~14 мин чтения
Брэндель и милиция последовали за Бреттоном с его гвардейцами, везя еду и лекарства в лагерь.
Разбили его в неприметной долине неподалеку от Белдорского леса, и чтобы туда попасть предстояло миновать горный лес.
Добравшихся наконец-то до места путников встретили с распростертыми объятьями и огромным воодушевлением.Здешние военные считали третий милицейский отряд давно потерянным в первой же битве, и уже почти смирились с потерей — и тут все они чудом вернулись, живыми и почти невредимыми!Беженцы были вне себя от радости.
Часть их них была из Бучче, некоторые пришли из Вербина и Зеленой деревни, но теплая и дружелюбная атмосфера сплотила всех, а радость воссоединения немного скрасила горечь двух минувших дней.Казалось, впереди забрезжил лучик надежды, что все образуется.
Благодаря привезенным провизии и лекарствам измученные голодом и холодом люди наконец-то подлечились, согрелись и поели, удалось поднять на ноги раненых.
Воспрянув духом, люди потянулись друг к другу, словно ужасы минувших дней остались позади.Марден отдал приказ разжечь костры.
Ветеран Ноябрьской войны, сильный и храбрый человек, ни за что бы не сдался войскам Мадары и не боялся, что их обнаружат.
Он во всеуслышание объявил, что нежить может приходить прямо сюда: они готовы сражаться, и трусов в Ауине нет.Все равно не было ни единого шанса укрыть всех этих гражданских без малейшей военной подготовки.
Раз так — можно и расположиться поудобнее.Только что потерявшую родных Фрейю чествовали как настоящую героиню.
Брэндель все еще опасался, что из-за нахлынувших горестных воспоминаний девушка опять загрустит, но, как оказалось, напрасно.— Фрейя, все это благодаря тебе и твоему отряду!— Не грусти, Фрейя! Мы же с тобой, помнишь! Да тебе поможет каждый из деревни!— Ты сильная, это все знают!— Фрейя, ты как? Иди сюда, дай, тетушка Акаш на тебя посмотрит! Осторожнее надо быть, берегла бы ты себя, деточка! — уверенно пробилась сквозь окружившую ее толпу полная женщина средних лет.
Руки у нее загрубели от постоянной работы, как и у всех деревенских, а голос был на редкость громкий, но звучавшая в нем забота была искренней.Убрала с лица Фрейи челку, она внимательно вгляделась ей в глаза.— Тетушка Акаш, да все нормально...— Уверена? Ничего не скрывай, поняла?— Да правда, все нормально.
Спасибо всем! Фрейя окинула всех вокруг нее затуманившимся и растроганным взглядом.
Они все многое пережили, не высыпались и недоедали, но нашли в себе силы подумать и о ней, несмотря на все.Брэндель остался стоять в сторонке, наблюдая.
Пускай на миг, но на душе у него потеплело: циник-геймер почувствовал, что искренне тронут.
Неясно только, то ли увиденным, то просто размяк от тепла ярко горевших костров и запаха вкусной еды.
Нет, все-таки первое: свет их сердец и вправду разгонял тьму.Прекрасный момент.«Вот такими и должны быть искренние отношения между людьми!»Брэндель отошел подальше от толпы, облокотился на большой белый валун и взглянул в поблескивающее алмазами звезд багровеющее небо.— А ты почему не вместе со всеми? — спросил он у незаметно подкравшейся Ромайнэ.
Та села на соседний камень, чуть повыше, обняла сумку и начала болтать ногами.— А я им не нравлюсь.— Почему это?— Они считают таких как я и тетка «странными».
Да и вообще, какая нормальная девушка захочет быть странствующим торговцем? Естественно, на меня так реагируют...«А может, дело и не в этом вовсе?» — мысленно задался вопросом Брэндель.Следом он понял вдруг, что не имеет ни малейшего представления о том, что за фрукт тетка Ромайнэ.
Постоянно в разъездах, редко бывала дома, а когда возвращалась — привозила странные подарки, которые неизменно радовали племянницу.Может быть, Ромайнэ выросла именно такой, необычной, с причудами и чертовщинкой, именно потому, что была предоставлена сама себе?— А расскажи о своих родителях.
Ты ведь никогда о них не говорила.— Я их не знала.
Сколько себя помню — рядом всегда была только тетя.
Ха, и всегда, с самого детства, она приговаривала, чтобы я не забывала отплатить ей за доброту! — хихикнув, она посмотрела на луну.Брэндель скользнул по ее профилю растерянным взглядом.— … так ты поэтому хочешь стать торговцем?— Ага.— Странный у тебя ход мыслей…— Да все логично, если подумать.Они еще немного поболтали, пока Брэндель не заметил, что Фрейя пытается выбраться из толпы.
Раньше она была простой наивной и приветливой девушкой, но с недавних пор стали показываться и первые черты будущей Богини Войны.
Чуть более замкнутой, чуть более себе на уме.Чуть раньше она обещала Брэнделю устроить ему встречу с капитаном Марденом, и явно собиралась первым делом его сдержать.
Она не знала, что тому от него нужно, но, как и Ирэн, предпочла пока довериться тому, кто выручил их из беды.Она не то чтобы полностью полагалась на него, но любопытствовала и хотела посмотреть, куда все это выведет.У Брэнделя, в отличие от остальных, был план.
Раз уж так случилось, что милиция из Бучче и гвардейцы столкнулись в одном месте и времени, а Марден того гляди потерпит поражение… получается, настал тот самый переломный момент в истории, самое время воспользоваться шансом и попытаться уйти от войска немертвых.Сначала Брэндель думал только о том, как спастись самому, но уже в самом начале своего пути в этом мире отбросил эти мысли.
Теперь же, когда с ними Ромайнэ, Фрейя и остальные из третьего отряда — как он будет смотреть им в глаза, если оставит гражданских?Окончательно он изменил мнение при виде того, как будущая Богиня Войны рыдает, упав на колени в Зеленой деревне.
Слишком многие поражения и сломанные судьбы пришлось наблюдать в игре, мимо слишком многого пришлось пройти мимо и двигаться дальше — нет, в этот раз все будет по-другому.
Теперь он будет жить так, чтобы больше ни о чем не сожалеть.Брэндель был готов шагнуть в неизвестность и пойти по неизведанной тропинке в истории.
Написать собственный сюжет.Ромайнэ, естественно, не собиралась отходить от него ни на минуту, так что они втроем прошлись по долине, миновав несколько больших костров.
На самом краю долины к ним навстречу наконец-то вышел старый капитан.
Ожидаемо, Бреттон тоже был с ним.
Сделал вид, что его не замечает, Брэндель обратил все внимание на ветерана и быстро прикинул, как давно не видел Мардена.«Время в игре относительно реального течет где-то на 8:1… По игровому времени я не видел его лет 30 назад, в реальной жизни — 3 года и 9 месяцев».В игре Марден закончил свою жизнь в одиночестве, глубоко несчастным стариком, но умер мирно и в своей постели.
Повезло, что не дожил до того, как Ауин превратился в руины.Многие игроки тесно с ним общались: с достаточным количеством очков репутации тот мог обучить множеству секретных навыков: разведке, владению мечом и тайному проникновению.
И наконец, «Клич Отваги», самый продвинутый из воинских навыков, которому он мог обучить.Старик не сильно отличался от его воспоминаний из игры.
Несколько моложе, правда, и лицо еще светилось решимостью и желанием идти вперед.
Проведя с ним в начале игры достаточно времени, Брэндель хорошо изучил его характер: спокойный и бесстрашный человек, но иногда мог вспылить и ненавидел пустых болтунов.
К тому же, капитан привык открыто высказывать все, что на уме.
Все вместе это производило на окружающих определенное впечатление.Перед тем как заговорить с Марденом, Брэндель все же немного поколебался.
Что если характер здешнего живого человека отличается того, что он встретил у персонажа в игре? И даже если допустить, что Марден все тот же — слишком уж все происходящее напоминало зазеркалье, где ни в чем нельзя быть уверенным — тут любой засомневался бы.Озвучив свои соображения о том, как дальше будут развиваться события, он тут же заметил, что брови у Мардена удивленно поползли на лоб, собирая гармошку.Ожидаемо, первым начал возражать стал его любимый вице-капитан, Бреттон.
Куда же без него.— С какой стати нас должны разбить в следующем бою?Брэндель молча смотрел на Мардена, ожидая, пока старик заговорит:— Молодой человек, благодарю за преданность королевству.
И все же хотелось понять, почему, по-твоему, нам предстоит поражение?Брэндель мысленно с облегчением выдохнул: напрасно он волновался о строптивом характере старика.
Что ж, раз ему позволят высказаться — нужно проявить уверенность и звучать убедительно— У меня вопрос: ты знаешь, сколько на нас идет немертвых Мадара? Какова численность врага?Все неподалеку замолчали.Марден тоже молчал, но кивнул Бреттону, и тот ответил:— Судя по сегодняшней битве, преследовавшая нас армия — та же самая, с которой мы сражались до этого.
К ним пришло подкрепление — отсюда другие флаги.
Может быть, там два разных командира, но подробности о войсках Мадара нам не известны.Брэндель пораженно оглядел его, удивляясь, откуда такие способности к умозаключениям.
Удивительно, насколько много парень понял, просто побывав в хаосе битвы.— Ничего удивительного, что «не известны»: чтобы понять, как действуют войска противника, нужно больше знать о самом королевстве Мадара, — пояснил Брэндель, — а единого «королевства» как такового не существует.
Началось все задолго до века Рун и Мечей, когда несколько изгнанных теневых шаманов стали первыми темными лордами на территориях, получивших название «Мадара».
Постепенно их земли превратились в рай для нежити…— Да о чем ты вообще, у нас тут что, экскурс в историю?— Спокойно, Бреттон.
Давай послушаем.— Пффф.Брэндель улыбнулся: что ж, удалось завладеть вниманием Мардена — уже хорошо.
Сразу видно, опытный вояка, несмотря на характер, и не упустит возможности получить полезную информацию.— При этом собственными территориями они не ограничились.
Они существуют и процветают благодаря завоеваниям и набегам на новые земли.
С самых первых лордов и до сегодняшних дней они не только воюют друг с другом, но и без предупреждения атакуют все пограничные земли.
Пострадают все: и Ауин, и Киррлутц, и Осор, и даже Баамрин.У каждого их темного лорда под командованием многочисленные войска, причем сплошь из элиты, и опытной — спасибо постоянным войнам.
Да, в порядке построения и тактике у них полный разброд, а единого центра управления как не было так и нет, но такую мощь нельзя игнорировать.
Скорее всего, те две армии, с которыми вы столкнулись — очень даже разные.
Ладно, расскажете поподробнее про сражения — от меня будет намного больше пользы.— Брэндель! — зло выкрикнул Бреттон, аж подскакивая.
Не лги! Откуда у тебя вообще информация о войсках Мадара? Да я тебя знаю как облупленного, ты ж…Тирада о нашем герое грозила превратиться в нескончаемую, но тут повествующий натолкнулся на ледяной взгляд Брэнделя.
Слова замерли у Бреттона на губах, а сам он неверяще встряхнул головой, не в силах поверить, что ровесник просто так, без единого слова, заставил его замолчать.Знакомый ему Брэндель даже близко не обладал сильным характером — просто паренек с искоркой таланта.— Слушай внимательно, Бреттон.
Я сюда не спорить с тобой пришел, — отчеканил он, подчеркивая каждое слово, — и я не жду от тебя понимания важности момента — а он и вправду переломный — но за потерянное время ты мне ответишь лично!Бреттон запнулся было, совершенно ошарашенный, но тут же закипел яростью и приготовился к драке.— Расскажи ему о том, с чем мы столкнулись, Бреттон, — остановил его Марден.
Выглядел он устало, но явно не утратил способности трезво мыслить.
Брэндель и милиция последовали за Бреттоном с его гвардейцами, везя еду и лекарства в лагерь.
Разбили его в неприметной долине неподалеку от Белдорского леса, и чтобы туда попасть предстояло миновать горный лес.
Добравшихся наконец-то до места путников встретили с распростертыми объятьями и огромным воодушевлением.
Здешние военные считали третий милицейский отряд давно потерянным в первой же битве, и уже почти смирились с потерей — и тут все они чудом вернулись, живыми и почти невредимыми!
Беженцы были вне себя от радости.
Часть их них была из Бучче, некоторые пришли из Вербина и Зеленой деревни, но теплая и дружелюбная атмосфера сплотила всех, а радость воссоединения немного скрасила горечь двух минувших дней.
Казалось, впереди забрезжил лучик надежды, что все образуется.
Благодаря привезенным провизии и лекарствам измученные голодом и холодом люди наконец-то подлечились, согрелись и поели, удалось поднять на ноги раненых.
Воспрянув духом, люди потянулись друг к другу, словно ужасы минувших дней остались позади.
Марден отдал приказ разжечь костры.
Ветеран Ноябрьской войны, сильный и храбрый человек, ни за что бы не сдался войскам Мадары и не боялся, что их обнаружат.
Он во всеуслышание объявил, что нежить может приходить прямо сюда: они готовы сражаться, и трусов в Ауине нет.
Все равно не было ни единого шанса укрыть всех этих гражданских без малейшей военной подготовки.
Раз так — можно и расположиться поудобнее.
Только что потерявшую родных Фрейю чествовали как настоящую героиню.
Брэндель все еще опасался, что из-за нахлынувших горестных воспоминаний девушка опять загрустит, но, как оказалось, напрасно.
— Фрейя, все это благодаря тебе и твоему отряду!
— Не грусти, Фрейя! Мы же с тобой, помнишь! Да тебе поможет каждый из деревни!
— Ты сильная, это все знают!
— Фрейя, ты как? Иди сюда, дай, тетушка Акаш на тебя посмотрит! Осторожнее надо быть, берегла бы ты себя, деточка! — уверенно пробилась сквозь окружившую ее толпу полная женщина средних лет.
Руки у нее загрубели от постоянной работы, как и у всех деревенских, а голос был на редкость громкий, но звучавшая в нем забота была искренней.
Убрала с лица Фрейи челку, она внимательно вгляделась ей в глаза.
— Тетушка Акаш, да все нормально...
— Уверена? Ничего не скрывай, поняла?
— Да правда, все нормально.
Спасибо всем! Фрейя окинула всех вокруг нее затуманившимся и растроганным взглядом.
Они все многое пережили, не высыпались и недоедали, но нашли в себе силы подумать и о ней, несмотря на все.
Брэндель остался стоять в сторонке, наблюдая.
Пускай на миг, но на душе у него потеплело: циник-геймер почувствовал, что искренне тронут.
Неясно только, то ли увиденным, то просто размяк от тепла ярко горевших костров и запаха вкусной еды.
Нет, все-таки первое: свет их сердец и вправду разгонял тьму.
Прекрасный момент.
«Вот такими и должны быть искренние отношения между людьми!»
Брэндель отошел подальше от толпы, облокотился на большой белый валун и взглянул в поблескивающее алмазами звезд багровеющее небо.
— А ты почему не вместе со всеми? — спросил он у незаметно подкравшейся Ромайнэ.
Та села на соседний камень, чуть повыше, обняла сумку и начала болтать ногами.
— А я им не нравлюсь.
— Почему это?
— Они считают таких как я и тетка «странными».
Да и вообще, какая нормальная девушка захочет быть странствующим торговцем? Естественно, на меня так реагируют...
«А может, дело и не в этом вовсе?» — мысленно задался вопросом Брэндель.
Следом он понял вдруг, что не имеет ни малейшего представления о том, что за фрукт тетка Ромайнэ.
Постоянно в разъездах, редко бывала дома, а когда возвращалась — привозила странные подарки, которые неизменно радовали племянницу.
Может быть, Ромайнэ выросла именно такой, необычной, с причудами и чертовщинкой, именно потому, что была предоставлена сама себе?
— А расскажи о своих родителях.
Ты ведь никогда о них не говорила.
— Я их не знала.
Сколько себя помню — рядом всегда была только тетя.
Ха, и всегда, с самого детства, она приговаривала, чтобы я не забывала отплатить ей за доброту! — хихикнув, она посмотрела на луну.
Брэндель скользнул по ее профилю растерянным взглядом.
— … так ты поэтому хочешь стать торговцем?
— Странный у тебя ход мыслей…
— Да все логично, если подумать.
Они еще немного поболтали, пока Брэндель не заметил, что Фрейя пытается выбраться из толпы.
Раньше она была простой наивной и приветливой девушкой, но с недавних пор стали показываться и первые черты будущей Богини Войны.
Чуть более замкнутой, чуть более себе на уме.
Чуть раньше она обещала Брэнделю устроить ему встречу с капитаном Марденом, и явно собиралась первым делом его сдержать.
Она не знала, что тому от него нужно, но, как и Ирэн, предпочла пока довериться тому, кто выручил их из беды.
Она не то чтобы полностью полагалась на него, но любопытствовала и хотела посмотреть, куда все это выведет.
У Брэнделя, в отличие от остальных, был план.
Раз уж так случилось, что милиция из Бучче и гвардейцы столкнулись в одном месте и времени, а Марден того гляди потерпит поражение… получается, настал тот самый переломный момент в истории, самое время воспользоваться шансом и попытаться уйти от войска немертвых.
Сначала Брэндель думал только о том, как спастись самому, но уже в самом начале своего пути в этом мире отбросил эти мысли.
Теперь же, когда с ними Ромайнэ, Фрейя и остальные из третьего отряда — как он будет смотреть им в глаза, если оставит гражданских?
Окончательно он изменил мнение при виде того, как будущая Богиня Войны рыдает, упав на колени в Зеленой деревне.
Слишком многие поражения и сломанные судьбы пришлось наблюдать в игре, мимо слишком многого пришлось пройти мимо и двигаться дальше — нет, в этот раз все будет по-другому.
Теперь он будет жить так, чтобы больше ни о чем не сожалеть.
Брэндель был готов шагнуть в неизвестность и пойти по неизведанной тропинке в истории.
Написать собственный сюжет.
Ромайнэ, естественно, не собиралась отходить от него ни на минуту, так что они втроем прошлись по долине, миновав несколько больших костров.
На самом краю долины к ним навстречу наконец-то вышел старый капитан.
Ожидаемо, Бреттон тоже был с ним.
Сделал вид, что его не замечает, Брэндель обратил все внимание на ветерана и быстро прикинул, как давно не видел Мардена.
«Время в игре относительно реального течет где-то на 8:1… По игровому времени я не видел его лет 30 назад, в реальной жизни — 3 года и 9 месяцев».
В игре Марден закончил свою жизнь в одиночестве, глубоко несчастным стариком, но умер мирно и в своей постели.
Повезло, что не дожил до того, как Ауин превратился в руины.
Многие игроки тесно с ним общались: с достаточным количеством очков репутации тот мог обучить множеству секретных навыков: разведке, владению мечом и тайному проникновению.
И наконец, «Клич Отваги», самый продвинутый из воинских навыков, которому он мог обучить.
Старик не сильно отличался от его воспоминаний из игры.
Несколько моложе, правда, и лицо еще светилось решимостью и желанием идти вперед.
Проведя с ним в начале игры достаточно времени, Брэндель хорошо изучил его характер: спокойный и бесстрашный человек, но иногда мог вспылить и ненавидел пустых болтунов.
К тому же, капитан привык открыто высказывать все, что на уме.
Все вместе это производило на окружающих определенное впечатление.
Перед тем как заговорить с Марденом, Брэндель все же немного поколебался.
Что если характер здешнего живого человека отличается того, что он встретил у персонажа в игре? И даже если допустить, что Марден все тот же — слишком уж все происходящее напоминало зазеркалье, где ни в чем нельзя быть уверенным — тут любой засомневался бы.
Озвучив свои соображения о том, как дальше будут развиваться события, он тут же заметил, что брови у Мардена удивленно поползли на лоб, собирая гармошку.
Ожидаемо, первым начал возражать стал его любимый вице-капитан, Бреттон.
Куда же без него.
— С какой стати нас должны разбить в следующем бою?
Брэндель молча смотрел на Мардена, ожидая, пока старик заговорит:
— Молодой человек, благодарю за преданность королевству.
И все же хотелось понять, почему, по-твоему, нам предстоит поражение?
Брэндель мысленно с облегчением выдохнул: напрасно он волновался о строптивом характере старика.
Что ж, раз ему позволят высказаться — нужно проявить уверенность и звучать убедительно
— У меня вопрос: ты знаешь, сколько на нас идет немертвых Мадара? Какова численность врага?
Все неподалеку замолчали.
Марден тоже молчал, но кивнул Бреттону, и тот ответил:
— Судя по сегодняшней битве, преследовавшая нас армия — та же самая, с которой мы сражались до этого.
К ним пришло подкрепление — отсюда другие флаги.
Может быть, там два разных командира, но подробности о войсках Мадара нам не известны.
Брэндель пораженно оглядел его, удивляясь, откуда такие способности к умозаключениям.
Удивительно, насколько много парень понял, просто побывав в хаосе битвы.
— Ничего удивительного, что «не известны»: чтобы понять, как действуют войска противника, нужно больше знать о самом королевстве Мадара, — пояснил Брэндель, — а единого «королевства» как такового не существует.
Началось все задолго до века Рун и Мечей, когда несколько изгнанных теневых шаманов стали первыми темными лордами на территориях, получивших название «Мадара».
Постепенно их земли превратились в рай для нежити…
— Да о чем ты вообще, у нас тут что, экскурс в историю?
— Спокойно, Бреттон.
Давай послушаем.
Брэндель улыбнулся: что ж, удалось завладеть вниманием Мардена — уже хорошо.
Сразу видно, опытный вояка, несмотря на характер, и не упустит возможности получить полезную информацию.
— При этом собственными территориями они не ограничились.
Они существуют и процветают благодаря завоеваниям и набегам на новые земли.
С самых первых лордов и до сегодняшних дней они не только воюют друг с другом, но и без предупреждения атакуют все пограничные земли.
Пострадают все: и Ауин, и Киррлутц, и Осор, и даже Баамрин.
У каждого их темного лорда под командованием многочисленные войска, причем сплошь из элиты, и опытной — спасибо постоянным войнам.
Да, в порядке построения и тактике у них полный разброд, а единого центра управления как не было так и нет, но такую мощь нельзя игнорировать.
Скорее всего, те две армии, с которыми вы столкнулись — очень даже разные.
Ладно, расскажете поподробнее про сражения — от меня будет намного больше пользы.
— Брэндель! — зло выкрикнул Бреттон, аж подскакивая.
Не лги! Откуда у тебя вообще информация о войсках Мадара? Да я тебя знаю как облупленного, ты ж…
Тирада о нашем герое грозила превратиться в нескончаемую, но тут повествующий натолкнулся на ледяной взгляд Брэнделя.
Слова замерли у Бреттона на губах, а сам он неверяще встряхнул головой, не в силах поверить, что ровесник просто так, без единого слова, заставил его замолчать.
Знакомый ему Брэндель даже близко не обладал сильным характером — просто паренек с искоркой таланта.
— Слушай внимательно, Бреттон.
Я сюда не спорить с тобой пришел, — отчеканил он, подчеркивая каждое слово, — и я не жду от тебя понимания важности момента — а он и вправду переломный — но за потерянное время ты мне ответишь лично!
Бреттон запнулся было, совершенно ошарашенный, но тут же закипел яростью и приготовился к драке.
— Расскажи ему о том, с чем мы столкнулись, Бреттон, — остановил его Марден.
Выглядел он устало, но явно не утратил способности трезво мыслить.