Том 1 Глава 19

В главном доме клана Чоиджин в городе Сихын, Кёнгидо.

Словно демонстрируя внешнему миру, что они ценят свои традиции, большинство зданий здесь были построены как традиционные дома в корейском стиле.

Внутри дома...

— …

Три человека проводили частную встречу.

В огромной комнате мужчина сидел в главном кресле.

Напротив него сидели парень и девушка.

Некоторое время стояла тишина.

Когда тишина стала почти невыносимой, сидевший во главе мужчина, глава клана Чоиджин и заведующий гильдией Джин-са, Чой Джонсок посмотрел на сидевших перед ним двоих и заговорил.

— Как вы знаете, я вызвал вас двоих сегодня, чтобы узнать ваши мнения перед началом отборочного теста для нашего следующего поколения.

Оба молча кивнули в ответ на слова Чой Джонсока.

— А теперь, прежде чем спросить, скажу еще раз. Если вы оба пройдете отборочное испытание и попытаетесь стать наследниками клана—...

Взмах!

Джонсок показал двоим божественную реликвию клана Чоиджин "Клинок Голубой Луны" и продолжил.

— Когда будет возможность заключить контракт с Лезвием Голубой Луны, если кто-то из вас не пройдет испытание, ему придется покинуть клан. Вы оба знаете об этом, верно?

— Да, господин.

Первым ответил Чой Джингон, старший сын клана Чоиджин и нынешний рейд-лидер гильдии Джин-са.

Он ответил с пылающей уверенностью в глазах.

Однако по сравнению с ним...

— Да.

Чой Арин, сидевшая рядом с ним, тихо ответила и просто кивнула.

Смотря на них, особенно на Арин, глава клана заговорил.

— Я еще раз повторяю, что вы не обязаны проходить испытание, но если примитесь и не справитесь, то должны покинуть клан. Это наша гордая традиция.

— Я знаю.

— …И даже зная это, ты примешь участие?

— Приму.

Услышав ответ, Джонсок некоторое время смотрел на неё, сделал странное неловкое выражение лица, но вскоре кивнул.

— Ясно. В таком случае, отборочное испытание состоится через три недели. Вы можете идти.

С этими словами Джингон и Арин опустили головы, когда их отец выходил из комнаты, а затем следом покинули её.

— Тц, почему ты такая жалкая?

— Что?..

Парень не скрывал своей явной враждебности к ней.

— Разве ты не видела, как отец посмотрел? Он явно намекает тебе, чтобы ты отказалась.

— …

— А, я полагаю, ты всё ещё хочешь занять место главы клана, несмотря на то, что ты всего лишь внебрачный ребенок?

Выражение лица девушка стало свирепым, она посмотрела на брата, но тот не почувствовал угрозы, лишь ухмыльнулся и продолжил говорить.

— Что? Я что-то не так сказал?

— …

—Запомни, ты всего лишь бесполезная примесь клана Чоиджин. Так что постарайся быть хотя бы немного умнее. И... — Джингон снова ухмыльнулся. — Даже если ты попала в Вальгаллу на втором месте, не думай, что у тебя есть шанс победить меня в отборочном испытании.

Посмотрев на спину парня, шедшего перед ней, Арин инстинктивно открыла рот, чтобы крикнуть что-то в ответ, но слов не последовало, и она замолчала.

— Если бы ты не возникала, то могла бы, по крайней мере, легко жить, наживаясь на клане. Какой идиотизм.

Старший сын клана посмеялся над её состоянием, а затем развернулся и ушёл.

— …

Задумавшись над словами Джингона, Чой Арин напомнила себе о своём нынешнем положении.

''Чой Арин'' из клана Чоиджин.

По крайней мере, так её знал внешний мир, но на самом деле изнутри к ней относились как к "отбросу клана".

Она была незаконнорожденным ребёнком, родившимся у Чой Джонсока и его тайной любовницы.

Конечно, будучи одним из благородных Пяти Семей, клан Чоиджин тщательно скрывал эту правду, да и сейчас скрывает неплохо, но это не означало, что отношение к ней в клане было иным.

Её всегда игнорировали представители главной семьи, и точно так же, как ни странно, её игнорировала и свита клана.

Такова была истинная жизнь Чой Арин, скрытая от посторонних глаз.

Однако была причина, по которой она терпела унижения и оскорбления от них и продолжала стоять на своём.

«Было бы прелестно, если бы ты стала главой клана и делала всё, что захочешь».

В этот момент голос был слаб даже в её воспоминаниях, но это была последняя воля её матери, скончавшейся десять лет назад.

Девушка старалась исполнить последние желания матери после того, как та скончалась от болезни.

Именно поэтому, несмотря на то, что никто не дарил ей заботу, она терпела одиночество и тренировала владение клинком, не получая ни от кого помощи.

Однако Арин прекрасно понимала, что даже если она будет упорно трудиться, ей будет трудно выполнить пожелания матери.

Занять второе место на вступительных соревнованиях в Вальгаллу, не получив никакой помощи от клана, было, конечно, впечатляющим достижением, но Чой Джингон, который будет проходить отборочное испытание вместе с ней, был элитой среди элит и получал полную поддержку клана.

Кроме того, Арин только получила благословение Стража Созвездия, а её брат уже заключил основной контракт со Стражем Созвездием.

Даже на первый взгляд это была нечестная битва.

Однако, даже чувствуя несправедливость, она не могла отказаться от испытания.

«Я должна его пройти».

Чтобы стать главой клана Чоиджин.

Конечно, она даже не задумывалась о том, что будет делать после того, как станет главой клана.

Но только цель - стать главой клана - была единственным, что заставляло её двигаться вперед.

Поэтому...

«...Я должна научиться этому. Тот клинок».

Арин, сжав кулак, вспомнила силу, которую демонстрировал Ким Джухёк.

***

У Ким Джухёка было не так много личностных отношений с другими людьми.

Нет, правильнее было бы сказать, что не было вообще никаких.

Его взаимоотношения были нулевыми.

Это было видно и сейчас: несмотря на то, что он сидел в середине заднего ряда класса, вокруг него было не так много студентов.

По крайней мере, некоторое время назад рядом с ним несколько раз сидела Ю Соён, но было это всего пару дней, а сейчас единственной, кто сидел рядом и разговаривал с ним, была Чой Арин.

Кроме неё, с ним разговаривала только Лиллия, профессор Монстров Лабиринта, хотя она и не сидела рядом.

Больше никого.

Только эти двое.

После поступления в Вальгаллу и последующих недель пребывания здесь единственные нормальные отношения у него были только с этими двумя.

Однако Джухёку такая ситуация показалась более привлекательной.

Во-первых, не было возможности зацикливаться на личностных отношениях, ведь он собирался быстро пройти через это место.

«В конце концов, я скоро уйду, так какой в этом смысл?»

Он предполагал после посещения Великого Леса покинуть Вальгаллу, если не будет других особых условий, которые необходимо выполнить.

Единственной причиной его пребывания здесь было выполнение этой миссии.

Во всяком случае, так он думал, и у Кима не было никаких претензий к его нынешнему статусу отношений.

Хотя у него была только одна претензия: белый самоед вмешивался в его жизнь чаще, чем ему хотелось бы.

— Джухёк!

— А вот и самоед~.

В тренировочном зале.

Ким Чжухёк выжимал штангу, которая была намного тяжелее, чем две недели назад, но, услышав вдалеке голос, зовущий его, он начал бормотать про себя и прекратил упражнение.

— Глянь-ка!

Оказавшись перед ним, Лиллия достала пачку бумаг.

— …Отчет о восстановлении экологии тропических гоблинов?

— Благодаря тебе академическое общество находится в чрезвычайном положении! Все постоянно проводят совещания и собрания! И если на этот раз всё будет восстановлено, моё имя поднимут на самый верх!

— Повезло вам.

Студент даже не пытался снова быть вежливым с ней.

Однако Лиллию это, похоже, не волновало, и она продолжала говорить.

— Расскажи мне теперь о каменных гоблинах поподробнее!

— Не хочу.

— Ах~. Ну почему ты такой~.

Лиллия тряхнула своими короткими белыми волосами из стороны в сторону.

Видя ее в таком состоянии, парень покачал головой, вспомнив, что произошло неделю назад.

Он не мог больше выносить преподавательницу, так как она продолжала его донимать, и в итоге он в общих чертах рассказал об экологии гоблинов в джунглях, что знал сам.

Джухёк, конечно, сказал ей это с расчетом на то, что она больше не будет его искать, но после этого Лиллия стала цепляться за него ещё сильнее.

«Эй, моя рука! Прекратите!»

«Пожалуйста~. Хотя бы разочек~».

Теперь он общался с ней неформально и с ругательствами, но профессора это ничуть не оскорбляло, и она без устали донимала Кима.

Однако тот просто так не даст нужную ей информацию.

Информация информацией, а раздражение — это совсем другое дело.

...По правде, Джухёк не хотел давать информацию только из-за её вредности, так как чувствовал, что в этом случае он проиграет.

Это было причиной того, что их взаимоотношения зашли в тупик.

Профессор закатывала истерики и приставала к нему, пытаясь выудить из него хоть какую-то информацию, а студент не давал ей информацию только потому, что не хотел проиграть ей.

— Не-а, я никогда не расскажу~.

— Тогда как насчёт обмена информацией, как в прошлый раз?

— Мне не нужна информация~.

— Правда? Даже если это информация о промежуточных экзаменах?

Глядя на самоеда — нет, Лиллию — с довольной улыбкой, он немного опешил.

— Разве это не незаконно?

Сперва-наперво, экзамены в Вальгалле были гораздо более строгими, чем где-либо ещё.

Кроме того, по результатам промежуточных и итоговых экзаменов отбирались студенты, которые будут исключены из академии.

Конечно, оценка успеваемости тоже играет свою роль, но она может спасти только до определенного момента, поэтому промежуточные экзамены в Вальгалле проводились гораздо более строго и справедливо.

— Ни один человек не может прожить всю жизнь, соблюдая каждый закон.

— Не так ли давно вы говорили, что занимаетесь тем, чем должны заниматься как учитель?

— …Т-ты не понимаешь, это другое!

— Ах да, точно…

— Так тебе это не нужно?

— Не, не нужно~.

После десятиминутного обмена словами...

— Я приду завтра!

— Лучше б я вас не видел!

— Тогда я напишу тебе!

— Я вас заблочу~.

Она как ветер вылетела из зала из-за того, что ей нужно было пойти на собрание преподавателей или что-то в этом роде, и исчезла.

[Довольно шумная женщина.]

— Солидарен.

[Что более важно, экзамены уже не за горами.]

— ?

[Почему ты так вопросительно смотришь?]

— Ну, студент-то я, а говоришь так, будто собираешься сдавать ты.

[Хм-м, просто мне так показалось, так как я постоянно слышал об этом сидя внутри.]

Стоит отметить, после того, как Джухёк вывел Барче из Сокровищницы, Меч Просветления всегда хранился при нём, за редким исключением, поэтому тот слушал каждое занятие.

Задумавшись на минуту, парень воскликнул, как будто что-то понял, а затем обратился к Барче.

— Эй, так ты слушаешь все занятия, да?

[Почему ты так неожиданно спрашиваешь? В любом случае, да, слушаю.]

— Тогда ты можешь сдать тест.

[…Что?]

— Я почти ничего не слушал, поэтому ты пройдёшь тест. Буду писать за тебя своей рукой.

[…Разве это не будет считаться, что тест сделал кто-то другой, что само по себе нелегально?]

— ''Ни один человек не может прожить всю жизнь, соблюдая каждый закон'', верно?

Услышав это, Барче замолчал.