С окончания боя прошло уже три часа, но суета все не унималась.Новости об учиненной на дворянском собрании резне мгновенно дошли до верхушки Собора Святого Пламени, вынудив в рекордные сроки организовать расследование.

Правда, в его результативности почти никто не сомневался: если что и всплывет — то очень и очень нескоро.Полы в коридоре дворца Роше, цвета слоновой кости и отполированные до блеска, сияли настолько, что быстро снующие сейчас туда-сюда священнослужители в красном успели оставить на них отчетливые следы.

Подметив, что кому-то сегодня вечером или с утра придется здорово потрудиться, все это убирая, Брэндель расположился во внутреннем дворике.

В ожидании продолжения собрания он присел на скамью под сенью лавра и принялся лениво скроллить статистику.

Привычные зеленые буквы в то всплывающих, то закрывающихся окнах, системные сообщения и тому подобное — все как всегда.

Хорошо, что эта странность видна только ему, иначе бы обвинений в ереси не избежать.К его удивлению, ХП от убийства двух бойцов Золотого ранга и вороха Серебряного хватило на то, чтобы поднять уровень.

Профессия Тамплиера считалась настолько элитарной, что для перехода с его пятнадцатого на шестнадцатый требовалось почти столько же, сколько для шага 25-26 у того же Воина.

Правда, с повышением уровня поднялся и штраф за наличие второй профессии (Воина же), но равномерно подросшая статистика все равно крайне радовала.«Продвинутые профессии раскрываются только года через два по игровому времени, но я выгадал целый год — спасибо гримуару Аммана, хоть и реплике».Сейчас от того остался малюсенький шарик, но все эти ХП неплохо прокачали Девять соратников.

Решив пособирать еще, пока есть время, Брэндель ждал и любовался новыми цифрами.«Скоро дойду до уровня, когда можно будет полностью активировать Элемент, но для этого хоть чейн-квест бери, а пока надо разобраться с мелкими делами: слишком много их накопилось.

Правда, и здесь затягивать нельзя, иначе не пережить следующий прилив Маны — короче, одни проблемы».По старой привычке потирая лоб, Брэндель глубоко задумался.

События в Петле Пассатов — только начало: следующая волна Маны в той или иной мере накроет почти весь континент.«Провидцы на юге Ауина считают, что повышение активности монстров — последствия прилива в Петле Пассатов, но они правы только в одном: связь действительно есть.

Только вот обратная: монстры пошли в атаку из-за начала волны, а не в честь ее окончания».Вздохнув, он поднял уровень «Короны Шипов» и «Крови Солнца» до 10.

Пока он на полпути: эти промежуточные навыки открываются только с тридцатого уровня Тамплиера.«Кровь Солнца отражает половину урона от атаки, а Приветствие при встрече добавляет +11 к Защите.

Ну вот, теперь хоть имею право называться Воином! Хоть до идеала еще далеко, но раньше-то Защита и вовсе застряла на рейнджерском уровне…»На этот счет он испытывал смешанные чувства: быстрое повышение уровней радовало, но снаряжение и оборудование за этим ростом не поспевали.

Конечно, с Гальран Гайей, Багровым благословением и Кристаллом Спектрального рыцаря здорово повезло, но по остальным пожиткам на фоне геймерского прошлого он пока что нищий.

Пламенное кольцо и Элементный браслет все еще при нем, но выглядели бы достойнее уровне эдак на двадцатом, а сейчас –немного некомильфо.

Кровные Наколенники — хороши, но тоже уже немного не то, а уже про доспехи и говорить не стоит.«То, что пришлось выводить из крепости Риэдон столько народу, здорово изменило мои планы.

А еще наемники Красного Бронзового Дракона, а потом — захват Трентайма… На все это ушло порядком времени: даже не получилось прокачаться в Подземельях — честно говоря, собственных ожиданий по силе к нынешнему моменту я не оправдал.

Ладно, хоть до Ампер Сеале добрался вовремя, а иначе можно было бы сворачиваться и перечеркивать весь прошлый год.

Но тут…»Брэндель нахмурился.

В последнее время история пошла по-другому, и теперь события развиваются в неизвестном направлении.Дворянское собрание поспешно перенесли во дворец Роше, все еще владение Собора Святого Пламени.

Оглядывая потерянным взглядом окружающие интерьеры, благодаря сильнейшему Восприятию он подмечал каждую трещинку в стенах, но из-за утраты предсказуемости все равно казалось, что зрение затуманено.«Дело в покушении?»Он почти наверняка знал, что это дело рук герцога Аррека, и их последние гляделки это наглядно доказали.«Но нелогично же! Какой в этом смысл? Ведь в его интересах поддержать королевскую фракцию! Что же заставило его изменить мнение и встать на сторону Зайферов? К тому же, на собрании не показалась добрая половина дворян с реальной властью, и я ни на секунду не поверю, что они не в курсе заговора».Подметили это и все до единого из еще не принявших сторону одной из противоборствующих фракций.

Да и поведение Собора Святого Пламени вызывало серьезные подозрения: ожидалось, что безопасность в Ампер Сеале будет обеспечена на высшем уровне.

Как Темные еретики, да еще в таком количестве, смогли проникнуть сюда незамеченными?Даже Брэндель считал, что на дворянские собрания без приглашения вход заказан.«Но сама идея организовать покушение здесь? Я бы, наверное, воспользовался Картами Судьбы, так что не стоит исключать, что так не сделал кто-то другой.

А вот что дальше — вопрос.

В игре у принцессы не было сильной армии, но с поддержкой Аррека они одержали верх в гражданской войне.

А теперь все, кто должен был поддержать королевскую фракцию, испарились бесследно…»Так и не поняв, почему все так обернулось, он принялся перебирать каждый поворотный пункт в истории игры и каждую мало-мальски значимую деталь, гадая, что из этого могло повлиять на развитие событий.

По крайней мере, пока остается преимущество в виде знания теперь уже неясного будущего и его предпосылок.

История уже изменилась под влиянием некоторых его поступков, но пока хотя бы оставался шанс порыться в памяти и найти причину нынешнего поворота.Поджав губы и нахмурившись, Брэндель только-только собрался окончательно уйти в себя, как над ним нависла тень.— Брэндель.Подняв глаза, он забыл как дышать.

Фрейя! В ауинской военной форме, с подросшим за время разлуки хвостиком, собранная и одновременно потерянная, и с виду — точь-в-точь героиня эпоса… Только вот глаза горят не решимостью, а радостью и умиротворением, скорее как у влюбленной девушки.

Впрочем, почти сразу поняв, что она себя выдает с головой, Фрейя встряхнула головой и немного покраснела.— Давненько…— Фрейя! — просиял Брэндель.

Что еще добавить он пока не сообразил, но при виде той самой девчонки из Бучче, с которой он начал свой путь в этом мире, все проблемы и боль в сердце словно отступили.— Проделала весь этот путь, чтобы поздороваться? — не выдержав, принялся подтрунивать он.И где-то посреди фразы понял, что засевший в голове образ несгибаемой Богини Войны размывается, а на смену ему приходит Фрейя.

Живая, настоящая — такая, как в их первую встречу.

Почти силой заставившая его передохнуть после ранения, и не ни на минуту не покинувшая, разозленная и очаровательная одновременно.

Тогда он относился к ней как на НПС, будущей Богине Войны, но зато сейчас, когда трансформация уж вовсю шла, перед ним почему-то оказалась просто Фрейя.— Ах ты… — традиционно начала закипать та, несмотря на радужные ожидания.Ее отправила передать сообщение Брэнделю принцесса, но Фрейе до сих пор было не по себе от того, что в столь высоких кругах в курсе об их дружбе.— А ты… Почему здесь? — спросила она наконец.— Все по той же причине, по которой просил тебя держаться поближе к принцессе Гриффин.— А точно, — припомнила Фрейя, успокаиваясь, — но ты сказал, что только поступление в Королевскую кавалерийскую академию даст мне шанс помочь и себе, и Бучче.

Так ты здесь, чтобы уговорить принцессу отвоевать Бучче, начать войну с Мадара?Покачав головой, Брэндель вгляделся в танцующие тени на увитой плющом ближайшей стене.— Нет, не поэтому.

Вот скажи, что ты думаешь о нынешнем положении дел в Ауине… и с принцессой?Замолчав, Фрейя грустно присела рядом, теребя хвостик, и лишь после затянувшейся паузы тихо ответила:— Честно говоря, я и подумать не могла, что в королевстве все настолько плохо.

Когда командовал капитан Марден, слышала, что есть некоторые сложности, но все равно «Ауин силен и несгибаем», а покуда на границах все шло своим чередом — политика и дела столичные казались чем-то очень далеким… Брэндель, а эти Темные еретики, что напали — они точно фанатики? Как думаешь, может герцог Аррек иметь к этому какое-то отношение?«Ого».Покосившись на Фрейю, Брэндель обнаружил, что его больше не буравят восхищенным взглядом: теперь рядом, немного скованно отвернувшись, сидела уже Богиня Войны.

А вот и отблеск в ее глазах, первая ласточка того самого пронизывающего насквозь стального взгляда… Сейчас даже мысль о том, что это та самая девчонка из Бучче, казалась смехотворной.Пальцы как будто сами собой сжались в кулаки: это ведь его вина… Это он, своими руками толкнул ее на этот путь, отправил ее повторять историю!— Как думаешь, есть еще шанс спасти это королевство?— Не знаю, но я с Ауином до конца: здесь моя жизнь и смерть, — прошептала она, вглядываясь куда-то вдаль.— Ты это в академии поняла?— Отчасти, — помолчав, признала Фрейя, — думаю, в глубине души я всегда это чувствовала, просто раньше не задумывалась… А знаешь, Брэндель, спасибо, что заставил задуматься! Ты подтолкнул меня в нужном направлении: академия — это огромный опыт, наверное, самый ценный в моей жизни! Она меня изменила, по-настоящему.Брэндель одобрительно улыбнулся: она явно этого ждала.Но на сердце у него притаилось совсем другое, и не нашлось бы слов, чтобы высказать это вслух.

Как же сильно он ошибался: не его вмешательство превратило ее в Богиню Войны.

Фрейя такой и родилась — яркой, как солнце, и горящей до последнего луча.

Правда, сейчас, когда она наконец-то осознала правду о себе и уже становилась тем, кем должна была стать, он ощутил укор сожаления.«А ведь ты еще могла быть той девчонкой из Бучче… Это же тоже ты, и тогда все сложилось бы по-другому».Неужели его геймерский идеализм подугас? История игры казалась незыблемой, каким-то нерушимым монолитом.

Все события уже давно записаны в хрониках, все решено, и чтобы повернуть судьбу королевства нужно сдвинуть горы.

Нужны невероятные усилия, а ставки настолько высоки, что приходится жертвовать человеческими жизнями.

И вот они, последствия: перед ним — почти готовая Богиня Войны, а он… скучает по Фрейе?— А ты, кажется, уверен, что власть перейдет к принцессе… Почему? — разогнал невеселые мысли новый вопрос.— То есть ты разделяешь ее идеалы? Склоняешься на ее сторону?— Так не пойдет, хитрец, я первая спросила, — хмыкнула Фрейя, — так ты в королевской фракции?Брэндель отрицательно покачал головой.— Говорил же: я — Высокогорный рыцарь, и мы ни разу не вмешивались в дела монархии и политику.Фрейя медленно кивнула, припоминая рассказы и про «горного рыцаря», и про «королевскую фракцию», и про «магов из башни», и покраснела.

А она-то уже решила, что Брэндель — из дворян! Хотя, судя по тому, как он ее порой бесит, по этому критерию вполне проходит.Оба погрузились в воспоминания о прошлом, и почти сразу же поняли, что хотят этим поделиться.

Слова нашлись как-то сами собой, и вот, уже минуту спустя они оживленно вспоминали ночное небо над Бучче и Джонатана, первого из столкнувшегося с некромантом милицейских, и горные тропы, и Золотое Древо… И крепость Риэдон, и горящий в ночи город… А главное — то, насколько судьба — странная штука, и главное — переменчивая.

Людские поступки ведут к событиям, о которых и помыслить нельзя.

Прошло уже порядком времени, когда Фрейя вдруг ойкнула и виновато спросила:— А что Ромайнэ? С ней все хорошо, ты ее в обиду не даешь?— Большое спасибо, что спросила, и со мной все в порядке… до тех пор, пока это она меня не обижает, — лукаво кивнул Брэндель.Фрейя расхохоталась — вот это уже похоже на правду — после чего добавила:— Тебя хочет видеть ее высочество.Брэндель снова кивнул, в этот раз — с готовностью и понимающе.

С окончания боя прошло уже три часа, но суета все не унималась.

Новости об учиненной на дворянском собрании резне мгновенно дошли до верхушки Собора Святого Пламени, вынудив в рекордные сроки организовать расследование.

Правда, в его результативности почти никто не сомневался: если что и всплывет — то очень и очень нескоро.

Полы в коридоре дворца Роше, цвета слоновой кости и отполированные до блеска, сияли настолько, что быстро снующие сейчас туда-сюда священнослужители в красном успели оставить на них отчетливые следы.

Подметив, что кому-то сегодня вечером или с утра придется здорово потрудиться, все это убирая, Брэндель расположился во внутреннем дворике.

В ожидании продолжения собрания он присел на скамью под сенью лавра и принялся лениво скроллить статистику.

Привычные зеленые буквы в то всплывающих, то закрывающихся окнах, системные сообщения и тому подобное — все как всегда.

Хорошо, что эта странность видна только ему, иначе бы обвинений в ереси не избежать.

К его удивлению, ХП от убийства двух бойцов Золотого ранга и вороха Серебряного хватило на то, чтобы поднять уровень.

Профессия Тамплиера считалась настолько элитарной, что для перехода с его пятнадцатого на шестнадцатый требовалось почти столько же, сколько для шага 25-26 у того же Воина.

Правда, с повышением уровня поднялся и штраф за наличие второй профессии (Воина же), но равномерно подросшая статистика все равно крайне радовала.

«Продвинутые профессии раскрываются только года через два по игровому времени, но я выгадал целый год — спасибо гримуару Аммана, хоть и реплике».

Сейчас от того остался малюсенький шарик, но все эти ХП неплохо прокачали Девять соратников.

Решив пособирать еще, пока есть время, Брэндель ждал и любовался новыми цифрами.

«Скоро дойду до уровня, когда можно будет полностью активировать Элемент, но для этого хоть чейн-квест бери, а пока надо разобраться с мелкими делами: слишком много их накопилось.

Правда, и здесь затягивать нельзя, иначе не пережить следующий прилив Маны — короче, одни проблемы».

По старой привычке потирая лоб, Брэндель глубоко задумался.

События в Петле Пассатов — только начало: следующая волна Маны в той или иной мере накроет почти весь континент.

«Провидцы на юге Ауина считают, что повышение активности монстров — последствия прилива в Петле Пассатов, но они правы только в одном: связь действительно есть.

Только вот обратная: монстры пошли в атаку из-за начала волны, а не в честь ее окончания».

Вздохнув, он поднял уровень «Короны Шипов» и «Крови Солнца» до 10.

Пока он на полпути: эти промежуточные навыки открываются только с тридцатого уровня Тамплиера.

«Кровь Солнца отражает половину урона от атаки, а Приветствие при встрече добавляет +11 к Защите.

Ну вот, теперь хоть имею право называться Воином! Хоть до идеала еще далеко, но раньше-то Защита и вовсе застряла на рейнджерском уровне…»

На этот счет он испытывал смешанные чувства: быстрое повышение уровней радовало, но снаряжение и оборудование за этим ростом не поспевали.

Конечно, с Гальран Гайей, Багровым благословением и Кристаллом Спектрального рыцаря здорово повезло, но по остальным пожиткам на фоне геймерского прошлого он пока что нищий.

Пламенное кольцо и Элементный браслет все еще при нем, но выглядели бы достойнее уровне эдак на двадцатом, а сейчас –немного некомильфо.

Кровные Наколенники — хороши, но тоже уже немного не то, а уже про доспехи и говорить не стоит.

«То, что пришлось выводить из крепости Риэдон столько народу, здорово изменило мои планы.

А еще наемники Красного Бронзового Дракона, а потом — захват Трентайма… На все это ушло порядком времени: даже не получилось прокачаться в Подземельях — честно говоря, собственных ожиданий по силе к нынешнему моменту я не оправдал.

Ладно, хоть до Ампер Сеале добрался вовремя, а иначе можно было бы сворачиваться и перечеркивать весь прошлый год.

Брэндель нахмурился.

В последнее время история пошла по-другому, и теперь события развиваются в неизвестном направлении.

Дворянское собрание поспешно перенесли во дворец Роше, все еще владение Собора Святого Пламени.

Оглядывая потерянным взглядом окружающие интерьеры, благодаря сильнейшему Восприятию он подмечал каждую трещинку в стенах, но из-за утраты предсказуемости все равно казалось, что зрение затуманено.

«Дело в покушении?»

Он почти наверняка знал, что это дело рук герцога Аррека, и их последние гляделки это наглядно доказали.

«Но нелогично же! Какой в этом смысл? Ведь в его интересах поддержать королевскую фракцию! Что же заставило его изменить мнение и встать на сторону Зайферов? К тому же, на собрании не показалась добрая половина дворян с реальной властью, и я ни на секунду не поверю, что они не в курсе заговора».

Подметили это и все до единого из еще не принявших сторону одной из противоборствующих фракций.

Да и поведение Собора Святого Пламени вызывало серьезные подозрения: ожидалось, что безопасность в Ампер Сеале будет обеспечена на высшем уровне.

Как Темные еретики, да еще в таком количестве, смогли проникнуть сюда незамеченными?

Даже Брэндель считал, что на дворянские собрания без приглашения вход заказан.

«Но сама идея организовать покушение здесь? Я бы, наверное, воспользовался Картами Судьбы, так что не стоит исключать, что так не сделал кто-то другой.

А вот что дальше — вопрос.

В игре у принцессы не было сильной армии, но с поддержкой Аррека они одержали верх в гражданской войне.

А теперь все, кто должен был поддержать королевскую фракцию, испарились бесследно…»

Так и не поняв, почему все так обернулось, он принялся перебирать каждый поворотный пункт в истории игры и каждую мало-мальски значимую деталь, гадая, что из этого могло повлиять на развитие событий.

По крайней мере, пока остается преимущество в виде знания теперь уже неясного будущего и его предпосылок.

История уже изменилась под влиянием некоторых его поступков, но пока хотя бы оставался шанс порыться в памяти и найти причину нынешнего поворота.

Поджав губы и нахмурившись, Брэндель только-только собрался окончательно уйти в себя, как над ним нависла тень.

— Брэндель.

Подняв глаза, он забыл как дышать.

Фрейя! В ауинской военной форме, с подросшим за время разлуки хвостиком, собранная и одновременно потерянная, и с виду — точь-в-точь героиня эпоса… Только вот глаза горят не решимостью, а радостью и умиротворением, скорее как у влюбленной девушки.

Впрочем, почти сразу поняв, что она себя выдает с головой, Фрейя встряхнула головой и немного покраснела.

— Давненько…

— Фрейя! — просиял Брэндель.

Что еще добавить он пока не сообразил, но при виде той самой девчонки из Бучче, с которой он начал свой путь в этом мире, все проблемы и боль в сердце словно отступили.

— Проделала весь этот путь, чтобы поздороваться? — не выдержав, принялся подтрунивать он.

И где-то посреди фразы понял, что засевший в голове образ несгибаемой Богини Войны размывается, а на смену ему приходит Фрейя.

Живая, настоящая — такая, как в их первую встречу.

Почти силой заставившая его передохнуть после ранения, и не ни на минуту не покинувшая, разозленная и очаровательная одновременно.

Тогда он относился к ней как на НПС, будущей Богине Войны, но зато сейчас, когда трансформация уж вовсю шла, перед ним почему-то оказалась просто Фрейя.

— Ах ты… — традиционно начала закипать та, несмотря на радужные ожидания.

Ее отправила передать сообщение Брэнделю принцесса, но Фрейе до сих пор было не по себе от того, что в столь высоких кругах в курсе об их дружбе.

— А ты… Почему здесь? — спросила она наконец.

— Все по той же причине, по которой просил тебя держаться поближе к принцессе Гриффин.

— А точно, — припомнила Фрейя, успокаиваясь, — но ты сказал, что только поступление в Королевскую кавалерийскую академию даст мне шанс помочь и себе, и Бучче.

Так ты здесь, чтобы уговорить принцессу отвоевать Бучче, начать войну с Мадара?

Покачав головой, Брэндель вгляделся в танцующие тени на увитой плющом ближайшей стене.

— Нет, не поэтому.

Вот скажи, что ты думаешь о нынешнем положении дел в Ауине… и с принцессой?

Замолчав, Фрейя грустно присела рядом, теребя хвостик, и лишь после затянувшейся паузы тихо ответила:

— Честно говоря, я и подумать не могла, что в королевстве все настолько плохо.

Когда командовал капитан Марден, слышала, что есть некоторые сложности, но все равно «Ауин силен и несгибаем», а покуда на границах все шло своим чередом — политика и дела столичные казались чем-то очень далеким… Брэндель, а эти Темные еретики, что напали — они точно фанатики? Как думаешь, может герцог Аррек иметь к этому какое-то отношение?

Покосившись на Фрейю, Брэндель обнаружил, что его больше не буравят восхищенным взглядом: теперь рядом, немного скованно отвернувшись, сидела уже Богиня Войны.

А вот и отблеск в ее глазах, первая ласточка того самого пронизывающего насквозь стального взгляда… Сейчас даже мысль о том, что это та самая девчонка из Бучче, казалась смехотворной.

Пальцы как будто сами собой сжались в кулаки: это ведь его вина… Это он, своими руками толкнул ее на этот путь, отправил ее повторять историю!

— Как думаешь, есть еще шанс спасти это королевство?

— Не знаю, но я с Ауином до конца: здесь моя жизнь и смерть, — прошептала она, вглядываясь куда-то вдаль.

— Ты это в академии поняла?

— Отчасти, — помолчав, признала Фрейя, — думаю, в глубине души я всегда это чувствовала, просто раньше не задумывалась… А знаешь, Брэндель, спасибо, что заставил задуматься! Ты подтолкнул меня в нужном направлении: академия — это огромный опыт, наверное, самый ценный в моей жизни! Она меня изменила, по-настоящему.

Брэндель одобрительно улыбнулся: она явно этого ждала.

Но на сердце у него притаилось совсем другое, и не нашлось бы слов, чтобы высказать это вслух.

Как же сильно он ошибался: не его вмешательство превратило ее в Богиню Войны.

Фрейя такой и родилась — яркой, как солнце, и горящей до последнего луча.

Правда, сейчас, когда она наконец-то осознала правду о себе и уже становилась тем, кем должна была стать, он ощутил укор сожаления.

«А ведь ты еще могла быть той девчонкой из Бучче… Это же тоже ты, и тогда все сложилось бы по-другому».

Неужели его геймерский идеализм подугас? История игры казалась незыблемой, каким-то нерушимым монолитом.

Все события уже давно записаны в хрониках, все решено, и чтобы повернуть судьбу королевства нужно сдвинуть горы.

Нужны невероятные усилия, а ставки настолько высоки, что приходится жертвовать человеческими жизнями.

И вот они, последствия: перед ним — почти готовая Богиня Войны, а он… скучает по Фрейе?

— А ты, кажется, уверен, что власть перейдет к принцессе… Почему? — разогнал невеселые мысли новый вопрос.

— То есть ты разделяешь ее идеалы? Склоняешься на ее сторону?

— Так не пойдет, хитрец, я первая спросила, — хмыкнула Фрейя, — так ты в королевской фракции?

Брэндель отрицательно покачал головой.

— Говорил же: я — Высокогорный рыцарь, и мы ни разу не вмешивались в дела монархии и политику.

Фрейя медленно кивнула, припоминая рассказы и про «горного рыцаря», и про «королевскую фракцию», и про «магов из башни», и покраснела.

А она-то уже решила, что Брэндель — из дворян! Хотя, судя по тому, как он ее порой бесит, по этому критерию вполне проходит.

Оба погрузились в воспоминания о прошлом, и почти сразу же поняли, что хотят этим поделиться.

Слова нашлись как-то сами собой, и вот, уже минуту спустя они оживленно вспоминали ночное небо над Бучче и Джонатана, первого из столкнувшегося с некромантом милицейских, и горные тропы, и Золотое Древо… И крепость Риэдон, и горящий в ночи город… А главное — то, насколько судьба — странная штука, и главное — переменчивая.

Людские поступки ведут к событиям, о которых и помыслить нельзя.

Прошло уже порядком времени, когда Фрейя вдруг ойкнула и виновато спросила:

— А что Ромайнэ? С ней все хорошо, ты ее в обиду не даешь?

— Большое спасибо, что спросила, и со мной все в порядке… до тех пор, пока это она меня не обижает, — лукаво кивнул Брэндель.

Фрейя расхохоталась — вот это уже похоже на правду — после чего добавила:

— Тебя хочет видеть ее высочество.

Брэндель снова кивнул, в этот раз — с готовностью и понимающе.