«Мне много раз делали комплименты, и это всегда меня смущало: я всегда чувствовал, что они многого не договаривают».(Марк Твен)Дни текли один за другим.

Каждый день у нас были операции и процедуры по корректировке генома.

Ряды тех, кто был записан на программу, редели с каждым днем.

Если кто-то из группы выбывал с этого марафона боли, то на его место ставили другого, и так двигалась очередь.

На моих глазах один раз после процедуры по корректировке генома вынесли девушку, которая была чуть старше меня.

В тот раз со мной закончили чуть раньше, чем с остальными: в чем была причина, я так и не понял.

Я вышел уже одетый, когда соседняя дверь с номером четырнадцать открылась и санитары на каталке выкатили тело девушки.

Она лежала и смотрела на мир с отсутствующим взглядом, у нее из глаз текла кровь, и она пускала пену изо рта.

В тот момент лаборант нам сказал, ну который нас постоянно сопровождал, что она не выдержала и слетела с катушек.

Просто сознание устало бороться, и она сошла с ума.

До этого я пару раз видел, как она кушает в столовой или в парке смеется рядом с какой-то группой парней и девушек, а теперь вот просто превратилась в овощ.

Тяжело видеть такие картины и осознавать, что костлявая с косой постоянно ходит рядом, но нужно продолжать бороться.

Когда мне становилось очень тяжело, и я думал, что сорвусь в пучину отчаяния или думал, что мой организм не выдержит, я просто вспоминал, для чего я это все делаю и терплю.

Старался специально вспоминать темные моменты из моего прошлого, чтобы начать злится: злость придавала мне сил и упрямства идти дальше.Другой такой случай был, когда парень, после процедуры укрепления костей, не выдержал, точнее его организм не выдержал.

Что-то у него в организме пошло не так, в итоге его кости вместо того, чтобы стать крепче, стали ломкие, как фарфор.

Мы в тот момент стояли и ждали последнего из нашей группы, а он стоял рядом со мной.

Вдруг ему стало плохо, начала кружится голова, и он просто упал.

И при столкновении с полом поломал себе кучу костей, начал сильно дергаться, и своими мышцами и связками продолжил ломать себе кости.

Пока он двигался медленно после процедур и стоял, все было нормально, но вот после того как у него закружилась голова и он упал, ну, вы должны понять.

Его пытались откачать, но было уже поздно, он своими переломанными рёберными костями проткнул легкие и сердце.

Выяснилось, что врач поленился сделать контрольную проверку и вот результат, мы потеряли еще одного будущего преторианца, хотя этот парень прошел половину процедур, но не справился с последствиями последней операции.Я сидел на кровати и смотрел на руки: на коже были тонкие полоски шрамов в некоторых местах.

Да, я сильно поменялся, стал немного крупнее и тяжелее.

Но это только половина пути, я сжал кулак и разжал его.

Арт, ты справишься, ты должен справиться.

Я подошел к зеркалу — на меня смотрел парень, который пережил боль и утрату, но не потерял силу бороться хоть со всем миром.

Я посмотрел сам себе в глаза и про себя сказал: «Арт, я в тебя верю, у тебя все получится.

Эшли верит и ждет тебя, так что у тебя нет права опускать руки.

Ты должен отомстить тварям и уничтожить их, ради памяти о родителях, ради всех остальных».

Знаете, такие испытания делают дружбу крепче, остальные ребята тоже смотрели друг на друга нормально.

Вспомнил Ирвина, который недавно прибегал ко мне с криком.

Веселый он человек, они с Кирой друг друга точно дополняют: один болтун, а вторая немая, самый лучший слушатель для этого болвана.

Вспомнив тот случай, я улыбнулся, буду надеяться, что их любовь друг к другу поможет пережить все эти испытания, а дальше у нас все будет нормально.

Я тряхнул головой, вгляделся в свой взгляд в отражении зеркала и сказал:— Ксарги, подождите немного.

Скоро Арт придет за вами и устроит персональный ад для вас.Я видел, как в моих глазах разгорается огонь безумной ненависти к этой расе, в этот момент я хотел зубами впиться в горло такой твари и почувствовать, как их кровь будет течь по моему лицу и рукам.

Я был настолько зол что, хрипя, сказал в свое отражение:— Я вас всех убью, твари, своими руками передавлю!К этому моменту, тем, кто выдержал, уже заменили все органы на модифицированные, которые смогут выдержать просто сумасшедшую нагрузку.

Меняли даже желудок и кишечник, чтобы больше питательных веществ из пищи могло поступать в кровь при ее переработке.

В тот далекий момент, хотя он был недавно, к нам подошел лаборант и сказал, что это были только цветочки, а вот ягодки скоро наступят.

Сейчас нам укрепляют и уплотняют костную массу, говорили, что используют какой-то металл.

Вот это просто безумно больно, но это еще не все.

После этого примутся за модификацию мышц и связок, а потом перейдут к нервной системе.

Сколько нас осталось? Примерно, 80% от того, что было.

Вот когда они перейдут за перестройку нейронных цепей в голове и модификаций мозга, вот тогда и начнутся настоящие ягодки.

Но даже после этого они не успокоятся, как же без форсирования всех процессов в организме? Это все только сделает из нас заготовку, как выбраковка глины и придание первичной формы в руках мастера.

После этого они проведут процесс акселерации всего организма, и тогда мы перерастем свой возраст, и добавим как в росте, так и в объеме.

А все эти операции надо провести до проведения акселерации и посмотреть, как они укрепятся на клеточном и генном уровне, а то после акселерации из капсулы появится не боец, а какая-то мутировавшая сопля, которая была когда-то человеком.Дальше будет вживление нейросети и имплантов, в результате, выйдет идеальная заготовка под бойца, у которого будет гораздо больше шансов выжить во многих случаях и прибить врага.

Потом нас отправят на орбитальную крепость: будут закачивать базы и дрючить на тренировках до потери пульса.

После того как командование убедится в боевой готовности подразделения, то выпустят нас, волкодавов, которых натаскивали на кровь ксаргов.

Вот тогда я напьюсь их кровью.В отражении был парень, у которого был стальной стержень внутри.

Парень, который давно вышел на тропу войны и вытащил топор войны из земли, чтобы крушить черепа врагов и снимать их скальпы, как трофей.

В его глазах горел неистовый огонь всепожирающей холодной ярости к расе ксаргов, у него до сих пор плохо работали лицевые нервные окончания.

Он улыбнулся и это был оскал хищного зверя, который был готов рвать врагов.

Этот зверь из отражения давно перестал быть зверёнышем и становился настоящим зверем и монстром, отражение адресовало клич зверя, оповещая весь мир о приходе монстра, его голос был похож на рычание.— Ксарги, скоро, осталось совсем чуть-чуть, и я приду за вами!В это же время в детском доме в системе Альдаран на планете Фобос у девочки-подростка ёкнуло сердце и появилось чувство беспокойства.

Её звали Эшли, она стояла перед окном и смотрела в ночное небо и как на нем расцветали далекие звезды.

Она протянула руку, чтобы дотянуться до далеких звезд, но уперлась в стекло и сжала руку в кулак.

Потом тихо сказала, чтобы никого не разбудить в темноте:— Арт, я тебя чувствую.

Я всегда буду с тобой, и всегда буду ждать тебя до того момента, когда ты придешь за мной.

Я надеюсь, у тебя все нормально, я волнуюсь, ты самое главное держись и помни о слове, которое ты мне дал.

Я знаю, ты где-то там, среди далеких и холодных звезд, но ты придешь за мной, я это знаю.У неё навернулась одинокая слеза и покатилась по щеке: я буду сильной, как и обещала тебе.

Она стерла слезу и пошла в кровать, а потом заснула с улыбкой на устах, вспомнив счастливый день, проведенный с Артом.

«Мне много раз делали комплименты, и это всегда меня смущало: я всегда чувствовал, что они многого не договаривают».(Марк Твен)

Дни текли один за другим.

Каждый день у нас были операции и процедуры по корректировке генома.

Ряды тех, кто был записан на программу, редели с каждым днем.

Если кто-то из группы выбывал с этого марафона боли, то на его место ставили другого, и так двигалась очередь.

На моих глазах один раз после процедуры по корректировке генома вынесли девушку, которая была чуть старше меня.

В тот раз со мной закончили чуть раньше, чем с остальными: в чем была причина, я так и не понял.

Я вышел уже одетый, когда соседняя дверь с номером четырнадцать открылась и санитары на каталке выкатили тело девушки.

Она лежала и смотрела на мир с отсутствующим взглядом, у нее из глаз текла кровь, и она пускала пену изо рта.

В тот момент лаборант нам сказал, ну который нас постоянно сопровождал, что она не выдержала и слетела с катушек.

Просто сознание устало бороться, и она сошла с ума.

До этого я пару раз видел, как она кушает в столовой или в парке смеется рядом с какой-то группой парней и девушек, а теперь вот просто превратилась в овощ.

Тяжело видеть такие картины и осознавать, что костлявая с косой постоянно ходит рядом, но нужно продолжать бороться.

Когда мне становилось очень тяжело, и я думал, что сорвусь в пучину отчаяния или думал, что мой организм не выдержит, я просто вспоминал, для чего я это все делаю и терплю.

Старался специально вспоминать темные моменты из моего прошлого, чтобы начать злится: злость придавала мне сил и упрямства идти дальше.

Другой такой случай был, когда парень, после процедуры укрепления костей, не выдержал, точнее его организм не выдержал.

Что-то у него в организме пошло не так, в итоге его кости вместо того, чтобы стать крепче, стали ломкие, как фарфор.

Мы в тот момент стояли и ждали последнего из нашей группы, а он стоял рядом со мной.

Вдруг ему стало плохо, начала кружится голова, и он просто упал.

И при столкновении с полом поломал себе кучу костей, начал сильно дергаться, и своими мышцами и связками продолжил ломать себе кости.

Пока он двигался медленно после процедур и стоял, все было нормально, но вот после того как у него закружилась голова и он упал, ну, вы должны понять.

Его пытались откачать, но было уже поздно, он своими переломанными рёберными костями проткнул легкие и сердце.

Выяснилось, что врач поленился сделать контрольную проверку и вот результат, мы потеряли еще одного будущего преторианца, хотя этот парень прошел половину процедур, но не справился с последствиями последней операции.

Я сидел на кровати и смотрел на руки: на коже были тонкие полоски шрамов в некоторых местах.

Да, я сильно поменялся, стал немного крупнее и тяжелее.

Но это только половина пути, я сжал кулак и разжал его.

Арт, ты справишься, ты должен справиться.

Я подошел к зеркалу — на меня смотрел парень, который пережил боль и утрату, но не потерял силу бороться хоть со всем миром.

Я посмотрел сам себе в глаза и про себя сказал: «Арт, я в тебя верю, у тебя все получится.

Эшли верит и ждет тебя, так что у тебя нет права опускать руки.

Ты должен отомстить тварям и уничтожить их, ради памяти о родителях, ради всех остальных».

Знаете, такие испытания делают дружбу крепче, остальные ребята тоже смотрели друг на друга нормально.

Вспомнил Ирвина, который недавно прибегал ко мне с криком.

Веселый он человек, они с Кирой друг друга точно дополняют: один болтун, а вторая немая, самый лучший слушатель для этого болвана.

Вспомнив тот случай, я улыбнулся, буду надеяться, что их любовь друг к другу поможет пережить все эти испытания, а дальше у нас все будет нормально.

Я тряхнул головой, вгляделся в свой взгляд в отражении зеркала и сказал:

— Ксарги, подождите немного.

Скоро Арт придет за вами и устроит персональный ад для вас.

Я видел, как в моих глазах разгорается огонь безумной ненависти к этой расе, в этот момент я хотел зубами впиться в горло такой твари и почувствовать, как их кровь будет течь по моему лицу и рукам.

Я был настолько зол что, хрипя, сказал в свое отражение:

— Я вас всех убью, твари, своими руками передавлю!

К этому моменту, тем, кто выдержал, уже заменили все органы на модифицированные, которые смогут выдержать просто сумасшедшую нагрузку.

Меняли даже желудок и кишечник, чтобы больше питательных веществ из пищи могло поступать в кровь при ее переработке.

В тот далекий момент, хотя он был недавно, к нам подошел лаборант и сказал, что это были только цветочки, а вот ягодки скоро наступят.

Сейчас нам укрепляют и уплотняют костную массу, говорили, что используют какой-то металл.

Вот это просто безумно больно, но это еще не все.

После этого примутся за модификацию мышц и связок, а потом перейдут к нервной системе.

Сколько нас осталось? Примерно, 80% от того, что было.

Вот когда они перейдут за перестройку нейронных цепей в голове и модификаций мозга, вот тогда и начнутся настоящие ягодки.

Но даже после этого они не успокоятся, как же без форсирования всех процессов в организме? Это все только сделает из нас заготовку, как выбраковка глины и придание первичной формы в руках мастера.

После этого они проведут процесс акселерации всего организма, и тогда мы перерастем свой возраст, и добавим как в росте, так и в объеме.

А все эти операции надо провести до проведения акселерации и посмотреть, как они укрепятся на клеточном и генном уровне, а то после акселерации из капсулы появится не боец, а какая-то мутировавшая сопля, которая была когда-то человеком.

Дальше будет вживление нейросети и имплантов, в результате, выйдет идеальная заготовка под бойца, у которого будет гораздо больше шансов выжить во многих случаях и прибить врага.

Потом нас отправят на орбитальную крепость: будут закачивать базы и дрючить на тренировках до потери пульса.

После того как командование убедится в боевой готовности подразделения, то выпустят нас, волкодавов, которых натаскивали на кровь ксаргов.

Вот тогда я напьюсь их кровью.

В отражении был парень, у которого был стальной стержень внутри.

Парень, который давно вышел на тропу войны и вытащил топор войны из земли, чтобы крушить черепа врагов и снимать их скальпы, как трофей.

В его глазах горел неистовый огонь всепожирающей холодной ярости к расе ксаргов, у него до сих пор плохо работали лицевые нервные окончания.

Он улыбнулся и это был оскал хищного зверя, который был готов рвать врагов.

Этот зверь из отражения давно перестал быть зверёнышем и становился настоящим зверем и монстром, отражение адресовало клич зверя, оповещая весь мир о приходе монстра, его голос был похож на рычание.

— Ксарги, скоро, осталось совсем чуть-чуть, и я приду за вами!

В это же время в детском доме в системе Альдаран на планете Фобос у девочки-подростка ёкнуло сердце и появилось чувство беспокойства.

Её звали Эшли, она стояла перед окном и смотрела в ночное небо и как на нем расцветали далекие звезды.

Она протянула руку, чтобы дотянуться до далеких звезд, но уперлась в стекло и сжала руку в кулак.

Потом тихо сказала, чтобы никого не разбудить в темноте:

— Арт, я тебя чувствую.

Я всегда буду с тобой, и всегда буду ждать тебя до того момента, когда ты придешь за мной.

Я надеюсь, у тебя все нормально, я волнуюсь, ты самое главное держись и помни о слове, которое ты мне дал.

Я знаю, ты где-то там, среди далеких и холодных звезд, но ты придешь за мной, я это знаю.

У неё навернулась одинокая слеза и покатилась по щеке: я буду сильной, как и обещала тебе.

Она стерла слезу и пошла в кровать, а потом заснула с улыбкой на устах, вспомнив счастливый день, проведенный с Артом.