— Вот следующая.Нас подвели к клетке с еще одной рабыней из полулюдей.

Опять же, сытой и здоровой.Эта… еще девочка.Но тоже машет ручкой и приторно улыбается.— Эх… мимо.— Что?!Как я и думал, эта тоже возмутилась.Да, она действительно ведет себя как ребенок по сравнению с предыдущей, но больно уж энергичная.Я привык к рабам с мертвыми глазами, в которых давно угас свет надежды.Даже Кил — и та меня до смерти боялась, пока Рафталию не увидела.Ни за что не поверю, что эта девочка с мордашкой авантюристки-мечтательницы — на самом деле рабыня.Мы пошли дальше.Каждая рабыня вслух возмущалась, когда я отказывался их покупать.Я догадался, что за чертовщина творится, и с прищуром посмотрел на работорговцев.

Они дружно вытирали со лба пот.— Эй, вы.— Нам очень жаль, что мы не оправдываем ваших надежд, Герой Щита-сама.

О да.— Эх-х… ладно.

Не хотелось, но придется, — пробурчал я и поманил очередную рабыню к прутьям.Только подошла — схватил за грудки и переключился на угрожающий голос:— Говори, что задумала.

Тебе приказывает сам Герой Щита.

Промолчишь — сотру твою страну с лица земли.— Ай-й… П-папа сказал… чтобы я вышла замуж за Героя Щита-саму.

А поскольку Герой-сама подпускает к себе только рабынь, мы заплатили деньги посредникам, чтобы они… — ответила рабыня.Мой взгляд ее сильно напугал.

Ну, маленькая девочка ведь, что с нее взять.— …И ты согласилась?— Э?— Тебя хотят ради блага семьи отдать на милость незнакомого человека.

Неужели ты согласна?Выглядит она еще младше Рафталии в день покупки.Вызывает отвращение сама мысль о том, что кто-то за счет маленькой девочки хочет чего-то добиться.— Короче, возвращайся домой и скажи, что тебя раскусили.

Если не уймутся, скажи, мол, Герой Щита помогает только тем полулюдям, которым действительно нужна помощь.Кажется, тут таких как она целая толпа.— В общем, я от их предложения отказываюсь.Кажется, страна полулюдей Шильтвельт пытается сосватать мне своих девочек.Они прислали сюда дочерей богачей и знати, чтобы меня подкупить.— Я правильно помню, что в той стране слова Героя Щита считают непреложным законом? Может, мне им письмо написать? “Будете и дальше впаривать рабов — вам же хуже будет”.— О да, как вам будет угодно.

Полагаю, они сразу прекратят, как только узнают о вашей воле.— Великолепно, Герой Щита-сама.

Меня восхищает проницательность, с которой вы раскусили фальшивых рабынь!— Тоже мне достижение!Да у них на лбу написано, что они ненастоящие!Хоть бы самую малость попытались.Скажем, подослали бы рабов, которых купили в кое-какой стране, исповедующей превосходство людей.— До чего печально смотреть… — даже Рафталия не удержалась от вздоха. — Неужели они считают, что Наофуми-сама легко поддастся соблазну?..

Будь это так, я бы не страдала.Хм? Что ты сказала?— На твое счастье, с вами есть я.

Я мигом излечу Наофуми-тян от мнительности в отношении женщин!— Рафу! — заголосила Раф-тян, поддерживая энтузиазм Садины.Ох, опять расшумелись.

Лучше буду молчать.— О? Кажется, Наофуми-тян не против! Значит, пора браться за дело.Что?!Я ее просто игнорирую, а она все воспринимает по-своему! Как же она задалбывает!— Вот! Получай сиськи!Садина обняла меня со спины и прижалась грудью.— Отстань!— Наофуми-сама, успокойтесь! Сестренка Садина, хватит!— О?Как только я рявкнул, Садина действительно отошла.Но продолжила раздражать улыбкой до ушей.— Уа-а-а-а…— А мне-е можно вас сзади обнимать, господин-сама?— Нельзя.Фиро, видимо, решила, что мы играем, обратилась Королевой Филориалов и уже развела крылья в стороны.Черт.

Тактика “не обращать внимания” не помогает.

И что тогда делать?!— Эх… кто-нибудь еще есть? Если окажется, что мы зря пришли, я буду очень зол.— Разумеется, есть.

Более того, именно их мы собирались показать в первую очередь.— …То есть иногда вы меня все-таки пытаетесь обмануть.Господи, как же я не хочу иметь с ними каких-либо дел.— Кого бы вам хотелось посмотреть, Герой Щита-сама?— В первую очередь рабов для тонкой работы.

Желательно более-менее способных сражаться.У меня уже есть работники с ловкими пальцами, но нужны еще.Мне очень нужны умелые рабы наподобие Имии, которую я учу создавать украшения.— Как скажете.

Прошу за мной.— И никаких фальшивок, ясно?— Да, разумеется.Работорговцы привели нас к… рабам уже известной расы.— Здесь у нас торкообразные.Я подошел к клетке с кучей похожих на кротов полулюдей.Может, Имия не родилась в Рулороне, но если удастся найти среди них кого-то, кто ее знает, с ними будет легче всего.Примерно как с Кил было легко благодаря Рафталии.Короче, спрошу.— Кто из вас знает девочку по имени Имия?— Слишком частое имя… О ком конкретно вы говорите? — ответил мне э-э… парень немного выше Имии ростом.Хм-м… значит, Имий много? Жаль, я ее полное имя не помню.Как же ее звали-то? Помню, какое-то дико длинное имя было.А, с нами же Лисия.

Вдруг помнит?— Лисия, ты помнишь то длиннющее имя Имии?— Уа-а-а…Судя по реакции, не помнит.— Ладно, придется потом ее саму сюда привести, — сказал я и собирался уже махнуть рукой, но тут заговорила Рафталия.— Ее зовут Имия Люсрен Лисера Терети Квализ, Наофуми-сама, — выговорила она, ни разу не запнувшись.Ничего себе у тебя память.Хотя, у Рафталии все характеристики на высоте.

Видимо, и память на имена тоже.— Но ведь и вы держите в голове длиннющие названия блюд, Наофуми-сама.

Помните из недавнего?— А-а, ты про ту пародию на filet de sardines au basilic?В переводе на нормальный это “сардины с базиликом”.В этом мире есть рыбы, похожие на сардин, но все-таки не сардины.И базилика нет, приходится импровизировать с пряными травами.Помнится, мы ими отмечали возвращение жителей деревни домой, благо отмечать уже было где.Блюдо, к слову, французское.— Такое запомнить не легче, чем имя Имии-тян.— Ты так думаешь?Запомнить название блюда нетрудно, это ведь сочетание ингредиентов.А вот имя Имии пришлось бы зубрить.— А, вот вы о ком! — снова заговорил парень.— Ты ее знаешь?— Еще бы я свою племянницу не знал.Ого, мы нашли родственника.Это нам повезло.— Тут ваши с ней односельчане есть?— Да, из нашей колонии полно.— Значит, их всех и беру.

Повидаетесь с Имией.Я объяснил работорговцу, что беру парня и всех его односельчан.— Как скажете.

О да.— А вы… кто такой?— По мне не видно? Рабовладелец.Если скажу правду, они ко мне все слетятся.

Лучше промолчу.— Опять врать приходится…— С Имией… все хорошо?— Она жива, здорова и трудится на благо деревни Наофуми-самы.— Ясно.

Жду не дождусь снова ее увидеть.Паренек честный, молодец.

Жаль только немного бесхарактерный.А вот то, что длинное имя Имии пригодится — не ожидал.

Кто бы мог подумать.— О-хо-хо, кажется, станет шумно, — вмешалась Садина.— Это точно.

Кстати, давно спросить хотел, вы с Рафталией кем друг другу приходитесь?— Мы с родителями Рафталии вместе бежали.

Они хорошо ко мне относились.— Ясно.Получается, ни Садина, ни родители Рафталии — не уроженцы Рулороны?Ну, неудивительно.Скажем, регион, в котором я тружусь, осваивал только отец Эклер.

Как я узнал, землю ему дали именно затем, чтобы он попытался наладить дружбу с полулюдьми.Правда, когда он умер, регион быстро разорили.— Ну… вроде бы, все…Мы потратили огромную сумму, чтобы расплатиться с долгами Садины, так что в кошельке сейчас негусто.На других рабов денег не хватит.— Ладно, пора возвращаться.— Пожалуйста, подождите.

О да, — вдруг остановил меня зельтбулский работорговец.— Чего тебе еще надо?— У нас есть рабы, которых вам всенепременно нужно увидеть.— Если их тоже прислала та страна, то я пас.— Нет-нет… более того, они, так сказать, гвоздь сегодняшней программы.— У меня почти нет денег.— Эти рабы… похожи на сильнодействующие лекарства, если вы понимаете, о чем я.

Мы верим, что вы сможете с ними совладать, поэтому отдадим задешево.“Сильнодействующие лекарства”?Это из тех, что могут сильно покалечить, если ими неумело пользоваться?Так и быть, посмотрю.

За просмотр денег не берут.— Ладно, — сказал я и пошел следом за работорговцами.— Прошу сюда.Нас привели в огороженную часть рынка.

Кажется, это карантинная зона для больных рабов.Санитарные условия тут никудышные.Я, конечно, не сестра милосердия, но совесть все равно грозилась довести до нервного расстройства.Поэтому я сразу подошел к первой же клетке, показал склянку с лекарством и попросил раба подойти.— У-у…— Вот, поможет.

Выпей.— С-спасибо вам.Я не вытерпел и начал помогать всем страдальцам, чтобы успокоить нервы.Я много зарабатывал на продажах лекарств и знаю, что даю рабам действенные препараты.— И как вы, надеюсь, понимаете…— Премного благодарим и обязательно вышлем часть выручки!— Премного благодарим и обязательно вышлем часть выручки!— Хором не отвечайте, слушать тошно.Дальше зельтбулский работорговец шагал вприпрыжку.Прекрати, опять тошно стало!В общем, уже скоро… мне на глаза попались они.— Мы пришли, прошу.В клетке сидело два получеловека.— Ч-что за?! Я работаю на совесть и делаю все что говорят! Зачем вы пришли?!Первый — мальчик лет где-то двенадцати.

Так и лучится здоровьем.— Ой, да ведь это же Фоур-тян.— А ты… Надия!Хм? Они знакомы?Я спросил у Садины, и она кивнула.— Когда я только прибыла сюда, мы с ним иногда сражались в колизее.

Порой разговаривали после битв.Раб-гладиатор, значит?Да, я слышал, что в Зельтбуле люди порой попадают в рабство, где их заставляют сражаться.Видимо, этот Фоур как раз из таких.— А это кто? — я указал вглубь клетки.— Не знаю.В темноте сложно что-либо разобрать, но кажется, там кто-то лежит на соломенной подстилке.И ему явно нехорошо.— Кхо… кхо…Ну ладно.

Осмотрю сначала Фоура.Первое, что бросается в глаза — цвет волос.Смесь черных и белых.

Уже по цвету волос и прическе можно сказать, что он куда ценнее многих рабов.Глаза голубые… с вертикальными кошачьими зрачками.Как ни странно, зрачки, голубая радужка и белки глаз внушают и наводят на мысль, что с этим парнем шутки плохи.Выражение лица агрессивное.Взгляд такой, будто он весь мир за врагов считает.Уши напоминают кошачьи, но очень круглые и очень пушистые.

Наконец, глаз остановился на полосатом черно-белом хвосте.Он напоминал…— Наофуми-сама.

Мне почему-то кажется, что мы уже встречали похожих существ в мире Кидзуны-сан.— Какое совпадение.

Мне тоже.— М-м-м… э-э-э… белых тигров?О, Фиро еще помнит.Да-да, этот паренек напоминает мне Бякко, против которых мы сражались в мире Кидзуны.Еще мне сразу вспоминаются эксперименты Кё по скрещиванию людей и животных.В общем, если бы он довел свое дело до конца, у него получился бы Фоур.Передо мной, так сказать, крайне удачный результат скрещивания человека с белым тигром.Хотя, наверняка он никакой не результат, а просто получеловек.В общем, пока что мои впечатления не лучшие.— Может, и ребенок, но явно дорогой.— Восхищаюсь тем, что первое впечатление побудило вас дать финансовую оценку, Герой-сама.Рафталия ничего не ответила, но чуть не потеряла равновесие.— У тебя такой наметанный глаз, Наофуми-тян.А тебя я игнорирую!Впрочем, соглашусь — немного странно в первую очередь говорить о цене.— Но вообще, мне кажется, он чем-то отличается от всех остальных рабов.— Блестящий вывод.

Он относится к одной из самых знаменитых рас полулюдей — хакукообразным.— Хакукообразным?— Поговаривают, это имя придумала самая первая четверка Священных Героев еще в незапамятные времена.Слово “бякко” состоит из двух иероглифов.

У первого помимо “бяку” есть чтение “хаку”.Иными словами, если неправильно прочесть слово “бякко”, как раз “хакуко” и получится.Значит, он принадлежит к древней расе полулюдей…Это, конечно, неплохо… лишь бы он, повзрослев, не превратился в монстра на манер Лингуя.Кстати, с какой стати его вообще прозвали в честь Бякко?Как я уже убедился по Кальмире, вкуса у древних Героев не было совершенно.…Сказал Герой, который назвал своего Филориала “Фиро”.— Ага… и что дальше?— Мы хотели бы преподнести их вам в подарок.— Он, конечно, выглядит крепким, но я пока не вижу, с какой стати ты назвал его “сильнодействующим”.В мире Кидзуны мы успешно победили нескольких Бякко.И об открывшихся с них вещах я в первую очередь помню то, что они все с неприятными сюрпризами.Рафталия рассказывала об открывшейся с них катане как о крайне сложной в использовании.— Уровни и характеристики какие?— Вот такие.Я взял у работорговца бумаги и окинул взглядом.Ага, брат и сестра.Уровень… 32? Он кажется слишком юным для такого Уровня.У меня в деревне все уже к 30 Уровню взрослеют.— Не ожидал такого высокого Уровня.

Я так понимаю, это какая-то расовая или индивидуальная особенность?— Как видите, несмотря на Уровень, он еще ребенок.

Особенность этой расы в том, что их предельный Уровень 60-й, а Повышать Класс можно с 50.

После Повышения предельным становится 120-й.

О да.— Короче, вырастет — станет еще сильнее?— Именно так.Впечатляет.

Значит, у него какая-то особая раса?Даже Фиро не могла подняться выше 40 без Повышения Класса.

Что же будет, если его прокачать?Вот теперь мне становится интересно.Кстати, его сестра 1 Уровня.— Хакукообразные известны тем, что не раз срывали гениальные планы знаменитого Короля-мудреца Мелромарка исключительно за счет силы.

О да.Нет, про Подонка ты мне можешь что угодно рассказывать, но я-то его ни во что не ставлю.Кажется, он и здесь занимался самодурством и насилием.— Нашел с кем сравнивать…— Но без него от Мелромарка бы камня на камне не осталось.— …Как ты о нем хорошо отзываешься.— Как бы там ни было, их раса входит в пятерку самых знаменитых.

О да.— Ясно.Плевать я хотел на подвиги Подонка в его золотые годы, но, по-видимому, бойцов мне предлагают действительно отличных.Способность сокрушать вражеские планы за счет грубой силы мне, как сражающемуся от защиты, очень пригодится.Весь вопрос в том, действительно ли в них сокрыта такая сила.Тут работорговец начал шептать мне на ухо, чтобы рабы не услышали:— Однако под водой даже непобедимые хакуко бессильны против финообразных[1].— …Ты на кого сейчас намекаешь?Работорговцы дружно покосились на Садину.— Хм?…Теперь оказывается, что и Садина не абы какой получеловек, а элитный!Мне, правда, вспоминается, что кандзи “косатка” состоит из элементов “рыба” и “тигр”, так что некоторое отношение к тиграм она иметь может.Впрочем, вернемся к переговорам.— Хотя брат здоров как бык, сестру поразило наследственное заболевание.

Она слепа, не ходит и настолько слаба, что долго не проживет.

Тем не менее, брат очень дорожит ей.Брат, который готов себя в рабство продать, чтобы опекать больную сестренку? Да он на главного героя книги тянет.Такого идейного можно хоть злодеем в мангу вставлять — фанатов будет толпа.Более того, его упорство подкрепляется расовой силой.Что тут думать, надо брать.— Хм-м.— Я бы предложил вам сначала разделить их, потом впрячь брата в работу.

Соврите ему, что положили сестру в больницу, а сами выбросите где-нибудь в глуши.

Конечно, брат должен считать, что она жива.

У вас ведь есть звери-подражатели, Герой-сама? Которые голос менять умеют?Разве у меня есть какие-то монстры-пародисты?У меня четыре типа тварей: копающие, катающие торговцев, пасущиеся и воюющие…Он про Фиро? Я перевел на нее взгляд.— Что-о?— Фиро, подражать голосам умеешь? Голосу Мелти, например.— Умею. “Фиро-тян, ты само очарование”, — без промедления исполнила Фиро.Да так хорошо, что я даже подумал, будто сама Мелти и сказала.А вообще, какого черта?! Что за “само очарование”?!Чувствую, надо будет с Мелти на эту тему побеседовать.Я подал работорговцу знак, чтобы продолжал:— Уверен, после такого брат будет до последней капли крови сражаться за на самом деле мертвую сестру.

А вам останется просто снимать сливки.До чего омерзительное предложение.Я разочарован.Если я на такое пойду, он меня однажды предаст, как пить дать.Так и вижу, как во всю эту историю врывается Ицуки, спасает брата и на пару с ним идет меня убивать.И я не шучу.

Безусловно, разгромить их я разгромлю, но зачем врагов наживать?— Так вот почему у вас рабы такие бесполезные.

Смотрите и учитесь, как правильно с ними обращаться.Я приказал работорговцам отпереть клетку.— Ч-что ты задумал?!— Да-да, я понял, ты у нас ребенок суровый и сердитый.

Но пока помолчи.— Что?! Какой я тебе ребенок?!— На мой взгляд — самый обыкновенный.Отмахнувшись от с чего-то привязавшегося брата, я вошел в клетку и зашагал к сестре.— Нет! Не смей трогать Атлу!Брат встал на моем пути.

Я достал из кармана зелье и показал.— Я просто дам ей лекарство.Зелье, к слову, изготовил Щит.У него настолько сложный рецепт, что сам я его просто не сделаю.В списке оно появилось после того, как я освоил способность “чудодейственные рецепты лекарств” Щита Дерева Лингуя.[Щит Дерева Лингуя 0/40 ССпособность освоена… Бонус экипировки: Чудодейственные рецепты лекарствОсобый эффект: Дар древних растений, Благословение священного древаМастерство: 0]Что делают особые эффекты — понятия не имею, но догадываюсь, что они как-то связаны с растениями.Рецепт мне от Щита открылся только один.Причем он требует безумную гору реагентов.И лекарства, и улучшенные лекарства, и целебную мазь, и магическую воду, и лекарство восстановления духа, и так далее.Помимо них нужно в исключительно точных пропорциях смешать несколько ядов, отфильтровать и добавить к ним… некую смолу священного дерева, знать бы еще, где она берется.Я как-то попытался сделать зелье собственноручно, но потерпел неудачу.Отправился за консультацией к аптекарю, а он на меня наорал, чтобы я больше не пытался.В общем, лекарство настолько сложное и драгоценное, что даже через Щит его было очень трудно сделать.И называется оно зельем Иггдрасиля.Думаю, его мощь станет ясна, если я скажу, что непобедимо адаптирующаяся Бабулька их в свое время пила.Как правило во всевозможных играх такие зелья называют “эликсирами”.Имя тоже под стать, ведь Иггдрасиль — название мирового древа.— …Кстати, а откуда у Бабульки взялись деньги на такие дорогущие зелья?Она в свое время подрабатывала по всему миру за счет стиля непобедимых адаптаций?А вот сын у нее вообще неприметный! Я его даже не замечаю!Ну ладно.

В общем, в руке у меня лекарство от всех болезней.— Я буду вашим новым хозяином.

А это — лекарство, которое спасет твою сестру.

Отрабатывать будешь до гроба.Аптекарь говорил мне, что стоит это зелье немало.Вот только… я бы не смог скупить всех деревенских рабов, даже если бы начал ими торговать, да и запасов у меня нет.В мире этих зелий так мало, потому что некоторые болезни иначе никак не вылечишь.Они очень эффективные, и спрос на них огромный.

Ходят слухи, что они и мертвого поднять могут.У меня почти не осталось денег, и я надеялся впарить лекарство какому-нибудь страждущему, но так даже лучше.Если учесть предстоящие битвы, сила мне сейчас важнее денег.

С помощью зелья я навсегда превращу их в моих должников, которые будут слушаться каждого слова.— …Вроде, и правда лекарство, — брат принюхался к зелью.— Ты не знаешь, как оно пахнет?Хотя, откуда ему знать запах этого зелья? Знал бы — не сидел бы в клетке.Брат еще несколько раз втянул воздух, затем поднял взгляд и выпалил:— Зелье Иггдрасиля!— …Надо же, угадал.У него и нюх как у собаки? Видимо, из-за таких мелочей их расу так ценят.— Но… но оно может быть отравлено!— Ты собираешься всю жизнь сомневаться в лекарствах? Так и не дашь сестренке ничего выпить?— У…— Если ты мне не веришь, то ладно, я не буду настаивать.

Но разве этим ты поможешь сестре? Я все равно куплю тебя, как бы она ни страдала.— Кх… — с досады протянул он.— …Кто пришел? — девочка прокашлялась и повернула голову.Работорговец сказал, что она слепая.

Голос услышала?— Здесь кто-то… очень сильный и добрый… кто пришел, брат?— Т-тебе показалось.— Но я… ощущаю огромную силу… вот только…Девочка медленно повернула голову ко мне.Брат скривился, но жестом разрешил мне подойти к ней.Я приблизился к девочке, которую он назвал Атлой.Да уж… у нее все тело перебинтовано, лица совсем не видно.Вся кожа в воспалениях.

Удивительно, что она вообще жива.Лишь по ушам и хвосту можно еле-еле понять, что они с братом одной расы.— Вот только… что? — спросил я, понимая, что она уже заметила меня.Первое впечатление самое важное.

Надо вести себя с ней надменно, как и с остальными.— В глубине доброты и силы я чувствую печаль…Печаль, говоришь…Вспомнилось, как я психовал после того, как меня предала Сука, но на место тех воспоминаний тут же пришел образ Рафталии.…Если бы я только сегодня пришел в этот мир, то наверняка счел бы ее весьма симпатичной.Вообще, в манге и играх полно персонажей, которые разговаривают такими намеками.Вот и больные девочки в таком же духе заговорили.Слишком стараешься.— Зачем… вы пришли сюда?— Ты понимаешь, что я с тобой сделаю?— Да… Вы возьмете меня в заложницы, чтобы мой брат работал на вас, да?..Она говорит так, будто все понимает, и все равно… Точнее, так, будто уже смирилась со своей судьбой.— Как вас зовут, человек с добрым голосом?— Наофуми.— Наофуми… сама.Идеальное произношение[2].

Единственное, не считая Героев, существо в этом мире, которое сумело правильно выговорить мое имя.В параллельном мире получилось только у Кидзуны.

Ни Ларк, ни Грасс правильное произношение так и не освоили.— Наофуми-сама.

Прошу, позаботьтесь о моем брате.— Атла?! Что ты несешь?!Видимо, девочка понимала, что жить ей осталось недолго.— Увы, я не собираюсь выполнять твою просьбу.— Яс… но…— Потому что заботиться буду о вас обоих.

На, пей.Кажется, Атла хотела что-то сказать, но все-таки кивнула молча.Я поднес зелье Иггдрасиля ко рту девочки.Ее брат сжимал кулаки, но не ворчал.— К… м…Атла пила, не сопротивляясь.Хм? Что-то спецэффектов очень много, сработало явно не только привычное повышение эффективности.И яркие какие.

Видимо, я в последнее время набрал много новых эффектов.

Всю ветку Лингуя благодаря Ост открыл, например.Чувствуется, как мощь зелья растет на глазах.— Уф… уф…Кажется, лекарство сработало.

Дышать Атле стало легче.— Ч… что это? Словно… гора с плеч упала.— Атла?— Кожа… чешется… Внутри стало тепло.— Лекарству нужно время, чтобы полноценно подействовать.

Пока лежи, ты еще не раз будешь его пить.— Хорошо… мне нечем вам помочь, но буду надеяться на вашу благосклонность.Я встал и вышел из клетки.— Так.

Тебя, вроде, Фоур зовут? — я посмотрел на брата, тот сразу отвернулся. — Ну ладно.

Атла, прости, что беспокою, но…— Да-да! Меня зовут Фоур!— Фамилия?Фоур снова замолк.С учетом расы они наверняка из какого-то знатного рода, а представиться не могут потому, что из семьи их выгнали.А раз так, то и допытываться нечего.— Ну ладно.

Итак, ты отныне мой раб.

Тебе ясно?— …Ясно.

Раз лекарство настоящее, я его отработаю.

Мне зарабатывать в колизее?Хм.

Мысль неплохая, но не хочется ребенка в колизей отпускать.Сначала я хочу его подразвить.— Пока не решил.

В любом случае, у меня на тебя другие планы, так что про колизей можешь забыть.— И как я тогда должен расплатиться за лекарство?— Я все устрою, просто делай как говорю.

Не волнуйся, не обману.Я зловеще ухмыльнулся, Фоур ответил пронзительным взглядом.Вот так и должны разговаривать хозяин и раб.— Учти, это дорогое лекарство.

Гораздо дороже, чем рыночные зелья Иггдрасиля, — на всякий случай попытался я разжечь в нем чувство долга.Нужно как следует навешать ему лапши на уши, чтобы не сбежал, когда решит, что уже за все расплатился.Разумеется, сбежать я все равно не дам.— Еще бы! Я уже понял по тому, насколько легче стало Атле! — с нескрываемым отвращением, но честно отозвался Фоур.Кажется, к сестре у него болезненная привязанность.Неужели он и правда все это время жил наедине с ней и считал всех остальных врагами?У меня тоже был период “кругом враги” после предательства Суки, так что Фоура я отчасти понимаю.— Но помни… сестренку я тебе никогда не отдам!— Что за чушь ты порешь?— Ты такой беспощадный, Наофуми-тян.

Все-таки ты и правда замечательный человек!— Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что я радуюсь твоим комплиментам, Садина.Я не Мотоясу, чтобы вестись на такую дешевую лесть.Лучше веди себя как Рафталия, которая всегда пожалуется, когда я делаю что-то не так.— Ну во-от, — раздражающе протянула Садина.Тут вмешалась Рафталия:— Вы пришлись по душе девочке, поэтому ее брат начал ревновать, Наофуми-сама.— Рафу! — поддержала Раф-тян.Хм, вот оно что.

Значит, я неплохо так попутал.— В-вовсе нет! Как она смеет так говорить?! Надия, ты тоже не лучше! — возмутился Фоур, показывая то на Рафталию, то на Садину.Видимо, он так и не понял свое место.

Значит, по возвращению в деревню его ждет спартанское воспитание.Мне сказали, вырастет сильным.

Жду с нетерпением.Бабке лекарство помогало.

Думаю, его сестре тоже поможет.Если поправится… ну, найду чем занять.— Не беспокойся.

Наофуми-сама не такой человек, — Рафталия добродушно улыбнулась Фоуру.— А, и да, Фоур-тян, меня зовут не Надия.

Постарайся поскорее выучить мое настоящее имя.Кажется, никакого напряжения между ними нет…— Что же, предлагаю перейти к регистрации рабов.

О да.— Ага, давай.Вот так мы получили в подарок брата и сестру.Примечания↑ Здесь ルカ種.

Очевидно, ルカ это сокращение от イルカ, которое у нас «дельфин»↑ Атла произносит Наофуми через кандзи

— Вот следующая.

Нас подвели к клетке с еще одной рабыней из полулюдей.

Опять же, сытой и здоровой.

Эта… еще девочка.

Но тоже машет ручкой и приторно улыбается.

— Эх… мимо.

Как я и думал, эта тоже возмутилась.

Да, она действительно ведет себя как ребенок по сравнению с предыдущей, но больно уж энергичная.

Я привык к рабам с мертвыми глазами, в которых давно угас свет надежды.

Даже Кил — и та меня до смерти боялась, пока Рафталию не увидела.

Ни за что не поверю, что эта девочка с мордашкой авантюристки-мечтательницы — на самом деле рабыня.

Мы пошли дальше.

Каждая рабыня вслух возмущалась, когда я отказывался их покупать.

Я догадался, что за чертовщина творится, и с прищуром посмотрел на работорговцев.

Они дружно вытирали со лба пот.

— Нам очень жаль, что мы не оправдываем ваших надежд, Герой Щита-сама.

— Эх-х… ладно.

Не хотелось, но придется, — пробурчал я и поманил очередную рабыню к прутьям.

Только подошла — схватил за грудки и переключился на угрожающий голос:

— Говори, что задумала.

Тебе приказывает сам Герой Щита.

Промолчишь — сотру твою страну с лица земли.

— Ай-й… П-папа сказал… чтобы я вышла замуж за Героя Щита-саму.

А поскольку Герой-сама подпускает к себе только рабынь, мы заплатили деньги посредникам, чтобы они… — ответила рабыня.

Мой взгляд ее сильно напугал.

Ну, маленькая девочка ведь, что с нее взять.

— …И ты согласилась?

— Тебя хотят ради блага семьи отдать на милость незнакомого человека.

Неужели ты согласна?

Выглядит она еще младше Рафталии в день покупки.

Вызывает отвращение сама мысль о том, что кто-то за счет маленькой девочки хочет чего-то добиться.

— Короче, возвращайся домой и скажи, что тебя раскусили.

Если не уймутся, скажи, мол, Герой Щита помогает только тем полулюдям, которым действительно нужна помощь.

Кажется, тут таких как она целая толпа.

— В общем, я от их предложения отказываюсь.

Кажется, страна полулюдей Шильтвельт пытается сосватать мне своих девочек.

Они прислали сюда дочерей богачей и знати, чтобы меня подкупить.

— Я правильно помню, что в той стране слова Героя Щита считают непреложным законом? Может, мне им письмо написать? “Будете и дальше впаривать рабов — вам же хуже будет”.

— О да, как вам будет угодно.

Полагаю, они сразу прекратят, как только узнают о вашей воле.

— Великолепно, Герой Щита-сама.

Меня восхищает проницательность, с которой вы раскусили фальшивых рабынь!

— Тоже мне достижение!

Да у них на лбу написано, что они ненастоящие!

Хоть бы самую малость попытались.

Скажем, подослали бы рабов, которых купили в кое-какой стране, исповедующей превосходство людей.

— До чего печально смотреть… — даже Рафталия не удержалась от вздоха. — Неужели они считают, что Наофуми-сама легко поддастся соблазну?..

Будь это так, я бы не страдала.

Хм? Что ты сказала?

— На твое счастье, с вами есть я.

Я мигом излечу Наофуми-тян от мнительности в отношении женщин!

— Рафу! — заголосила Раф-тян, поддерживая энтузиазм Садины.

Ох, опять расшумелись.

Лучше буду молчать.

— О? Кажется, Наофуми-тян не против! Значит, пора браться за дело.

Я ее просто игнорирую, а она все воспринимает по-своему! Как же она задалбывает!

— Вот! Получай сиськи!

Садина обняла меня со спины и прижалась грудью.

— Наофуми-сама, успокойтесь! Сестренка Садина, хватит!

Как только я рявкнул, Садина действительно отошла.

Но продолжила раздражать улыбкой до ушей.

— Уа-а-а-а…

— А мне-е можно вас сзади обнимать, господин-сама?

Фиро, видимо, решила, что мы играем, обратилась Королевой Филориалов и уже развела крылья в стороны.

Тактика “не обращать внимания” не помогает.

И что тогда делать?!

— Эх… кто-нибудь еще есть? Если окажется, что мы зря пришли, я буду очень зол.

— Разумеется, есть.

Более того, именно их мы собирались показать в первую очередь.

— …То есть иногда вы меня все-таки пытаетесь обмануть.

Господи, как же я не хочу иметь с ними каких-либо дел.

— Кого бы вам хотелось посмотреть, Герой Щита-сама?

— В первую очередь рабов для тонкой работы.

Желательно более-менее способных сражаться.

У меня уже есть работники с ловкими пальцами, но нужны еще.

Мне очень нужны умелые рабы наподобие Имии, которую я учу создавать украшения.

— Как скажете.

Прошу за мной.

— И никаких фальшивок, ясно?

— Да, разумеется.

Работорговцы привели нас к… рабам уже известной расы.

— Здесь у нас торкообразные.

Я подошел к клетке с кучей похожих на кротов полулюдей.

Может, Имия не родилась в Рулороне, но если удастся найти среди них кого-то, кто ее знает, с ними будет легче всего.

Примерно как с Кил было легко благодаря Рафталии.

Короче, спрошу.

— Кто из вас знает девочку по имени Имия?

— Слишком частое имя… О ком конкретно вы говорите? — ответил мне э-э… парень немного выше Имии ростом.

Хм-м… значит, Имий много? Жаль, я ее полное имя не помню.

Как же ее звали-то? Помню, какое-то дико длинное имя было.

А, с нами же Лисия.

Вдруг помнит?

— Лисия, ты помнишь то длиннющее имя Имии?

Судя по реакции, не помнит.

— Ладно, придется потом ее саму сюда привести, — сказал я и собирался уже махнуть рукой, но тут заговорила Рафталия.

— Ее зовут Имия Люсрен Лисера Терети Квализ, Наофуми-сама, — выговорила она, ни разу не запнувшись.

Ничего себе у тебя память.

Хотя, у Рафталии все характеристики на высоте.

Видимо, и память на имена тоже.

— Но ведь и вы держите в голове длиннющие названия блюд, Наофуми-сама.

Помните из недавнего?

— А-а, ты про ту пародию на filet de sardines au basilic?

В переводе на нормальный это “сардины с базиликом”.

В этом мире есть рыбы, похожие на сардин, но все-таки не сардины.

И базилика нет, приходится импровизировать с пряными травами.

Помнится, мы ими отмечали возвращение жителей деревни домой, благо отмечать уже было где.

Блюдо, к слову, французское.

— Такое запомнить не легче, чем имя Имии-тян.

— Ты так думаешь?

Запомнить название блюда нетрудно, это ведь сочетание ингредиентов.

А вот имя Имии пришлось бы зубрить.

— А, вот вы о ком! — снова заговорил парень.

— Ты ее знаешь?

— Еще бы я свою племянницу не знал.

Ого, мы нашли родственника.

Это нам повезло.

— Тут ваши с ней односельчане есть?

— Да, из нашей колонии полно.

— Значит, их всех и беру.

Повидаетесь с Имией.

Я объяснил работорговцу, что беру парня и всех его односельчан.

— Как скажете.

— А вы… кто такой?

— По мне не видно? Рабовладелец.

Если скажу правду, они ко мне все слетятся.

Лучше промолчу.

— Опять врать приходится…

— С Имией… все хорошо?

— Она жива, здорова и трудится на благо деревни Наофуми-самы.

Жду не дождусь снова ее увидеть.

Паренек честный, молодец.

Жаль только немного бесхарактерный.

А вот то, что длинное имя Имии пригодится — не ожидал.

Кто бы мог подумать.

— О-хо-хо, кажется, станет шумно, — вмешалась Садина.

— Это точно.

Кстати, давно спросить хотел, вы с Рафталией кем друг другу приходитесь?

— Мы с родителями Рафталии вместе бежали.

Они хорошо ко мне относились.

Получается, ни Садина, ни родители Рафталии — не уроженцы Рулороны?

Ну, неудивительно.

Скажем, регион, в котором я тружусь, осваивал только отец Эклер.

Как я узнал, землю ему дали именно затем, чтобы он попытался наладить дружбу с полулюдьми.

Правда, когда он умер, регион быстро разорили.

— Ну… вроде бы, все…

Мы потратили огромную сумму, чтобы расплатиться с долгами Садины, так что в кошельке сейчас негусто.

На других рабов денег не хватит.

— Ладно, пора возвращаться.

— Пожалуйста, подождите.

О да, — вдруг остановил меня зельтбулский работорговец.

— Чего тебе еще надо?

— У нас есть рабы, которых вам всенепременно нужно увидеть.

— Если их тоже прислала та страна, то я пас.

— Нет-нет… более того, они, так сказать, гвоздь сегодняшней программы.

— У меня почти нет денег.

— Эти рабы… похожи на сильнодействующие лекарства, если вы понимаете, о чем я.

Мы верим, что вы сможете с ними совладать, поэтому отдадим задешево.

“Сильнодействующие лекарства”?

Это из тех, что могут сильно покалечить, если ими неумело пользоваться?

Так и быть, посмотрю.

За просмотр денег не берут.

— Ладно, — сказал я и пошел следом за работорговцами.

— Прошу сюда.

Нас привели в огороженную часть рынка.

Кажется, это карантинная зона для больных рабов.

Санитарные условия тут никудышные.

Я, конечно, не сестра милосердия, но совесть все равно грозилась довести до нервного расстройства.

Поэтому я сразу подошел к первой же клетке, показал склянку с лекарством и попросил раба подойти.

— Вот, поможет.

— С-спасибо вам.

Я не вытерпел и начал помогать всем страдальцам, чтобы успокоить нервы.

Я много зарабатывал на продажах лекарств и знаю, что даю рабам действенные препараты.

— И как вы, надеюсь, понимаете…

— Премного благодарим и обязательно вышлем часть выручки!

— Премного благодарим и обязательно вышлем часть выручки!

— Хором не отвечайте, слушать тошно.

Дальше зельтбулский работорговец шагал вприпрыжку.

Прекрати, опять тошно стало!

В общем, уже скоро… мне на глаза попались они.

— Мы пришли, прошу.

В клетке сидело два получеловека.

— Ч-что за?! Я работаю на совесть и делаю все что говорят! Зачем вы пришли?!

Первый — мальчик лет где-то двенадцати.

Так и лучится здоровьем.

— Ой, да ведь это же Фоур-тян.

— А ты… Надия!

Хм? Они знакомы?

Я спросил у Садины, и она кивнула.

— Когда я только прибыла сюда, мы с ним иногда сражались в колизее.

Порой разговаривали после битв.

Раб-гладиатор, значит?

Да, я слышал, что в Зельтбуле люди порой попадают в рабство, где их заставляют сражаться.

Видимо, этот Фоур как раз из таких.

— А это кто? — я указал вглубь клетки.

В темноте сложно что-либо разобрать, но кажется, там кто-то лежит на соломенной подстилке.

И ему явно нехорошо.

— Кхо… кхо…

Осмотрю сначала Фоура.

Первое, что бросается в глаза — цвет волос.

Смесь черных и белых.

Уже по цвету волос и прическе можно сказать, что он куда ценнее многих рабов.

Глаза голубые… с вертикальными кошачьими зрачками.

Как ни странно, зрачки, голубая радужка и белки глаз внушают и наводят на мысль, что с этим парнем шутки плохи.

Выражение лица агрессивное.

Взгляд такой, будто он весь мир за врагов считает.

Уши напоминают кошачьи, но очень круглые и очень пушистые.

Наконец, глаз остановился на полосатом черно-белом хвосте.

Он напоминал…

— Наофуми-сама.

Мне почему-то кажется, что мы уже встречали похожих существ в мире Кидзуны-сан.

— Какое совпадение.

— М-м-м… э-э-э… белых тигров?

О, Фиро еще помнит.

Да-да, этот паренек напоминает мне Бякко, против которых мы сражались в мире Кидзуны.

Еще мне сразу вспоминаются эксперименты Кё по скрещиванию людей и животных.

В общем, если бы он довел свое дело до конца, у него получился бы Фоур.

Передо мной, так сказать, крайне удачный результат скрещивания человека с белым тигром.

Хотя, наверняка он никакой не результат, а просто получеловек.

В общем, пока что мои впечатления не лучшие.

— Может, и ребенок, но явно дорогой.

— Восхищаюсь тем, что первое впечатление побудило вас дать финансовую оценку, Герой-сама.

Рафталия ничего не ответила, но чуть не потеряла равновесие.

— У тебя такой наметанный глаз, Наофуми-тян.

А тебя я игнорирую!

Впрочем, соглашусь — немного странно в первую очередь говорить о цене.

— Но вообще, мне кажется, он чем-то отличается от всех остальных рабов.

— Блестящий вывод.

Он относится к одной из самых знаменитых рас полулюдей — хакукообразным.

— Хакукообразным?

— Поговаривают, это имя придумала самая первая четверка Священных Героев еще в незапамятные времена.

Слово “бякко” состоит из двух иероглифов.

У первого помимо “бяку” есть чтение “хаку”.

Иными словами, если неправильно прочесть слово “бякко”, как раз “хакуко” и получится.

Значит, он принадлежит к древней расе полулюдей…

Это, конечно, неплохо… лишь бы он, повзрослев, не превратился в монстра на манер Лингуя.

Кстати, с какой стати его вообще прозвали в честь Бякко?

Как я уже убедился по Кальмире, вкуса у древних Героев не было совершенно.

…Сказал Герой, который назвал своего Филориала “Фиро”.

— Ага… и что дальше?

— Мы хотели бы преподнести их вам в подарок.

— Он, конечно, выглядит крепким, но я пока не вижу, с какой стати ты назвал его “сильнодействующим”.

В мире Кидзуны мы успешно победили нескольких Бякко.

И об открывшихся с них вещах я в первую очередь помню то, что они все с неприятными сюрпризами.

Рафталия рассказывала об открывшейся с них катане как о крайне сложной в использовании.

— Уровни и характеристики какие?

— Вот такие.

Я взял у работорговца бумаги и окинул взглядом.

Ага, брат и сестра.

Уровень… 32? Он кажется слишком юным для такого Уровня.

У меня в деревне все уже к 30 Уровню взрослеют.

— Не ожидал такого высокого Уровня.

Я так понимаю, это какая-то расовая или индивидуальная особенность?

— Как видите, несмотря на Уровень, он еще ребенок.

Особенность этой расы в том, что их предельный Уровень 60-й, а Повышать Класс можно с 50.

После Повышения предельным становится 120-й.

— Короче, вырастет — станет еще сильнее?

— Именно так.

Впечатляет.

Значит, у него какая-то особая раса?

Даже Фиро не могла подняться выше 40 без Повышения Класса.

Что же будет, если его прокачать?

Вот теперь мне становится интересно.

Кстати, его сестра 1 Уровня.

— Хакукообразные известны тем, что не раз срывали гениальные планы знаменитого Короля-мудреца Мелромарка исключительно за счет силы.

Нет, про Подонка ты мне можешь что угодно рассказывать, но я-то его ни во что не ставлю.

Кажется, он и здесь занимался самодурством и насилием.

— Нашел с кем сравнивать…

— Но без него от Мелромарка бы камня на камне не осталось.

— …Как ты о нем хорошо отзываешься.

— Как бы там ни было, их раса входит в пятерку самых знаменитых.

Плевать я хотел на подвиги Подонка в его золотые годы, но, по-видимому, бойцов мне предлагают действительно отличных.

Способность сокрушать вражеские планы за счет грубой силы мне, как сражающемуся от защиты, очень пригодится.

Весь вопрос в том, действительно ли в них сокрыта такая сила.

Тут работорговец начал шептать мне на ухо, чтобы рабы не услышали:

— Однако под водой даже непобедимые хакуко бессильны против финообразных[1].

— …Ты на кого сейчас намекаешь?

Работорговцы дружно покосились на Садину.

…Теперь оказывается, что и Садина не абы какой получеловек, а элитный!

Мне, правда, вспоминается, что кандзи “косатка” состоит из элементов “рыба” и “тигр”, так что некоторое отношение к тиграм она иметь может.

Впрочем, вернемся к переговорам.

— Хотя брат здоров как бык, сестру поразило наследственное заболевание.

Она слепа, не ходит и настолько слаба, что долго не проживет.

Тем не менее, брат очень дорожит ей.

Брат, который готов себя в рабство продать, чтобы опекать больную сестренку? Да он на главного героя книги тянет.

Такого идейного можно хоть злодеем в мангу вставлять — фанатов будет толпа.

Более того, его упорство подкрепляется расовой силой.

Что тут думать, надо брать.

— Я бы предложил вам сначала разделить их, потом впрячь брата в работу.

Соврите ему, что положили сестру в больницу, а сами выбросите где-нибудь в глуши.

Конечно, брат должен считать, что она жива.

У вас ведь есть звери-подражатели, Герой-сама? Которые голос менять умеют?

Разве у меня есть какие-то монстры-пародисты?

У меня четыре типа тварей: копающие, катающие торговцев, пасущиеся и воюющие…

Он про Фиро? Я перевел на нее взгляд.

— Фиро, подражать голосам умеешь? Голосу Мелти, например.

— Умею. “Фиро-тян, ты само очарование”, — без промедления исполнила Фиро.

Да так хорошо, что я даже подумал, будто сама Мелти и сказала.

А вообще, какого черта?! Что за “само очарование”?!

Чувствую, надо будет с Мелти на эту тему побеседовать.

Я подал работорговцу знак, чтобы продолжал:

— Уверен, после такого брат будет до последней капли крови сражаться за на самом деле мертвую сестру.

А вам останется просто снимать сливки.

До чего омерзительное предложение.

Я разочарован.

Если я на такое пойду, он меня однажды предаст, как пить дать.

Так и вижу, как во всю эту историю врывается Ицуки, спасает брата и на пару с ним идет меня убивать.

И я не шучу.

Безусловно, разгромить их я разгромлю, но зачем врагов наживать?

— Так вот почему у вас рабы такие бесполезные.

Смотрите и учитесь, как правильно с ними обращаться.

Я приказал работорговцам отпереть клетку.

— Ч-что ты задумал?!

— Да-да, я понял, ты у нас ребенок суровый и сердитый.

Но пока помолчи.

— Что?! Какой я тебе ребенок?!

— На мой взгляд — самый обыкновенный.

Отмахнувшись от с чего-то привязавшегося брата, я вошел в клетку и зашагал к сестре.

— Нет! Не смей трогать Атлу!

Брат встал на моем пути.

Я достал из кармана зелье и показал.

— Я просто дам ей лекарство.

Зелье, к слову, изготовил Щит.

У него настолько сложный рецепт, что сам я его просто не сделаю.

В списке оно появилось после того, как я освоил способность “чудодейственные рецепты лекарств” Щита Дерева Лингуя.

[Щит Дерева Лингуя 0/40 С

Способность освоена… Бонус экипировки: Чудодейственные рецепты лекарств

Особый эффект: Дар древних растений, Благословение священного древа

Мастерство: 0]

Что делают особые эффекты — понятия не имею, но догадываюсь, что они как-то связаны с растениями.

Рецепт мне от Щита открылся только один.

Причем он требует безумную гору реагентов.

И лекарства, и улучшенные лекарства, и целебную мазь, и магическую воду, и лекарство восстановления духа, и так далее.

Помимо них нужно в исключительно точных пропорциях смешать несколько ядов, отфильтровать и добавить к ним… некую смолу священного дерева, знать бы еще, где она берется.

Я как-то попытался сделать зелье собственноручно, но потерпел неудачу.

Отправился за консультацией к аптекарю, а он на меня наорал, чтобы я больше не пытался.

В общем, лекарство настолько сложное и драгоценное, что даже через Щит его было очень трудно сделать.

И называется оно зельем Иггдрасиля.

Думаю, его мощь станет ясна, если я скажу, что непобедимо адаптирующаяся Бабулька их в свое время пила.

Как правило во всевозможных играх такие зелья называют “эликсирами”.

Имя тоже под стать, ведь Иггдрасиль — название мирового древа.

Кстати, а откуда у Бабульки взялись деньги на такие дорогущие зелья?

Она в свое время подрабатывала по всему миру за счет стиля непобедимых адаптаций?

А вот сын у нее вообще неприметный! Я его даже не замечаю!

В общем, в руке у меня лекарство от всех болезней.

— Я буду вашим новым хозяином.

А это — лекарство, которое спасет твою сестру.

Отрабатывать будешь до гроба.

Аптекарь говорил мне, что стоит это зелье немало.

Вот только… я бы не смог скупить всех деревенских рабов, даже если бы начал ими торговать, да и запасов у меня нет.

В мире этих зелий так мало, потому что некоторые болезни иначе никак не вылечишь.

Они очень эффективные, и спрос на них огромный.

Ходят слухи, что они и мертвого поднять могут.

У меня почти не осталось денег, и я надеялся впарить лекарство какому-нибудь страждущему, но так даже лучше.

Если учесть предстоящие битвы, сила мне сейчас важнее денег.

С помощью зелья я навсегда превращу их в моих должников, которые будут слушаться каждого слова.

— …Вроде, и правда лекарство, — брат принюхался к зелью.

— Ты не знаешь, как оно пахнет?

Хотя, откуда ему знать запах этого зелья? Знал бы — не сидел бы в клетке.

Брат еще несколько раз втянул воздух, затем поднял взгляд и выпалил:

— Зелье Иггдрасиля!

— …Надо же, угадал.

У него и нюх как у собаки? Видимо, из-за таких мелочей их расу так ценят.

— Но… но оно может быть отравлено!

— Ты собираешься всю жизнь сомневаться в лекарствах? Так и не дашь сестренке ничего выпить?

— Если ты мне не веришь, то ладно, я не буду настаивать.

Но разве этим ты поможешь сестре? Я все равно куплю тебя, как бы она ни страдала.

— Кх… — с досады протянул он.

— …Кто пришел? — девочка прокашлялась и повернула голову.

Работорговец сказал, что она слепая.

Голос услышала?

— Здесь кто-то… очень сильный и добрый… кто пришел, брат?

— Т-тебе показалось.

— Но я… ощущаю огромную силу… вот только…

Девочка медленно повернула голову ко мне.

Брат скривился, но жестом разрешил мне подойти к ней.

Я приблизился к девочке, которую он назвал Атлой.

Да уж… у нее все тело перебинтовано, лица совсем не видно.

Вся кожа в воспалениях.

Удивительно, что она вообще жива.

Лишь по ушам и хвосту можно еле-еле понять, что они с братом одной расы.

— Вот только… что? — спросил я, понимая, что она уже заметила меня.

Первое впечатление самое важное.

Надо вести себя с ней надменно, как и с остальными.

— В глубине доброты и силы я чувствую печаль…

Печаль, говоришь…

Вспомнилось, как я психовал после того, как меня предала Сука, но на место тех воспоминаний тут же пришел образ Рафталии.

…Если бы я только сегодня пришел в этот мир, то наверняка счел бы ее весьма симпатичной.

Вообще, в манге и играх полно персонажей, которые разговаривают такими намеками.

Вот и больные девочки в таком же духе заговорили.

Слишком стараешься.

— Зачем… вы пришли сюда?

— Ты понимаешь, что я с тобой сделаю?

— Да… Вы возьмете меня в заложницы, чтобы мой брат работал на вас, да?..

Она говорит так, будто все понимает, и все равно… Точнее, так, будто уже смирилась со своей судьбой.

— Как вас зовут, человек с добрым голосом?

— Наофуми… сама.

Идеальное произношение[2].

Единственное, не считая Героев, существо в этом мире, которое сумело правильно выговорить мое имя.

В параллельном мире получилось только у Кидзуны.

Ни Ларк, ни Грасс правильное произношение так и не освоили.

— Наофуми-сама.

Прошу, позаботьтесь о моем брате.

— Атла?! Что ты несешь?!

Видимо, девочка понимала, что жить ей осталось недолго.

— Увы, я не собираюсь выполнять твою просьбу.

— Потому что заботиться буду о вас обоих.

Кажется, Атла хотела что-то сказать, но все-таки кивнула молча.

Я поднес зелье Иггдрасиля ко рту девочки.

Ее брат сжимал кулаки, но не ворчал.

Атла пила, не сопротивляясь.

Хм? Что-то спецэффектов очень много, сработало явно не только привычное повышение эффективности.

И яркие какие.

Видимо, я в последнее время набрал много новых эффектов.

Всю ветку Лингуя благодаря Ост открыл, например.

Чувствуется, как мощь зелья растет на глазах.

Кажется, лекарство сработало.

Дышать Атле стало легче.

— Ч… что это? Словно… гора с плеч упала.

— Кожа… чешется… Внутри стало тепло.

— Лекарству нужно время, чтобы полноценно подействовать.

Пока лежи, ты еще не раз будешь его пить.

— Хорошо… мне нечем вам помочь, но буду надеяться на вашу благосклонность.

Я встал и вышел из клетки.

Тебя, вроде, Фоур зовут? — я посмотрел на брата, тот сразу отвернулся. — Ну ладно.

Атла, прости, что беспокою, но…

— Да-да! Меня зовут Фоур!

Фоур снова замолк.

С учетом расы они наверняка из какого-то знатного рода, а представиться не могут потому, что из семьи их выгнали.

А раз так, то и допытываться нечего.

— Ну ладно.

Итак, ты отныне мой раб.

Раз лекарство настоящее, я его отработаю.

Мне зарабатывать в колизее?

Мысль неплохая, но не хочется ребенка в колизей отпускать.

Сначала я хочу его подразвить.

— Пока не решил.

В любом случае, у меня на тебя другие планы, так что про колизей можешь забыть.

— И как я тогда должен расплатиться за лекарство?

— Я все устрою, просто делай как говорю.

Не волнуйся, не обману.

Я зловеще ухмыльнулся, Фоур ответил пронзительным взглядом.

Вот так и должны разговаривать хозяин и раб.

— Учти, это дорогое лекарство.

Гораздо дороже, чем рыночные зелья Иггдрасиля, — на всякий случай попытался я разжечь в нем чувство долга.

Нужно как следует навешать ему лапши на уши, чтобы не сбежал, когда решит, что уже за все расплатился.

Разумеется, сбежать я все равно не дам.

— Еще бы! Я уже понял по тому, насколько легче стало Атле! — с нескрываемым отвращением, но честно отозвался Фоур.

Кажется, к сестре у него болезненная привязанность.

Неужели он и правда все это время жил наедине с ней и считал всех остальных врагами?

У меня тоже был период “кругом враги” после предательства Суки, так что Фоура я отчасти понимаю.

— Но помни… сестренку я тебе никогда не отдам!

— Что за чушь ты порешь?

— Ты такой беспощадный, Наофуми-тян.

Все-таки ты и правда замечательный человек!

— Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что я радуюсь твоим комплиментам, Садина.

Я не Мотоясу, чтобы вестись на такую дешевую лесть.

Лучше веди себя как Рафталия, которая всегда пожалуется, когда я делаю что-то не так.

— Ну во-от, — раздражающе протянула Садина.

Тут вмешалась Рафталия:

— Вы пришлись по душе девочке, поэтому ее брат начал ревновать, Наофуми-сама.

— Рафу! — поддержала Раф-тян.

Хм, вот оно что.

Значит, я неплохо так попутал.

— В-вовсе нет! Как она смеет так говорить?! Надия, ты тоже не лучше! — возмутился Фоур, показывая то на Рафталию, то на Садину.

Видимо, он так и не понял свое место.

Значит, по возвращению в деревню его ждет спартанское воспитание.

Мне сказали, вырастет сильным.

Жду с нетерпением.

Бабке лекарство помогало.

Думаю, его сестре тоже поможет.

Если поправится… ну, найду чем занять.

— Не беспокойся.

Наофуми-сама не такой человек, — Рафталия добродушно улыбнулась Фоуру.

— А, и да, Фоур-тян, меня зовут не Надия.

Постарайся поскорее выучить мое настоящее имя.

Кажется, никакого напряжения между ними нет…

— Что же, предлагаю перейти к регистрации рабов.

— Ага, давай.

Вот так мы получили в подарок брата и сестру.

↑ Здесь ルカ種.

Очевидно, ルカ это сокращение от イルカ, которое у нас «дельфин»

↑ Атла произносит Наофуми через кандзи