Том 1 Глава 1

- Все бы отдала за мясные шашлычки с рынка.

Маомао взглянула в безоблачное небо и вздохнула. Окружающий её мир, наполненный непревзойденной, слепящей красотой, одновременно напоминал душную, тесную клетку.

- Прошло три месяца. Надеюсь, мой папаша нормально питается.

Казалось, только вчера она отправилась в лес за травами, как наткнулась на трех похитителей; назовем их Первый Похититель, Второй Похититель и Третий. Они охотились за женщинами, чтобы позже продать их во дворец и ради этого были готовы предложить самые мерзкие и изощренные «предложения руки и сердца».

Не то чтобы Маомао не платили за её работу во дворце, наоборот, через пару лет такой работы, она даже могла надеяться на возвращение домой.  Однако, существовали еще более ужасные способы заработка. Например, если кто-то решал отправиться на дворцовую службу по собственному желанию. Но для Маомао, которая неплохо знала аптекарское дело, вся эта работа казалась не более чем простой неприятностью.

Что же делали похитители с украденными женщинами? Иногда они продавали их евнухам в обмен на выпивку или предлагали забрать вместо собственных дочерей. Сейчас Маомао не придавала этому вопросу большого значения, так как уже оказалась втянута в это дело, вне зависимости от настоящих причин. Если бы не воля случая, ноги бы ее не было во Внутреннем дворе – месте, где собралась вся женская половина дворца.

Воздух здесь был до тошноты наполнен ароматами косметики и духов. Чего было еще больше, так это улыбок. Тонких, вымученных улыбок на лицах дворцовых дам в красивых платьях. За все время работы аптекарем, Маомао пришла к выводу, что в мире нет ничего более ядовитого, чем женская улыбка. Это правило оставалось неизменным в любом месте: в комнатах роскошного дворца или в каморке самого дешевого борделя.

Маомао подхватила корзинку с бельем у своих ног и отправилась в ближайшее здание. В отличии от блестящих дворцовых фасадов, в центре двора располагались унылая, вымощенная каменными плитами зона прачечной, где слуги – люди, которые были не совсем мужчинами и не совсем женщинами, охапками стирали бельё.

Мужчинам, в принципе, было запрещено появляться в женской половине дворца. Единственными представителями мужского пола, кому это разрешалось, были члены и родственники королевской семьи. Кроме этого, в гареме могли находиться мужчины, которые лишились важной части своего мужского достоинства. Иначе говоря, все мужчины, которых Маомао могла сейчас видеть были евнухами. По ее мнению, это было жестоко, но логично.

Девушка опустила свою ношу и заметила одинокую фигурку, стоящую возле соседнего здания. У неё в руках была корзина с чистыми и высушенными на солнце вещами, а сама она смотрела на деревянную дощечку с изображением листка и номера, свисающую с ручки корзины.

Не все женщины во дворце знали грамоту. И это было неудивительно: некоторые оказались здесь насильно. И хотя, зачатки этикета в них вбивались по приходу на службу, письмо оставалось недоступным. Маомао подумала, что было бы очень неплохо, если бы половина девушек, которые были захвачены и приведены из сельской глуши, смогли научиться читать. В этом была странность дворцового города. Качество услуг заменялось количеством рабочих рук. Несмотря на это, современный гарем не шел ни в какое сравнение с «цветочным садом» предыдущего императора, где только число наложниц и их служанок составляло две тысячи, в то время как количество евнухов доходило до трех тысяч. Невероятная толпа народа.

Маомао была служанкой, находившейся настолько низко по положению, что у нее не было даже официального ранга. Этого стоило ожидать, поскольку у нее не было никого, на кого она могла положиться вне стен дворца. Она попала сюда по вине похитителей, которых не волновала её судьба. Если бы Маомао обладала стройным телом, как у цветка пиона или кожей такой же светлой как луна, она смогла бы претендовать на роль низшей наложницы, однако, у неё в наличии имелась только загорелая, веснушчатая кожа и конечности, соперничающие по элегантности разве что с засохшими ветками.

- Нужно доделать эту работу, – Маомао подхватила другую корзинку с дощечкой, на которой был изображен цветок сливы и номер 17 и поспешила с максимально возможной для нее скоростью в сторону нужной комнаты. На небе собирались тучи и девушке хотелось попасть в свою комнату до того, как хлынет дождь.

Владелицей вещей в корзинке была одна из низших наложниц. Её комната была роскошнее по сравнению с другими наложницами её ранга. Честно говоря, роскошь была откровенно кричащей. «Скорее всего, девушка, живущая здесь, является дочерью какой-нибудь влиятельной и благородной семьи.» - предположила Маомао.

Когда девушка получала официальный статус наложницы при дворе, ей полагалось нанимать служанок. Низшим наложницам позволялось иметь не более двух девушек возле себя. Таким образом, Маомао, служанке без хозяйки, которой она могла бы служить, оставалось только перетаскивать белье из прачечной в комнаты наложниц и обратно.

Низшим наложницам полагались личные покои в стенах внутреннего двора, и все бы ничего, но это означало, что взор императора едва ли мог достичь этих мест дворца и уж тем более заметить этих девушек. Если же происходило чудо, и Император проводил ночь с одной из низших наложниц, то ей полагались новые комнаты, а если Его Величество проводил с ней две ночи, то это означало, что наложница получила свое место под солнцем.  Что же касается тех, кто так и не смог вызвать интерес, то при достижении определенного возраста девушки, семьи которых не обладали достаточным влиянием, могли быть понижены в должности или же пожалованы какому-нибудь бюрократу в качестве жены. Являлась ли такая свадьба благословением или проклятием, зависело от того, кому девушка была отдана. Самой страшной судьбой для них считалась жизнь в качестве жены евнуха.

Маомао осторожно постучала в дверь.

- Оставь это здесь, – бросила ей служанка, которая открыла дверь.

Внутри комнаты, наложница, благоухающая сладкими духами, маленькими глотками потягивала алкоголь из чашки. До приезда во дворец, она, должно быть, была уверена, что её красота восхищает всех вокруг, но по приезду оказалось, что о внешнем мире она знала не больше той лягушки из колодца. Окруженная прекраснейшим цветником этого сада, она потеряла желание бороться за место при дворе и перестала покидать собственные покои.

«Ты же знаешь, что никто не придет к тебе с визитом в твою комнату.» - подумала Маомао.

Она ловко передала корзинку с бельем девушке у порога и направилась в сторону прачечной. Оставалась еще куча работы. Даже если она попала во дворец не по своей воле, ей хотя бы платили за то, что она делала, и она собиралась отработать свое жалование. Несмотря ни на что, лекарь Маомао была прилежной, если не сказать больше. Если она будет тихо выполнять свою работу и не высовываться, то у неё остается надежда на то, чтобы покинуть это место. Это с учетом того, что ей удастся остаться незамеченной для глаз Императора.

К сожалению, все помыслы и надежды Маомао были не более, чем наивными мечтами. Она не знала, что должно было случиться, никто не знал: это естественный ход жизни. Для своих семнадцати лет, Маомао обладала достаточно объективным мышлением, но некоторые свойства её характера постоянно доставляли ей неприятности. Одним из таких свойств было любопытство, а вторым являлась тяга к знаниям. И наконец, у неё было растущее чувство справедливости.

Спустя несколько дней, Маомао раскроет таинственную и ужасную правду, касающуюся смертей нескольких младенцев во Внутреннем дворе. Некоторые говорили, что это проклятие, павшее на наложниц, что осмелились произвести на свет наследников, но Маомао отказывалась верить, что здесь кроется сверхъестественная причина.