Попытался попрощаться, но смог только просипеть что-то не разборчивое и пошел в сторону двери.

Когда я вышел в коридор, то двери остальных операционных уже были открыты.

Повернул направо и пошел в сторону выхода, люди в этих операционных меняли какие-то расходники в капсулах, но я не стал сильно акцентировать свое внимание на этом.

Передо мной открылась дверь, которая вела в большое помещение, тут меня ждал лаборант, который сюда нас привел и восемнадцать ребят.

Увидел лицо Ирвина, он был хмурый, и время от времени его тоже потряхивало, поэтому направился в его сторону.

Когда оказался рядом, то заговорил лаборант, так что спрошу Ирвина чуть позже.— Все, это был последний, а теперь прошу за мной, я вас выведу отсюда, и потом вы сможете отдохнуть до завтрашнего дня.

Завтра все будет примерно так же, как и сегодня, так что ждите оповещения о подъеме.

А теперь пошли за мной.Он направился к лифту, мы спустились на тот уровень, с которого поднялись и через другой коридор вышли в то место, где была платформа, на которой мы приехали.

Тут стояло еще несколько платформ, наверно, привезли еще несколько групп для прохождения операций.

Я сел рядом с Ирвином, чтобы задать пару интересующих меня вопросов.

Платформа плавно начала набирать скорость, и я спросил Ирвина:— Ирвин, скажи, где Бигги? Он же с нашей группой пошел на процедуры.— Эх… нет больше Бигги.— Как нет, тогда где он?— Арт, ты же не дурак, наверно, Бигги уже в лучшем мире, где нет грязи, крови, кишок, боли и этой долбаной войны.

Из-за которой мы влезли в этот проект.Я посмотрел в его глаза, ледяным взглядом и, не мигая, по слогам сказал:— Ирвин, отвечай, что именно случилось?Он глубоко вздохнул и начал говорить, стараясь сильно не дергаться, а то это ему доставляло дискомфорт.— Арт, у Бигги были проблемы при пересадке сердца.

Все вроде было нормально, а потом произошло резкое спонтанное отторжение нового сердца, при котором у него произошло несколько инфарктов за один раз.

Новое сердце также создало такое сильное давление в кровеносной системе, что сосуды не выдержали и начали лопаться, что по телу, что в его голове.

Врачи ничего не успели сделать, кстати, мне врач сказал, что завтра нам будут что-то с кровеносной системой делать.— …как ты мог, Бигги, ты же здоровый, как бык, и вот так, раз и нет человека… не на войне, а в безопасном месте.— Арт, успокойся, тут уже ничего не сделаешь.

У него сердце начало выдавать пятьсот ударов в минуту, а сосуды у нас рассчитаны максимум на 200–220, тогда они еще справляются с давлением, но все равно, даже тогда уже полная ж…а и для сосудов, и для нашего старого сердца.— Ты откуда знаешь?— Ну, вообще-то, я хотел стать врачом, когда вырасту и поэтому немного увлекался медицинской литературой, вот так вот.

Жалко Бигги, но если ты сейчас перенервничаешь, то станет только хуже и только тебе, потому что Бигги уже все равно.

Теперь у него ничего больше болеть не будет.

Эх… лучше давай я тебе скажу, почему в самом начале одну девушку от нас отделили.

Как ты думаешь, почему?— Знаешь, у меня сейчас такая каша в голове, так что я не могу тебе ничего конкретного сказать.

Если знаешь, то говори.— Она была… парам-пам-пам… в положении, то есть беременная, вот её и отделили от нас.

Не знаю как она, но плод бы такие нагрузки точно не выдержал.

Раз по ней не было видно, наверно, срок вообще был маленький.

Вот у народа голова только в одном месте работает, тут непонятно, выкарабкаешься после процедур или как, а они тут «любоф» крутят.— Да, ты прав, не место и тем более, не время.

Спасибо, что отвлек.— Ну, я же болтун, так что всегда к твоим услугам.Я хмыкнул, после чего просто замолчал.

Давай, лучше напишу письмо Кире, узнаю, прошла она процедуры или еще нет.

Написал и уже через пару минут получил от неё ответ, что она час как освободилась.

Скинул, чтобы подходила к столовой минут через двадцать, там и пересечёмся.

Я сказал Ирвину, что мы как доедем, то пойдем в столовую, я как раз его познакомлю с одним человеком.

Так мы и ехали примерно минут десять, а потом нас повели по знакомому коридору, пока не вывели к жилому корпусу.

Лаборант попрощался и пожелал нам удачи, а сам пошел за новой группой.

Я посмотрел ему в след, глубоко вздохнул и кивнул Ирвину.

Конечно, жаль молчаливого Бигги, который ни фига не помнил.

Он был добродушным парнем, хоть и огромных размеров, про которого ты скорее подумаешь, что он перекачанный бандюган, чем добрый парень.К сожалению, таких людей становится все меньше и меньше, а сегодня стало еще на одного меньше.

Почему хорошие люди уходят рано, а разная мразь, как педофилы и всякие маньяки с убийцами живут и здравствуют? Жизнь, ты несправедлива и жестока, если когда-нибудь смогу, то сверну тебя в бараний рог и пропишу клизму за то, что ты такая жестокая и злая к хорошим людям и милостивая к плохим! Мы с Ирвином шли молча и замечали, что некоторые парни и девушки ходят хмурые, а другие, наоборот, искренне радуются.

Наверное, хмурятся потому что узнали, через что скоро пройдут или прошли, и еще не оклемались, думаю, причин может быть много.

Вот те, кто радуются, скорее всего, рады, что выжили.

Первая такая процедура, а люди уже начали не выдерживать и умирать: буду стараться держать себя в руках, с меня хватит вспышек агрессии, а то выйду отсюда законченным психопатом.

Я мотнул головой, чтобы выбросить такую мысль из головы.

Перед входом в столовую нас ждала Кира, мы с Ирвином подошли к ней.— Знакомьтесь.

Кира, этого парня зовут Ирвин.

Ирвин, это Кира.

Ирвин, скажи полное свое имя, чтоб Кира могла с тобой общаться, сразу предупрежу твой вопрос, она не может говорить и она с Окамы, так что ты должен понимать её.Он выпучил свои гляделки на неё, и не сразу смог связать пару слов, а потом все же пролепетал свое полное имя, после чего Кира смогла и с ним говорить.

Мы прошли в столовую и взяли себе немного еды.

Вот теперь наша компания смотрелась еще сюрреалистичней.

Сидят два парня и девушка, молчат и кушают, а время от времени начинают то краснеть, то смеяться, но при этом без единого слова.

Ну, вы поймете, когда прочитаете нашу переписку.— Кира, скажи, как вы познакомились с Артом? Извини, то есть напиши.— Ну… это… он упал на меня.— …? Как упал, не понял? Думаю, если бы он откуда-то навернулся и упал на тебя, то он бы тебя просто раздавил.— Ну… там… так получилось… было невысоко.Я в этот момент чуть не подавился, а потом начал краснеть, вспомнив обстоятельства знакомства.— Блин скажи, Арт, как вы познакомились, если Кира нормально написать не может и краснеет.

В самом деле, ну не в постели же вы проснулись, посмотрели друг на друга и сказали «А ты кто?».Кира подавилась, а я икнул и не мог выдавить из себя ни слова.

А он переводил свой взгляд с меня на неё и обратно, а потом подскочил и указал пальцем на меня.— Т-ты гад, Арт, скрывал от друзей такие новости, что ты встречаешься, ладно если бы она страшненькая была.

Так выбрал же себе красивую девушку, которая мне понравилась.Кира сидела красная как помидор и не могла написать ни слова.

Когда понял, как это смотрится со стороны, начал громко смеяться.— Ирвин, ты придурок, мы просто с ней столкнулись в парке и я на неё упал.

Вот так и познакомились, у тебя просто шикарная фантазия.

Ладно, Киру заставил краснеть, так меня с такими заявлениями в гроб раньше времени загонишь.

А ты, Кира, смотри, парень тебя в первый раз увидел и уже признается, что ты ему нравишься.

Пользуйся моментом и хватай его тепленького.Через пару секунд до них тоже дошло, и они тоже начали смеяться, особенно, когда я сказал, как мы со стороны смотримся.

Прям театр абсурда и пантомимы.— Ладно, ребята, я к себе в комнату, а вы тут поворкуйте, голубки.Я им подмигнул обоим, и пока они не успели сказать мне ничего лишнего, смылся со скоростью света в сторону утилизатора и скинул посуду.

Мне вдогонку пришло два сообщения, вот у них даже в сообщениях мысли одинаковые, так что они — два сапога пара.— Арт, я тебя прибью. P.s.

Ирвин.— Арт, как ты мог? Я тебя убью. P.s.

Кира.Я хмыкнул и пошел в сторону жилого комплекса.

Хоть один светлый момент за этот день.

Эх… жалко Бигги это не увидел, я посмотрел на искусственное небо, проходя через парк в сторону жилого комплекса, а может быть, видит и сейчас смеется.

Спи спокойно, большой брат Бигги, я постараюсь и за тебя замочить кучу ксаргов, а их души отправлю тебе, чтобы тебе было нескучно, и ты мог их на том свете тоже погонять и в хвост, и в гриву.

Попытался попрощаться, но смог только просипеть что-то не разборчивое и пошел в сторону двери.

Когда я вышел в коридор, то двери остальных операционных уже были открыты.

Повернул направо и пошел в сторону выхода, люди в этих операционных меняли какие-то расходники в капсулах, но я не стал сильно акцентировать свое внимание на этом.

Передо мной открылась дверь, которая вела в большое помещение, тут меня ждал лаборант, который сюда нас привел и восемнадцать ребят.

Увидел лицо Ирвина, он был хмурый, и время от времени его тоже потряхивало, поэтому направился в его сторону.

Когда оказался рядом, то заговорил лаборант, так что спрошу Ирвина чуть позже.

— Все, это был последний, а теперь прошу за мной, я вас выведу отсюда, и потом вы сможете отдохнуть до завтрашнего дня.

Завтра все будет примерно так же, как и сегодня, так что ждите оповещения о подъеме.

А теперь пошли за мной.

Он направился к лифту, мы спустились на тот уровень, с которого поднялись и через другой коридор вышли в то место, где была платформа, на которой мы приехали.

Тут стояло еще несколько платформ, наверно, привезли еще несколько групп для прохождения операций.

Я сел рядом с Ирвином, чтобы задать пару интересующих меня вопросов.

Платформа плавно начала набирать скорость, и я спросил Ирвина:

— Ирвин, скажи, где Бигги? Он же с нашей группой пошел на процедуры.

— Эх… нет больше Бигги.

— Как нет, тогда где он?

— Арт, ты же не дурак, наверно, Бигги уже в лучшем мире, где нет грязи, крови, кишок, боли и этой долбаной войны.

Из-за которой мы влезли в этот проект.

Я посмотрел в его глаза, ледяным взглядом и, не мигая, по слогам сказал:

— Ирвин, отвечай, что именно случилось?

Он глубоко вздохнул и начал говорить, стараясь сильно не дергаться, а то это ему доставляло дискомфорт.

— Арт, у Бигги были проблемы при пересадке сердца.

Все вроде было нормально, а потом произошло резкое спонтанное отторжение нового сердца, при котором у него произошло несколько инфарктов за один раз.

Новое сердце также создало такое сильное давление в кровеносной системе, что сосуды не выдержали и начали лопаться, что по телу, что в его голове.

Врачи ничего не успели сделать, кстати, мне врач сказал, что завтра нам будут что-то с кровеносной системой делать.

— …как ты мог, Бигги, ты же здоровый, как бык, и вот так, раз и нет человека… не на войне, а в безопасном месте.

— Арт, успокойся, тут уже ничего не сделаешь.

У него сердце начало выдавать пятьсот ударов в минуту, а сосуды у нас рассчитаны максимум на 200–220, тогда они еще справляются с давлением, но все равно, даже тогда уже полная ж…а и для сосудов, и для нашего старого сердца.

— Ты откуда знаешь?

— Ну, вообще-то, я хотел стать врачом, когда вырасту и поэтому немного увлекался медицинской литературой, вот так вот.

Жалко Бигги, но если ты сейчас перенервничаешь, то станет только хуже и только тебе, потому что Бигги уже все равно.

Теперь у него ничего больше болеть не будет.

Эх… лучше давай я тебе скажу, почему в самом начале одну девушку от нас отделили.

Как ты думаешь, почему?

— Знаешь, у меня сейчас такая каша в голове, так что я не могу тебе ничего конкретного сказать.

Если знаешь, то говори.

— Она была… парам-пам-пам… в положении, то есть беременная, вот её и отделили от нас.

Не знаю как она, но плод бы такие нагрузки точно не выдержал.

Раз по ней не было видно, наверно, срок вообще был маленький.

Вот у народа голова только в одном месте работает, тут непонятно, выкарабкаешься после процедур или как, а они тут «любоф» крутят.

— Да, ты прав, не место и тем более, не время.

Спасибо, что отвлек.

— Ну, я же болтун, так что всегда к твоим услугам.

Я хмыкнул, после чего просто замолчал.

Давай, лучше напишу письмо Кире, узнаю, прошла она процедуры или еще нет.

Написал и уже через пару минут получил от неё ответ, что она час как освободилась.

Скинул, чтобы подходила к столовой минут через двадцать, там и пересечёмся.

Я сказал Ирвину, что мы как доедем, то пойдем в столовую, я как раз его познакомлю с одним человеком.

Так мы и ехали примерно минут десять, а потом нас повели по знакомому коридору, пока не вывели к жилому корпусу.

Лаборант попрощался и пожелал нам удачи, а сам пошел за новой группой.

Я посмотрел ему в след, глубоко вздохнул и кивнул Ирвину.

Конечно, жаль молчаливого Бигги, который ни фига не помнил.

Он был добродушным парнем, хоть и огромных размеров, про которого ты скорее подумаешь, что он перекачанный бандюган, чем добрый парень.

К сожалению, таких людей становится все меньше и меньше, а сегодня стало еще на одного меньше.

Почему хорошие люди уходят рано, а разная мразь, как педофилы и всякие маньяки с убийцами живут и здравствуют? Жизнь, ты несправедлива и жестока, если когда-нибудь смогу, то сверну тебя в бараний рог и пропишу клизму за то, что ты такая жестокая и злая к хорошим людям и милостивая к плохим! Мы с Ирвином шли молча и замечали, что некоторые парни и девушки ходят хмурые, а другие, наоборот, искренне радуются.

Наверное, хмурятся потому что узнали, через что скоро пройдут или прошли, и еще не оклемались, думаю, причин может быть много.

Вот те, кто радуются, скорее всего, рады, что выжили.

Первая такая процедура, а люди уже начали не выдерживать и умирать: буду стараться держать себя в руках, с меня хватит вспышек агрессии, а то выйду отсюда законченным психопатом.

Я мотнул головой, чтобы выбросить такую мысль из головы.

Перед входом в столовую нас ждала Кира, мы с Ирвином подошли к ней.

— Знакомьтесь.

Кира, этого парня зовут Ирвин.

Ирвин, это Кира.

Ирвин, скажи полное свое имя, чтоб Кира могла с тобой общаться, сразу предупрежу твой вопрос, она не может говорить и она с Окамы, так что ты должен понимать её.

Он выпучил свои гляделки на неё, и не сразу смог связать пару слов, а потом все же пролепетал свое полное имя, после чего Кира смогла и с ним говорить.

Мы прошли в столовую и взяли себе немного еды.

Вот теперь наша компания смотрелась еще сюрреалистичней.

Сидят два парня и девушка, молчат и кушают, а время от времени начинают то краснеть, то смеяться, но при этом без единого слова.

Ну, вы поймете, когда прочитаете нашу переписку.

— Кира, скажи, как вы познакомились с Артом? Извини, то есть напиши.

— Ну… это… он упал на меня.

— …? Как упал, не понял? Думаю, если бы он откуда-то навернулся и упал на тебя, то он бы тебя просто раздавил.

— Ну… там… так получилось… было невысоко.

Я в этот момент чуть не подавился, а потом начал краснеть, вспомнив обстоятельства знакомства.

— Блин скажи, Арт, как вы познакомились, если Кира нормально написать не может и краснеет.

В самом деле, ну не в постели же вы проснулись, посмотрели друг на друга и сказали «А ты кто?».

Кира подавилась, а я икнул и не мог выдавить из себя ни слова.

А он переводил свой взгляд с меня на неё и обратно, а потом подскочил и указал пальцем на меня.

— Т-ты гад, Арт, скрывал от друзей такие новости, что ты встречаешься, ладно если бы она страшненькая была.

Так выбрал же себе красивую девушку, которая мне понравилась.

Кира сидела красная как помидор и не могла написать ни слова.

Когда понял, как это смотрится со стороны, начал громко смеяться.

— Ирвин, ты придурок, мы просто с ней столкнулись в парке и я на неё упал.

Вот так и познакомились, у тебя просто шикарная фантазия.

Ладно, Киру заставил краснеть, так меня с такими заявлениями в гроб раньше времени загонишь.

А ты, Кира, смотри, парень тебя в первый раз увидел и уже признается, что ты ему нравишься.

Пользуйся моментом и хватай его тепленького.

Через пару секунд до них тоже дошло, и они тоже начали смеяться, особенно, когда я сказал, как мы со стороны смотримся.

Прям театр абсурда и пантомимы.

— Ладно, ребята, я к себе в комнату, а вы тут поворкуйте, голубки.

Я им подмигнул обоим, и пока они не успели сказать мне ничего лишнего, смылся со скоростью света в сторону утилизатора и скинул посуду.

Мне вдогонку пришло два сообщения, вот у них даже в сообщениях мысли одинаковые, так что они — два сапога пара.

— Арт, я тебя прибью. P.s.

— Арт, как ты мог? Я тебя убью. P.s.

Я хмыкнул и пошел в сторону жилого комплекса.

Хоть один светлый момент за этот день.

Эх… жалко Бигги это не увидел, я посмотрел на искусственное небо, проходя через парк в сторону жилого комплекса, а может быть, видит и сейчас смеется.

Спи спокойно, большой брат Бигги, я постараюсь и за тебя замочить кучу ксаргов, а их души отправлю тебе, чтобы тебе было нескучно, и ты мог их на том свете тоже погонять и в хвост, и в гриву.