От былой сосредоточенности Вероники не осталось и следа.

Вдобавок к тому, ее форму основательно потрепало взрывом, а прекрасно уложенные волосы в нескольких местах серьезно подпалило.

Словом, видок был тот еще.Наспех созданный барьер справился с защитой далеко не столь хорошо, как в первый раз, так что славной воительнице с трудом удавалось держать лицо: та уже откровенно прожигала Брэнделя гневным взглядом.

В душе уже полыхая яростью — ничего в своей внешности она не ценила больше, чем прическу, так что малейший урон по этой части прибавил Веронике желания убить его нанесшего.Первым делом опустив меч, она убрала защитный барьер и сразу же, без предупреждения, взмахнула клинком, посылая в Брэнделя энергию меча.

Тот в последний миг успел уклониться, проследив взглядов за полетом смертоносного зеленого луча на волосок от лица.

Судя по жжению, без урона не обошлось, и шансы получить свежий шрам по касательной у него точно есть.— Тот самый ауинец, о котором идут слухи, конечно! Теперь я вспомнил! — вмешался вдруг Амман, указав на Брэнделя пальцем, на кончике которого уже скопилась, принимая форму креста, энергия, — и слышал я, что ты смеешь практиковать магию Церкви Света?!У Брэнделя в жилах словно разом свернулась вся кровь.

Не смея пошевелиться и даже не поворачивая головы, он немигающим взглядом искоса уставился на Аммана, следя, чтобы тот не швырнул раньше времени заклинанием, и принялся мысленно клясть Веронику почем зря.«Так это ты распустила эти слухи? И почему же ты настолько отличаешься от себя-НПС?!»— Я не имею никакого отношения к этим слухам, — ответила Вероника на его немой вопрос, слегка подняв брови и одновременно сопоставляя в уме кое-какие факты.

Почему-то припомнились недавнее подозрительное поведение Фаэны и ее заговор с Эльманом, Роно и Дельфиной.

Уверившись во внезапной догадке, она перестроилась на ходу, закончив уже холодно и настороженно:— Но можешь винить во всем меня: готова принять твой вызов в любой момент, — холодно процедила она.— Два настолько уважаемых человека накинулись на беззащитного юношу — ни стыда, ни совести! — не остался в долгу Брэндель, поклонившись и с издевательским смешком утирая с лица кровь.

Несмотря на расхлябанный вид и оскорбительный тон, он оставался напряженным, словно натянутая струна, готовый в любой момент продолжить бой.

Вероника так просто такое не спустит и теперь ни за что не остановится, да и Амман вряд ли просто так позволит ему уйти.

Остается рискнуть всем — надежда только на удачу.И действительно, пока Брэндель скалил зубы и издевался, Амман не сводил с него холодного взгляда наподобие тех, что он видел у пораженных безумием Маны свирепых волков.

Старик ни разу за всю свою долгую жизнь не вверял свою жизнь в чужие руки и ни за что не позволил бы поступить против своей воли.«Те дворянские сосунки из Киррлутца говорили, что их враг заполучил себе в руки Гальран Гайю, так что меч у него в руках — должно быть, именно он».Явно не горя желанием внимать и не обращая внимания ни на единое сказанное Брэнделем слово, Амман прикидывал, что можно выгадать при нынешнем раскладе.

Слава Гальран Гайи не ограничивалась наследием зверолюдов из Токвинина: заполучи Собор такую реликвию — его личное положение в иерархии совершенно точно улучшится.

Таким образом, его по сути не волновало, принадлежит ли этот парень к Церкви Света, или все это наговоры — намного важнее было завладеть мечом.— Непокорные еретики должны быть уничтожены, — медленно и с расстановкой проговорил архиепископ, не сводя взгляда с Гальран Гайи, и тут же без всяких предупреждений выпалил в Брэнделя заготовленным золотым лучом.Но Вероника оказалась быстрее: тут же взмахнув мечом с зеленой вспышкой, она словно битой отбила золотой луч куда-то вглубь леса.

С оглушительным треском и ярким свечением оба залпа приземлились где-то очень далеко, уже в долине, устроив там небольшой пожар.Обернувшись к Амману, Вероника проговорила:— Хотите его убить — придется для начала получить у меня разрешение.

Ваше высокопреосвященство, — уже без малейшего почтения процедила она.— Леди Вероника? — слегка озадаченно переспросил Амман.

Впрочем, опыт давал о себе знать, так что, моментально сориентировавшись, старый пройдоха продолжил, — понимаю: он нужен вам живым.Вероника не ответила.Брэндель в это время потихоньку отступал все дальше и дальше, шаг за шагом и надеясь незаметно скрыться.

Оба противника в совершенстве овладели и полностью раскрыли силы Элементов, так что не стоило и пытаться сразиться с ними по-настоящему.

Конечно, очень хотелось столкнуть их лбами, но в такое верилось с трудом: слишком уж Амман старался угодить Веронике.На мгновение над деревьями пронесся порыв холодного ветра, зашуршав листвой, но ничуть не развеяв оставшийся на месте туман.— Что ж, леди Вероника.

Думаю, вам не составит труда заставить еретика сдаться, стоит только его поймать.

Но позволю себе посоветовать обратить внимание на его спутницу…— Хммм… — промычала Вероника, снова ничего не ответив.Амман, не дожидаясь ее реакции, тут же обернулся в направлении, куда умчалась Скарлетт.

При виде этого Брэндель переменился в лице: понять, что противник предпримет дальше, он не мог, а промедление могло стоить подруге жизни.— Только попробуй! — не дожидаясь дальнейших действий противника, он бросился прямиком на него, взмахнув Гальран Гайей.Амман только того и ждал, крутанувшись на месте и с дьявольской улыбочкой исчез в сияющем коконе света.

Еще миг — и он снова проявился, в этот раз уже у Брэнделя за спиной, и с ладонями, сияющими багрянцем заготовленного заклинания.«Это заклинание… точно не Собора!»Действия Аммана выбили Брэнделя из колеи, но многовековые память и реакция геймера не подвели: он успел пригнуться.

Красная вспышка пронеслась над головой, всколыхнув волосы, и подожгла ближайший куст, пока Брэндель на полной скорости перекатился назад.«Священнослужители как класс не способны ни на какую магию, кроме священной, и это точно не она.

Скорее уж напоминает силу Элемента, Время или Пространство… но у Амамна должна быть Железная стена!»Расхохотавшись при виде его переката, архиепископ выкрикнул следующее заклинание:— Святое слово: Связать!Пальцы Брэнделя настолько крепко сжались на рукояти Гальран Гайи, что занемела рука.

Уклониться из такого положения он не успевал — сказывался недостаток силы — все-таки начальной ступени Золотого ранга противопоставить кому-то вроде Аммана пока было нечего.«И почему сегодня боги ко мне так немилосердны? Все это — за одну цитату древней клятвы?!»Не видя выхода, Брэндель позволил себе на мгновение поддаться отчаянию и ярости, но тут вздрогнул от внезапного озарения и поддался инстинкту.Дальнейшее стало почти неожиданностью даже для него самого: на пути летевшего в него золотого луча откуда ни возьмись возникли светящиеся ворота.

Выскочивший оттуда фантомный олень бросился вперед, принимая на себя удар заклинания.

Атакуй архиепископ физическим снарядом — тот просто пролетел бы мимо, но заклинание Святого Собора натолкнулось на сделанный там же артефакт и погасло.

Не вышли даже элементарные путы.— Священный олень! — Амман и вообразить не мог, что Брэндель способен призвать подобное создание.Бой прервал налетевший словно ниоткуда внезапный порыв ветра, заставивший всех зажмуриться от холода.— Господин, берегитесь! — тут же выкрикнула Скарлетт.Притаившись поблизости, она ждала в надежде, что Брэнделю удастся сбежать, но время шло, а он так и не показывался — настолько долго, что пришлось вернуться и посмотреть, что случилось.

К ее вящему ужасу, его задержали, но ей, несмотря на все желание помочь, пришлось держаться подальше, чтобы ничего не испортить вмешательством в бой.В итоге именно стоящей на отдалении и пытавшейся вмешаться и помочь девушке первой удалось разглядеть несущуюся на них из-за деревьев белую драконью голову.Одну из пятнадцати голов лернейской гидры.Следом ее заметила Вероника: заметила и уже собралась было уносить ноги, но тут поняла, что заклинание архиепископа прошло мимо цели, и, повинуясь внезапному порыву, вместо бегства активировала защитный барьер.

Едва разом сорвавшийся с меча десяток зеленых волн энергии успел накрыть ее коконом — на барьер обрушилась драконья пасть.Пришлось высвободить силу Элемента, вложив все, что есть, в защиту.Туманная пасть с ужасающим хрустом сомкнулась на защитном коконе, заставив тот заходить ходуном и треснуть.

Перекатившись со спины, Брэндель только и успел краем глаза разглядеть пронесшийся в миллиметре от носа огромный клык, и с трудом сглотнул, моментально покрывшись холодным потом.Амману повезло меньше всех: драконья голова, подобно напавшему на Брэнделя Сумрачному рыцарю, имела две формы — и эфирную, и физическую.

Один из молнией пронесшихся над поляной клыков задел красно-золотую сутану, пронзив все поспешно выставленные барьеры, кроме одного.

Взмыв в воздух в бесконтрольном полете и, несколько раз перекувырнувшись вокруг своей оси, Амман тяжелым кулем рухнул на землю.

Не сработай последняя защита — архиепископ отправился бы прямиком навстречу королю Гателю.

К сожалению, серый камень, его драгоценный артефакт, выпал и закатился под ближайший куст.Заметили это только Брэндель с Вероникой: даже сам Амман, шокированный столь внезапной атакой, упустил случившееся, как и его испуганные нападением на господина сквайры.[— Мальчик мой, — решила вдруг заговорить Ортлисс, — тот драгоценный камень, он выглядит знакомо!]Только успевший выйти из ступора Брэндель снова замер, в этот раз уже под влиянием услышанного.

Героическому духу из далекого прошлого не так-то просто встретить артефакт-современник, так что выходило, что вещица эта из далекого прошлого.

Поразившись мимоходом, откуда Амман взял такую древность, он решил отложить рассуждения на потом: лернейская гидра усиливала атаку, в это раз уже разъяренная неудачей.Показались три драконьи головы, и все они прожигали взглядом людишек на земле.

Исторгнув сотрясший все вокруг рев, головы понеслись к цели, раздражающим насекомоподобным на земле.К радости Брэнделя, ни одна из голов не избрала целью именно его: две нацелились на Веронику, одна — на Аммана.

Пускай этому туманному кошмару и было далеко до настоящей лернейской гидры, но и против такого ему не выстоять.

Обе «цели» тоже быстро поняли, что снова в опасности, и приготовились.

Бросившихся на выручку сквайров уничтожило в мгновение ока: те даже не успели понять, что произошло — просто подарили Амману две секунды: каждая ценой в жизнь.Брэндель, даже не понимая, почему его не атакуют, не стал тратить время зря, поспешно откатившись в ближайший кустарник, и уже в укрытии принялся думать, как отсюда выбраться.— А ну стоять! — выкрикнула взбешенная Вероника, несмотря на атаку гидры успевшая засечь его маневр.

Взмахом меча она послала в него луч энергии меча, но впопыхах промахнулась.

Впрочем, две головы гидры не оставили ей времени на попытки продолжить преследование: стоило ей поднять ногу, чтобы броситься за Брэнделем, обе возникли на пути, перекрывая путь.

Оставалось лишь в бессильной ярости наблюдать за бегством юркого малолетки.— Чертово ты чудище! — бросила в сердцах Вероника, скрипнув зубами и впервые за все время похода выйдя из себя настолько, чтобы выругаться вслух.

От былой сосредоточенности Вероники не осталось и следа.

Вдобавок к тому, ее форму основательно потрепало взрывом, а прекрасно уложенные волосы в нескольких местах серьезно подпалило.

Словом, видок был тот еще.

Наспех созданный барьер справился с защитой далеко не столь хорошо, как в первый раз, так что славной воительнице с трудом удавалось держать лицо: та уже откровенно прожигала Брэнделя гневным взглядом.

В душе уже полыхая яростью — ничего в своей внешности она не ценила больше, чем прическу, так что малейший урон по этой части прибавил Веронике желания убить его нанесшего.

Первым делом опустив меч, она убрала защитный барьер и сразу же, без предупреждения, взмахнула клинком, посылая в Брэнделя энергию меча.

Тот в последний миг успел уклониться, проследив взглядов за полетом смертоносного зеленого луча на волосок от лица.

Судя по жжению, без урона не обошлось, и шансы получить свежий шрам по касательной у него точно есть.

— Тот самый ауинец, о котором идут слухи, конечно! Теперь я вспомнил! — вмешался вдруг Амман, указав на Брэнделя пальцем, на кончике которого уже скопилась, принимая форму креста, энергия, — и слышал я, что ты смеешь практиковать магию Церкви Света?!

У Брэнделя в жилах словно разом свернулась вся кровь.

Не смея пошевелиться и даже не поворачивая головы, он немигающим взглядом искоса уставился на Аммана, следя, чтобы тот не швырнул раньше времени заклинанием, и принялся мысленно клясть Веронику почем зря.

«Так это ты распустила эти слухи? И почему же ты настолько отличаешься от себя-НПС?!»

— Я не имею никакого отношения к этим слухам, — ответила Вероника на его немой вопрос, слегка подняв брови и одновременно сопоставляя в уме кое-какие факты.

Почему-то припомнились недавнее подозрительное поведение Фаэны и ее заговор с Эльманом, Роно и Дельфиной.

Уверившись во внезапной догадке, она перестроилась на ходу, закончив уже холодно и настороженно:

— Но можешь винить во всем меня: готова принять твой вызов в любой момент, — холодно процедила она.

— Два настолько уважаемых человека накинулись на беззащитного юношу — ни стыда, ни совести! — не остался в долгу Брэндель, поклонившись и с издевательским смешком утирая с лица кровь.

Несмотря на расхлябанный вид и оскорбительный тон, он оставался напряженным, словно натянутая струна, готовый в любой момент продолжить бой.

Вероника так просто такое не спустит и теперь ни за что не остановится, да и Амман вряд ли просто так позволит ему уйти.

Остается рискнуть всем — надежда только на удачу.

И действительно, пока Брэндель скалил зубы и издевался, Амман не сводил с него холодного взгляда наподобие тех, что он видел у пораженных безумием Маны свирепых волков.

Старик ни разу за всю свою долгую жизнь не вверял свою жизнь в чужие руки и ни за что не позволил бы поступить против своей воли.

«Те дворянские сосунки из Киррлутца говорили, что их враг заполучил себе в руки Гальран Гайю, так что меч у него в руках — должно быть, именно он».

Явно не горя желанием внимать и не обращая внимания ни на единое сказанное Брэнделем слово, Амман прикидывал, что можно выгадать при нынешнем раскладе.

Слава Гальран Гайи не ограничивалась наследием зверолюдов из Токвинина: заполучи Собор такую реликвию — его личное положение в иерархии совершенно точно улучшится.

Таким образом, его по сути не волновало, принадлежит ли этот парень к Церкви Света, или все это наговоры — намного важнее было завладеть мечом.

— Непокорные еретики должны быть уничтожены, — медленно и с расстановкой проговорил архиепископ, не сводя взгляда с Гальран Гайи, и тут же без всяких предупреждений выпалил в Брэнделя заготовленным золотым лучом.

Но Вероника оказалась быстрее: тут же взмахнув мечом с зеленой вспышкой, она словно битой отбила золотой луч куда-то вглубь леса.

С оглушительным треском и ярким свечением оба залпа приземлились где-то очень далеко, уже в долине, устроив там небольшой пожар.

Обернувшись к Амману, Вероника проговорила:

— Хотите его убить — придется для начала получить у меня разрешение.

Ваше высокопреосвященство, — уже без малейшего почтения процедила она.

— Леди Вероника? — слегка озадаченно переспросил Амман.

Впрочем, опыт давал о себе знать, так что, моментально сориентировавшись, старый пройдоха продолжил, — понимаю: он нужен вам живым.

Вероника не ответила.

Брэндель в это время потихоньку отступал все дальше и дальше, шаг за шагом и надеясь незаметно скрыться.

Оба противника в совершенстве овладели и полностью раскрыли силы Элементов, так что не стоило и пытаться сразиться с ними по-настоящему.

Конечно, очень хотелось столкнуть их лбами, но в такое верилось с трудом: слишком уж Амман старался угодить Веронике.

На мгновение над деревьями пронесся порыв холодного ветра, зашуршав листвой, но ничуть не развеяв оставшийся на месте туман.

— Что ж, леди Вероника.

Думаю, вам не составит труда заставить еретика сдаться, стоит только его поймать.

Но позволю себе посоветовать обратить внимание на его спутницу…

— Хммм… — промычала Вероника, снова ничего не ответив.

Амман, не дожидаясь ее реакции, тут же обернулся в направлении, куда умчалась Скарлетт.

При виде этого Брэндель переменился в лице: понять, что противник предпримет дальше, он не мог, а промедление могло стоить подруге жизни.

— Только попробуй! — не дожидаясь дальнейших действий противника, он бросился прямиком на него, взмахнув Гальран Гайей.

Амман только того и ждал, крутанувшись на месте и с дьявольской улыбочкой исчез в сияющем коконе света.

Еще миг — и он снова проявился, в этот раз уже у Брэнделя за спиной, и с ладонями, сияющими багрянцем заготовленного заклинания.

«Это заклинание… точно не Собора!»

Действия Аммана выбили Брэнделя из колеи, но многовековые память и реакция геймера не подвели: он успел пригнуться.

Красная вспышка пронеслась над головой, всколыхнув волосы, и подожгла ближайший куст, пока Брэндель на полной скорости перекатился назад.

«Священнослужители как класс не способны ни на какую магию, кроме священной, и это точно не она.

Скорее уж напоминает силу Элемента, Время или Пространство… но у Амамна должна быть Железная стена!»

Расхохотавшись при виде его переката, архиепископ выкрикнул следующее заклинание:

— Святое слово: Связать!

Пальцы Брэнделя настолько крепко сжались на рукояти Гальран Гайи, что занемела рука.

Уклониться из такого положения он не успевал — сказывался недостаток силы — все-таки начальной ступени Золотого ранга противопоставить кому-то вроде Аммана пока было нечего.

«И почему сегодня боги ко мне так немилосердны? Все это — за одну цитату древней клятвы?!»

Не видя выхода, Брэндель позволил себе на мгновение поддаться отчаянию и ярости, но тут вздрогнул от внезапного озарения и поддался инстинкту.

Дальнейшее стало почти неожиданностью даже для него самого: на пути летевшего в него золотого луча откуда ни возьмись возникли светящиеся ворота.

Выскочивший оттуда фантомный олень бросился вперед, принимая на себя удар заклинания.

Атакуй архиепископ физическим снарядом — тот просто пролетел бы мимо, но заклинание Святого Собора натолкнулось на сделанный там же артефакт и погасло.

Не вышли даже элементарные путы.

— Священный олень! — Амман и вообразить не мог, что Брэндель способен призвать подобное создание.

Бой прервал налетевший словно ниоткуда внезапный порыв ветра, заставивший всех зажмуриться от холода.

— Господин, берегитесь! — тут же выкрикнула Скарлетт.

Притаившись поблизости, она ждала в надежде, что Брэнделю удастся сбежать, но время шло, а он так и не показывался — настолько долго, что пришлось вернуться и посмотреть, что случилось.

К ее вящему ужасу, его задержали, но ей, несмотря на все желание помочь, пришлось держаться подальше, чтобы ничего не испортить вмешательством в бой.

В итоге именно стоящей на отдалении и пытавшейся вмешаться и помочь девушке первой удалось разглядеть несущуюся на них из-за деревьев белую драконью голову.

Одну из пятнадцати голов лернейской гидры.

Следом ее заметила Вероника: заметила и уже собралась было уносить ноги, но тут поняла, что заклинание архиепископа прошло мимо цели, и, повинуясь внезапному порыву, вместо бегства активировала защитный барьер.

Едва разом сорвавшийся с меча десяток зеленых волн энергии успел накрыть ее коконом — на барьер обрушилась драконья пасть.

Пришлось высвободить силу Элемента, вложив все, что есть, в защиту.

Туманная пасть с ужасающим хрустом сомкнулась на защитном коконе, заставив тот заходить ходуном и треснуть.

Перекатившись со спины, Брэндель только и успел краем глаза разглядеть пронесшийся в миллиметре от носа огромный клык, и с трудом сглотнул, моментально покрывшись холодным потом.

Амману повезло меньше всех: драконья голова, подобно напавшему на Брэнделя Сумрачному рыцарю, имела две формы — и эфирную, и физическую.

Один из молнией пронесшихся над поляной клыков задел красно-золотую сутану, пронзив все поспешно выставленные барьеры, кроме одного.

Взмыв в воздух в бесконтрольном полете и, несколько раз перекувырнувшись вокруг своей оси, Амман тяжелым кулем рухнул на землю.

Не сработай последняя защита — архиепископ отправился бы прямиком навстречу королю Гателю.

К сожалению, серый камень, его драгоценный артефакт, выпал и закатился под ближайший куст.

Заметили это только Брэндель с Вероникой: даже сам Амман, шокированный столь внезапной атакой, упустил случившееся, как и его испуганные нападением на господина сквайры.

[— Мальчик мой, — решила вдруг заговорить Ортлисс, — тот драгоценный камень, он выглядит знакомо!]

Только успевший выйти из ступора Брэндель снова замер, в этот раз уже под влиянием услышанного.

Героическому духу из далекого прошлого не так-то просто встретить артефакт-современник, так что выходило, что вещица эта из далекого прошлого.

Поразившись мимоходом, откуда Амман взял такую древность, он решил отложить рассуждения на потом: лернейская гидра усиливала атаку, в это раз уже разъяренная неудачей.

Показались три драконьи головы, и все они прожигали взглядом людишек на земле.

Исторгнув сотрясший все вокруг рев, головы понеслись к цели, раздражающим насекомоподобным на земле.

К радости Брэнделя, ни одна из голов не избрала целью именно его: две нацелились на Веронику, одна — на Аммана.

Пускай этому туманному кошмару и было далеко до настоящей лернейской гидры, но и против такого ему не выстоять.

Обе «цели» тоже быстро поняли, что снова в опасности, и приготовились.

Бросившихся на выручку сквайров уничтожило в мгновение ока: те даже не успели понять, что произошло — просто подарили Амману две секунды: каждая ценой в жизнь.

Брэндель, даже не понимая, почему его не атакуют, не стал тратить время зря, поспешно откатившись в ближайший кустарник, и уже в укрытии принялся думать, как отсюда выбраться.

— А ну стоять! — выкрикнула взбешенная Вероника, несмотря на атаку гидры успевшая засечь его маневр.

Взмахом меча она послала в него луч энергии меча, но впопыхах промахнулась.

Впрочем, две головы гидры не оставили ей времени на попытки продолжить преследование: стоило ей поднять ногу, чтобы броситься за Брэнделем, обе возникли на пути, перекрывая путь.

Оставалось лишь в бессильной ярости наблюдать за бегством юркого малолетки.

— Чертово ты чудище! — бросила в сердцах Вероника, скрипнув зубами и впервые за все время похода выйдя из себя настолько, чтобы выругаться вслух.