Когда парочка вернулась домой, Ферлин покачал головой и неохотно пробормотал:— А ты не могла сказать Его Высочеству, что пару дней подумаешь над его предложением, прежде чем дашь ему ответ?!Ирен, казалось, домой не шла, а танцевала.

Ферлин грустно понимал, что в последний раз он видел жену такой счастливой только в день их свадьбы..— Нет, я бы так не смогла, — Ирен показала мужу язык. — Я бы тогда ночью не смогла заснуть, мечтая и волнуясь!Вот именно такой Ирен и была, её любовь к театру была такой огромной, что она репетировала свои реплики в театре иногда аж после полуночи.

Если бы не Герцог, то Ирен давно бы уже превратилась из неизвестного театрального цветка в настоящую звезду спектаклей.

Театр… Подумав об этом, Ферлин подошёл к жене сзади и обнял её, прошептав ей в ухо:— Прости меня, любимая.Ирен мягко погладила его по голове:— Ты в этом не виноват.

Герцог приказывал тебе уезжать в другие города, так что ты никак не мог его остановить. — Она мягко рассмеялась и продолжила, — Если уж так хочешь бездарно потратить время на извинения, то лучше сходи на кухню и что-нибудь приготовь.

А я сейчас больше всего на свете хочу взглянуть на сценарии пьес.— Ну вот и хорошо, пойду готовить, — Ферлин мягко чмокнул жену в ушко. — Я сделаю овсянку, жареные яйца и сосиски.

Отпразднуем!Их новый дом был меблирован совершенно не так, как тот старый домишко в крепости.

Например, печи для готовки в домах в крепости размещали в центре гостиной — так делали все, и бедняки, и аристократы.

В этом же доме печь находилась в специально отведённой под неё комнате.Она с трёх сторон была окружена стенами, причём задняя часть печи была соединена с камином.

На пересечении даже была перегородка, которую можно было двигать вверх-вниз, так что когда печью никто не пользовался, её можно было закрыть, чтобы дым от печей других жильцов не проникал в их дом через печь.Ферлин отчётливо видел множество плюсов такого размещения.

Во-первых, если закрыть дверь в кухню, то в гостиной не будет пахнуть готовящейся едой.

Во-вторых зимой такая печь может использоваться в качестве отопления холодного дома.Наполнив печь дровами и щепками, Ферлин развёл там пламя и мог, наконец, полностью сконцентрироваться на приготовлении сегодняшнего ужина.Поужинав, Ирен вновь вернулась к изучению сценариев, и отложила третью книгу только тогда, когда свеча полностью догорела.— Ну и как пьесы? — Ферлин не смог сдержать своего любопытства.

Ему было интересно знать, почему Ирен так много времени потратила на изучение сценариев.

Раньше, когда она работала в театре в крепости, она могла прочитать за полдня примерно десять сценариев такого же объёма.— Честно сказать, мне сложно это объяснить, — восхищённо воскликнула Ирен. — В этих книгах так много новых идей! Я никогда раньше не читала таких историй.

В «Золушке», например, принц любит не какую-нибудь принцессу, он влюбляется в прекрасную простолюдинку.

Но и это там не самое удивительное, в самом конце пьесы он берёт её в жёны! Я дочиталась до такой степени, что даже предположила, что Принц сам-то эти пьесы не читал.

Но если он их читал, то почему эти странные рассказы не разозлили его до чёртиков? Ну да чёрт с ним.

Главное, эти истории по-настоящему захватывающие, я еле удержалась от радостных воплей, когда принц всё-таки нашёл Золушку и надел ей на ногу хрустальную туфельку! «Петух, что поёт в полночь» тоже занятный рассказ, но по сравнению с Золушкой он, честно сказать, немного попроще.

Думаю, в том спектакле достаточно будет двух-трёх сцен, чтобы полностью раскрыть историю.

А уж чтение параграфа, в котором слуги всё-таки решились поднять бунт против хозяев, доставило мне огромное удовольствие.

Они так долго всего боялись, что их личности изменились до неузнаваемости.

Им пришлось вынести столько, что не каждый человек осилит, и это всё очень хорошо описано в рассказе… То чувство, которое вырывается наружу после того, как слуги решили сопротивляться, их дух словно забурлил, как будто бы он выплёскивался прямо у них из сердец.— Слуги, идущие войной на аристократию? — нахмурился Ферлин.

Такой спектакль аристократия не потерпит.

Когда слуги дома Элтек осмеливались хоть на какое-то неповиновение, то отец Ферлина просто вывешивал на воротах поместья их отрубленные головы на следующий же день после восстания. — Его Высочество в самом деле хочет, чтобы ты выступала в таком спектакле?— Ты спрашиваешь только потому, что сам ещё не читал сценарий, — холодно взглянула на него Ирен. — Прочитай, и почувствуешь то же самое, что и я.

Слуги должны были восстать и не позволить аристократам и дальше себя унижать.

Издевательства маленького лордёнка стали такими невыносимыми, что ему было необходимо на своей шкуре прочувствовать ценность человеческой жизни.

В конце слуги всего лишь посадили его в мешок и хорошенько отделали.

Впрочем, если хочешь знать моё мнение, то они слишком мягко поступили.

Потом аристократы захотели убить восставших слуг, но тех спасла случайно проходившая мимо ведьма.

Затем ведьма превратилась в знак всем аристократам, напоминающий им о том, что происходит со злыми людьми.

Затем на собрании аристократии какой-то приезжий лорд поступил очень мудро и щедро — он выкупил всех слуг, а потом просто освободил их! Бьюсь об заклад, что после этой сцены площадь потонет в аплодисментах горожан!«А вот аристократам это ой как не понравится,»— хмуро подумал Ферлин. —«И потом театр окажется под давлением со стороны знати.

В итоге это всё приведёт к роспуску театральной группы».Но затем Ферлин вдруг осознал, что кроме Принца Роланда и сэра Пайна в Пограничном городе не жило ни одного аристократа.

А театральную группу основал не кто иной, как сам принц.Неужели Его Королевское Высочество и правда собирается показывать эти пьесы горожанам? Не то, чтобы он много прибыли мог собрать… Но ведь зарплату актёрам он обещает такую же, как и в театре в крепости, с самого начала ведь понятно, что вся эта затея будет убыточной.

Его Высочество что, собирается показывать спектакли только для развлечения?— Дорогой! — воскликнула Ирен, заметив, как изменился в лице муж. — Да, первые два рассказа по-настоящему интересны, но они ничто по сравнению с третьим.

Он называется «Дневник ведьмы»! Готова поспорить, что если бы эту пьесу готовились поставить где-нибудь в большом городе — Красноводном, например, или даже в столице, то театры моментально открыли бы набор актёров на роли! С серьёзными прослушиваниями и пышной рекламой! Должна признать, что Скролл действительно гениальный писатель! «Дневник ведьмы» куда более совершенен, чем все современные драмы, будь то его стиль написания или само содержание.— Ты уверена? — увидев торжественное выражение лица жены, Ферлин чуть не расхохотался. — В крепости даже я часто слышал имя мистера Кадина Фасо с его знаменитыми «Деликатной розой» и «Принцем, ищущим любви».

Эти пьесы хвалят все, даже люди не из нашего королевства.

Я даже слышал, что другие королевства отправляли к нему труппы своих актёров, чтобы те поучились и понаблюдали.

Ты думаешь, что «Дневник ведьмы» может быть лучше, чем те классические пьесы?— Конечно, я уверена.

Или ты сомневаешься в моей оценке, дорогой мой?! — и Ирен принялась пересказывать мужу третью историю. — Не считая сюжета, там и техника повествования такая, которой ты ещё ни разу не видел.

По сравнению со всеми другими пьесами, которые подавали историю с третьей стороны, эта же вся фокусируется на повествовании от лица трёх различных ведьм.

Своими сделанными решениями они напрямую влияют друг на друга, но не догадываются об этом.

Но где-то к середине истории они, конечно же совершенно «случайно», наконец встречаются в одном и том же месте, и затем становятся чем-то одним целым.

Должна сказать, что в этой пьесе подаётся сразу несколько сюжетных линий, и это однозначно произведёт фурор! Конечно, одним только Пограничным городом дело не ограничится.

Я сомневаюсь, что хоть кто-то сможет понять весь масштаб происходящего.Она вскочила, схватила лист и перо и принялась быстро строчить письмо:— Однозначно.

Без вопросов.

Я должна сейчас же отправить письмо своим бывшим коллегам по театру, я так хочу увидеть их удивлённые лица!Ферлин же в свою очередь ступил вперёд и схватил жену за руку:— Ирен, погоди-ка… Ты не чувствуешь, что эта история слишком противоречит здравому смыслу?Услышав рассказ жены о пьесе, Ферлин тоже ей заинтересовался и считал, что история получилась довольно захватывающей.

В ней показывались и добрые, и злые черты людской природы.

Рассказывалось, что зло иногда тесно переплетается с добром.

Вот только отношение к ведьмам и Церкви в этом рассказе было слишком уж определённым.Да и содержание пьесы было довольно деликатным.

Одна из ведьм, например, благодаря заботе и поддержке своей семьи могла свободно использовать свои силы, и думала, что «демонические укусы» это всего лишь фикция.Также в пьесе было показано, что ведьмы от обычных людей ничем, кроме способности контролировать магию, не отличались.

Они тоже хотели смеяться, плакать, любить и горько плакать, если вдруг потеряют любимого человека.

Его Высочество что, не боится, что новости о такой пьесе разлетятся далеко и тем самым приманят сюда Церковь?— Противоречат здравому смыслу? Нет! Ферлин, вот смотри.

Перед тем, как превратиться в ведьм, они все были обычными девочками, да?— Ну… Да, верно.— А что если бы и я вдруг стала ведьмой? — Ирен серьёзно смотрела на мужа. — Ты бы сразу же решил, что я — злая?— Нет, ну конечно же нет! — запротестовал Ферлин. — Ты всегда будешь моей самой доброй девочкой.— А если у нас родится дочь и вырастет ведьмой?— Я никогда не стану считать нашего ребёнка злом… — начал было Ферлин, но быстро закрыл рот, сообразив, что именно имеет в виду жена.

Оценивать незнакомую ведьму было гораздо проще, чем оценивать любимого человека, который прожил рядом всю жизнь.

Незнакомку считать злом было легко.— Да, — удовлетворённо кивнула Ирен. — Так что если у нас и вправду появится ведьма…Ферлин опустился на одно колено, принимая обычную для приношения клятв верности позу, и сказал:— В таком случае я буду таким же отцом, как и отец той третьей ведьмы.

Я сделаю всё, чтобы моей дочери ничего не угрожало.— Это очень мудрый ответ, — смеясь, сказала Ирен и отложила перо в сторону. — Думаю… нам нужно попробовать.— Как прикажешь, дорогая, — мягко прошептал Ферлин ей прямо в ухо, затем схватил её на руки и понёс в спальню.

Когда парочка вернулась домой, Ферлин покачал головой и неохотно пробормотал:

— А ты не могла сказать Его Высочеству, что пару дней подумаешь над его предложением, прежде чем дашь ему ответ?!

Ирен, казалось, домой не шла, а танцевала.

Ферлин грустно понимал, что в последний раз он видел жену такой счастливой только в день их свадьбы..

— Нет, я бы так не смогла, — Ирен показала мужу язык. — Я бы тогда ночью не смогла заснуть, мечтая и волнуясь!

Вот именно такой Ирен и была, её любовь к театру была такой огромной, что она репетировала свои реплики в театре иногда аж после полуночи.

Если бы не Герцог, то Ирен давно бы уже превратилась из неизвестного театрального цветка в настоящую звезду спектаклей.

Театр… Подумав об этом, Ферлин подошёл к жене сзади и обнял её, прошептав ей в ухо:

— Прости меня, любимая.

Ирен мягко погладила его по голове:

— Ты в этом не виноват.

Герцог приказывал тебе уезжать в другие города, так что ты никак не мог его остановить. — Она мягко рассмеялась и продолжила, — Если уж так хочешь бездарно потратить время на извинения, то лучше сходи на кухню и что-нибудь приготовь.

А я сейчас больше всего на свете хочу взглянуть на сценарии пьес.

— Ну вот и хорошо, пойду готовить, — Ферлин мягко чмокнул жену в ушко. — Я сделаю овсянку, жареные яйца и сосиски.

Отпразднуем!

Их новый дом был меблирован совершенно не так, как тот старый домишко в крепости.

Например, печи для готовки в домах в крепости размещали в центре гостиной — так делали все, и бедняки, и аристократы.

В этом же доме печь находилась в специально отведённой под неё комнате.

Она с трёх сторон была окружена стенами, причём задняя часть печи была соединена с камином.

На пересечении даже была перегородка, которую можно было двигать вверх-вниз, так что когда печью никто не пользовался, её можно было закрыть, чтобы дым от печей других жильцов не проникал в их дом через печь.

Ферлин отчётливо видел множество плюсов такого размещения.

Во-первых, если закрыть дверь в кухню, то в гостиной не будет пахнуть готовящейся едой.

Во-вторых зимой такая печь может использоваться в качестве отопления холодного дома.

Наполнив печь дровами и щепками, Ферлин развёл там пламя и мог, наконец, полностью сконцентрироваться на приготовлении сегодняшнего ужина.

Поужинав, Ирен вновь вернулась к изучению сценариев, и отложила третью книгу только тогда, когда свеча полностью догорела.

— Ну и как пьесы? — Ферлин не смог сдержать своего любопытства.

Ему было интересно знать, почему Ирен так много времени потратила на изучение сценариев.

Раньше, когда она работала в театре в крепости, она могла прочитать за полдня примерно десять сценариев такого же объёма.

— Честно сказать, мне сложно это объяснить, — восхищённо воскликнула Ирен. — В этих книгах так много новых идей! Я никогда раньше не читала таких историй.

В «Золушке», например, принц любит не какую-нибудь принцессу, он влюбляется в прекрасную простолюдинку.

Но и это там не самое удивительное, в самом конце пьесы он берёт её в жёны! Я дочиталась до такой степени, что даже предположила, что Принц сам-то эти пьесы не читал.

Но если он их читал, то почему эти странные рассказы не разозлили его до чёртиков? Ну да чёрт с ним.

Главное, эти истории по-настоящему захватывающие, я еле удержалась от радостных воплей, когда принц всё-таки нашёл Золушку и надел ей на ногу хрустальную туфельку! «Петух, что поёт в полночь» тоже занятный рассказ, но по сравнению с Золушкой он, честно сказать, немного попроще.

Думаю, в том спектакле достаточно будет двух-трёх сцен, чтобы полностью раскрыть историю.

А уж чтение параграфа, в котором слуги всё-таки решились поднять бунт против хозяев, доставило мне огромное удовольствие.

Они так долго всего боялись, что их личности изменились до неузнаваемости.

Им пришлось вынести столько, что не каждый человек осилит, и это всё очень хорошо описано в рассказе… То чувство, которое вырывается наружу после того, как слуги решили сопротивляться, их дух словно забурлил, как будто бы он выплёскивался прямо у них из сердец.

— Слуги, идущие войной на аристократию? — нахмурился Ферлин.

Такой спектакль аристократия не потерпит.

Когда слуги дома Элтек осмеливались хоть на какое-то неповиновение, то отец Ферлина просто вывешивал на воротах поместья их отрубленные головы на следующий же день после восстания. — Его Высочество в самом деле хочет, чтобы ты выступала в таком спектакле?

— Ты спрашиваешь только потому, что сам ещё не читал сценарий, — холодно взглянула на него Ирен. — Прочитай, и почувствуешь то же самое, что и я.

Слуги должны были восстать и не позволить аристократам и дальше себя унижать.

Издевательства маленького лордёнка стали такими невыносимыми, что ему было необходимо на своей шкуре прочувствовать ценность человеческой жизни.

В конце слуги всего лишь посадили его в мешок и хорошенько отделали.

Впрочем, если хочешь знать моё мнение, то они слишком мягко поступили.

Потом аристократы захотели убить восставших слуг, но тех спасла случайно проходившая мимо ведьма.

Затем ведьма превратилась в знак всем аристократам, напоминающий им о том, что происходит со злыми людьми.

Затем на собрании аристократии какой-то приезжий лорд поступил очень мудро и щедро — он выкупил всех слуг, а потом просто освободил их! Бьюсь об заклад, что после этой сцены площадь потонет в аплодисментах горожан!

«А вот аристократам это ой как не понравится,»— хмуро подумал Ферлин. —«И потом театр окажется под давлением со стороны знати.

В итоге это всё приведёт к роспуску театральной группы».

Но затем Ферлин вдруг осознал, что кроме Принца Роланда и сэра Пайна в Пограничном городе не жило ни одного аристократа.

А театральную группу основал не кто иной, как сам принц.

Неужели Его Королевское Высочество и правда собирается показывать эти пьесы горожанам? Не то, чтобы он много прибыли мог собрать… Но ведь зарплату актёрам он обещает такую же, как и в театре в крепости, с самого начала ведь понятно, что вся эта затея будет убыточной.

Его Высочество что, собирается показывать спектакли только для развлечения?

— Дорогой! — воскликнула Ирен, заметив, как изменился в лице муж. — Да, первые два рассказа по-настоящему интересны, но они ничто по сравнению с третьим.

Он называется «Дневник ведьмы»! Готова поспорить, что если бы эту пьесу готовились поставить где-нибудь в большом городе — Красноводном, например, или даже в столице, то театры моментально открыли бы набор актёров на роли! С серьёзными прослушиваниями и пышной рекламой! Должна признать, что Скролл действительно гениальный писатель! «Дневник ведьмы» куда более совершенен, чем все современные драмы, будь то его стиль написания или само содержание.— Ты уверена? — увидев торжественное выражение лица жены, Ферлин чуть не расхохотался. — В крепости даже я часто слышал имя мистера Кадина Фасо с его знаменитыми «Деликатной розой» и «Принцем, ищущим любви».

Эти пьесы хвалят все, даже люди не из нашего королевства.

Я даже слышал, что другие королевства отправляли к нему труппы своих актёров, чтобы те поучились и понаблюдали.

Ты думаешь, что «Дневник ведьмы» может быть лучше, чем те классические пьесы?

— Конечно, я уверена.

Или ты сомневаешься в моей оценке, дорогой мой?! — и Ирен принялась пересказывать мужу третью историю. — Не считая сюжета, там и техника повествования такая, которой ты ещё ни разу не видел.

По сравнению со всеми другими пьесами, которые подавали историю с третьей стороны, эта же вся фокусируется на повествовании от лица трёх различных ведьм.

Своими сделанными решениями они напрямую влияют друг на друга, но не догадываются об этом.

Но где-то к середине истории они, конечно же совершенно «случайно», наконец встречаются в одном и том же месте, и затем становятся чем-то одним целым.

Должна сказать, что в этой пьесе подаётся сразу несколько сюжетных линий, и это однозначно произведёт фурор! Конечно, одним только Пограничным городом дело не ограничится.

Я сомневаюсь, что хоть кто-то сможет понять весь масштаб происходящего.

Она вскочила, схватила лист и перо и принялась быстро строчить письмо:

— Однозначно.

Без вопросов.

Я должна сейчас же отправить письмо своим бывшим коллегам по театру, я так хочу увидеть их удивлённые лица!

Ферлин же в свою очередь ступил вперёд и схватил жену за руку:

— Ирен, погоди-ка… Ты не чувствуешь, что эта история слишком противоречит здравому смыслу?

Услышав рассказ жены о пьесе, Ферлин тоже ей заинтересовался и считал, что история получилась довольно захватывающей.

В ней показывались и добрые, и злые черты людской природы.

Рассказывалось, что зло иногда тесно переплетается с добром.

Вот только отношение к ведьмам и Церкви в этом рассказе было слишком уж определённым.

Да и содержание пьесы было довольно деликатным.

Одна из ведьм, например, благодаря заботе и поддержке своей семьи могла свободно использовать свои силы, и думала, что «демонические укусы» это всего лишь фикция.

Также в пьесе было показано, что ведьмы от обычных людей ничем, кроме способности контролировать магию, не отличались.

Они тоже хотели смеяться, плакать, любить и горько плакать, если вдруг потеряют любимого человека.

Его Высочество что, не боится, что новости о такой пьесе разлетятся далеко и тем самым приманят сюда Церковь?

— Противоречат здравому смыслу? Нет! Ферлин, вот смотри.

Перед тем, как превратиться в ведьм, они все были обычными девочками, да?

— Ну… Да, верно.

— А что если бы и я вдруг стала ведьмой? — Ирен серьёзно смотрела на мужа. — Ты бы сразу же решил, что я — злая?

— Нет, ну конечно же нет! — запротестовал Ферлин. — Ты всегда будешь моей самой доброй девочкой.

— А если у нас родится дочь и вырастет ведьмой?

— Я никогда не стану считать нашего ребёнка злом… — начал было Ферлин, но быстро закрыл рот, сообразив, что именно имеет в виду жена.

Оценивать незнакомую ведьму было гораздо проще, чем оценивать любимого человека, который прожил рядом всю жизнь.

Незнакомку считать злом было легко.

— Да, — удовлетворённо кивнула Ирен. — Так что если у нас и вправду появится ведьма…

Ферлин опустился на одно колено, принимая обычную для приношения клятв верности позу, и сказал:

— В таком случае я буду таким же отцом, как и отец той третьей ведьмы.

Я сделаю всё, чтобы моей дочери ничего не угрожало.

— Это очень мудрый ответ, — смеясь, сказала Ирен и отложила перо в сторону. — Думаю… нам нужно попробовать.

— Как прикажешь, дорогая, — мягко прошептал Ферлин ей прямо в ухо, затем схватил её на руки и понёс в спальню.