Том 1 Глава 95

Одна из вещей, которую я усвоил в ходе работы, состоит в том, что последними смеются те, кто в любых условиях смотрит в будущее и наслаждается тем, что делает.

Эта истина открылась мне после работы со множеством писателей. Предположим, что автор написал отличное произведение, редактор тоже прекрасно справился с работой и получил книгу, которая кажется ему очень впечатляющей.

Но она не продалась.

Может, я начал со слова «предположим», но любой достаточно опытный редактор обязательно через такое проходил.

Что бы вы почувствовали, оказавшись в такой ситуации?

Досаду, расстройство, недовольство?.. Думаю, сюда подходит немало чувств.

Ну а я после такого сильно радуюсь.

...Нет-нет, я вовсе не двинулся рассудком. Пожалуйста, дочитайте до конца. Я радуюсь вовсе не тому, что книга не продалась, и веселюсь отнюдь не из-за провала.

Мне всегда поднимает дух сложность нашей задачи — само то, что ты можешь сделать все и потерпеть неудачу.

В начале книги я писал, что продал 60 миллионов книг Дэнгэки Бунко. К настоящему времени (октябрь 2015) я отредактировал больше 500 книг. Возможно, эти цифры вызывают уважение, но на деле из всех книг, над которыми я работал, успешной была только сотня или даже еще меньше. Я не буду называть конкретных примеров, но основная часть моих тайтлов так и не смогла хорошо продастся. Другими словами, среди огромной кучи произведений, над которой я работал, лишь некоторые по чистой случайности стали хитами. Я пускаю в глаза пыль, окружаю себя ореолом важности, делаю вид, что выстраиваю теорию литературы, но на самом деле я почти бесполезный, крайне неэффективный игрок. Когда я понимал, что книга не продается, я сильно расстраивался, печалился, горевал и ходил, опустив голову. Когда книги не продавались одна за другой, я не раз и не два кричал «Да что же мне делать?! Я так больше не могу!» и терял волю работать.

Но если бы расстройство от того, что книга не продалась, смогло бы меня остановить, тут бы все и закончилось. Я оказался бы в том же положении, что и автор, так и не написавший лучшую часть истории. Какие бы невероятные и чудесные события не ожидали впереди, их бы никто не прочел, поскольку книгу бросили на полпути.

Поэтому я заставлял себя думать «Я сделал все и у меня не получилось, придется в следующий раз поработать лучше» и «Если на этот раз результат никуда не годится, дальше должно быть лучше! Хуже стать уже не может!»

Конечно, в идеале все мои книги продавались бы отлично, а я обходился бы без самогипноза.

Но не бывает такого, чтобы все выпущенные тобой книги оказались хитами.

Однажды тебя обязательно постигает неудача.

И я считаю, что именно редактор должен ответить на вопрос, как с ней быть.

Вообще, куда сильнее от провала книги расстраивается не редактор, а писатель. Конечно, редактор может погрустить вместе с ним, но я пытаюсь приободрить автора, придать сил и вернуть к жизни.

Секрет, который помогает мне вести себя так несмотря на все тяготы, состоит в том, что я рассматриваю жизнь по закону сложения. И я надеюсь так же рассматривать ее и впредь.