Том 1 Глава 8

Истошный вопль, издаваемый Бегемотом, постепенно стихал. Грохот моста, развалившегося на части, разносился по всей округе. Под весь этот шум, Хадзиме поглотила бездна. Для Каори время остановилось, она чувствовала себя беспомощной девочкой.

В её голове, не переставая, повторялась сцена вчерашней ночи. Она сидела и мило болтала с Хадзиме в комнате, освещенной лунным светом, пробуя пусть и не настоящий, но такой приятный чай. Первый раз они смогли поговорить по душам. Предчувствуя беду, она так внезапно нагрянула к нему. Даже будучи удивлённым, он не высказал ни грамма упрека, лишь искренне выложил всё, что творилось у него на душе. Немного побыв с ним, она заметила, как камень упал с её души, а сомнения улетучились.

Она вернулась в свою комнату в приподнятом настроении. После возвращения до неё дошло, насколько смело она вырядилась, и от стыда она была готова провалиться сквозь пол. Больше всего её расстроило то, что Хадзиме не выказал ни малейшего интереса к её виду. Ей казалось, что она страхолюдина. Увидев Шидзуку, которая строила ей рожицы, она пожелала, чтобы такого больше не происходило.

Самое важное в ту ночь, было обещание, которое она дала Хадзиме, обещание защитить его, что бы ни случилось. Обещание должно было успокоить её, убрать тревожное чувство на сердце. Хадзиме падал в пропасть, а она смотрела на него. Она вспоминала этот момент снова и снова.

Где-то послышался крик. Когда Каори поняла, что это был её голос, она «очнулась»:

-Отпустите! Я не могу бросить Нагумо-куна! Я обещала! Я буду… Я поклялась защищать его ценой собственной жизни! Отпустите меня!

Шидзуку и Куки приходилось держать её, в таком состоянии она могла прыгнуть за ним следом. Каори так яростно вырывалась, что они поразились, откуда столько сил может быть в таком маленьком теле.

Так напрягаясь, она могла причинить себе вред. Но они ни в коем случае не могли её отпустить. Если они ослабят хватку, она сразу же помчится за ним. Её прежнее спокойствие покинуло её, не оставив даже тени, сейчас она выглядела безумной до ужаса. Нет, говорить так было неуместно.

-Каори! Очнись! Каори!

Шидзуку понимала свою подругу лучше всех, и сейчас не могла подобрать нужных слов. Всё что она могла, это повторять снова и снова её имя, надеясь, что это подействует.

-Каори! Умереть захотелось? Уже слишком поздно, Нагумо нет с нами! Хватит истерить! Ты только навредишь сама себе!

Куки вкладывал в эти слова все свои чувства, чтобы успокоить её. Для сочувствия утрате Каори эти слова подходили не слишком хорошо.