Том 2 Глава 24

Глава 7: В Городе, Скрытый Герой.

Геге, не волнуйся больше за меня. Я в порядке.

Все так старательно меня утешают… Я и правда в порядке.

Давай не будем об этом говорить. Геге, знаешь что? Я нашёл подработку. Я буду моделью! Фотограф – Луо Чу-ге, старший брат Луо Луна! Он…

Я очень переживаю за Первого Ветра. Должно быть, он расстроен!

Как и ожидалось, на следующей неделе у Куманики были экзамены. Но она всё равно приходила каждый день, прихватив с собой учебники, чтобы заниматься дома у молодого господина. Пока молодой господин выполнял домашнее задание или возился с оружием, она тоже готовила уроки или учила. Если ей попадалось что-то непонятное, она спрашивала молодого господина, и тот отвечал на её вопрос.

Атмосфера дома уже не была такой тяжелой. Все, включая мистера Тёрна и меня, продолжали периодически бросать на Куманику исполнённые благодарности взгляды. Даже когда в новостях ругали героев, она находила бесчисленные способы отвлечь внимание молодого господина, умудряясь даже вызывать у него смех и совсем не давая услышать критику по ТВ.

Помимо домашних дел также прошли две недели, отведённые мне моим другом Икс.

Тем не менее, мне всё равно не удавалось найти ни единого следа оборотня. Я даже не мог связаться с Икс. Это не только вызывало у меня чувство досады, но и тревожило. Я также злился на полное отсутствие связи с Икс эти две недели, поскольку он никак со мной не контактировал, и волновался из-за того, что у Икс, в отличие от меня, был километровый список врагов.

Он ввязался в какие-то неприятности?

В любом случае, сегодня – последний день отведённого времени. Похоже, выполнить просьбу Икс невозможно…

- Чарльз? Чарльз? О чем задумался?

Я пришел в себя. Молодой торговец курицей махал у меня перед лицом рукой. Заметив, что я вернулся к реальности, он с улыбкой протянул мне пакет нарезанного куриного мяса и спросил:

- Снова рис с карри готовишь?

Я поспешно взял пакет и ответил, расплачиваясь:

- Нет, куриный суп.

- Куриный суп? Я бы от него не отказался, особенно сейчас.

Мы с торговцем курицей дружно вздрогнули. Я обернулся с открытым ртом:

- Мистер Юе Ган? Что Вы опять здесь делаете?

Юе Ган выпучил глаза и недовольно произнёс:

- Даже если мое присутствие тебе неприятно, незачем так прямо об этом говорить!

Я поспешил извиниться:

- Это было ужасно невежливо с моей стороны. Я не это имел в виду. Пожалуйста, простите меня…

- Хорошо! – прямо произнёс Юе Ган. – Угости меня полдником, и я тебя прощу.

Хотя я изрядно растерялся, почему я должен угощать полдником полицейского, которого второй раз в жизни вижу, нагрубил ему именно я. Если его запросы были не слишком нелепыми, отказывать я не собирался.

И потому, неся пакеты со своими покупками, я отправился с Юе Ганом в кафе с фастфудом.

Юе Ган, не стесняясь, заказал себе «семейную порцию». Я вежливо объяснил, что не хочу ничего есть, но он решительно заявил, что всё равно бы со мной не поделился – вся порция предназначалась ему.

Получив еду, Юе Ган сразу начал её есть, словно несколько дней голодный сидел. Это зрелище меня удивило.

Никто у него еду не отбирает, так зачем так спешить?

Прошло много времени, прежде чем Юе Ган, наконец, замедлился и сказал:

- Тц! Еще немного, и я бы от голода умер.

Я вежливо улыбнулся.

В самом деле, куда уж больше преувеличивать?

Юе Ган произнёс, глянув в мою сторону:

- Ты мне не веришь? За последние три дня я только батон белого хлеба съел!

На какое-то время я лишился дара речи, а потом спросил:

Юе Ган ответил «Ради этого», а затем вытащил нечто, похожее на каталог с товарами, и бросил его мне.

Это и правда оказался каталог. Я небрежно его полистал. Все товары были военной экипировкой вроде инфракрасных биноклей, термодетекторов, различных типов пуленепробиваемой одежды и даже разнообразного оружия.

Я поднял голову и посмотрел на Юе Гана. Тот цокнул языком и пояснил:

- Преступники сейчас такие жестокие, что получаемой от начальства экипировке просто не хватает мощи, чтобы нас защитить! Если не купим себе вещи, чтобы ими на заданиях пользоваться, остается только спрятаться где-нибудь подальше. – А мистер Юе Ган явно не относился к тем, кто станет охотно прятаться. – Все эти вещи такие дорогие. – Юе Ган вздохнул. – Хоть они и спасли мне пару раз жизнь, но её же почти и забрали. До зарплаты в начале месяца ещё больше недели. У меня на еду денег не хватает… Так что?

- В смысле? – озадаченно спросил я.

Юе Ган наградил меня тоскливым взглядом.

- Разреши мне дополнительную порцию взять, а? Ты ведь не будешь просто смотреть сложа руки, как хороший полицейский от голода умирает, верно? Просто купи мне ещё одну семейную порцию. Тогда я смогу каждый день по куску жареной курицы разогревать. Так я доживу до следующей недели.

- Даже если Вы разогреете здешнюю еду, на вкус она ужасной будет.

- Всё лучше, чем от голода умереть, – пробормотал Юе Ган.

Я произнёс с улыбкой:

- На том рынке есть ларек с лапшой. Просто заказывайте все, что захотите съесть, и записывайте на мой счет. Рассчитаться после зарплаты сможете.

Приятно удивленный Юе Ган закричал:

- Мой добрый братишка!

Я выдавил улыбку.

- Простите мне мою грубость, но я должен спросить, Вы пришли на рынок меня искать, потому что у Вас денег не было на еду, и Вы хотели, чтобы я Вас угостил? Почему Вы не нашли какого-нибудь более близкого знакомого? Если я правильно помню, мы лишь однажды встречались.

- Все остальные мои знакомые – полицейские. Как я могу их просить? – Похоже, Юе Ган заметил моё озадаченное выражение. Он пояснил подробнее. – Даже те полицейские, кто дальше всех от опасности прячется, не смеют уклоняться от покупки дополнительной экипировки. Иначе их семьям уже бы компенсацию выплатили. На первый взгляд, в этой сфере зарплата кажется большой; но на покупку экипировки ещё больше денег нужно! Никому не избежать дополнительных затрат для защиты жизни. Хуже всего то, как быстро прогрессируют технологии. Полицейские только начали использовать новейшую пуленепробиваемую одежду, но преступники уже прикупили лучшее оружие. Так что нам остается лишь собственные зарплаты тратить на новейшие бронежилеты… Это чёрная дыра! На этом только бизнесмены кучу денег зарабатывают.

Юе Ган снова вздохнул и пожаловался:

- Вот почему! Всем полицейским нелегко приходится, особенно тем, кто уже женат и с детьми. Они не хотят тратить деньги на обмундирование, и, на самом деле, именно их семьи чаще всего компенсации и получают.

Тут он неожиданно состроил недовольную гримасу и пробурчал несчастным голосом:

- На самом деле, если подумать, герои не так уж плохи. После появления этой Четверки Великих Героев, число братьев, за которых приходилось компенсации выплачивать, сильно сократилось. – Он повернулся ко мне, словно не только сам к себе обращался. – Эй, как думаешь, когда эти чёртовы герои снова появятся? Они ведь не могли просто из-за критики сбежать, верно? Их вообще можно тогда героями считать?

Я не удержался от возражения:

- Герои тоже обычные люди. Они тоже расстраиваются и чувствуют боль.

- Расстраиваются? Мы, полицейские, каждый день братьев теряем! Думаешь, нам не грустно? Поэтому мне и не нравятся герои! Они недостаточно ответственны, недостаточно профессиональны! Они могут просто уйти, когда захотят! Мы, полицейские, так не работаем. Но хоть мы и гибнем на работе, все в городе считают, что это герои со всем разбираются, а полицейские просто прибирают за ними! Должен сказать, братишка, ни один полицейский не любит героев! – Юе Ган ударил рукой по столу и закричал. – Но хуже всего, что после исчезновения героев число преступлений минимум в пять раз увеличилось. Сил полиции не хватает, чтобы со всем справиться!

Я посмотрел на Юе Гана сочувственно. Последний понятия не имел о реальной ситуации. Полиции не просто не хватало. На самом деле, она была недостаточно сильной. Против преступников с модифицированными телами большая часть полицейских определенно была бессильна.

Не говоря уже о том, что в городе множество нелюдей жило.

Герои, может, и могли более-менее напугать «нелюдей», но на полицейских те просто внимания не обращали. Вероятно, изрядное число крупных преступлений было совершенно из-за беспечности «вышедших в свет» нелюдей.

Именно из-за того, что обычные люди не могут дать отпор силе нелюдей или модифицированных людей, и появились герои, точно так же не похожие на обычных людей, верно?

После долгой паузы до меня донесся скучающий голос Юе Гана:

- Как думаешь, эта Четверка Героев покажется снова?

- Я тоже не знаю, – мне оставалось лишь честно ответить. Всё-таки, я просто не мог знать, что думают Одинокая Бабочка, Первый Ветер и Драконий Порядок. Если на то пошло, я даже не знал наверняка, что творится в голове молодого господина.

Захочет ли молодой господин снова появляться на публике в роли Тёмного Солнца?

Раньше я не стал бы ни капли сомневаться. Но после появления Куманики молодой господин, похоже, полностью научился использовать свободное время, которого у него не было, когда он героем был.

Возможно, он больше не намерен снова героем становиться?

Всё-таки, пожалуй, быть героем – самый напряженный и неблагодарный труд из всех возможных.

Юе Ган вытер рот, поднялся и произнес:

- Мне пора на работу возвращаться! Добрый братишка, после зарплаты я тебя угощу!

- С удовольствием. – Я кивнул с улыбкой.

После ужина молодой господин сказал, что звонил Джи Луо Чу, сказавший, что несколько клиентов выбрали молодого господина своей моделью, и спросивший, сможет ли тот вечером придти на съемки.

Услышав новости, я улыбнулся и сказал:

- Похоже, Первый Ветер в порядке.

- Точно! – Молодой господин кивнул с радостным выражением. – Как жаль, что мы не можем о Драконьем Порядке спросить!

Я поразмыслил над этим.

- Мы можем попробовать подойти к вопросу с другой стороны.

Молодой господин уставился на меня с любопытством. Я произнес с улыбкой:

- Молодой господин, когда придёт время, пожалуйста, позвольте мне расспросами заняться.

- Хорошо! – Молодой господин открыл мастерскую и позвал, заходя внутрь: – ТСII, нам пора!

- Ураааа! – В мастерской раздался радостный крик мотоцикла, просидевшего взаперти слишком долго. – Я могу ограничения скорости превысить? Дар, разреши мне разочек, всего раз! Я так долго дома сидел…

У молодого господина на лице появилось озадаченное выражение. Но под давлением просьб ТСII он очень быстро сдался и согласился.

…Возможно, мне не стоит таким старомодным быть. Едва ли езда без прав такая уж проблема. Возможно, мне стоит другой мотоцикл взять?

- Другой? Ладно! – Молодой господин спросил, поколебавшись. – Но это мотоцикл с ручной коробкой передач! Чарльз, ты умеешь им управлять?

Молодой господин произнёс с улыбкой:

- Ничего. Я дам тебе ТСII управлять, а сам сяду на мотоцикл с ручной коробкой передач.

- Молодой господин, пожалуйста, подвезите меня!

Когда я слез с мотоцикла, то внезапно растерялся, стоит ли мне чувствовать благодарность или расстраиваться… Похоже, я приспособился к привычке ТСII ускоряться. Он всю дорогу набирал скорость, но у меня не появлялось желания спрыгнуть.

Тем не менее, когда мотоцикл остановился, достаточно быстро слезть с него я не смог.

Я поднял взгляд на небоскрёб; это был мой первый визит в студию Джи Луо Чу. Молодой господин уже бывал здесь однажды, и потому уверенно вошёл в здание, зашел в лифт и поднялся в студию на тринадцатом этаже.

Стоило мне туда зайти, как моё внимание привлекла огромная фотография. На ней был запечатлен молодой господин. Он сидел в простом бледно-желтом наряде на облаке белоснежного хлопка, вытянув обе ноги. Руки он тянул вверх, словно зевая. На его лице красовалась хитрая улыбка.

- И как впечатления?

Я обернулся. Рядом со мной уже стоял Джи Луо Чу. Я поспешил поздороваться.

- Здравствуйте, мистер Джи.

Джи Луо Чу рассмеялся.

- Зови меня Луо Чу или Чу. Любой вариант сойдет.

Я ответил с улыбкой:

- Как хочешь, Луо Чу.

Джи Луо Чу указал на фотографию на стене.

- Это реклама хлопка. Когда я потом отошлю её клиенту, добавлю подписи и прочее. Дар, что думаешь?

- Смотрится отлично! – Молодому господину, похоже, очень понравилось.

Я придерживался того же мнения. Фото полностью передавало невинную чистоту молодого господина.

- Боже! – воскликнул Джи Луо Чу. – Я доволен, мой шеф доволен, мой клиент доволен, моя модель довольна и её дворецкий доволен… Боже! Пожалуй, впервые с тех пор, как я стал фотографом, я смог столько людей порадовать. Отлично! Тем мы должны порадовать ещё больше людей. Дар, иди сюда, пару снимков сделаем.

Когда Джи Луо Чу утащил молодого господина, ко мне подошёл другой мужчина. Я сразу поздоровался:

- Здравствуйте.

- Ты Чарльз, дворецкий Дара? – как ни в чем не бывало спросил он. – Можешь звать меня Да.

Да? Пишется, как в «Лао Да», что значит «шеф»?

Ахнув, я спросил:

- Сэр, Вы и есть шеф, которого Луо Чу упоминал?

Да громко рассмеялся.

- Что ещё за «сэр»! Меня зовут «Да», и Чу любит называть меня шефом, «Лао Да». На самом деле, мы партнёры! Чу отвечает за фотографии, а я за дизайн. Мы вместе учились в университете, а потом открыли студию.

- Понятно. – Хоть я так и сказал, но мне с трудом в это верилось. У Да были бакенбарды и щетина, и выглядел он намного старше Первого Ветра.

- Пойдем тоже! – Да похлопал меня по плечу. – Иногда процесс съёмки навевает мне идеи для дизайна.

Когда мы подошли, молодой господин уже переоделся в белое и стоял на белом фоне с белыми перьями на нём и на полу.

В сочетании с серебристыми волосами молодого господина, казалось бы, должна была выйти монотонно белая сцена, но, на самом деле, это было не так. Я заметил различные оттенки белого, так что чувства блеклости не возникало. Пристально присмотревшись, я увидел, что вещи были не белыми, но, скорее, разных оттенков голубовато-серого. Поскольку цвет этот был очень бледным, поначалу я принял его за белый.

Да объяснил мне:

- Это рекламная серия для украшений. Тема – ангелы.

- Дар, подойди сюда!

Молодой господин откликнулся на зов и подошёл к Джи Луо Чу. Тот набросил ему на голову ожерелье, так что кулон оказался посреди лба. Это был… ангел.

Круглый самоцвет и голубой каплевидный самоцвет составляли голову и туловище ангела с двумя тянувшимися из него серебряными крыльями. Хотя украшение и задумывалось как женское, оно очень шло молодому господину.

Возможно, когда украшение поступит в продажу, мне стоит купить комплект и дома выставить.

Надев на него украшение, Джи Луо Чу отвёл молодого господина к шару из перьев, а сам вернулся и встал позади стоявшей на штативе камеры.

- Хорошо, я начинаю!

Молодой господин кивнул и улыбнулся.

- Отлично! – Джи Луо Чу нажал на кнопку затвора. – Дар, улыбнись немного шире, как в прошлый раз, а затем пройдись чуть-чуть или покружись.

Молодой господин просиял и начал прохаживаться с совершенно естественным видом без малейшего напряжения.

Молодой господин и правда на роль модели подходит.

- Улыбнись немного веселее! – После нескольких снимков Джи Луо Чу поднял голову и слегка улыбнулся. – Ты сегодня, похоже, не особо счастлив, Дар?

Молодой господин замер и кивнул после недолгих колебаний.

- Я так и знал. Твоя улыбка не такая яркая, как раньше. Но взбодрись! Подумай о чем-нибудь весёлом. – После этого он сделал ещё несколько снимков, но затем остановился и пробормотал с озадаченным выражением: – Ничего не выходит… – Наконец, он повернулся к Да. – Шеф, может, другую интерпретацию используем? Раз это реклама драгоценностей, нам не обязательно счастливое лицо нужно, верно?

Да ответил, пожав плечами:

- Фотографии – это твоя работа, так что если тебе нравится, то всё в порядке. Я всегда тебе говорил…

- Неважно, как я снимаю, главное, чтобы хорошие кадры снимал… Понял! Ты это уже тысячу раз повторял, да? – произнёс с беспомощным видом Джи Луо Чу. Да закатил глаза. Тогда Джи Луо Чу снова встал за камеру и обратился к молодому господину. – Раз ты не можешь улыбаться, Дар, значит, тебя что-то расстраивает? Можешь подумать о самом печальном из того, что с тобой случалось?

Молодой господин замер и неуверенно переспросил:

- О самом печальном?

- Ага, самом печальном событии, какое в голову приходит.

Поначалу молодой господин выглядел неуверенно, но вскоре, похоже, погрузился в воспоминания, и на его лице начала проступать печаль. На самом деле, то был лишь проблеск тоски, выступившей в его слегка грустных глазах, закушенной на минуту губе, немного нахмуренных бровях. Всё это лишь намекало на уныние…

Однако, аура печали начала расползаться. Даже Да, наблюдавший со стороны, медленно перестал улыбаться.

Кстати говоря, молодой господин редко открыто показывал печаль. Он всегда подавлял её, но не мог скрыть её в своих действиях. Как сейчас, когда общественность обвиняла героев, хотя молодой господин не плакал и не жаловался, до появления Куманики в квартире царила не дающая нормально дышать гнетущая атмосфера, облегчить которую было невозможно.

Его постоянно подавляемая печаль была тяжелее плача и криков.

Наконец, из глаз молодого господина скатилась одинокая слеза…

Заметив это, Джи Луо Чу торопливо снял камеру со штатива и, встав рядом с молодым господином, сделал снимки со всех возможных ближних ракурсов. Спустя долгую минуту щелчки его камеры стихли.

- Отлично, мы сменим название серии на «Слезы Ангела»!

Да показал большие пальцы и закричал:

- Я ещё даже снимков не видел, но уже знаю, что клиентам точно понравится! Дар, ты и правда прирожденная модель. Улыбаешься ты или грустишь, смотришься ты при этом прекрасно! Чу, ты настоящее сокровище нашёл.

- Его не я нашёл. Похоже, мне придётся Луо Луну хорошенько проставиться. Дар?

Молодой господин сидел на том же месте. Джи Луо Чу мягко его окликнул. Только тогда молодой господин подскочил, придя в чувства, и посмотрел на него.

- В самом деле, ты о чем-то задумался? – Джи Луо Чу протянул руку, мягко взъерошил волосы молодого господина и слегка его пожурил. – Молодёжи не стоит так грустить, ну же, улыбнись!

Молодой господин улыбнулся, но улыбка вышла слегка натянутой.

Джи Луо Чу сказал, потрепав его по плечу:

- Сначала передохни. У нас после этого ещё одна съемка. Вытри слёзы и переоденься в следующий костюм!

Молодой господин послушно зашёл в раздевалку. Джи Луо Чу и Да начали обсуждать дизайн.

Минуту спустя ко мне подошёл молодой господин, одетый в более дорогую версию обычной школьной формы. Когда он подошёл к столу, за которым я сидел, я торопливо выдвинул ему стул.

Наливая ему молоко, я с любопытством спросил:

- Какое событие в жизни молодого господина самое печальное?

Молодой господин посмотрел на меня, поколебался, а затем сокрушенно произнёс:

- Их слишком много. Не знаю, какое самое печальное. Может, то, что я семь лет просидел взаперти, проходя через многочисленные операции и реабилитацию. Может, то, что я своими руками отца убил. Может, то, что меня почти заменили моим клоном, не давая видеться с Геге… Всё это очень грустно, но я не знаю, что хуже всего.

Мои глаза округлились, я очень грубо уставился прямо на молодого господина.

- Ужасное прошлое, да? – Молодой господин слегка улыбнулся. – Поэтому я и говорил, что всем вам незачем волноваться из-за нынешней критики по ТВ. Меня она не особо тревожит, правда! По сравнению с прошлыми событиями, это и правда ерунда… Так что попроси дядю Тёрна не пускать ко мне Куманику каждый день. Она ведь и со своими друзьями хочет играть, верно?

Просидел взаперти семь лет, убил собственного отца и был заменен своим клоном…

Такое прошлое выходило за рамки «ужасного», но ужаснее всего было то, что у меня появилось грубое выражение.

Дорогой отец! Когда я смогу стать достаточно квалифицированным дворецким, который не позволяет своим эмоциям влиять на своего хозяина?

- Да? – Я расслабил лицо. Что бы молодой господин ни хотел мне сказать, я определённо не должен был никакого выражения показывать!

- Молоко переливается…

Я опустил взгляд. Стакан уже был полон молока, и оно переливалось через край, разливаясь по столу…

Я торопливо поставил термос, достал свою тряпку для уборки, которую всегда с собой носил, и начал вытирать стол.

У меня в ушах зазвучал звонкий смех молодого господина.

Изрядно смущённый, я выпрямился, протерев стол. Затем я услышал:

Готово? Что готово?

Обернувшись, я заметил камеру в руках Джи Луо Чу. Похоже, он фотографировал уже довольно долго.

- Мои снимки готовы! – улыбнулся Джи Луо Чу.

Да громко рассмеялся в стороне.

- Вы ещё не знаете этого засранца? Он больше всего любит непринуждённые снимки делать! Он уже заснял недавнюю лучезарную улыбку Дара.

Молодой господин спросил с любопытством:

- Значит, съёмка закончилась?

- Хм-м-м! – произнёс довольный Джи Луо Чу. – Ты уже показал самую прекрасную улыбку сегодня. Кадров лучше этого мне явно не светит. Так что, пожалуй, на сегодня мы закончили!

Я торопливо произнёс:

- Мы закончили? Тогда не хотите ли чаю? Я немедленно воды вскипячу.

- Мистер Дворецкий, должно быть, спешит стереть своё смущение из-за пролитого молока, а? – Джи Луо Чуо усмехнулся. – Конечно, поставь для нас чайник.

Когда я вернулся с чаем, все сидели за столом и смотрели телевизор. На экране шли новости. У всех на лицах застыли серьёзные выражения. Случилось какое-то крупное происшествие.

Я поставил чайник и налил всем чай. Только тогда я достаточно успокоился, чтобы обратить внимание на новости. Хотя догадки у меня были. Наверное, объявился ещё один преступник.

Как и ожидалось, по телевизору показывали репортаж о преступнике, похитившем двух студенток. Преступник утащил обеих девушек на крышу и держал там, не подпуская никого близко.

Репортаж с земли сменился съёмкой с воздуха. Лицо похитителя было видно ясно как день. Он равнодушно обратился к людям:

- Если в течение трёх часов не объявятся герои, они умрут. Если кто-то из вас или полицейских подойдет ближе, обе они сразу умрут, а я захвачу новых заложников.

После этого репортаж сменился недавними сценами попыток схватить похитителя. Некоторые кадры были достаточно чёткими, чтобы рассмотреть лица заложников. Молодой господин воскликнул:

- Это Ингрид и Джуди!

- Ингрид и Джуди? – повернулся к нему озадаченный Джи Луо Чу. – Ты их знаешь?

Молодой господин глухо ответил:

- Это мои одногруппницы…

Лицо Джи Луо Чу дёрнулось. Наконец, он выдавил:

- Пойду куплю перекусить!

- Ха-ха-ха! – смущенно засмеялся Да. – Вечно этот парень так. Стоит ему чего-то захотеть, как сразу покупать бежит. Не особо над этим задумывайтесь! Кстати… Мне надо в уборную. Располагайтесь тут!

Договорив, он тоже сбежал.

Когда остались только мы с молодым господином, последний задумался, уставившись на экран телевизора.

- Опять западный район? Возможно, я ошибаюсь. Им не герои нужны. Их настоящая цель – один Первый Ветер!

Будь целью Ингрид, Джуди или даже Первый Ветер, все эти шокирующие подробности новостей не могли на меня повлиять. Мой взгляд был прикован только к похитителю на экране.

Молодой господин медленно спросил:

- Чарльз, этот похититель ведь не может вампиром быть, да? На нем старомодный костюм, похожий на твой…

Я кивнул. Похититель не только был нелюдем и вампиром, это оказался…

Икс, что же ты творишь?!