Том 7 Глава 96

Глава 8. 18 февраля (четверг) — 2 день экскурсии — Саки Аясэ

Второй день экскурсии начался ещё до того, как я толком проснулась — стоило лишь открыть глаза. На соседней кровати уже сидела бодрая Мая, расчёсывала волосы, а в её взгляде пряталось что-то уж слишком оживлённое.

Она бросила на меня лукавый взгляд и, словно между делом, произнесла: — Сегодня мы гуляем вместе с Асамурой и его ребятами.

Я уставилась на неё, окончательно проснувшись от неожиданности.

— Что?.. Это ещё что за новости?

— Самые прямые, — беззаботно пожала плечами она.

Мая обернулась к другой кровати, где всё ещё лежала Сато. Та только начала просыпаться, прикрывая зевок рукой.

— М-м?.. Кто такой… Асамура?

— Из параллельного класса. Мару, Асамура… Ну, ты же знаешь. Я говорила — в их группе твоя подруга, — напомнила Мая.

— А-а… ну да, — кивнула Рёко, сонно моргнув. — Наверное, это неплохо…

Похоже, она была в курсе. Подождите... выходит, всё уже решено без меня?

— Мая! Я вообще-то впервые об этом слышу!

— Потому что тебе ещё не говорила, — с невозмутимой искренностью ответила она, будто это само собой разумеется.

— Но почему?!

— Потому что сюрпризы — это весело! Разве не так?

Сюрприз… во время школьной экскурсии? Как будто тревог и без того мало.

— Но ведь у нас сегодня свой маршрут, — напомнила я.

— Знаю, — кивнула она, расплываясь в своей фирменной наивной улыбке, за которой всегда что-то кроется. — Мы идём в зоопарк и на ночное сафари.

— Это мне было ясно ещё вчера.

— А вот совпадение: группа Мару — туда же! Настоящее чудо, не иначе, — протянула она с фальшивым восторгом.

— Ага, просто сказочная случайность… — пробурчала я.

— Поэтому!.. — Мая сцепила руки за спиной и торжественно произнесла: — В духе школьного товарищества Суисэй мы решили наладить культурный обмен между классами и извлечь из поездки максимум пользы!

— Мы?.. Позволь уточнить, кто это «мы»?

— Эм, что? Я что-то странное сказала? — Мая наигранно склонила голову набок. — Рёко, ты ведь согласна?

— Ну… да. Я хочу увидеть подругу, — отозвалась та, слегка улыбнувшись. — Это же здорово.

Ах да… у Рёко подруга в их группе. Но тогда... выходит, мы и правда весь день проведём с Асамурой? А как же мои усилия подготовиться морально к тому, чтобы не видеть его? Что теперь делать с этим чувством, которое я так старательно пыталась спрятать?

— Эй, подожди. А разве вы можете вот так просто взять и всё решить? — спросила я с подозрением.

— Мы ничего не решали за твоей спиной. Ты ведь была рядом, когда мы это обсуждали, — напомнила Мая.

— А… — я замерла.

Точно. Нас в группе шестеро. Лидером стала Мая. Два шумных парня, их спокойный друг, Сато и я — словно сочное яблоко и неприметная картошка в одном пакете. Когда мы несли план учителю, она даже с облегчением заметила: «Нарасака, как хорошо, что ты с ними». Видимо, нас и правда собрали в одну группу как потенциально сложных.

Я и сама это понимаю. Мне тяжело подстраиваться под других. И именно поэтому я так благодарна Мае. Она собрала все маршруты, подготовила материалы, всё разложила по полочкам — и терпеливо выслушала желания каждого. Нам оставалось только выбирать. Она сделала всё за нас — и мне ли жаловаться?

— Он, кстати, молодец. Сумел пробиться на все популярные маршруты, — заметила Мая, заканчивая причёсываться. — Хотя я говорила: если маршруты совпадут, нужно согласовать время.

— Кому ты это говорила? — попыталась я нащупать её логику.

— Кто бы мог подумать, что всё совпадёт от начала до конца, — ответила она уклончиво, будто и не слышала вопроса.

Ага… Значит, не хочет говорить, с кем обсуждала. Интересно, это был Асамура? Нет… он бы, наверное, сам мне сказал.

— Кстати, завтра мы тоже вместе едем на Сентозу, — добавила Мая между делом.

— И завтра?.. — удивлённо вскинула я брови.

— Ага. Правда, Рё?

— Да, — отозвалась та с мягкой улыбкой. — Я этому рада.

— Правда, парни едва знакомы, — продолжила Мая, — но Мару пообещал поддержать атмосферу.

— Мару… он ведь друг Асамуры, да? — переспросила я с лёгким удивлением. — Не знала, что вы с ним так хорошо ладите.

— Мы оба лидеры групп, — просто ответила она, как будто этим всё сказано.

Сказано это было так уверенно, что я даже на мгновение поверила: может, действительно, так и есть?

— В любом случае, — добавила Мая, — я хочу, чтобы наши ребята подружились. Ну и, конечно, стоит предупредить их заранее, чтобы не приставали к местным девушкам.

Понятно. Всё продумано. До мельчайших деталей.

Уложив волосы, Мая вдруг резко наклонилась ко мне и, постукивая пальцем по колену, прошептала с хитрой улыбкой:

— Ты ведь теперь весь день будешь рядом с братиком.

Прикрыв рот рукой, она захихикала, как настоящая маленькая пакостница.

— Мая! Прекрати! — воскликнула я, густо покраснев.

Сато вздрогнула на соседней кровати, явно испугавшись моего крика.

— Ой… прости, — пробормотала я. — Не хотела тебя напугать.

— Всё нормально… — откликнулась она тихо.

— Ладно, — воскликнула Мая, ловко соскочив с кровати. — Сегодня нас ждёт весёлое приключение в зоопарке! Быстрее завтракать — и вперёд! «

Сингапуру Дзуу!

[Пошли в сингапурский зоопарк!]

— Животные уже нас заждались! — добавила она с задором, вытянув кулак вперёд, словно собиралась повести нас в бой.

Я покачала головой и пожала плечами. Когда Мая в таком настроении — её уже ничто не остановит.

Хотя… выходит, я действительно весь день проведу рядом с Асамурой. Вот так вот…

Мы прибыли ко входу в Сингапурский зоопарк почти одновременно с группой Асамуры. Хотя прошли всего сутки, стоило мне увидеть его лицо, как внутри разлилось неожиданное спокойствие.

Сегодня наши группы решили объединиться: значит, и по зоопарку, и по ночному сафари мы пойдём вместе — все двенадцать человек. Наверное, мы не собирались такой большой компанией со времён той летней вылазки в бассейн. Аж удивительно.

Мая и Мару, оба по совместительству — лидеры и по натуре заботливые люди, с энтузиазмом взялись за организацию временного отряда. Настоящие координаторы. Они и разговор поддержат, и за всеми приглядывают…

— Эй, Асамура, Саки, а какие животные вам нравятся? — спросила Мая, когда мы шли по аллее зоопарка, разглядывая животных по сторонам.

Асамура ответил без раздумий:

— Ого, неожиданно! Асамура, ты ведь кажешься таким способным, аккуратным… Я бы подумала, что ты всегда готов помочь на кухне. Согласна, Саки?

— Мне кажется… ему и ленивец подойдёт, — пробормотала я почти шёпотом.

Подожди… Что я вообще сказала? Ведь она спросила, какие животные нам нравятся — не кого мы себе напоминаем. Он ведь мог подумать, что я намекаю на его лень? Но… если честно, находясь рядом с ним, всё и правда становится спокойнее. Будто время растягивается, будто спешить вовсе не обязательно. В этом смысле — да. Вполне может быть, что он похож на ленивца…

— Я не говорю, что ты ленивый, — поспешила я добавить, стараясь не встретиться с ним взглядом.

— Я понимаю, — спокойно ответил он.

— Ну, тогда… хорошо.

Фух… Я даже не заметила, как вспотели ладони. Почему я так напрягаюсь, когда говорю с ним на людях? Дома, когда мы вдвоём, я могу быть совершенно спокойной — без суеты, без тревоги. Но сейчас, здесь, на глазах у всех — всё кажется другим.

И он, похоже, чувствует то же самое. Асамура будто нарочно избегает со мной прямого разговора. Из-за этого, хотя мы стоим рядом, он вдруг кажется таким далёким…

Когда солнце стало опускаться к горизонту, мы все направились на ночное сафари. В тишине сумерек мы наблюдали за ночными животными — таинственными, затаившимися в тени. Тёмные джунгли шептали на ухо своим размеренным ритмом, и это немного успокаивало. А после — ужин.

Ресторан был со шведским столом: каждый набрал себе что хотел, и мы вернулись к общему столику. После прогулок целый день неудивительно, что у всех проснулся аппетит.

— У неё красивый голос, — сказал Мару, глядя в сторону сцены.

На сцене пела девушка. Пела под гитару — нежно, но с силой. И когда песня закончилась, она аккуратно сняла с себя гитару, отнесла её за кулисы, а затем направилась к барной стойке. Получив коктейль в тонком бокале, вдруг — как будто бы совершенно без причины — пошла к нашему столику.

Наши глаза встретились. Она слегка улыбнулась. Она выглядела как азиатка — возможно, японка, а может, из какой-нибудь южноазиатской страны. Лет двадцать с хвостиком. Волнистые светлые волосы спадали на плечи, оттеняя глубокий алый цвет платья. Сквозь высокие разрезы на боках виднелись длинные стройные ноги. Я, хотя и была девушкой, поймала себя на том, что не могу отвести взгляд.

Она окинула нас лёгким взглядом и заговорила по-английски:

— Меня зовут Мелисса Ву. Вы откуда? Из Японии?

Говорила она быстро, но несложно. Однако, судя по выражениям лиц друзей, никто толком не понял, что она сказала.

— Вы же смотрели на сцену, правда? — продолжила она, мягко улыбаясь. — Как вам моё выступление? Я всё ещё учусь, так что было бы круто услышать честное мнение.

Она ждёт ответа… Но все молчали. Наверное, просто не поняли. Или испугались её быстрого английского?

На лице Мелиссы скользнуло лёгкое разочарование. Наверное, решила, что её проигнорировали. Похоже, она даже не предположила, что мы могли не понять её слова. А я… я вроде уловила суть, но… колебалась, не зная, что сказать, как вдруг рядом со мной заговорил Асамура:

— Может, она спрашивает что-то вроде «Вы кто?» или «Откуда?»

— Э-эм… Мелисса? — я шагнула вперёд и заговорила на английском. — Мы школьники из Японии. Приехали на экскурсию.

Как только я это сказала, Мелисса тут же повернулась ко мне, лицо её просветлело.

— Школьная экскурсия? Значит, вы из средней школы? Шесть мальчиков, шесть девочек… Похоже, вы дружный класс. Здорово! Только, наверное, вы не слишком привыкли к такой музыке? Может, стоило спеть что-то попроще — популярную песню или музыку из аниме?

С-средняя школа?.. Мы выглядим такими маленькими?

— Вообще-то мы учимся в старшей школе. Во втором классе. Прилетели из Токио, — уточнила я, стараясь говорить спокойно.

— Саки, это было круто! — восхищённо сказала Мая.

— Аясэ, ты что, говоришь по-английски?! — округлил глаза Мару.

Нет, ни в коем случае. Если бы она говорила чуть помедленнее, наверное, все бы спокойно её поняли. Даже Асамура уловил общий смысл.

В панике я замахала руками, давая понять, что ничего особенного в этом не было.

— Ну… совсем простыми словами. Но, кажется, Асамура был прав. Она просто хотела узнать, кто мы и откуда.

Я объяснила это остальным, но Мая в это время уже отпустила какую-то очередную шуточку, и Мару немедленно её осадил. Мая, ну вот зачем… Из-за тебя Мелисса теперь совсем ничего не понимает — она стоит с растерянным лицом. Асамура, кажется, тоже обеспокоен: вдруг мы её совсем запутали?

— Всё по делу. Я сказала, что мы старшеклассники из Японии, приехали на экскурсию. Так что можете выдохнуть.

— Бэ-э-э, скучный ответ, — протянула Мая, откидываясь назад.

— Мая… — я вздохнула. — Если она тебя неправильно поймёт, потом сама и объяснять будешь. Кстати, зовут её Мелисса Ву.

Я перевела для всех то, что Мелисса хотела услышать наши впечатления от её исполнения. Похоже, теперь официально я здесь главный переводчик.

— Асамура, а ты что-нибудь скажешь?

У меня даже сердце ёкнуло — не ожидала, что придётся переводить именно его слова. Хотя, может, он и сам мог бы объясниться? Он ведь вполне мог бы связать пару слов на английском…

Но выбора не было. Я внимательно слушала его, а в голове уже складывала нужные фразы. В последнее время я всё чаще старалась думать по-английски, поэтому ощущение было таким, будто я на экзамене — читаю вопрос на японском и должна быстро сочинить ответ на английском. От этого, кстати, только сложнее — двуязычие внутри головы сбивает с толку.

Как же тяжело должно быть настоящим синхронным переводчикам. Ведь это не просто перевод — это постоянное переключение между мирами.

— Мелисса, — начала я, — он сказал, что вчера уже слышал вашу песню. Спросил, это была фольклорная музыка? Ему очень понравился ваш голос.

Асамура говорил просто и по существу, за что я была ему безмерно благодарна — такие фразы легко переводить.

— Значит, он был вчера в музее? — уточнила Мелисса.

— Ясно. Значит, он слышит эту песню уже во второй раз. Это старая мелодия, раньше её часто исполняли в этих краях. Сейчас её можно услышать разве что на таких выступлениях. И… я очень рада, что ему понравился мой голос. Спасибо.

Я перевела её ответ. Но даже до того, как закончила, заметила — кое-кто из ребят уже начал кивать. Похоже, им хватило интонации, чтобы понять суть.

После этого почти все оживились. Начали делиться впечатлениями, один за другим. Этому по большей части поспособствовал Мару. А я продолжала переводить — насколько возможно точно, стараясь не упустить смысл. Когда кто-то выражался особенно витиевато, приходилось задерживаться, вспоминать нужные слова и обороты.

Кажется, я почувствовала, как это — по-настоящему работать со словами из разных языков. Утомительно, да, но и… приятно.

А потом Мая вдруг подняла голову, подалась вперёд и протянула Мелиссе свой смартфон. Несколько касаний — и из динамика зазвучал электронный голос, чётко и по-английски.

Фраза за фразой — длинный, выверенный текст. Она явно заранее написала своё мнение на японском, перевела и включила озвучку.

Мелисса поначалу удивилась, но уже через пару секунд вслушивалась с интересом. Отзыв был типично в её стиле — искренний, немного наивный, но очень живой. Мая рассказала, как её тронула песня, как понравился голос. Где-то на середине Мелисса уже начала улыбаться.

Я не могла судить, насколько точным был перевод — оригинальный текст я не видела. Но звучало всё гладко, без ошибок. И я вдруг снова подумала — вот ведь время, в котором мы живём. Достаточно приложения, чтобы преодолеть языковой барьер. Хотя… чтобы напечатать такой текст, мне бы точно потребовалась уйма времени. Куда проще сказать вслух.

— Наверное, стоило сразу обратиться к Мае, — пробормотала я.

Я и сама не поняла, как это вырвалось из меня. Будто мои старания были зря. Но Мая тут же резко покачала головой.

— Нет, Саки, это совсем другое. Этот «умник» и правда полезен, но никогда не заменит живого общения. Ведь в языке важны не только слова — есть ещё интонация, эмоции, мимика… Ты представляешь, у этой штуки даже выражения лица нет!

Да… здесь она была права.

— Вот, смотри. Похоже, она тебе благодарна, — добавила Мая, указывая на Мелиссу.

И, словно услышав её слова, Мелисса поднялась со стула, обошла стол и подошла ко мне. Обняла за плечи и спросила:

— Как тебя зовут? Саки, если я правильно услышала?

— Д-да. Саки.

Она уловила моё имя?.. Как-то стало вдруг удивительно приятно.

— М-м-м! Прекрасное имя! — воскликнула она и хлопнула меня по плечу. — Благодаря тебе я смогла услышать искренние впечатления японских школьников. Я тебе безумно благодарна!

От хлопка по плечу даже чуть кольнуло. Но, глядя на её радостную улыбку, я поняла — это просто её способ выражать эмоции.

— Знаешь, Саки… а ведь ты сама мне ничего не сказала.

Ах… и правда ведь.

— Мне очень понравилось. Это было красиво.

— Вот как? Спасибо. А Сингапур? Нравится? Хорошее место, правда? Вам всем тут весело?

— Да. Я даже не ожидала, что он окажется таким красивым… Только вот жарко немного.

— Ха-ха! Ну да, у вас ведь сейчас зима, да? Слушай, а вы там все такие дружные… у тебя, случайно, нет парня?

— Ну да. Есть же кто-то, правда? Саки, ты ведь такая красавица. Вряд ли вокруг тебя всё тихо-спокойно. Ну, говори, кто он? Кто твой парень?

Что… происходит? Я что, ослышалась?

— Кто?.. Я?.. Что?

— Хм, угу… Явно есть кто-то, — Мелисса прищурилась с озорной улыбкой, словно на моём лицо было всё написано.

И я — по дурости — посмотрела прямо на Асамуру. Потом тут же отпрянула, как будто меня укололи. Нет, ну правда, почему она задаёт такие личные вопросы?! Или, может, я просто что-то не так поняла?

Честно говоря, её английский было не так-то просто разобрать. Возможно, из-за акцента… Или из-за того, что она говорила совсем не так, как в учебниках. В любом случае, это был живой, разговорный язык — свободный, быстрый. Я старалась понять всё правильно, но сейчас даже закрались сомнения… вдруг я ошибаюсь?

— У меня нет парня! — выпалила я. Наверное, слишком резко.

— Врёшь же, да? — Мелисса прищурилась ещё сильнее.

«Ну давай, выкладывай, я же всё вижу», — её взгляд будто говорил это. И в этот момент я вдруг поняла: какими бы ни были мои оправдания, они не передавали всего, Мая была абсолютно права. Хотя, сейчас это было не главное.

Пока я впадала в лёгкую панику, Мелисса неожиданно убрала руку с моего плеча. Когда кто-то окликнул Мелиссу по имени, к нам приближался мужчина. Она в один миг бросилась к нему — и прямо у нас на глазах они поцеловались.

Сердце так громко ударило, что я едва не подпрыгнула. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет наружу. Я вздрогнула и резко отвернулась всем телом, но тут же краем глаза увидела лица остальных. Каждый, хоть и с разной степенью шока, следил за этой сценой — никто не мог отвести взгляда.

— Эй, мальчики! Хватит так глазеть! — воскликнула Мая.

Хотя… именно она сама подалась вперёд сильнее всех.

Я украдкой обернулась. Они всё ещё целовались. Мелисса и её парень обнимали друг друга крепко, прижавшись так тесно, будто хотели сжать в этом поцелуе всю нежность разлуки.

Наконец, Мелисса медленно отстранилась и повернулась ко мне с самым обычным видом, как будто ничего не произошло.

— Где вы остановились?

Я моргнула, не сразу поняв, что она сказала. Через секунду до меня дошло: она спрашивает, в каком отели мы сейчас проживаем. Мы с Маей переглянулись и, посовещавшись, назвали ближайшую к отелю автобусную остановку. В этом, наверное, не было ничего страшного.

Выслушав нас, Мелисса заметила, что ей тоже по пути, и предложила поехать вместе. Поскольку экскурсия уже подходила к концу, мы согласились.

В автобусе я почти всё время разговаривала с Мелиссой по-английски. Я и представить не могла, что окажусь в такой вот ситуации для практики языка, но всё равно была довольна — хоть какая-то польза от моих стараний. Конечно, она часто говорила сленгом и использовала незнакомые слова, так что я не всегда улавливала всё, но общее понимание у нас точно было.

Разговор был, в целом, о пустяках: о том, что сейчас популярно в Японии, о любимой музыке… Мелисса обожала аниме и мангу, и не раз поднимала эту тему. Но я, увы, не особо разбиралась и не могла поддержать беседу.

Наверное, надо было подключить Маю. Хотя она, как всегда, была в центре внимания и увлечённо болтала со своими одноклассниками. Сложно быть всем на подхвате.

Парня Мелиссы мы больше не видели — они распрощались ещё в ресторане. Видимо, они живут в разных районах.

Мы вышли на остановке возле отеля. Мелисса махнула нам рукой с противоположной стороны улицы и, улыбнувшись, сказала: «Надеюсь, ещё встретимся».

Мы вернулись в отель. Болтая с девочками из группы Мару, добрались до холла. Сегодня за один день мы уже успели выучить имена и лица друг друга — для меня это был большой шаг вперёд. Кажется, когда рядом Мая, новые знакомства словно появляются сами собой.

Вернувшись в номер, я заметила, что в смартфоне начали появляться сообщения из общего чата. «Сегодня было весело», «Всем спокойной ночи» — ничего особенного, но на душе стало теплее. Наверное, поэтому я тоже написала: «Было весело». Потом беседа перешла в девчачью группу, и я отправила стикер с улыбающимся котом — тот самый, который так любит использовать Мая. В ответ посыпались стикеры всех мастей: все с улыбками, но у каждой был свой стиль и свой персонаж. Это по-своему подчёркивало индивидуальность каждой из нас. Мая, например, прислала странный стикер с хохочущим роботом. Что это вообще было?..

Переодевшись во что-то поудобнее, я решила проверить школьную форму. Не хотелось, чтобы она помялась. И только тогда заметила: юбка слегка износилась. К счастью, без дыр — просто немного обтрепалась. Вероятно, когда мы гуляли по зоопарку или на ночном сафари, где было полно кустов и веток. Не критично, но и игнорировать это не стоило. Полноценный ремонт придётся сделать уже дома, в Японии.

Я открыла чемодан и с досадой поняла, что забыла взять с собой швейный набор. Прекрасно… Придётся просить у кого-то из девочек. Может, у Маи или Сато есть?

— Эм… — начала я, поднимая взгляд, но Сато была занята телефонным разговором.

Наверное, с Мио из группы Асамуры. Обычно она казалась тихой и сдержанной, но сейчас, разговаривая с подругой, светилась счастьем. Я не хотела отвлекать её по такому пустяковому поводу. Мая, в свою очередь, что-то увлечённо печатала в смартфоне, и я решила не мешать им обеим.

Проверив время — ещё не слишком поздно — я решила выйти… Под «выйти» понимала поход в гостиничный магазин. Может, там найдётся швейный набор? Положив бумажник в сумку, я сказала Мае, что быстро сбегаю за покупкой, чтобы заместитель директора знал, где меня искать.

Хотя магазин находился на территории отеля, он был достаточно просторным и имел два входа — с улицы и изнутри здания. Я направилась к полкам в поисках нужного и вдруг услышала, как кто-то позвал меня по имени. Обернувшись, увидела улыбающуюся Мелиссу. В одной руке у неё была пластиковая бутылка, в другой — корзинка, доверху наполненная напитками и картофельными чипсами.

— Ого, так это тот самый отель, где вы остановились? Какое совпадение! У тебя есть немного времени поболтать?

— Эм… — я слегка замялась, но быстро поняла: это шанс попрактиковаться в английском, да и веской причины отказывать не было. Я кивнула и согласилась провести с ней ещё немного времени.

Мелисса расплатилась и передала пакет мужчине, который стоял рядом. Я невольно посмотрела на него — и на мгновение растерялась. Это был не тот парень, с которым мы виделись в ресторане. Тогда Мелиссу целовал мужчина азиатской внешности с прямыми чёрными волосами. А этот был рыжеволосым, ниже ростом, и от него исходило тёплое, почти домашнее ощущение. Они явно не были родственниками — слишком уж разные.

Он взял пакет, чмокнул Мелиссу в щёку и вышел из магазина.

— Ты уверена?

— Ну… что заставляешь его ждать.

— Всё в порядке, — улыбнулась она. — Мы всё равно проведём остаток вечера вместе. И, кстати, он не просто друг. Это мой парень.

Парень? Я правильно услышала? Она только что назвала его своим парнем? Лёгкое замешательство мелькнуло в голове, но каким-то образом я всё же умудрилась купить швейный набор и банку кофе. Затем мы с Мелиссой устроились в зоне отдыха в холле отеля. Я решила, что не страшно поболтать здесь минут десять — вокруг было много людей, и я чувствовала себя в безопасности.

Как только села, смартфон завибрировал — пришло сообщение от Маи.

— Но ведь… нет одной-единственной причины, по которой ты влюбляешься в кого-то, верно?

Я замолчала. Её слова заставили меня задуматься.

Ты можешь влюбиться в кого-то потому, что он добрый. Или весёлый. Или потому, что красив. Или потому, что он всегда рядом. Всё это может быть правдой, верно?

— Я тебя отвлекаю? — с лёгкой тревогой спросила Мелисса.

— Нет, всё в порядке, — поспешила я её успокоить. — Она просто зовёт меня поиграть в карты. Могу присоединиться чуть позже.

Я быстро ответила Маи, а Мелисса тем временем наклонилась и открыла стоявшую у её ног банку. С лёгким шипением воздух вырвался наружу, и она сделала глубокий глоток.

Наверное, это было пиво или что-то крепкое — от неё шёл едва уловимый запах алкоголя.

— Хочешь попробовать, Саки?

— Нет, спасибо. Мне ещё рано — я несовершеннолетняя.

— О? Разве в Японии не с восемнадцати лет можно?

Меня удивила её осведомлённость, хотя на самом деле всё немного сложнее.

— Формально — да. Но алкоголь и сигареты разрешены только с двадцати. Да и мне всего семнадцать.

— Правда? Жаль. Значит, пригласить тебя выпить я не могу.

— У нас комендантский час… Хотя всё равно спасибо за приглашение.

— Комендантский час?! Вот это да… Значит, с любовником можно встречаться только днём?

В голосе Мелиссы прозвучало искреннее сочувствие. Затем она добавила с лёгкой усмешкой:

— Хотя днём у вас, наверное, и времени на… интимные утехи почти не остаётся.

…Подожди, что?

— Э-э-э… Что?

— Хм? Ты не поняла? Наверное, я опять что-то не так сказала?

Я точно поняла, что дело не в произношении — просто она выбрала слишком откровенные слова.

Мелисса сузила глаза, словно подозревая моё непонимание.

— Хм… Думаю, у тебя всё будет хорошо, Саки.

— С чем… именно?

Я спросила на английском, но она уже говорила по-японски:

— Ну, например, с сексом, с близостью, с углублением отношений — что-то в этом роде.

— Что ты вообще несёшь?! Тише!

Я испуганно прикрыла рот обеими руками.

— Но ты же говоришь громче меня! — заметила она.

Я огляделась вокруг. К счастью, в холле было совсем мало людей, и, похоже, никто не слышал. Сердце на миг ушло в пятки.

— Подожди… Ты говоришь по-японски?

— Ага, немного. Я ведь наполовину японка.

Я уставилась на неё, словно впервые видя. У неё была азиатская внешность, но светлые волосы и загорелая кожа слегка сбивали с толку.

— Моя мама из Тайваня, А папа — с Японии. Они познакомились, когда она училась в Японии.

— Я… не знала.

Мы перешли на японский, и Мелисса начала рассказывать о своей жизни. О том, как её мать приехала учиться в Японию, где потом встретила отца. После окончания учёбы они поженились, и Мелисса родилась в Японии. У неё японское свидетельство о рождении, и хотя большую часть жизни она провела за границей, несколько лет жила здесь — поэтому могла свободно говорить на японском.

— Моё настоящее имя — У Мэйшэн. Так он меня только что и называл, помнишь? — сказала Мелисса с лёгкой улыбкой. — А Мелисса — просто моё английское имя.

Наверное, она имела в виду мужчину, что был с ней в магазине… хотя я не припомню, чтобы слышала, как он её так называл.

— Тогда мне стоит обращаться к тебе как… Мэйшэн?

— Я оставляю это на твоё усмотрение, — её голос чуть потеплел. — Хотя… я бы предпочла «Мелисса».

На её лице на миг мелькнула тень — словно в этом имени скрывалось что-то важное, тайное и болезненное. Мне стало неловко, но вместе с тем любопытно. Возможно, Мелисса это почувствовала, потому что вдруг спросила:

— А сколько любовников ты хотела бы иметь, Саки?

Ч-что?.. Она только что спросила — сколько?

— Разве… это не нормально — иметь одного? — осторожно ответила я.

Мелисса вздохнула:

— Значит, это и есть твой ответ…

Я была в шоке.

— Можешь… объяснить?

— Я хочу больше. Хотя бы двух. А лучше — больше.

— Прости?..

— Разве это должно шокировать?

— Меня — да.

— Но ведь нет одной единственной причины, по которой ты влюбляешься в кого-то, верно?

Я замолчала. Её слова заставили меня задуматься. Ты можешь влюбиться в кого-то за доброту. Или за весёлый нрав. Или за красоту. Или просто за то, что он всегда рядом. Всё это может быть правдой, верно?

— Или потому, что у вас схожие интересы. Или потому, что вы просто хорошо друг с другом ладите, — продолжила Мелисса.

— То есть, вы «подружились по душе»...

— А ещё потому, что наши тела идеально подходят друг другу.

— …Нет, я так не думаю.

— Но ведь не обязательно, чтобы один человек обладал всем, что тебе нужно, правда?

— Возможно… если бы такой человек вообще существовал, я бы с удовольствием с ним познакомилась.

— Вот именно. Значит, любить только одного — это уже нечто… неестественное, — заключила Мелисса.

— Эм… Это звучит слишком радикально.

— Например, тот парень, которого ты видела в магазине, — у нас совпадают вкусы в алкоголе.

— То есть он твой… собутыльник?

— И не только. В постели мы тоже идеально подходили друг другу. Он дарит мне всё, что мне нравится. Всё, что я хочу чувствовать.

Я почувствовала, как у меня горят щёки, и постаралась не смотреть на неё.

— А тот, с кем вы были в ресторане?

— Он музыкант, как и я. Наши музыкальные вкусы совпадают. Я хочу, чтобы его музыку услышало больше людей. Но, хоть он и говорит, что любит меня, моё тело его не интересует.

— Наверное, такое тоже бывает…

— Если есть только одна причина, чтобы любить, можно сравнить её с другой и выбрать ту, что сильнее. Но если причин много — как выбрать только одну?

— Я понимаю твою логику, но…

— Ты всё равно считаешь это странным, да?

Я не хотела навязывать своё понимание любви другим: не имела права осуждать то, чего сама не испытала. Если кто-то любит иначе — разве я могу судить?

— Я не отрицаю твою точку зрения. Но вот что меня смущает: если так, значит твой партнёр тоже может любить не одного человека, верно?

— Конечно, — Мелисса кивнула без сомнений.

Она посмотрела на меня так, будто я задала самый простой вопрос на свете.

— Значит, все мужчины, с которыми ты встречаешься…

— Они знают, — улыбнулась она. — Иначе это было бы нечестно. Главное, чтобы обе стороны были согласны.

Я замерла, потеряв дар речи. Мелисса жила по системе ценностей, с которой я раньше не сталкивалась. Это казалось мне чужим, непривычным. Даже доцент Кудо с её сухой логикой казалась понятнее.

— Саки, спасибо, что не назвала меня странной, — вдруг тихо сказала она, опуская взгляд.

Я вздохнула.

— Когда я жила в Японии, — продолжила Мелисса, — никто меня не понимал. Никто не хотел слушать. От этого мне стало тяжело, и я уехала. Но и здесь, когда люди узнают, что я из Японии, они начинают ждать от меня целомудрия, скромности и добродетели. Хотя у меня и светлые волосы, и загорелая кожа.

— Поэтому ты и выбрала английское имя?

Мелисса кивнула. Она покрасила волосы, сделала макияж и взяла себе английское имя. Так она наконец смогла найти своё место, где её понимали. Где она могла быть собой и говорить на своём языке. Она знала английский, китайский и японский, но чаще всего говорила по-английски. Услышав это, я почувствовала, что начинаю её понимать.

Я тоже… стараюсь выглядеть иначе. Крашу волосы, тщательно подбираю одежду. Потому что моё тело — не совсем то, каким я хотела бы его видеть. Все говорили, что оно «соответствует» тому, кем я являюсь, но я не была в этом уверена.

Если бы я была такой же сильной, как Ёмиури Сиори, я могла бы быть собой и при этом сохранить традиционную японскую красоту. Но я понимала, что не такая. И чтобы не потеряться, решила вооружиться тем, что могу контролировать.

— Когда я впервые увидела тебя, Саки… — неожиданно сказала Мелисса, — у меня возникло какое-то предчувствие.

— Что мы с тобой чем-то похожи.

Я вспомнила её улыбку в ресторане — чуть грустную, чуть ласковую. Возможно, в этом и заключалось то предчувствие.

— Вот почему я решила с тобой заговорить. Думаю, я была наполовину права и наполовину ошибалась. Ты, кажется, часто себя сдерживаешь, правда?

— Правда? Это так заметно?

— Мне — да.

Отрицать было бы просто, но толку от этого мало.

— Саки, ты слишком заботишься о чужих взглядах, о том, что скажут люди, о том, какова «социальная атмосфера».

— Да, это так.

За всё время поездки я не смогла нормально поговорить с Асамурой. Как ни оправдывайся — это факт.

— Тебе не кажется, что это слишком тяжело? Я кивнула.

— Но отказ от японского языка — разве это не ограничение?

— Нет, — покачала головой Мелисса, — я имею в виду другое. Тебе нужно найти место, где ты можешь позволить себе быть собой, быть эгоистичной. Где не нужно постоянно подчиняться чужим ожиданиям. Иначе ты просто сломаешься.

Её голос не звучал упрёком или наставлением. Он был мягким, почти утешающим — и это больно попадало в цель.

— Нужно найти общество, где тебя не будут осуждать, где не придётся всё время держать себя в узде.

Это не призыв жить без оглядки, а скорее — найти для себя безопасную гавань, в которой можно быть настоящей.

На этом разговор закончился. Мелисса вернулась к своему парню. Они собирались всю ночь пить, закусывать и смотреть аниме.

Я допила оставшийся кофе. На языке остался слегка приторный привкус. Если бы знала, что так будет тяжело на душе, выбрала бы чёрный.

Когда я вернулась в комнату, Мая как раз под-чистую проигрывала Сато в карточную игру.

— Вот почему я и хотела, чтобы ты с нами играла, Саки!

Интересно, это она потому меня звала, надеясь, что я проиграю хуже неё?

— Ты ведь всегда в этой игре путаешься! То две карты тянешь, то сразу четыре, вот-вот собираешься выиграть — и забываешь объявить, что остаёшься с одной картой! Я права?

Ну… правда. Хотя… не всегда же.

— Иногда такое случается. Иногда!

— Э-э... может, сыграем ещё раз? Я... ну... постараюсь играть не в полную силу… — спросила Сато.

— Да мне и не надо, чтобы ты меня жалела в игре!

— А-а... п-прости...

Она сразу поникла, заметно расстроившись. Мая аж подпрыгнула — такое с ней редко бывает.

— Н-нет-нет, Рё! Это не ты виновата! Это всё вот эта страшная злюка!

— Кто ещё тут страшная злюка?

— Не делай вид, что сомневаешься.

— Да если бы ты играла, Саки, мне бы и поддаваться не пришлось — сама бы выиграла!

Может, она и права…

— Это ещё не факт.

— Ага! Сказала! Значит, теперь обязана сыграть! Только один раунд, последний!

— Уже пора в ванну, а то до отбоя не успеем…

— Один! Всего один! Ну давай же!

Ну вот. Не успела я и слова вымолвить, как Мая уже тасует колоду. В итоге мы сыграли. Победила снова Сато. Мне еле-еле удалось обойти Маю, и та снова оказалась последней.

— Что-то тут не так… — пробормотала Мая с наигранным удивлением.

— Всё, в ванну. Быстро, обе, — сказала я строго.

— Я уже там была, — отозвалась Сато. Какая молодец.

— Тогда, Саки, пошли вместе!

— А я тебе зачем?

— Времени по очереди мыться уже нет, сама посмотри.

Я взглянула на часы. Хм… пожалуй, она права.

— Ладно, поняла.

— Вот и славно. Пошли!

К счастью, ванная в этом номере была довольно просторной — не просто душ и ванна, а полноценная японская планировка, где можно было вымыться перед тем, как залезть в воду. Такой мелочи я успела по-настоящему заценить.

Сначала я быстро ополоснулась под душем, а Мая тем временем уже плюхнулась в горячую воду.

— Ты долго не возвращалась. Что-то случилось?

— Ах, ну… — я вздохнула. — Сейчас расскажу.

Пока я намыливала руки, начала рассказывать — о том, как столкнулась с Мелиссой у магазина и как мы долго болтали в лобби.

— Ох-хо… у неё аж двое парней? Хм, ясно… Логика проста: если есть много причин, по которым можно влюбиться, и ни один человек не охватывает их все, то и чувства приходится распределять. Разные причины — разные люди. Всё просто.

— Ну… если по сути, ты права. Но можно было как-то по-другому это выразить?

— Да ладно, всё зависит от того, насколько это устроит обе стороны. Главное — совпадение ожиданий. В этом вся соль.

Пока она это говорила, встала из ванны. Струи воды стекали по её телу, и на секунду я увидела живот — до самого пупка. Ну ё-моё, держи ты это полотенце нормально, а?

Я смыла с себя пену, и мы поменялись. Я залезла в ванну — в горячую воду, глубокая, просто блаженство. Вот так-то — настоящая японская ванная комната. Сразу чувствуешь, как весь день уходит вместе с паром. Я почти задремала.

— Совпадение ожиданий, говоришь?

— Ну да. Одному может быть нормально, другому — категорически нет. Главное — обоюдное согласие. Если все довольны, и никто не страдает — то почему бы и нет?

— «Страдает»… Как будто речь о какой-то трагедии.

— Представь, например, что на планете остался один мужчина и куча женщин. Или наоборот. Если держаться моногамии — человечество вымрет. Вот и весь аргумент.

Да, уж… слишком преувеличено, конечно. Но я поняла, к чему она ведёт.

— Получается, если слепо цепляться за нынешнюю японскую мораль с её скромностью, можно только себе навредить.

Мораль подстраивается под эпоху и общество. Всё меняется. Представила себе, как бы доцент Кудо сейчас отмахнулась от этого разговора, сказав: «Очевидно же».

— Вот именно. Хотя бывает и наоборот. Поэтому зрелое общество — это такое, где стараются сохранять любые убеждения… пока они не нарушают чужих прав.

— А… понятно.

— Это, кстати, из одного научно-фантастического аниме, что недавно смотрела.

— У тебя, что ни цитата — всё из аниме?

— Ещё из кино со спецэффектами.

— Ну, кругозор у тебя, конечно…

— Широкий, как видишь. Хочешь, расскажу?

— Нет уж, спасибо.

Ясное дело — если дать ей волю, она и до утра не замолчит.

— Ну, если обе стороны довольны — почему бы и нет? Главное, чтобы по обоюдному согласию… Но вот, скажем, если бы это была ты, Саки…

Я в тот момент уже порядком разморилась в ванне. Мысли текли вяло, внимание ослабло.

— …тебе бы ведь не понравилось, если бы Асамура тебе изменил, правда?

— Нет. Ни за что.

Сказала — и тут же пожалела. Расслабилась. Посмотрев на Маю — та сияла, как кошка, загнавшая мышь в угол. Пена с её головы стекала на лицо, отчего та ухмылка выглядела почти пугающе.

— Наконец-то призналась.

— Хи-хи-хи. Теперь уже не отвертишься. Скрывать больше не нужно, значит?

— Но… мы же брат и сестра… формально. Это ведь… странно, не так ли?..

Я волновалась. Даже не за то, что призналась — а за то, как она отреагирует.

— Вы же недавно стали семьёй. Да и кровь у вас разная. Почти чужие, если подумать. Конечно, это не значит, что у всех сводных братьев и сестёр такое случается.

— Ты же и не планировала изначально так к нему относиться? Наверняка хотела просто быть его младшей сестрой — спокойно, отстранённо.

Попала в самую точку. Иногда мне казалось, что она читает меня как открытую книгу.

— Ну да, я же говорю — ты как стекло.

— Правда?..

— По крайней мере, для меня — да.

Значит, всё же заметила…

— Так вот, всё-таки вы уже не просто брат с сестрой. Перешли черту, да?

— Ох… неужели это так видно?

Я столько времени переживала: а вдруг кто-нибудь поймёт?.. И теперь, когда правда вышла наружу, вместо облегчения накатила усталость.

— Ну так и что теперь?

— В каком смысле?..

— Ты ведь не хочешь, чтобы он за другими увивался? Значит, держи его рядом. Делаешь это?

— Д-делаю что?..

— Ну… например, ходишь с ним на свидания.

— А-а, ты об этом…

Вот бестолочь… О чём я вообще подумала?..

— Хотя можно и не об этом. Об остальном перед сном поговорим, когда рядом ляжем.

— Ничего такого не было!

— Хорошо-хорошо. Но, раз уж вы вдвоём в поездке — используй шанс.

— Мы вообще-то на школьной экскурсии, если ты забыла…

— Но завтра у всех свободный день. И Асамура со своей группой тоже едет на Сентозу. Так что — разве не шанс?

— Не знаю… Можно ли?..

— А если не удержишь, он, глядишь, весь день с девчонками из своей группы проведёт.

— Кстати, он в последнее время стал за собой следить. Говорят, с ним стало проще заговорить.

— Ну… я так говорю.

Вот тебе и объективный источник.

— А я просто хочу, чтобы моя группа увезла домой хорошие воспоминания. И ты, Саки, — тоже часть группы. Так что скажи… ты-то чего хочешь?

Мая смыла с головы пену, волосы прилипли к лицу, а глаза смотрели прямо на меня. Улыбка — добрая и чуть лукавая. Нечестно. Если она так смотрит и спрашивает…

— Я… хочу погулять с Асамурой. Только вдвоём…

Мая прыснула от смеха и довольно фыркнула:

— Умничка. Молодец.

— У-у-у… это так неловко…

Но, глядя на неё — такую искреннюю, такую принимающую, я вдруг подумала: возможно, именно она и есть тот самый человек, о котором говорила Мелисса — тот, кого не осудят за шумный характер. И… если бы только я могла быть для Маи такой же… я бы…

— Тогда обязательно скажи об этом Асамуре, ладно?

Я готова была провалиться от стыда. Ушла под воду с головой — оставив на поверхности только глаза. Горячая вода лениво зажурчала, разнося моё приглушённое шептание:

— Спасибо, Мая…

После ванны я тщательно высушила волосы, переоделась и забралась в постель. Сон постепенно подбирался, готовый утащить меня за собой, но, прежде чем окончательно провалиться в грёзы, на мгновение вернулась мыслями к завтрашнему дню.

Нас ждал целый день на острове Сентоза. Формально — прогулка в составе группы, но Мая, как обычно, махнула рукой: «Делай, что хочешь».

Похоже, у Асамуры с ребятами из его группы та же ситуация. Выглядит как случайное совпадение, но я почти уверена — это проделки Маи и их лидера Мару.

А ещё — Сато. У неё ведь подруга в той группе… может, они и собираются вместе исследовать остров?

А что насчёт самой Маи? Я потянулась к смартфону, поставленному на зарядку, и взяла его в руки. Наверное, всё дело в том волнении, которое накопилось за сегодняшний день. А может, в том, что Мая так неожиданно подтолкнула меня. В любом случае — всё уже сказано. Асамура должен знать. И о том, что Мая всё поняла.

Я открыла чат и написала:

— «Завтра я бы хотела прогуляться по острову Сентоза вдвоём. Как думаешь, получится?»

Вслед за этим, почти как извинение, добавила пояснение: «Разрешено действовать самостоятельно, пока не покидаем остров, так что формально нам не обязательно быть вшестером».

На Сентозе будет полно второкурсников из Суисэй, но и развлечений — хоть отбавляй. Если специально не договариваться, встретить кого-то знакомого — маловероятно. Если мы немного отойдём от поставленного маршрута… если останемся наедине… всё должно быть в порядке.

Я нажала «отправить» и уставилась на экран. Пока не появилась отметка «прочитано» и не пришёл ответ — казалось, прошло целое столетие.

Я начала тревожиться: «А вдруг я слишком на него давлю? Вдруг ему неудобно?..» Но тут — уведомление. Сердце подпрыгнуло.

— «Понял. Я скажу остальным в группе. Сможем ли мы выбраться и когда именно — дам знать завтра. Подождёшь?»

Я выдохнула. Это не «да». Но и не «нет». Он не отказал. И этого… сейчас достаточно.

Веки стали тяжелеть. Я почти провалилась в дремоту, когда экран снова вспыхнул. С усилием протёрла глаза и взглянула на сообщение.

— «Я тоже хочу погулять с тобой, Аясэ».

Я застыла. Эти слова наполнили грудь каким-то мягким, добрым светом. Вот оно — простое, тёплое счастье.

И всё же… что теперь ответить? После минут раздумий я просто отправила один стикер. Если покажу слишком бурную радость, потом ему будет сложнее отказаться, если вдруг передумает. Даже если это просто осторожность — я не хочу его стеснять.

Закрыв глаза, я шептала про себя, будто молитву: «Пусть завтра… мы сможем провести день вдвоём».