На следующий день после того, как ведьмы со Спящего острова переехали в новый дом, Роланд вызвал премьер-министра ратуши Бэрова к себе в кабинет.— Я хочу, чтобы ты дал ещё одно объявление о найме на работу, — сказал он, протягивая Бэрову листок с описанными на нём деталями. — Временная работа, примерно на неделю.

Нужно человек десять, желательно женщин.Бэров взял бумагу, прочёл написанное и недоуменно спросил:— Ваше Высочество, простите, но… Что такое крахмал?— Ты знаешь что-нибудь про белую муку?Премьер-министр, заколебавшись, неуверенно произнёс:— Вы имеете в виду крупную или мелкую пудру? Зерна пшеницы после помола… Из неё можно готовить пшеничный пирог или хлеб.

А если крупную пудру просеять, то получится мелкая пудра — из десяти частей крупной пудры выходит примерно шесть частей мелкой, остальное — отруби.

Выпеченный из мелкой пудры хлеб гораздо мягче, но и гораздо дороже.

Её могут себе позволить только богатые семьи аристократов.В Бэрове Роланду нравилось то, что у того имелось кое-какое понимание о происхождении и цене различных товаров из всех категорий.

Недостаток еды из-за недоразвитого сельского хозяйства для различных социальных классов выражался совсем по-разному.

Например, простолюдины готовили пшеницу так — они просто бросали зёрна в котелок и варили из них кашу, таким образом извлекали максимальную выгоду из запасов еды.

Впрочем, они не всегда могли как следует очистить зёрна от шелухи и земли, так что иногда в котелке оказывались грязные зёрна, и простолюдины, поедая такую грязную кашу, часто портили себе зубы, которые потом сильно болели.Мелкие аристократы же очень внимательно следили за чистотой своей еды, и заставляли слуг просеивать зёрна от земли и камней.

Затем зёрна перемалывали в крупную муку, из которой потом готовили хлеб или блины.И, наконец, вершина иерархии — крупные семьи, могущественные богатые аристократы.

Они смотрели на еду не как на что-то, что способно утолить голод, а как на наслаждение.

У них пшеницу сначала перемалывали в крупную пудру, а потом фильтровали до состояния мелкой.

Испечённый из такой муки хлеб был кремово-жёлтого цвета, да и на вкус был гораздо мягче и вкуснее, чем хлеб из муки крупного помола.— Основа крахмала — это мелкая пудра, которая проходит процесс очистки, — принялся объяснять Роланд. — После того, как ты наймёшь людей, я отправлю к вам кого-нибудь проинструктировать их.— Обрабатывать мелкую пудру ещё дальше?! — не сдержавшись, удивлённо воскликнул Бэров. — Сколько же пшеницы у них на это уйдёт?— Мне много и не надо… Триста-четыреста килограмм хватит за глаза, — Роланд на пару секунд задумался. — Вот, надо будет заполнить крахмалом корзину размером с мой стол.Бэров кивнул, и принялся расспрашивать дальше:— А почему именно женщин?— Потому что они гораздо аккуратнее.

К тому же я хочу, чтобы здешние женщины тоже работали, а не просто сидели по домам, — вдруг Роланду в голову пришла кое-какая идея, и он поинтересовался, — Сейчас, вроде, женские классы в школе обучаются гораздо быстрее, не так ли?— Я отвечу, хоть глава министерства образования — леди Скролл.

Да, ситуация в самом деле именно такая.

Женщинам ведь не нужно ничего делать, кроме как сидеть дома с детьми, и поэтому они проводят больше времени, тренируясь читать и писать.— Ну раз так… После следующих экзаменов ратуша должна будет нанять команду женщин-подмастерьев, чтобы потом, в будущем, сравнить количество мужских и женских постов, — приказал Роланд.— Ваше Высочество, но это… Такого раньше не было вовсе, — запротестовал Бэров. — Мои подмастерья ничем не хуже аккуратных женщин!— Раньше не было, а теперь будет, — отрезал Роланд. — Это же самый простой путь к увеличению количества работающего населения, без увеличения этого самого населения! Если в ратуше смогут работать женщины, то количество рабочих удвоится! И теперь мне надо, чтобы ты подготовил для этого почву — постарайся убедить людей, что так и должно быть.

Нужно пообещать привлекательную зарплату, а потом женщины сами подтянутся.После того, как Бэров ушёл, Роланд вдруг услышал рассмеявшуюся за его спиной Найтингейл.

Потом она поинтересовалась:— И что вкусное вы планируете сделать на этот раз?— Крахмал? Нет, крахмал есть нельзя, — ответил Роланд, глотнув чаю. — Впрочем, из остатков потом и впрямь можно будет приготовить что-нибудь вкусное.Сначала нужно отмачивать мелкую муку в воде, а затем перемешивать и процеживать её до тех пор, пока вода не станет белой.

Потом воду нужно будет сменить, и вновь повторить всё с самого начала.

В результате в корзине должна остаться липкая белая масса под названием «глютен».

Потом глютен можно будет использовать для жарки во фритюре и в раскалённом масле.

На вкус он парадоксально и мягкий, и жёсткий одновременно.

А уж если полить его мёдом или ещё каким-нибудь соусом после обжарки, то вообще вкусно получится.Но Роланд думал отнюдь не о еде.После просеивания и промывки муки получившуюся белую воду следовало отстоять, и в результате на дно должен осесть тот самый крахмал.

Он-то и был ещё одним основным ингредиентом в производстве взрывчатки.Эксперименты с нитроглицерином ещё не начались, так что Роланд просто не мог сделать себе динамит, так что лучшим вариантом пока оставался нитрокрахмал.

Да и изготовить его можно было практически так же просто, как и нитроцеллюлозу.

Получившийся продукт был довольно нечувствительным, и поджечь его простым огнём было довольно сложно.

Для успешного поджига нужно было использовать детонатор.

К тому же нитрокрахмал был гораздо мощнее, чем динамит, и именно поэтому в двух мировых войнах использовали именно его.И если у Роланда будет много чистого крахмала, то он сможет приказать алхимикам, которые уже наизусть знают технологию изготовления нитроцеллюлозы, изготовить из него отличный нитрокрахмал.После обеда, когда Роланд собрался было отправиться к себе в комнату и немного вздремнуть, в дверь вдруг снова постучали.В девяти из десяти случаев это была Анна, которая обычно после обеда его и разыскивала.

Поэтому как только Роланд услышал стук, то его сердце моментально забилось быстрее.

Может ли быть так, что раздосадованная тем, что уснула в тот раз, Анна решила попытать счастья днём?— Входи.Дверь открылась, и к огромному разочарованию Роланд обнаружил, что за ней стояла Эвелин.Да, такого он точно не ожидал.

Он откашлялся, а затем ободряюще улыбнулся и спросил:— Что такое?Услышав вопрос, Эвелин вошла в комнату и подошла к рабочему столу.

Она поклонилась, приветствуя Роланда.

Он заметил, что девушка сильно нервничает.— Ваше Высочество, я хочу спросить у Вас кое-что.Роланд вздохнул.«Только не говори мне, что опять хочешь спросить про то, почему же я так добр к ведьмам!»Впрочем, он не показал своего раздражения, вместо этого он просто улыбнулся и спросил:— Что же ты хочешь спросить?— Почему… Почему Вы хотели, чтобы я приехала в Пограничный город?На пару секунд Роланд даже удивился — может быть, ведьме не понравился вкус вина?— Мой дар ведь не такой могущественный, как у Сильвии.

Вообще-то он почти такой же бесполезный, как у Меда и Лотус, — прошептала ведьма. — Я просто пробую вина! А на ту зарплату, которую Вы платите мне — целый золотой в месяц! — Вы вполне могли нанять себе какого-нибудь именитого сомелье из столицы.— А что ты думаешь о тех… винах?— Ну, сначала я думала, что они слишком сильно жгутся.

У меня получилось их пить только очень маленькими глотками.

А те три вина, которые были смешаны со льдом, фруктовым соком и сиропом, оказались гораздо богаче на вкус.

Но это ведь лишь моё мнение, — осторожно ответила Эвелин. — В трактире моей семьи подавали только дешёвые вина и разбавленный эль… Вкусов аристократов я совсем не знаю.Принц облегчённо выдохнул:«Ну, по крайней мере, она не ругает вина!»Он встал и открыл книжный шкаф, достал стоявшую там, на верхней полке, флягу с элем и поставил её перед ведьмой.— Ты можешь превратить эль в этой фляге в то вино, которое я дал тебе попробовать?— Думаю… Да, это будет несложно, — Эвелин вытянула вперёд руку и поднесла её к фляге.

В ту же секунду жёлтый эль стал меняться.

Он словно бы вскипел, со дна пошли пузырьки воздуха.

Роланд, принюхавшись, учуял крепкий алкогольный аромат.

Вскоре жидкость во фляге стала прозрачной и Роланд, не удержавшись, обмакнул в неё палец и затем облизал его.

Палец был горьким, а жидкость на нём жгла горло.

Да, это определённо был чистый алкоголь.Роланд рассмеялся, и сказал:— Вот поэтому ты мне и была нужна.Взглянув на ошарашенную Эвелин, Роланд похлопал её по плечу, и пояснил:— Я собираюсь сделать алкогольную фабрику.

Нет, даже пивоваренный завод.

Ты не согласишься занять пост главного винодела?

На следующий день после того, как ведьмы со Спящего острова переехали в новый дом, Роланд вызвал премьер-министра ратуши Бэрова к себе в кабинет.

— Я хочу, чтобы ты дал ещё одно объявление о найме на работу, — сказал он, протягивая Бэрову листок с описанными на нём деталями. — Временная работа, примерно на неделю.

Нужно человек десять, желательно женщин.

Бэров взял бумагу, прочёл написанное и недоуменно спросил:

— Ваше Высочество, простите, но… Что такое крахмал?

— Ты знаешь что-нибудь про белую муку?

Премьер-министр, заколебавшись, неуверенно произнёс:

— Вы имеете в виду крупную или мелкую пудру? Зерна пшеницы после помола… Из неё можно готовить пшеничный пирог или хлеб.

А если крупную пудру просеять, то получится мелкая пудра — из десяти частей крупной пудры выходит примерно шесть частей мелкой, остальное — отруби.

Выпеченный из мелкой пудры хлеб гораздо мягче, но и гораздо дороже.

Её могут себе позволить только богатые семьи аристократов.

В Бэрове Роланду нравилось то, что у того имелось кое-какое понимание о происхождении и цене различных товаров из всех категорий.

Недостаток еды из-за недоразвитого сельского хозяйства для различных социальных классов выражался совсем по-разному.

Например, простолюдины готовили пшеницу так — они просто бросали зёрна в котелок и варили из них кашу, таким образом извлекали максимальную выгоду из запасов еды.

Впрочем, они не всегда могли как следует очистить зёрна от шелухи и земли, так что иногда в котелке оказывались грязные зёрна, и простолюдины, поедая такую грязную кашу, часто портили себе зубы, которые потом сильно болели.

Мелкие аристократы же очень внимательно следили за чистотой своей еды, и заставляли слуг просеивать зёрна от земли и камней.

Затем зёрна перемалывали в крупную муку, из которой потом готовили хлеб или блины.

И, наконец, вершина иерархии — крупные семьи, могущественные богатые аристократы.

Они смотрели на еду не как на что-то, что способно утолить голод, а как на наслаждение.

У них пшеницу сначала перемалывали в крупную пудру, а потом фильтровали до состояния мелкой.

Испечённый из такой муки хлеб был кремово-жёлтого цвета, да и на вкус был гораздо мягче и вкуснее, чем хлеб из муки крупного помола.

— Основа крахмала — это мелкая пудра, которая проходит процесс очистки, — принялся объяснять Роланд. — После того, как ты наймёшь людей, я отправлю к вам кого-нибудь проинструктировать их.

— Обрабатывать мелкую пудру ещё дальше?! — не сдержавшись, удивлённо воскликнул Бэров. — Сколько же пшеницы у них на это уйдёт?

— Мне много и не надо… Триста-четыреста килограмм хватит за глаза, — Роланд на пару секунд задумался. — Вот, надо будет заполнить крахмалом корзину размером с мой стол.

Бэров кивнул, и принялся расспрашивать дальше:

— А почему именно женщин?

— Потому что они гораздо аккуратнее.

К тому же я хочу, чтобы здешние женщины тоже работали, а не просто сидели по домам, — вдруг Роланду в голову пришла кое-какая идея, и он поинтересовался, — Сейчас, вроде, женские классы в школе обучаются гораздо быстрее, не так ли?

— Я отвечу, хоть глава министерства образования — леди Скролл.

Да, ситуация в самом деле именно такая.

Женщинам ведь не нужно ничего делать, кроме как сидеть дома с детьми, и поэтому они проводят больше времени, тренируясь читать и писать.

— Ну раз так… После следующих экзаменов ратуша должна будет нанять команду женщин-подмастерьев, чтобы потом, в будущем, сравнить количество мужских и женских постов, — приказал Роланд.

— Ваше Высочество, но это… Такого раньше не было вовсе, — запротестовал Бэров. — Мои подмастерья ничем не хуже аккуратных женщин!

— Раньше не было, а теперь будет, — отрезал Роланд. — Это же самый простой путь к увеличению количества работающего населения, без увеличения этого самого населения! Если в ратуше смогут работать женщины, то количество рабочих удвоится! И теперь мне надо, чтобы ты подготовил для этого почву — постарайся убедить людей, что так и должно быть.

Нужно пообещать привлекательную зарплату, а потом женщины сами подтянутся.

После того, как Бэров ушёл, Роланд вдруг услышал рассмеявшуюся за его спиной Найтингейл.

Потом она поинтересовалась:

— И что вкусное вы планируете сделать на этот раз?

— Крахмал? Нет, крахмал есть нельзя, — ответил Роланд, глотнув чаю. — Впрочем, из остатков потом и впрямь можно будет приготовить что-нибудь вкусное.

Сначала нужно отмачивать мелкую муку в воде, а затем перемешивать и процеживать её до тех пор, пока вода не станет белой.

Потом воду нужно будет сменить, и вновь повторить всё с самого начала.

В результате в корзине должна остаться липкая белая масса под названием «глютен».

Потом глютен можно будет использовать для жарки во фритюре и в раскалённом масле.

На вкус он парадоксально и мягкий, и жёсткий одновременно.

А уж если полить его мёдом или ещё каким-нибудь соусом после обжарки, то вообще вкусно получится.

Но Роланд думал отнюдь не о еде.

После просеивания и промывки муки получившуюся белую воду следовало отстоять, и в результате на дно должен осесть тот самый крахмал.

Он-то и был ещё одним основным ингредиентом в производстве взрывчатки.Эксперименты с нитроглицерином ещё не начались, так что Роланд просто не мог сделать себе динамит, так что лучшим вариантом пока оставался нитрокрахмал.

Да и изготовить его можно было практически так же просто, как и нитроцеллюлозу.

Получившийся продукт был довольно нечувствительным, и поджечь его простым огнём было довольно сложно.

Для успешного поджига нужно было использовать детонатор.

К тому же нитрокрахмал был гораздо мощнее, чем динамит, и именно поэтому в двух мировых войнах использовали именно его.

И если у Роланда будет много чистого крахмала, то он сможет приказать алхимикам, которые уже наизусть знают технологию изготовления нитроцеллюлозы, изготовить из него отличный нитрокрахмал.

После обеда, когда Роланд собрался было отправиться к себе в комнату и немного вздремнуть, в дверь вдруг снова постучали.

В девяти из десяти случаев это была Анна, которая обычно после обеда его и разыскивала.

Поэтому как только Роланд услышал стук, то его сердце моментально забилось быстрее.

Может ли быть так, что раздосадованная тем, что уснула в тот раз, Анна решила попытать счастья днём?

Дверь открылась, и к огромному разочарованию Роланд обнаружил, что за ней стояла Эвелин.

Да, такого он точно не ожидал.

Он откашлялся, а затем ободряюще улыбнулся и спросил:

— Что такое?

Услышав вопрос, Эвелин вошла в комнату и подошла к рабочему столу.

Она поклонилась, приветствуя Роланда.

Он заметил, что девушка сильно нервничает.

— Ваше Высочество, я хочу спросить у Вас кое-что.

Роланд вздохнул.

«Только не говори мне, что опять хочешь спросить про то, почему же я так добр к ведьмам!»

Впрочем, он не показал своего раздражения, вместо этого он просто улыбнулся и спросил:

— Что же ты хочешь спросить?

— Почему… Почему Вы хотели, чтобы я приехала в Пограничный город?

На пару секунд Роланд даже удивился — может быть, ведьме не понравился вкус вина?

— Мой дар ведь не такой могущественный, как у Сильвии.

Вообще-то он почти такой же бесполезный, как у Меда и Лотус, — прошептала ведьма. — Я просто пробую вина! А на ту зарплату, которую Вы платите мне — целый золотой в месяц! — Вы вполне могли нанять себе какого-нибудь именитого сомелье из столицы.

— А что ты думаешь о тех… винах?

— Ну, сначала я думала, что они слишком сильно жгутся.

У меня получилось их пить только очень маленькими глотками.

А те три вина, которые были смешаны со льдом, фруктовым соком и сиропом, оказались гораздо богаче на вкус.

Но это ведь лишь моё мнение, — осторожно ответила Эвелин. — В трактире моей семьи подавали только дешёвые вина и разбавленный эль… Вкусов аристократов я совсем не знаю.

Принц облегчённо выдохнул:

«Ну, по крайней мере, она не ругает вина!»

Он встал и открыл книжный шкаф, достал стоявшую там, на верхней полке, флягу с элем и поставил её перед ведьмой.

— Ты можешь превратить эль в этой фляге в то вино, которое я дал тебе попробовать?

— Думаю… Да, это будет несложно, — Эвелин вытянула вперёд руку и поднесла её к фляге.

В ту же секунду жёлтый эль стал меняться.

Он словно бы вскипел, со дна пошли пузырьки воздуха.

Роланд, принюхавшись, учуял крепкий алкогольный аромат.

Вскоре жидкость во фляге стала прозрачной и Роланд, не удержавшись, обмакнул в неё палец и затем облизал его.

Палец был горьким, а жидкость на нём жгла горло.

Да, это определённо был чистый алкоголь.

Роланд рассмеялся, и сказал:

— Вот поэтому ты мне и была нужна.

Взглянув на ошарашенную Эвелин, Роланд похлопал её по плечу, и пояснил:

— Я собираюсь сделать алкогольную фабрику.

Нет, даже пивоваренный завод.

Ты не согласишься занять пост главного винодела?