Том 1 Глава 8

— Ты знал, ведь так? Ты допустил это, зная, правда, Рейв?

Мак Райан обрушился на Рейва, который застыл, словно пораженный громом, после того, как взгляд его скользнул по утренней газете.

На первой полосе, словно насмешка судьбы, красовалось объявление: «Герцог Иан Шервилль и Грейс Беннетт объявляют о помолвке».

Мак Райан нутром чуял, что между Грейс и Ианом вспыхнула искра. Знал… и, зная, выбрал остаться рядом, довольствуясь ролью тени. Но эта газетная строка резанула по сердцу, словно осколок стекла, от которого не укрыться.

— Вот оно что… — едва слышно выдохнул Мак Райан.

Он медленно повернул голову, лежавшую на шершавой коре дерева, на хрустальный голос, прозвеневший в воздухе. Вдали, в саду, Грейс, озаренная счастьем, разделяла миг с Ианом, ее лицо сияло улыбкой, ярче которой не сыскать.

— Ху… — Мак Райан выпустил обреченный вздох, ощущая горечь собственной участи, где ему оставалось лишь наблюдать за этим издалека.

Друг. Он мог находиться рядом с Грейс лишь под этой личиной. Невидимая, но непреодолимая черта пролегала между ними – граница, имя которой – дружба. Шаг за эту черту – и их отношения рассыплются в прах, подобно песчаному замку, смытому волной. Такова жестокая реальность, знакомая ему и по Селонии.

— …Сели…

Имя это вырвалось невольно. В памяти всплыло лицо Селонии, опустошенное, лишенное смеха, каким он видел его два дня назад. Селония, столкнувшаяся с Грейс в Роблане… Если бы она тогда подняла руку на Грейс, он бы не стал церемониться. Конечно, он понимал чувства Селонии. Но сердце – не неприступная гора, застывшая на одном месте; это бушующее море, которое нельзя остановить, нельзя усмирить. Он встретил Грейс и познал эту истину на собственном опыте. Не помнил, с чего все началось. Но однажды осознал, что чувства к Селонии растаяли, как первый снег, а пустоту заполнила Грейс.

— Я думал, ты хотя бы останешься на стороне Сели, – пробормотал Мак Райан, обращаясь к Рейву, который все еще хранил молчание.

Тогда он был настороже, опасаясь, что Селония может навредить Грейс, не задумываясь о ее чувствах. Теперь же, оглядываясь назад, он беспокоился о ней, оставшейся в одиночестве. Ведь Иан, он сам и даже Рейв – все в одночасье отвернулись от нее.

— Клятва рыцаря – пустой звук, который можно раздавать направо и налево, – усмехнулся он горько. Рейв, вечно лезший между ним и Селонией, в итоге сам ее предал. Играл в благородство и верность, а на деле… фарс.

— А разве сэр Мак Райан не отдал ей свое сердце? Зачем дарить, если собираешься забрать обратно? – не выдержал Рейв, голос его дрогнул. Слова Мак Райана задели незаживающую рану в его душе.

— Что, щенок? Я просто верен своим чувствам, ясно? – Вспыльчивый Мак Райан схватил Рейва за воротник. Золотые глаза сверкнули яростью, готовые испепелить наглеца.

— Я тоже, – Рейв смотрел прямо в глаза Мак Райану, не отводя взгляда. Спор о том, кто прав, а кто виноват, был бессмыслен. В конце концов, все они оказались предателями.

— Если бы тогда у меня не было сердца, Сели бы погибла, – Мак Райан прожигал взглядом невозмутимое лицо Рейва, прежде чем грубо отпустить его воротник. Хотелось разбить это надменное лицо в кровь, но он сдержался, вспомнив просьбу Грейс – быть в мире.

— Тогда ты должен был защищать ее до конца. Как ты можешь забрать свое сердце теперь, когда она тебе надоела?

— Что?! Я все еще Селония..! – Мак Райан осекся, почувствовав, что проговорился. На мгновение лицо его исказила растерянность. Селония?.. Что дальше?

— Мак Райан!

В этот момент Грейс, закончив разговор с Ианом, помахала Мак Райану и побежала к нему.

— Не беги, упадешь, – глядя на ее улыбку, сияющую ярче солнца, он встал и, словно ничего не произошло, с нежным выражением пошел ей навстречу. Под теплыми лучами солнца его серебристые волосы искрились. Нежные янтарные глаза в загадочном, прекрасном лице лукаво прищурились. Смущение, промелькнувшее мгновение назад, исчезло без следа. Словно у него никогда и не было этих терзаний.

— …

Рейв, заметивший смятение в глазах Мак Райана, был озадачен. Что это было? Словно…

— Сэр Рейв, идите же!

Голос Грейс вновь прозвенел в воздухе. Она махала Рейву, приглашая его присоединиться. Рейв не смог устоять перед ее очарованием и, отбросив все сомнения, двинулся вперед. К Грейс Беннетт, которую он так сильно полюбил.

История закончилась. Счастливый или печальный финал – неважно. Она достигла своего конца. И время, в котором она жила сейчас, было временем «после». Роман завершился за месяц до подчинения Демона и свадьбы главных героев. Это означало, что больше нет никакого принудительного сюжета.

— Мисс, вам действительно не будет неприятно, если я поем с вами?

— Конечно. Ешь сколько влезет. Закажи еще, если захочешь, – Селония успокоила Эллу, все еще не верящую своему счастью, и отпила сок кокоберри. Они сидели в кафе в северном районе улицы Монтера, куда Элла настоятельно уговорила ее пойти, чтобы развеяться. Ведь сегодня, спустя два дня после нелепого предупреждения Грейс, объявление о помолвке красовалось на первой полосе газеты. Объявление о помолвке скромной девушки из незначительной баронской семьи, на которую раньше никто не обращал внимания, и герцога Иана, которого всегда называли самым завидным женихом, привлекло всеобщее внимание. И, конечно, всеобщее внимание было приковано к тому, что незначительная баронская девица вытеснила с пьедестала герцогиню Бессин, слывшую «золотой невестой», и заполучила герцога Шервилля.

— Роман века, как же! Эта газета с ума сошла? Разве не она несла чушь в прошлый раз?

— Да, – равнодушно отозвалась Селония, словно это ее не касалось. Потому что она действительно не испытывала никаких особых эмоций. В статье встреча Иана и Грейс описывалась как судьбоносная любовь. Словно газету подкупили. Любой, не знающий обстоятельств, поверил бы в эту чушь. Но это была только эта газета. Остальные СМИ и общественное мнение были на ее стороне, критикуя Иана за то, что он открыто изменил своей невесте, известной всему обществу. Да еще и в тот момент, когда невеста находилась в критическом состоянии и рухнула без сознания. Какой наглый ублюдок. Ясно, что Иан, гордец до мозга костей, придет в ярость от этих статей. Он был более чувствителен к своей репутации, чем кто-либо другой.

— Жаль, что я не могу увидеть его лицо, – Селония усмехнулась и положила в рот пирожное дакуаз. Умеренно сладкое, оно было восхитительным. — Десерты всегда поднимают настроение.

Неторопливое и сладкое времяпрепровождение пришлось ей по вкусу. Она даже подумала, что это была хорошая идея – выйти в свет. Если не считать того, что все посетители кафе украдкой поглядывали на нее, пытаясь прочитать на ее лице хоть какие-то эмоции. Для других она, возможно, казалась безразличной, не похожей на брошенную невесту. Но она упорно работала над собой два дня, чтобы достичь этого состояния. Она почти закончила приводить в порядок свои мысли. Не собиралась ворошить прошлое и топить себя в слезах, тоскуя по бывшему жениху и несостоявшимся любовникам. Дружба и товарищество, которые она так долго строила, были давно выброшены в мусорное ведро вместе с их предательством. Как только она признала все это, разум ее прояснился, а сердце стало легче. Сегодня ее голову занимала лишь одна мысль.

— Что мне теперь делать?

— Разве ты не собираешься возвращаться в клинику? – озадаченно спросила Элла, глядя, как Селония крутит соломинку в пальцах.

— Верно. Но у меня еще три месяца отпуска. Я собираюсь выжать из них все до последней капли. Работающий человек должен отдыхать, когда это возможно.

Это ведь незыблемый закон.

— Эм, тогда как насчет шопинга?

— Это хорошо на день-два.

— А как насчет осмотра достопримечательностей поблизости?

— Я была почти везде, когда встречалась с ним, помнишь?

— Ах! Тогда как насчет путешествия?

— Я устала от приключений.

Элла застонала и задумалась, потому что все ее предложения были отвергнуты. Но, по правде говоря, Селония действительно устала от путешествий и приключений. Всего несколько месяцев назад она сражалась в кровавых битвах с демонами, которые появлялись из ниоткуда, падала со скал и штурмовала замки. Она даже была измазана липкой кровью демонов и шла так два дня подряд. Она до сих пор злится, когда вспоминает все трудности, через которые ей пришлось пройти в то время. Это было приключение, в котором она давно бы погибла, если бы не благословение главного героя.

— Тогда, наверное, лучше просто остаться дома?

— Верно? Это было бы лучшим решением, да?

— Да.

Элла покачала головой, глядя на лицо своей госпожи, сияющее, словно это и был правильный ответ.

— Да. А что еще делать? Празднование запланировано через три недели, так что я просто отдохну дома до тех пор. В резиденции герцога есть все необходимое.

У Селонии было более чем достаточно денег, чтобы развлекаться и хорошо питаться.