Том 1 Глава 1

1999 год, Сеульская начальная школа, 3 класс.

Динь-Донь-Динь-Донь.

Прозвенел звонок к началу урока, все ученики сели за парты.

— И так ребята, сегодня, мы на уроке математики будем изучать умножение двузначных чисел.

Учитель все что-то объяснял, но я его совершенно не слушал. Не мог сосредоточиться. Я посмотрел в окно и полностью погрузился в свои мысли.

На самом деле, я был немного странным с самого рождения. Да, сейчас я не слишком то взрослый, чтобы так говорить, однако всё-таки странно то, что у меня так рано появилась такая необычная способность. Моя способность заключалась в распознавании предметов и различии их по цвету. Например, ложка красная, салфетка зеленая, а туфли желтые.

Когда я начал говорить, то мог связывать буквы в слова и добавлять к ним простые числительные, соединяя всё в предложения. Например, у меня был один телевизор, четыре игрушечных поезда.

Люди всегда смотрели на меня косо, но для меня мир выглядел именно так. Все в этом мире представляет собой предметы, связанные с различными цветами и формами, и для меня, наблюдать за такой композицией было увлекательным занятием.

— Как умножить двузначное число, например, 23 умножить на 12...

Если вы будете смотреть на этот мир по-другому, то вам совсем не будут нужны эти скучные уроки. Почему другие дети не могут сразу ответить, что будет 276? Это так просто. Однако, конечно, моя способность имела и недостатки. Я стал воспринимать мир не только зрительно, но и на слух.

— Теперь, на втором уроке английского, мы будет изучать прописные и строчные буквы. Буква «А», «а» читаются как «Эй».

Каждый раз, когда я на чем -то сосредотачивался, у меня начинала кружиться голова. Когда я думал о букве «А», на ум сразу приходили всевозможные цвета и формы, и я даже мог слышать «звук», который соответствует этой букве.

То, что написано и нарисовано, я могу услышать. Этот «дар» вызывал восторг, и в тоже время сильно нагружал мой мозг. Поэтому иногда, казалось, что он вот-вот взорвется.

Во втором классе головокружения постепенно стало меньше и симптомы исчезли. Вместе с тем пришла скука.

На мой взгляд, уроки во втором классе начальной школы были очень утомительными. По сравнению с моим необычным мышлением, такого рода занятия и тесты были для меня всего лишь детской забавой. Действительно «детской», думал я тогда. Почему 9-летние сосредотачиваются на таких неинтересных вещах? Скоро таких детей будет намного больше!

— Я рада, что вы, ребята, все схватываете на лету. «I’m happy». Теперь скажите это все вместе?!

Когда я пошел в третий класс, я снова начал страдать от тревожного расстройства. Меня беспокоило, что мне не на чем было сосредоточиться, поэтому я не испытывал радости от процесса мышления и познания новых вещей. Все школьные уроки были скучными и неинтересными. Все, что приходило мне на ум, постоянно рассеивалось.

— Еще раз скажите. I’m happy!

— I’m happy!

Вот так я и жил с этой особенностью. Мой разум был настолько широк, что трудно было найти его границы. При таких темпах я действительно думал, что сойду с ума еще до того, как пойду в четвертый класс. Мне нужно было найти, на чем можно было сосредоточиться. Я должен был погрузиться во что-то увлекательное, дать волю своим мыслям.

— Так, следующий урок у нас естествознание...

— Учительница.

И сегодня.

— А? Что такое Джихё?

— Во время перемены, пока я была в туалете… — замялась девочка. — Я обнаружила, что мой набор цветных карандашей пропал!

В конце концов, тревога улеглась, однако волнение, напротив, начало нарастать.