Том 1 Глава 79

2011 год, моя десятая годовщина как редактора. В этот год я перевалил за отметку в 300 отредактированных томов.

«Лгущий Мии-кун и сломленная Маа-тян» получили лайв-экшен экранизацию, начался показ аниме «Моей кузины — инопланетянки» и «Ореимо». Шел второй сезон аниме «Индекса». В общем, работа над адаптациями шла полным ходом. Стартовал третий сезон «Сяны», который покрыл события до самого последнего 22 тома.

Дэнгэки Бунко разросся и превратился в лидирующую компанию индустрии ранобэ.

Я уже вкратце поведал историю десяти лет работы в компании, но на самом деле кое в чем наврал.

Я упорно делал вид, что добился всего в одиночку.

Хотя на деле мне помогали множество благодетелей.

Я уже говорил, что «в одиночку редактор ни на что не способен» и что «сама по себе наша профессия не производит ничего». Чтобы создать произведение, редактору непременно нужно собрать солянку из единомышленников. У меня было множество надежных партнеров. Я допускал детские ошибки, но отдел контроля следил за мной и держал в рамках и сроках. Я ничего не знал о маркетинговых планах, но рекламный отдел подсказывал, есть ли у них право на жизнь. Отдел распространения поставлял книги, на которые ушло столько сил, в магазины всей Японии. Цифровой отдел помогал оформлять страницу летнего фестиваля Дэнгэки и создавал электронные версии книг…

Наконец, внутри отдела мне помогали начальники, которые всегда следили за тем, чтобы редакторы чувствовали себя свободными. В частности я говорю о (на тот момент) главном редакторе Токуде Наоми, главе редотдела Кояме Наоко (она к моим начальникам не относилась, но ее помощь в работе с Ирума-саном очень помогала) и выпускающем редакторе Судзуки Кадзутомо. Я даже не знаю, сколько раз меня спасало их великодушие, позволявшее вытворять что угодно.

Говоря о великодушии, не могу не припомнить один эпизод.

Как-то раз я допустил очень серьезную ошибку. Сильно расстроившись, я пошел сознаваться на ковер выпускающему редактору Судзуки. Я был готов понести любое наказание.

— (...) Я глубоко раскаиваюсь за случившееся. Примите мои извинения.

— Ага, понял. Ничего, в следующий раз выйдет лучше. Лучше зацени, какую я вчера офигенную гитару купил. Во!

Выслушав и поняв, Судзуки вдруг достал из-за спины чехол, вытащил гитару и начал расписывать мне ее прелести.

Я так удивился повороту событий, что смог промямлить только:

— О… о-о, какая хорошая гитара. И во сколько она обошлась?

Тем временем, у меня в голове…

— Э?! Эта ошибка заслуживала куда больше, чем «ага, понял»! Даже я понимаю, что меня нужно наказать… что он вытворяет?!

Прошу прощения за резкую смену темы, но давайте я расскажу вам про Оиси Кураноске, персонажа пьесы о сорока семи ронинах.

Оиси Кураносукэ был главным вассалом феода Ако провинции Харима. В мирное время он был посредственным человеком без каких-либо выдающихся талантов. Вассалы и мирные жители любили его, но Оиси Кураносукэ любил дурачиться и работал спустя рукава. Поэтому над ним подшучивали и называли дневным фонарем (поскольку днем фонари не нужны).

Но как только приходила беда, он преображался и становился харизматичным и надежным лидером. Когда пошли разговоры о мести Кира Кодзукэносукэ за «убийство господина», Оиси Кураносукэ до самого начала событий сдерживал кровожадных вассалов и отыгрывал «дневной фонарь». Он знал, что если о готовящейся мести кто-то узнает, все планы рухнут. В мире Эдо, где стража следила за каждым чихом, дневному фонарю удалось стать яркой путеводной звездой, благодаря которой месть все-таки свершилась.

Так вот, мой начальник — вылитый Оиси Кураносукэ.

Я пришел докладывать об ошибке уже после того, как он сам про все узнал. Он отыграл «дневной фонарь» и повел себя непринужденно затем, чтобы я как действующий редактор не боялся и не чувствовал нездорового давления, разгребая последствия и принимаясь за новую работу. Он радостно говорил о новой гитаре, но при этом незаметно для меня связался со всеми отделами, которые пострадали от моей ошибки, и сделал все возможное, чтобы на меня не было никаких жалоб.

...Ну и начальник у меня. Это какой-то новый подвид цундере, что ли? Думаю, в образе очаровательной девушки он превратился бы в популярного персонажа.

Нельзя наставлять людей только упреками, криками и ежовыми рукавицами. Ошибки совершает каждый, а наставнику важнее всего знать, как после нее побудить работника вернуться к делу.

Я осилил этот путь лишь благодаря благодетелям. С этой точки зрения я крупно заблуждаюсь, когда считаю редакторскую работу логическим продолжением «одинокой игры».