Том 1 Глава 17

Праздник проходил на специальном банкетном подиуме в самом сердце дворцовых садов. Два длинных стола с местами для почетных гостей были размещены от одного края подиума до другого, а на полу были расстелены красные ковровые дорожки. Сам Император занимал центральное почетное место в шатре, вместе с матерью, Императрицей Доваджер и младшим братом, чьи места были расположены по бокам от него. По правому краю Императорского шатра находились места для Драгоценной и Добродетельной супруг, а по левому – для Мудрой и Чистой. Маомао такая рассадка казалась весьма спорной. Так, не ровен час, и пламя вражды может вспыхнуть.

Со смертью маленького принца, младший брат Императора находился на первой линии для возвышения до трона. Он был одной крови с правителем, сыном Императрицы Доваджер, но едва ли выходил в свет. Место, предназначенное ему, сейчас пустовало. Причиной такого поведения было слабое здоровье принца, из-за чего он редко покидал свои покои и не проводил официальных встреч.

Каждый из присутствующих имел на этот счет свое мнение: кто-то утверждал, что Император очень любит своего брата и старается ограждать его от внешних проблем, а кто-то был уверен, что принца намеренно держат в изоляции, дабы он не мог знать как вести дела. Были еще и такие, кто считал, что во всем виновата Императрица-мать, которая чрезмерно опекает своё дитя.

В любом случае, ни одно из этих мнений не имело никакого отношения к Маомао.

Пир должен был начаться примерно после полудня. До этого момента, гостей должны были развлекать танцовщицы и музыканты. Гёкуё забрала в сопровождающие только Хоннян. Оставшись без дела, остальные служанки должны были стоять за занавесками позади шатра и ждать, когда их позовут.

Императрица-мать наслаждалась обществом внучки, укачивая её на руках. Эта женщина излучала элегантность и красоту, которая выделяла её из всех сидящих рядом уважаемых супруг. Она казалась столь юной, что её с легкостью можно было принять за жену Императора.

Что касается возраста, Императрица и впрямь была относительно молода. Когда Иньхуа шепнула Маомао, сколько лет матери Его Величества и, когда травница сама посчитала во сколько лет та родила Императора, в душе девушки зародились глубокие сомнения по отношению к предыдущему правителю.

В обществе порой возникают люди с отклонениями. Например, некоторые из них отдают предпочтение очень юным девушкам. Только вот, как следует реагировать, если собственный правитель как раз таким и является? Императрица, должно быть, очень сильный духом человек. Она стойко держалась и даже родила ребенка. Одно только это вызывает чувство уважения к этой женщине.

Размышления Маомао прервал очередной резкий порыв ветра. Она почувствовала, как кожа покрылась мурашками.

«Хоть бы палатку какую поставили для слуг», - невольная мысль закралась в голову. Занавеска лишь скрывала их из виду, но совершенно не спасала от ветра. И даже если Маомао со своими грелками в карманах чувствовала холод, то что уж говорить про служанок других наложниц? Она видела, как те сильно дрожали, а некоторые переминались с ноги на ногу, словно им было некомфортно. Маомао подумала, что если кто-то хотел в туалет, то сейчас как раз была возможность его посетить, но девушки вокруг, видимо, считали иначе. Скорее всего правила этикета и, по большей части, их собственное упрямство обязывали их оставаться на месте и наблюдать за своей госпожой.

То, каким образом девушки вели скрытую борьбу и соперничество с другими служанками во славу своей хозяйке, но во вред себе, было проблемой. Возможно, главные служанки могли бы заставить их поступить по уму, но в данные момент, они были заняты сопровождением наложниц. Некому было остановить это безобразие.

В данный момент, за занавесками наблюдалась картина маслом: Шпилечные силы наложницы Гёкуё против Платочных войск госпожи Лихуа и Батальон Чистой супруги против Отряда Добродетельной госпожи. И позвольте заметить, Шпилечные силы состояли всего лишь из четырех женщин, что было в два раза меньше численности их противника. Числом они были в меньшинстве, но Иньхуа собиралась компенсировать эту разницу.

- Что это у тебя за побрякушки? Ты что, совсем тупая? Личные служанки нужны, чтобы служить своей госпоже, а не прихорашиваться каждые пять минут. Какой эгоизм!

Похоже, спор разгорелся на почве украшений и нарядов. Служанки, стоящие наискосок от Иньхуа и Маомао, принадлежали наложнице Лихуа и их сегодняшние наряды был в синих тонах. Все девушки надели на себя тонну различных украшений, что делало их вид излишне вычурным, особенно по сравнению со служанками госпожи Гёкуё.

- Сама ты тупая. Если служанка плохо выглядит, это отрицательно скажется на её хозяйке. Что еще можно ожидать от того, что нанял такую неуклюжую тупицу? – девушки из Хрустального дворца захихикали.

«Опа, кажись, это надо мной смеются», - Маомао подумала о себе, как о постороннем человеке в данный момент. Без сомнений, слово «тупица» было сказано в её адрес. Девушка понимала, что по стандартам Внутреннего двора она едва ли была лучше, чем другие.

Гордая служанка, сказавшая эти слова, была знакома Маомао. Именно эта девушка частенько задирала её в Хрустальном дворце. У неё было крайне высокое чувство собственного достоинства и почти никто не мог спустить её с небес на землю. Её любимой фразой было: «Я все расскажу отцу!». Чтобы заставить её замолчать, Маомао подловила эту служанку в момент, когда та была одна, и зажала у стены, просунув колено меж её бедер и поглаживая пальцем чувствительное местечко на затылке.

- Что ж, расскажи, - сказала она тогда, - а я посмотрю, как ты покраснеешь, когда будешь описывать эту ситуацию.

После того случая, служанка стала держаться на расстоянии.

«М-да, жизнь в квартале красных фонарей подарила мне уникальное чувство юмора», - думала Маомао.

Чувство действительно было уникальное. Такое, что далеко не каждая девушка из знатной семьи вообще поймет. Служанка после того случая не приближалась к Маомао ни на метр, убегая каждый раз при виде травницы. Уж слишком неопытной она была и приняла эту глупую шутку за чистую монету.

- Я смотрю, тут её нет, значит вы оставили её во дворце. И правильно. Присутствие этого создания только унижает её хозяйку. Уверена, она бы ни одной шпильки за сегодня не получила, - похоже, разговорчивая служанка совсем не узнала Маомао.

«М-да, такое отношения, да после двух месяцев совместной работы…» - подумала девушка.

Иньхуа была готова разорвать зарвавшуюся девицу и только усилия других служанок не давали её совершить это. Маомао решила положить конец этой стычке. Она встала прямо позади Иньхуа, прикрыв ладонью свой нос и верхнюю часть щек. Одна из девушек Лихуа подозрительно прищурилась, приглядываясь, после чего кровь схлынула с её лица, и она в спешке что-то начала шептать своей соседке. Закрыв среднюю часть лица рукой, Маомао дала им понять, что она здесь. Просто без веснушек.

Перешептывания Платочных войск госпожи Лихуа наконец добрались до дерзкой служанки, стоявшей впереди. В один момент её руки стали дрожать, а губы приоткрылись; её глаза встретились с взглядом Маомао.

«Заметила-таки», - травница широко улыбнулась, глядя на служанок из Хрустального дворца как волк на загнанную в угол добычу.

- Кхе-кхе… - от переизбытка чувств в горле у некоторых из них пересохло, вызывая нервный кашель.

- Что такое? – сказала Иньхуа, не зная, что Маомао стояла прямо позади неё и ухмылялась. Внезапная смена настроения оппонентки весьма её озадачила.

- Ладно, хватит на сегодня. Радуйся, что я тебя отпускаю, - замявшись, служанка Лихуа быстро ретировалась на несколько метров подальше от них. Маомао смотрела на Иньхуа и других девушек Гёкуё: от удивления они приоткрыли рты и пялились в след уходящим служанкам Лихуа.

«Как же все это неприятно», - грустная мысль закрылась в голову Маомао.

Иньхуа, наконец, взяла себя в руки и, обернувшись, увидела травницу прямо за своей спиной.

- А-ха-ха, я всегда знала, что она ведьма. Мне жаль, что ты всё это слышала. Что за человеком надо быть, чтобы говорить такие злые вещи о такой милой девочке, как ты, - в голосе Иньхуа звучали извиняющиеся нотки.

- Они меня не волнуют, - ответила Маомао, - Нам не пора поменять камни в карманах?

Произошедшее действительно нисколько не задело Маомао. Иньхуа стояла, нахмурившись, и смотрела на девушку с сочувствием.

- Нет, пока еще не нужно. Они еще теплые. Я до сих пор не могу понять, что заставило ту служанку так поменяться в лице и задрожать, - на лицах двух других девушек, очевидно, застыл тот же самый вопрос. Все они были преданными службе людьми, но их отличала некая невнимательность к деталям, поэтому они могли упускать из виду очевидное. Почему-то это их качество не отталкивало Маомао, хотя иногда оно могло сыграть с девушками злую шутку.

- Кто ж знает? Может, ей вдруг понадобилось отойти? Знаете, там, цветочков нарвать… - нахально ухмыльнулась травница.

Теперь в глазах служанок, в легенде Маомао появились новые подробности. Теперь она была девочкой с тяжелым детством, где над ней издевался её отец. Потом её похитили и продали во Внутренний двор, где заставили её жертвовать жизнью, дегустируя еду. И после всего этого, она еще вынуждена была терпеть издевки и уколы от обитательниц Хрустального дворца целых два месяца. Бедняжка настолько не доверяла мужчинам, что даже портила своё лицо веснушками.

К несчастью для Маомао, служанки Нефритового дворца обладали богатым воображением. Теперь, даже сладкие улыбки Джинши казались им выражением его чувства жалости к несчастной девочке. Маомао не могла понять как они вообще до этого додумались. Но расставлять все факты по своим местам было бы большой проблемой и отняло бы немало времени, поэтому «несчастная» девушка решила оставить всё как есть.

В это время за занавесками шатра происходила еще одна битва. Семь на семь. Отряд Добродетельной супруги Лишу в белых нарядах и Батальон Чистой супруги А-Дуо, одеты сплошь в черное.

- Эти тоже друг с другом не ладят, - вздохнув, сказала Иньхуа, протянув руки над жаровней.  Они стояли, тихонько поджаривая каштаны на огне, которые тайком принесла Маомао. Служанки Хрустального дворца держались на расстоянии, молча стреляя в них глазами, и ни одна не осмеливалась сказать ни слова против.

- Госпоже Лишу четырнадцать лет, а госпоже А-Дуо – тридцать пять. Они, скорее, как мать и дочь, нежели подруги. Неудивительно, что они редко общаются с глазу на глаз, - произнесла Иньхуа, доедая свой каштан.

- Да что уж тут удивительного, - согласилась Гуйан, еще одна служанка Гёкуё, - С такой разницей в возрасте весьма сложно выстроить нормальные отношения.

- Да и факт того, что Добродетельная супруга была свекровью для Чистой… - кивнула служанка Айлан. Она и Гуйан были не такими вспыльчивыми, чем Иньхуа, но сплетни они обе любили никак не меньше.

- Свекровью? – удивленно спросила Маомао. Она никогда не слышала об этом прежде.

- Да. Там, конечно, сложная была ситуация…

Как поняла Маомао, Лишу была наложницей предыдущего Императора, а А-Дуо – одной из супруг настоящего. Когда предыдущий правитель умер, Добродетельная супруга покинула дворец на период траура. Всё это было игрой на публику, где девушка должна была покинуть этот мир и стать монахиней, но так как она, по сути, никогда не выполняла своих прямых обязанностей в качестве наложницы, ей было разрешено вернуться во дворец. Позже она стала одной из супруг нынешнего Императора. Конечно, это было немного слишком, но сильным мира сего и не такое прощается.

«Хм, если прошлый Император умер пять лет назад…», - задумалась Маомао. Получается, Добродетельной супруге было всего девять лет. Даже если этот брак был чисто из политических соображений, это все равно ужасает. А если учесть, что Императрица Доваджер вошла во дворец в еще более юном возрасте, то и вовсе кровь стынет в жилах. Маомао почувствовала, как тошнота подступает к горлу.

По сравнению с предыдущим Императором, нынешний – просто душка. Была у него слабость к женщинам, но не до такой же степени.

«Он, конечно, бывает ненасытен к своим наложницам, но не опускается до… такого», - Маомао представила себе бородатого правителя. За последние несколько минут она услышала одну из самых шокирующих вещей в своей жизни.

— Это же не может быть правдой? Невеста в девять лет? – Айлан спросила недоверчиво. Господи, какой ужас.