Вечером того же дня.На площадке во внутреннем дворе, освещённом магией и факелами, начался очередной пир.— А-а! Это моё-о! — закричала Фиро.— Ха! Любой пир — поле боя! Если хочешь пометить еду, как свою, напиши на ней своё имя! Правда, я её всё равно съем.— Бу-у! Ненавижу драко-онов!Фиро и Мадракон вовсю соревновались между собой за угощения.

Что самое удивительное, в такие минуты они становятся похожи на лучших друзей.Мадракон вполне заслужил этот пир… Проблема только в том, что он продолжает меня домогаться.

Каждый раз, когда я смотрю на него, он мне подмигивает, поэтому я стараюсь теперь вообще к нему не поворачиваться.Какое-то время мы ужинали, ни о чём не думая.

В какой-то момент мы с Ицуки и Кидзуной остались втроём.— Перерожденцы… Неужели мы никак с ними не договоримся? — спросила вдруг Кидзуна.— Это наши враги и диверсанты, выбранные самопровозглашённым богом.

Неужели ты думаешь, что в авангард попадают люди, способные на переговоры?— Но ведь они люди.

Значит, надежда должна быть.— Вот поэтому тебя в прошлый раз поймали в ловушку.— Ах вот ты как, да?— Ну, я не против того, что ты хочешь с ними разговаривать.В конце концов, дружить с врагами у Кидзуны получается лучше всего.

Я понимаю, к чему она клонит — истреблять врагов, не пытаясь до них достучаться, как-то не по-человечески.

Вот только наши враги не настолько добродушные ребята, чтобы терпеть такие попытки.— Что, если… в том, что я был частично знаком с миром по игре, виноват самопровозглашённый бог? — пробормотал Ицуки.А что, вполне возможно.

Даже человека, призванного по правильной методике, можно сбить с верного пути, внушив ему предрассудки.— Мёртвые Священные Герои тоже считали, что попали в мир игры… — напомнила Кидзуна.Похоже, что игры — очередная ловушка, придуманная богом.

Из-за полученных в них знаний Рен, Мотоясу и Ицуки стали намного слабее, чем могли бы быть.— Кстати…— Что такое?— Что-то не так?Ицуки и Кидзуна дружно посмотрели на меня.— Ицуки, ты поначалу считал, что оказался в мире консольной игры Dimension Wave, так?— Да.— Что? И у тебя она так называлась? — спросила Кидзуна, и Ицуки перевёл на неё взгляд.— Неужели мы играли в одну игру?— Я так не думаю, — возразила Кидзуна. — В твоём мире у людей есть сверхспособности, да? В моём нет.— Кидзуна-сан, вам ведь так и не удалось поиграть в ту игру?— Угу.

Я как раз собиралась впервые сыграть в новую VR-игру Second Life Project: Dimension Wave, забралась в капсулу и оказалась здесь.

Ещё ведь сначала подумала — надо же, какая реалистичная игра.Да уж, если стать попаданцем в такой момент, немудрено запутаться.— Это тоже из-за вмешательства бога? — спросил я.— Очень сложный вопрос, — ответил Ицуки. — Почему тогда он не привил ей предубеждения относительно методов усиления?— Всё-таки попасть в игру, которую видишь впервые, и в игру, которую знаешь досконально, — совсем разные вещи, — согласилась Кидзуна.Я тоже согласен.

В этом смысле Кидзуне очень повезло.— А ты, Наофуми, стал попаданцем, читая книгу? — спросил Кидзуна.— Ага.

По словам Эссенции Щита, призыв — дело точное и не допускает ошибок.Хотя мне пару раз хотелось ей крикнуть, чтобы в следующий раз выбирала места получше.— Сейчас я понимаю, что должен вам завидовать.

Раньше я и подумать не мог, что знания могут послужить источником ошибок.— Ага.

И если эти знания появились у тебя благодаря врагу, они очень опасны.— Это точно.

Кстати, Кидзуна-сан упоминала VR-игру… Как думаете, она и Рен-сан из разных миров?— Насколько я понял, да.

У Рена в такие игры играют со шлемом на голове, а у Кидзуны в общественных машинах, похожих на ванны с жидкостью.— Как же всё-таки много Японий.Действительно, пока что я насчитал пять.

Мне только и остаётся называть свою Японию “обычной”, хотя для всех остальных она наверняка очень даже необычная.— Выходит, игровые знания — вражеская ловушка… Это очень неприятно, — заключил Ицуки.— В этом мире она сработала как нельзя лучше — все три Героя, попавшие в эту ловушку, погибли.— Зачем ты заставил меня вспомнить? — пожаловалась Кидзуна. — Кстати… завтра снова волна.Я поморщился от её слов.

Я понимаю, что мы отражаем волны ради спасения мира, но всё-таки они случаются слишком уж часто.

Нельзя ли как-то увеличить интервал?Вдруг меня осенило, и я изложил суть идеи, подтверждение которой мы позднее нашли в расшифрованных книгах:— Как насчёт того, чтобы ударить по разлому Нулевым Охотничьим Оружием? Если оно отрубает нечестную силу, то может подействовать и на источник волны.— О, интересная мысль.

Как раз в духе метода проб и ошибок.— Думаю, стоит попробовать, — поддакнул Ицуки.— Что же… Впереди ещё много хлопот.

Хорошенько сегодня поешьте, а завтра продолжим готовиться к битвам.— И без тебя знаем.— Да, и я верю, что со вкусной едой, ясными целями и духом сотрудничества и взаимовыручки мы сможем справиться с любыми сложностями, — разошёлся Ицуки.— Даже с самопровозглашённым богом! — выпалила Кидзуна.— Конечно, — поддержал их я.Наконец-то мы узнали истинные масштабы нашего врага.

Обо всём этом нужно как можно скорее рассказать нашему миру.Но сегодня у попаданцев из разных Японий был вечер отдыха.

Вечером того же дня.

На площадке во внутреннем дворе, освещённом магией и факелами, начался очередной пир.

— А-а! Это моё-о! — закричала Фиро.

— Ха! Любой пир — поле боя! Если хочешь пометить еду, как свою, напиши на ней своё имя! Правда, я её всё равно съем.

— Бу-у! Ненавижу драко-онов!

Фиро и Мадракон вовсю соревновались между собой за угощения.

Что самое удивительное, в такие минуты они становятся похожи на лучших друзей.

Мадракон вполне заслужил этот пир… Проблема только в том, что он продолжает меня домогаться.

Каждый раз, когда я смотрю на него, он мне подмигивает, поэтому я стараюсь теперь вообще к нему не поворачиваться.

Какое-то время мы ужинали, ни о чём не думая.

В какой-то момент мы с Ицуки и Кидзуной остались втроём.

— Перерожденцы… Неужели мы никак с ними не договоримся? — спросила вдруг Кидзуна.

— Это наши враги и диверсанты, выбранные самопровозглашённым богом.

Неужели ты думаешь, что в авангард попадают люди, способные на переговоры?

— Но ведь они люди.

Значит, надежда должна быть.

— Вот поэтому тебя в прошлый раз поймали в ловушку.

— Ах вот ты как, да?

— Ну, я не против того, что ты хочешь с ними разговаривать.

В конце концов, дружить с врагами у Кидзуны получается лучше всего.

Я понимаю, к чему она клонит — истреблять врагов, не пытаясь до них достучаться, как-то не по-человечески.

Вот только наши враги не настолько добродушные ребята, чтобы терпеть такие попытки.

— Что, если… в том, что я был частично знаком с миром по игре, виноват самопровозглашённый бог? — пробормотал Ицуки.

А что, вполне возможно.

Даже человека, призванного по правильной методике, можно сбить с верного пути, внушив ему предрассудки.

— Мёртвые Священные Герои тоже считали, что попали в мир игры… — напомнила Кидзуна.

Похоже, что игры — очередная ловушка, придуманная богом.

Из-за полученных в них знаний Рен, Мотоясу и Ицуки стали намного слабее, чем могли бы быть.

— Что такое?

— Что-то не так?

Ицуки и Кидзуна дружно посмотрели на меня.

— Ицуки, ты поначалу считал, что оказался в мире консольной игры Dimension Wave, так?

— Что? И у тебя она так называлась? — спросила Кидзуна, и Ицуки перевёл на неё взгляд.

— Неужели мы играли в одну игру?

— Я так не думаю, — возразила Кидзуна. — В твоём мире у людей есть сверхспособности, да? В моём нет.

— Кидзуна-сан, вам ведь так и не удалось поиграть в ту игру?

Я как раз собиралась впервые сыграть в новую VR-игру Second Life Project: Dimension Wave, забралась в капсулу и оказалась здесь.

Ещё ведь сначала подумала — надо же, какая реалистичная игра.

Да уж, если стать попаданцем в такой момент, немудрено запутаться.

— Это тоже из-за вмешательства бога? — спросил я.

— Очень сложный вопрос, — ответил Ицуки. — Почему тогда он не привил ей предубеждения относительно методов усиления?

— Всё-таки попасть в игру, которую видишь впервые, и в игру, которую знаешь досконально, — совсем разные вещи, — согласилась Кидзуна.

Я тоже согласен.

В этом смысле Кидзуне очень повезло.

— А ты, Наофуми, стал попаданцем, читая книгу? — спросил Кидзуна.

По словам Эссенции Щита, призыв — дело точное и не допускает ошибок.

Хотя мне пару раз хотелось ей крикнуть, чтобы в следующий раз выбирала места получше.

— Сейчас я понимаю, что должен вам завидовать.

Раньше я и подумать не мог, что знания могут послужить источником ошибок.

И если эти знания появились у тебя благодаря врагу, они очень опасны.

— Это точно.

Кстати, Кидзуна-сан упоминала VR-игру… Как думаете, она и Рен-сан из разных миров?

— Насколько я понял, да.

У Рена в такие игры играют со шлемом на голове, а у Кидзуны в общественных машинах, похожих на ванны с жидкостью.

— Как же всё-таки много Японий.

Действительно, пока что я насчитал пять.

Мне только и остаётся называть свою Японию “обычной”, хотя для всех остальных она наверняка очень даже необычная.

— Выходит, игровые знания — вражеская ловушка… Это очень неприятно, — заключил Ицуки.

— В этом мире она сработала как нельзя лучше — все три Героя, попавшие в эту ловушку, погибли.

— Зачем ты заставил меня вспомнить? — пожаловалась Кидзуна. — Кстати… завтра снова волна.

Я поморщился от её слов.

Я понимаю, что мы отражаем волны ради спасения мира, но всё-таки они случаются слишком уж часто.

Нельзя ли как-то увеличить интервал?

Вдруг меня осенило, и я изложил суть идеи, подтверждение которой мы позднее нашли в расшифрованных книгах:

— Как насчёт того, чтобы ударить по разлому Нулевым Охотничьим Оружием? Если оно отрубает нечестную силу, то может подействовать и на источник волны.

— О, интересная мысль.

Как раз в духе метода проб и ошибок.

— Думаю, стоит попробовать, — поддакнул Ицуки.

— Что же… Впереди ещё много хлопот.

Хорошенько сегодня поешьте, а завтра продолжим готовиться к битвам.

— И без тебя знаем.

— Да, и я верю, что со вкусной едой, ясными целями и духом сотрудничества и взаимовыручки мы сможем справиться с любыми сложностями, — разошёлся Ицуки.

— Даже с самопровозглашённым богом! — выпалила Кидзуна.

— Конечно, — поддержал их я.

Наконец-то мы узнали истинные масштабы нашего врага.

Обо всём этом нужно как можно скорее рассказать нашему миру.

Но сегодня у попаданцев из разных Японий был вечер отдыха.