Том 5 Глава 64

Интерлюдия. Первый акт: Мишдер — одиночество

— Побеждённый?..

— Я не смог спасти любимого человека. Есть ли что-то ещё, что должно называться поражением?

— И правда… С этим можно согласиться.

Вокруг была мрачная комната.

Тонкие лучи солнечного света проникали сквозь проёмы в закрывающих окна шторах и освещали напоминавшее руины помещение.

Катализатор серых песнопений был символом побеждённого.

— Какая чушь…

Крупный мужчина, чьё тело было полностью скрыто за грязной накидкой, шёл вперёд наступая на густо устилавший пол пепел. Его походка была какой-то не очень уверенной, будто у призрака.

— Какая чушь... — остановившись в центре комнаты, мужчина бросил те же слова, что и прежде.

Вокруг стояла звенящая тишина, как на берегу озера в зимнюю пору.

Повсюду валялись опрокинутые столы и стулья. Были видны разорванные занавески и ковры. И наконец, по всей комнате было разбросано множество каменных статуй в форме людей.

— Какая чушь… Значит, даже такая толпа не может справиться с одним лишь мной?

Произнесённые уже в третий раз слова были полны насмешки.

— Ха-ха-ха. Это же просто смешно. Эй, Джошуа, на мелкую сошку вроде меня охотятся певчие со всего континента! Они же всерьёз гонятся за мной! Однако я до сих пор на свободе и словно сумасшедший хохочу во всё горло!

По затихшей комнате вновь и вновь прокатывался смех мужчины.

Позабыв обо всём он громко смеялся. Его дыхание сбилось, горло охрипло, из лёгких вышел весь запас воздуха, и всё же он продолжал смеяться. Громкий голос постепенно превратился в хрип, затем, вскоре, затих и он. К этому моменту…

Усмешка мужчины незаметно стала самоуничижительной.

— Значит это и есть одиночество?..

Он ощупал зудящее плечо. Место, где когда-то была правая рука, ужасно ныло. Прошло уже много лет с тех пор, как он потерял её. Но сколько бы времени ни утекло, его не покидали ни боль, ни кошмар о том, как исчезает его рука.

— По-настоящему важные вещи нельзя получить с помощью песнопений. Всё как ты и говорила, Лейн.

В затихшем исследовательском институте слышались только вздохи побеждённого.

— Я не могу призвать того, кого ищу, не могу встретиться с тем, кого хочу увидеть. Тогда в чём же ценность песнопений? Ради чего мы, певчие, вообще существуем?

Когда-то, совсем рядом с ним был кто-то ещё.

Когда-то, ещё до короля побеждённых Ластихайта, она была его основанием. Но сейчас, сколько бы побеждённый ни называл её имя, ответа не было.

— Я жаждал, искал, отбирал, и всё, чего достиг в результате — стал вот таким вот призраком?.. Ха-ха. Ну и ладно. Самое то для побитого пса вроде меня.

Мужчина поднял взгляд к запачканному пеплом потолку, похожему на серое небо.

— Эй, Клюэль и песнопевец цвета Ночи, вы так не думаете? Мы с вами очень друг на друга похожи. Вы тоже в итоге пойдёте по моему пути?

Уставившись в серый потолок, мужчина по имени Мишдер ухмыльнулся посиневшими, обескровленными губами.

— А-а… Как же я хочу узнать ответ на этот вопрос. Я очень этого жду.