Том 27 Глава 344

После мучительных размышлений Харуюки решил, что пусть Черноснежка и Нико сами решат, как будет проходить совещание: в созвоне с погружением, либо на обычном дуэльном поле. Для второго необходимо, чтобы два человека вступили в бой, а остальных затянет на совещание как зрителей. Главное условие при этом — чтобы все участники совещания находились в реальном мире в пределах боевой зоны. Поскольку сейчас Нега Небьюлас занимал все зоны Неримы и Сугинами, а также Накано-1 и Минато-3, дома его легионеров оказались разбросаны по всему Токио. О том, чтобы проводить собрание в Минато, не могло быть и речи, но даже в случае Неримы, Сугинами и Накано придётся потребовать от части легионеров проехать немалое расстояние притом, что время близилось к девяти.

Вот почему Харуюки склонялся к созвону с погружением, который доступен любому из дома, но с другой стороны разговор предполагался на непростую тему. Даже само объяснение затянется самое меньшее на полчаса, а с учётом последующих обсуждений совещание имело все шансы продлиться несколько часов. В обычных звонках время не ускоряется, так что закончить они могли уже за полночь. Поэтому Харуюки решил дописать в конце своего письма, что если ничего не выйдет, то полноценное собрание можно назначить на следующий день, а сегодня ограничиться лишь встречей офицеров…

Однако уже через три минуты Черноснежка прислала ответ, смысл которого никак не хотел укладываться в голове. Она написала, что собрание будет общим, состоится в девять часов на обычном дуэльном поле, но никому не нужно никуда ехать.

«Как же так?» — ломал голову Харуюки, пытаясь понять, как так можно, пока не пришло ещё одно сообщение. На сей раз адресатом значился весь Легион.

Такуму решил зачитать его вслух:

— Та-ак… «В 21 час состоится общее собрание Легиона на обычном дуэльном поле. В роли дуэлянтов Блэк Лотос и Скай Рейкер. Участникам необходимо убедится, что у них включено автоматическое зрительство, а также что они находятся дома или в месте, где можно безопасно ускориться. В 20:59 необходимо перейти по ссылке ниже. Использование зрительских болванок запрещается за исключением чрезвычайных обстоятельств»…

Харуюки водил глазами по строкам, слушая друга. Его взгляд переместился к последней строке. Это была ссылка в Сеть, обработанная сервисом коротких ссылок, поэтому точный адрес оставался загадкой. Но при этом…

— Слушай, Таку, что у этой сокращалки за домен такой, «sss»? Я такого никогда не видел.

— Гмм, я тоже не помню… И кстати, как мы можем оставаться дома, если встреча пройдёт на дуэльном поле? Нам ведь нужно для этого находится в одной зоне с главой Легиона.

Харуюки и Такуму крутили головами, пока Тиюри не хлопнула их по спинам.

— Если Черноснежка-семпай сказала, что так можно, значит, можно! Давайте скорее наведём порядок, а то осталось всего десять минут!

Дружно ответив, парни принялись перетаскивать тарелки и приборы на кухню. В доме была посудомойка, но Тиюри мыла посуду руками, демонстрируя опыт и мастерство. Она назначила Харуюки ответственным за вытирание мытой посуды, а Такуму — за её раскладывание по полкам. Втроём они управились за пять минут.

Ещё три минуты они потратили, чтобы сделать себе кофе с молоком — разумеется, воспользовавшись пакетиками три-в-одном. Когда они уселись на диван и сделали первый глоток, часы показывали без двух минут девять.

Харуюки посмотрел направо на Такуму, затем налево на Тиюри и вновь открыл письмо Черноснежки. В голову пришёл запоздалый вопрос о том, можно ли ему вообще участвовать в собрании Нега Небьюласа, но он тут же напомнил себе, что никто другой не сможет рассказать Чёрному Легиону про межсерверную битву.

Мысленно приготовившись ко всему, он уставился на виртуальные часы в нижнем правом углу интерфейса. Как только они показали 59 минут, палец щёлкнул по загадочной ссылке. И сразу после этого…

— А… — обронила Тиюри, но Харуюки удивился не меньше неё.

Послышался тихий гул, и посреди виртуального рабочего стола появилась светящаяся синяя эмблема в виде двух мечей на фоне ромба с цветами по углам. Между мечей виднелись три буквы: «SSS».

Эмблема исчезла через пару секунд, и почему-то одновременно с этим из конца письма пропала ссылка. Харуюки закрыл почтовик и окинул взглядом виртуальный рабочий стол, но так и не увидел никаких изменений.

— Интересно, что это была за эмблема? — пробормотал Такуму.

Харуюки собирался сказать, что не знает, но спохватился в последний момент. SSS… Трипл-Эс. Черноснежка использовала это слово шесть дней назад, в воскресенье. Харуюки каким-то загадочным образом оказался у неё дома в Минами-Асагае и даже мылся вместе с ней в одной ванне. Именно тогда девушка открыла ему страшную тайну: она появилась на свет не из живота матери, а в результате экстракорпорального оплодотворения и созревания в искусственной матке. Иначе говоря, она машинный ребёнок.

Ещё когда она была в искусственной матке, на неё надели нейролинкер и переписали её изначальную душу другой при помощи некоей «Soul Translation Technology». Этот проект корпорация «Камура» хранила в строжайшей тайне, но Черноснежка получила доступ к правде при помощи «Трипл-Эс Ордера»…

Черноснежка так и не рассказала, что конкретно представляет собой этот «ордер», но очевидно, что он как-то связан с только что появившейся эмблемой. Кроме того, обычно при нажатии на ссылку должен открыться браузер, но вместо этого появилась лишь голографическая эмблема и раздался звук. Очень странно, что нейролинкер так себя вёл.

Впрочем, на этом размышления пришлось прервать. Как только часы показали девять, в ушах раздался привычный звук ускорения, и сознание Харуюки отправилось на дуэльное поле.

Как ни удивительно, хотя о собрании объявили всего за десять минут до начала, из 49 (включая Харуюки) действующих участников Нега Небьюласа явилось аж 47.

Дуэльные аватары разошлись по небольшим группам. Харуюки пересчитал их всех, затем посмотрел на стоявших в окружении остальных легионеров дуэлянтов — Чёрную Королеву Блэк Лотос по прозвищу «Конец света» и Скай Рейкер по прозвищу «Стратосферная комета». Наконец, он окинул взглядом уровень.

Из рваных туч шёл нескончаемый дождь, мелкие капли которого больше напоминали частицы тумана. Земля густо поросла лишайником, хлюпающим при каждом шаге. «Морось», низкоранговый уровень водной стихии. Прямо перед ним протекала десятиметровой ширины река с парковой зоной вдоль каждого берега. Сквозь моросящий дождь виднелись гигантские монолиты — должно быть, жилые кварталы.

«Неужели в Сугинами есть такое место?» — напряг память Харуюки.

— Мы на парковой набережной храма Дзэмпуку-дзи в зоне Сугинами-3, — раздался голос за спиной.

Харуюки развернулся и увидел маленького дуэльного аватара в будто светящемся изнутри облачении храмовой жрицы — белом кимоно и багровых штанах-хакама. Так могла выглядеть только Ардор Мейден по прозвищу «Тестаросса», одна из четырёх «Элементов» Нега Небьюласа.

— Добрый вечер, Мей-сан.

Харуюки поклонился, лязгнув металлическим доспехом. Мейден кивнула в ответ.

— И тебе добрый вечер, Кроу-сан.

— Значит, это река рядом с Дзэмпуку-дзи…

— В реальности пейзажи там не такие красивые, как здесь, но это всё равно прекрасное место. Когда будет попрохладнее, можно всем вместе сходить туда на пикник.

— А, и правда…

Харуюки поддакнул, а затем собирался расспросить насчёт того, как Хоу перенёс проверочную ночь за пределами школы Умесато. Однако из строя аватаров вдруг раздался ясный, властный голос:

— Первым делом я выражаю глубокую признательность всем легионерам третьего Нега Небьюласа за то, что вы откликнулись на срочный призыв!

Разумеется, это говорила глава Легиона — Блэк Лотос, она же Черноснежка. Прямо сейчас она стояла… вернее, парила над треугольным камнем, торчавшим из лишайников.

Слева от камня восседала в своей роскошной коляске Скай Рейкер, напротив примерно в семи-восьми метрах расположились Красная Королева Скарлет Рейн по прозвищу «Кровавая буря» и Блад Леопард по прозвищу «Кровавый котёнок». Остальные два «Триплекса», Кассис Мус и Тистл Поркюпайн, встали соответственно справа и слева от них. Прочие члены бывшего Проминенса разместились в правой части большого круга. Тем временем левая часть состояла из чёрных легионеров: Аквы Карент по прозвищу «Акваматик», Лайм Белл, Циан Пайла, Маженты Сизза; бывшего Легиона «Пети Паке» в лице Шоколад Папетты, Минт Миттен и Плам Флиппер; временно перешедших в Нега Небьюлас Аш Роллера, Олив Граба и Буш Утана и только что присоединившейся Центореа Сентри по прозвищу «Безжалостная». Ардор Мейден стояла рядом с Харуюки… и увы, до полного состава недоставало двоих: Метатрон не могла появляться на обычных дуэльных полях, также отсутствовал Трилид Тетраоксид.

Трилид предупреждал Черноснежку, что его учитель, Графит Эдж по прозвищу «Аномалия», собирается тренировать его на горе Фудзи на неограниченном нейтральном поле, и этот разговор состоялся три часа тому назад. Внутри Ускоренного Мира прошло уже 125 дней, и Харуюки начал волноваться: неужели он до сих пор не вернулся домой?..

— Секунду, Лотос! — выпалила Скарлет Рейн, делая шаг вперёд и прерывая мысли Харуюки. Нико старалась говорить как можно строже и громче, пускай голос и напоминал о её юном возрасте. — Прежде, чем мы начнём, объясни, что это была за ссылка в твоём письме. Мы ведь в Сугинами, верно? Как я сюда попала из Неримы?

— Просто не думай об этом, — кратко ответила Черноснежка.

Даже Нико не сразу придумала, что на это сказать.

— К-как я могу об этом не думать! — закричала она, размахивая руками на больших шарнирах. — Если ты использовала какую-то незаконную программу, чтобы обмануть Брейн Бёрст, нас всех могут забанить!..

— На этот счёт не переживай. Я обманула не Брейн Бёрст, а геопозиционирование нейролинкеров.

После этого с раскрытыми ртами застыли уже все присутствующие, кроме Фуко. Система позиционирования нейролинкеров хвасталась почти нулевой ошибкой на поверхности и даже под землёй могла определить положение пользователя с точностью до нескольких сантиметров, если он подключён к глобальной сети. Разумеется, эта система обладала чрезвычайно крепкой защитой. Многие хакеры пытались пробиться через неё, но не смогли даже разобраться в том, как именно нейролинкер определяет положение хозяина.

А теперь Черноснежка будничным голосом призналась, что обманула эту систему. Она нисколько не смутилась повисшей тишиной и невозмутимо продолжила:

— Я вижу, вы меня поняли, так что перейдём к делу. Постараемся уложиться в оставшиеся у нас 25 минут, но если не получится, устроим ещё одну дуэль по такому же алгоритму. Итак, как многие из вас наверняка уже знают, около двух часов назад альянс «Эксерцитус», собранный из средних и малых Легионов, бросил вызов Энеми Ультра класса Тескатлипоке и потерпел поражение.

Она говорила ровным и спокойным тоном, но Харуюки без труда почувствовал досаду и бессилие, которые сочились из этих слов. Когда Черноснежка попала на высший уровень и узнала от Белой Королевы о появлении «Эксерцитуса», то искренне понадеялась, что этой армии удастся победить Тескатлипоку, а затем бросить вызов Нега Небьюласу и другим Великим легионам. Но битва закончилась поражением и гибелью половины бойцов альянса.

Похоже, большая часть Легиона уже знала обо всём. Это совершенно не удивляло — прошёл почти час с тех пор, как выжившие из «Эксерцитуса» покинули неограниченное нейтральное поле. Пока Харуюки, Тиюри и Такуму ужинали, бёрст линкеры продолжали активно обмениваться информацией.

С другой стороны, это означало, что на неограниченном нейтральном поле прошло уже больше сорока дней. Несмотря на все усилия Харуюки, он так и не обнаружил Урокиона и Компликатора, пока находился на высшем уровне. Хотелось верить, что это из-за того, что они вернулись в реальность, но вдруг они надёжно спрятались с помощью какой-то способности? В таком случае они уже могли выбрать одно из высших существ и начать проходить его подземелье…

Харуюки вновь опустил голову, охваченный беспокойством. До его ушей донёсся голос Черноснежки:

— «Эксцерцитус» провёл в бесконечном истреблении несколько недель, и мне сообщили, что сотни человек потеряли все остатки очков. Это, несомненно, величайшая трагедия в истории Брейн Бёрста… однако она вызвала ещё одну катастрофу.

Возник тихий гул. Прислушавшись, Харуюки различил, что люди говорят о «финальной стадии» и «драйв линкерах». Как он и предполагал, эта новость тоже уже успела распространиться.

Дождавшись, пока все утихнут, Черноснежка перешла к тому, ради чего и затевалось это собрание:

— Примерно в пять секунд девятого часа, когда я убирала тарелки после ужина в реальном мире, система Брейн Бёрста прислала мне сообщение. Думаю, что Рейн тоже получила его одновременно со мной. Я права?

Услышав вопрос в свой адрес, Нико первым делом пожала плечами.

— Ага, получила.

— Так я и думала… Полагаю, что текст одинаковый, но скажи, если будут отличия.

Далее Черноснежка зачитала вызубренное системное сообщение, и оно в точности совпало с тем, что Харуюки слышал от Белой Королевы на высшем уровне. «В случае убийства по крайней мере четырёх существ из этого перечня попытка подойдёт к концу, Brain Burst 2039 будет признан проигравшим. Конец сообщения»… Когда Черноснежка закончила, дуэльное поле вновь наполнилось гулом, но на сей раз он был в разы громче.

Это тоже не удивляло. В понимании большинства бёрст линкеров Святые и высшие существа в целом — это могучие боссы, которые дожидаются непрошенных гостей в глубинах гигантских подземелий. К ним относились как к сильным противникам, так сказать, эндгейм контенту, а теперь система вдруг потребовала защитить их — и такая смена мышления давалась с трудом.

Тем не менее через несколько секунд легионеры вновь затихли. Но не потому, что молча переварили услышанное, а из-за низкорослого аватара, который вдруг выскочил из красной половины круга. Он носил широкополую шляпу и длинный плащ, будто намотанный на тело. Одежда скрывала лицо, но Харуюки мигом узнал этого бёрст линкера. Это был единственный человек, который выступил против объединения Нега Небьюласа и Проминенса: Айодайн Стералайзер по прозвищу «Почти крутейшее имя в истории».

Дайн высунул руку из-под плаща, приподнял шляпу и заговорил:

— Лотос, ты теперь моя королева, поэтому я не собираюсь ставить твои слова под сомнение, но… Мы, знаешь ли, ещё два часа назад ломали головы над тем, как теперь будет жить Ускоренный Мир. Вдруг пошли слухи об «Эксерцитусе», но только я подумал, что ребята из «Овеста», «Ночных сов» и так далее большие молодцы, как они потеряли сотни человек, а Тескатлипока якобы самоуничтожился… Я и это ещё переварить не успел, а ты тут всех шокируешь таким сообщением. У меня уже ничего в голове не укладывается.

Дайн как обычно говорил без малейшего уважения, но при этом довольно правильные вещи. Даже Харуюки, которые своими глазами видел и гибель «Эксерцитуса», и разрушение Тескатлипоки, и появление бёрст линкеров, до сих пор не верил в правдивость происходящего, поэтому прекрасно понимал, почему остальные тем более сбиты с толку.

— Хм… — Черноснежка скрестила руки-клинки на груди и кивнула. — Откровенно говоря, за исключением системного сообщения я знаю об остальном лишь понаслышке, поэтому не могу высказаться достаточно веско, чтобы заставить вас принять факты как есть. Поэтому…

Чёрная Королева медленно повернулась на острие правой ноги.

— Я хотела бы передать слово, пожалуй, главному очевидцу этих событий среди всех присутствующих бёрст линкеров. Сильвер Кроу, дай нам подробное объяснение.

Харуюки ужасно захотелось закричать «что-о-о» и повалиться наземь от неожиданности, но он с самого начала предвидел, что так всё и случится. Разумеется, он нервничал, но после путешествия в комнату школьного совета Этерны это собрание казалось мелочью, и к тому же ему не хотелось попусту тратить ценное время.

— Хорошо, — отозвался Харуюки и пошёл вперёд.

Проходя рядом с Аш Роллером, который стоял без мотоцикла, Харуюки заметил, что обычно компанейский и развязный байкер в постапокалиптическом наряде выглядит на редкость кротко, но списал это на его соседей: Центореа Сентри и Акву Карент. Видимо, родитель Аша, Скай Рейкер, привила ему благоговение перед сильными девушками постарше.

Аш Роллер, Буш Утан и Олив Граб временно перешли из Грейт Волла в Нега Небьюлас ради мести Обществу Исследования Ускорения, которое стояло за ISS-комплектами… или, если точнее, ради нападения на территорию Осциллатори Юниверс, на базе которого и действует ОИУ. Однако как только они получили неоспоримые доказательства связи Общества и Белого Легиона, Харуюки сам перешёл в Осциллатори, и Аш наверняка испытывал на этот счёт довольно сильные эмоции. Харуюки очень хотелось извиниться перед ним, но сейчас на первом месте стояла просьба Черноснежки.

Пытаясь хоть как-то передать свои чувства, он на ходу слегка хлопнул Аша рукой по плечу и направился в самый центр круга.

На то, чтобы рассказать о постигшей «Эксерцитус» трагедии, о красном портале внутри Тескатлипоки и о десятерых драйв линкерах, ушло около десяти минут.

Большая часть этого времени пошла на описание силы Урокиона. На то, как он усиливал Инкарнацией даже самые простые атаки и благодаря этому с лёгкостью ломал даже прочнейшую броню. На его оболочку из чистой Инкарнации, которая с лёгкостью отражала залпы даже из 30-миллиметровых орудий. На его чрезвычайную прочность, которая позволила упасть с 60-метровой высоты, не получив урона. На скорость, за которой не успевал глаз. Наконец, на сложные Инкарнационные техники, которые сам Урокион называл псионическими…

— Из того, что я видел, он использовал технику «Сердокион», которая выстреливает из кулака лисью голову, и «Хризокион», которая превращает его в человеко-волка, но уверен, что есть и другие. Полагаю, в бою со мной он не использовал даже половину своей силы…

Харуюки замолчал и окинул взглядом легионеров. Первой отреагировала девушка с коротким каре на голове, которое переходило в закрывающую глаза маску. Это была Фриз Тон из «Гелиосферы» — трио популярных певиц Ускоренного Мира.

— Слушай-ка, Ворон-кун, — произнесла Фриз глубоким голосом и задала неожиданный вопрос: — Ты точно уверен, что в человеко-волка, а не лиса?

— Э-э… чего?

— Просто у него и аватар и все техники названы в честь различных лисиц.

— А? Правда? Потому что он сам говорил, что «сердокион» это какой-то там майконг… — робко возразил Харуюки, но на Фриз его слова не произвели никакого впечатления.

— Во-первых, «урокион» — это просто научное название серой лисицы. Она считается самой древней из всех существующих псовых. Во-вторых, «сердокион» — это и правда майконг, но это животное тоже ближе к лисицам, чем к чему-либо ещё. В-третьих, «хризокион» — это гривистый волк… но хоть это по названию волк, я тоже считаю его лисицей. Понял?

«Понять-то понял, но чего ты от меня хочешь?»

Харуюки ошеломлённо застыл. Тем временем раздался мягкий баритон:

— Я считаю наоборот: неважно, кто там к чему генетически ближе, если он превратился в гривистого волка, значит, человеко-волк… или по крайней мере человеко-гривистый-волк.

Этот голос принадлежал аватару с огромными лосиными рогами. Кассис Мус, один из «Триплексов».

— Я же сказала, гривистый волк — это никакой не волк! — тут же взорвалась Фриз Тон. — Миллионы лет назад от томаркта, общего предка всех псовых, образовалось четыре ветви развития. Из них так называемые волки — это частный случай одной из этих веток, а гривистый волк относится к другой, южноамериканской ветке, как майконги и андские лисицы. Они друг от друга так же далеко, как оцелоты от домашних кошек!

— От этого сравнения нисколько понятнее не стало, — глухо пробормотал Кассис Мус.

Фриз Тон шагнула к нему, покачивая своей голубой мини-юбкой. Но тут…

— Мне кажется, Фри-тян хочет сказать, что если этот игрок называется не псом и не волком, а научным именем серой лисицы, то это наверняка не просто так… — раздался спокойный, уравновешенный, похожий на течение воды голос Аквы Карент.

Когда Харуюки впервые познакомился с ней, её знали как «Единицу», непобедимого телохранителя первого уровня. Вернувшись в Нега Небьюлас, она вновь стала одним из «Элементов», но до сих пор хранила много тайн.

«Фри-тян» застыла на месте и тут же заговорила гораздо вежливее:

— Ну дык… В смысле, разумеется! Если он, так сказать, отождествляет себя с лисицей, то в этом можно найти ключ к победе над ним.

— С лисицей… — прошептал Харуюки, вновь обводя остальных бёрст линкеров взглядом.

Считалось, что все эти дуэльные аватары разных форм и расцветок созданы Брейн Бёрстом из травм, комплексов и душевных ран игроков… Если Дред Драйв 2047 работает по тому же принципу, то Урокион тоже стал супергероем-лисом неслучайно, и в этом действительно мог скрываться ценный намёк…

— Чего больше всего боятся лисы?.. — Харуюки всего лишь рассуждал вслух, но с камня за его спиной раздался голос Черноснежки:

— С этим, конечно, не поспоришь, но… — сказал Харуюки, оборачиваясь.

Как только его глаз упал на прекрасного аватара, сделанного из чёрных кристаллов, виртуальное сердце забилось чаще. Ему вспомнилась мягкость, которую он ощутил всего несколько часов назад. Спрятанный под зеркальной маской рот слушался гораздо хуже, чем раньше.

— По-моему, что пули не нравятся всем зверям, но при этом он спокойно выдержал даже прямое попадание тридцатимиллиметрового снаряда.

— Хм… Тоже верно. Значит, остаются волки, собаки и кислый виноград…

— Может, он в детстве попытался съесть виноградинку и не смог дотянуться? — предположила Фуко.

— Вот уж не знаю, — Черноснежка покрутила головой.

За время этого разговора шумиха улеглась, и на поле вновь воцарилась тишина. До конца дуэли оставалось пять минут. Харуюки почувствовал, что без второго раунда уже точно не обойдётся.

— Кхм, — вмешалась Нико и попыталась обобщить сказанное: — Так или иначе, мы знаем условия победы. Если сможем защитить по крайней мере четырёх существ до конца июля, то победим, в противном случае проиграем. DD-шники сказали, что начнут вторжение послезавтра… в полночь на тридцатое. Я пока всё правильно описала?

— Д-да, — Харуюки размашисто закивал и решил добавить: — Но надо помнить, что это не система решила, что настоящая битва начнётся послезавтра в полночь, а Урокион, и мне кажется, что слепо доверять его словам слишком опасно. Существа договорились, что будут по очереди следить за красным порталом в восточном Икэбукуро, но при этом не все из них согласны сотрудничать с нами. Некоторые считают, что способны защитить себя сами…

— Гмм… — протянула Нико, складывая руки на груди. В её голосе послышалось сомнение. — Метатрон защищала нас во время битвы за территорию, а теперь и вовсе считается легионером, так что она точно будет не против сражаться плечом к плечу с нами, но… остальные шестеро ведь тоже боссы Великих подземелий? Где гарантия, что они вообще не нападут на нас сами, когда мы придём с предложением о союзе?

Очевидно, этот вопрос волновал многих — слова Нико взволновали и красных легионеров, и Пети Паке. Эта троица сумела подружиться с Энеми Малого класса по имени Кул-тян, но как раз поэтому не любила охоту на Энеми и в принципе не сталкивалась с Энеми Легендарного класса. Конечно, битва за территорию против Осциллатори познакомила их с Энеми Дьявольского класса, но Святые стояли ещё на ступень выше. Ничего удивительного, что бёрст линкеры не могли представить себе, что окажутся с ними на одной стороне. Даже Харуюки, имевший крепкие узы с Метатрон, робел от суровости, которую излучали Король Бури Рудра и Богиня мертвецов Си-ван-му.

И это не говоря уже о том, что последними словами Нико угодила в точку.

— Думаю, многие из вас уже знают, но… — начал Харуюки. Ему понадобилась небольшая пауза, чтобы решиться сказать остальное. — …Все семь существ, вернее, боссов, которые обозначены как цели этой битвы, имеют первую форму, которая похожа на огромного монстра, и вторую, которая ближе к человеческой. Вторая форма появляется только в том случае, если победить первую без помощи со стороны подземелья, но главная трудность в том, что вторая форма не может управлять первой… Поэтому если драйв линкеры дойдут до комнаты босса, а мы войдём следом, чтобы помочь существу, первая форма нападёт и на нас, не увидев разницы между нами.

— Реально, что ли?.. И как их тогда защищать? — подал голос молчавший всё совещание Аш Роллер. Видимо, только сейчас победил оцепенение, вызванное близким присутствием Центореа Сентри и Аквы Карент.

Харуюки бросил взгляд на маску постапокалиптического байкера, затем озвучил вывод, к которому он и шестеро существ пришли во время недавнего разговора:

— Мы должны либо перехватить драйв линкеров до того, как они доберутся до комнаты босса… либо уничтожить первую форму до того, как это сделают они.

Это шутливая отсылка к лисицам-пулям тэппо-гицунэ: подвиду статуэток, которые в своё время делали в Токио. Со спины они очертаниями напоминают винтовочный патрон, поэтому так называются.