвоню, я не знаю, что сказать.

{Тогда хорошо.}

— Кстати, я не знал, что ты можешь делать видеовызовы.

{Для меня это очень легко.}

— И правда.

Он чуть не забыл, что Сяо Ай взломал систему государственных дел европейского правительства и использовал лазейки, чтобы подделать личность, благодаря чему смог переправить запрещенный станок.

Видеозвонок по сравнению с этим был сущим пустяком.

Гипотеза квази Римана была решена.

Хотя ε бесконечно мал, это все равно стало огромным шагом вперед для идеи критической линии.

Теперь единственная проблема заключалась в том, как продвинуть его до 1/2.

В течение последних нескольких дней Лу Чжоу проводил по четыре часа в день, запираясь в библиотеке Цзиньлинского университета.

Хотя библиотека Цзиньлинского университета не настолько хороша, как библиотека Файрстоуна в Принстоне, где даже можно было получить доступ к оригинальным рукописям.

Однако большую часть нужных ему ресурсов Лу Чжоу мог найти в этой библиотеке.

А если что-то не мог найти, он мог подать заявку, и библиотека обязательно найдет нужную книгу.

Говоря про это, то произошел забавный случай.

Когда он сидел в библиотеке, изучая дзета-функцию Римана, кто-то тайно сфотографировал его, сидящего за столом с кучей книг, и отправил фото в в WeChat.

После этого фотография разошлась по университету.

На самом деле, Лу Чжоу был счастлив быть хорошим примером для студентов.

Единственным недостатком стало то, что подпись к фотографии гласила: «Продолжай учиться, и ты никогда не состаришься».

"Вы считаете меня старым?"

"Мне еще нет и тридцати лет!"

"Какого черта?"

В это время Фальтингс, директор Института математики Макса Планка получил приглашение на рецензирование от журнала.

Теперь, когда у статьи появился рецензент, официально начался процесс рецензирования.

После чего последовало долгое ожидание.

Из-за сложности статьи результаты будут опубликованы минимум в декабре.

Все математическое сообщество говорило о статье.

Лу Чжоу даже слышал, как говорили об этом в университете.

Однако на самом деле Лу Чжоу не заботило, что о нем думают другие.

Он сосредоточил все свое внимание на значении ε.

Вот так ноябрь подошел к концу.

В международном сообществе произошло еще одно крупное событие, не имевшее ничего общего с математикой, которое намного превзошло доказательство гипотезы квази Римана.

После полугода строительства завершился первый этап строительства лунного исследовательского центра!