Том 1 Глава 34

— Мне казалось, что я вернусь к службе во Внутреннем дворе.

Маомао обнаружила, что отныне она будет носить хлопковую одежду. По сравнению с платьем из пеньки, которое она надевала, будучи личной служанкой Гёкуё, этот наряд был прямо-таки роскошеством.

— Вас уволили. Я боюсь, мы не сможем вот так просто вернуть вас назад. Теперь вы будете работать здесь.

Рядом с Маомао шел помощник Джинши – Гаошунь, который в данный момент показывал девушке постройки Внешнего двора. Он говорил, как называется то или иное здание в округе. Учитывая размеры дворцового города в целом, это путешествие грозило стать весьма утомительным.

Внутренний двор являлся центром дворца, где жили члены Императорской семьи. Маомао же предстояло работать во Внешнем дворе. Иными словами говоря, это был тот же дворец, но наполненный различными административными зданиями.

— К востоку отсюда вы обнаружите множество военных, поэтому я бы посоветовал вам держаться оттуда подальше, — продолжал Гаошунь.

Маомао кивнула, попутно разглядывая растения по краям дорожек.

«Так и знала. В гареме растет гораздо больше целебных трав», — подумала она. Скорее всего, её отец, Луомен, специально высаживал растения в течение своей службы. Это объясняло обилие и разнообразие трав в таком замкнутом пространстве, как гарем.

Постепенно проходя по территории, Гаошунь объяснял назначения различных мест, а Маомао ощущала небольшую щекотку в районе шеи. Обернувшись, она обнаружила несколько женщин из Внешнего двора, пристально осматривающих её.

У женщин, также, как и у мужчин, есть вещи, которые понятны только им. Если мужчины имеют склонность решать проблемы, положившись на физическую силу, то женщины, в свою очередь, больше полагаются на эмоциональную сферу. Конкретно эти особы вокруг словно оценивали новенькую.

«Не нравится мне всё это», — подумала Маомао. Показав язык всем глазеющим, она поспешила догонять Гаошуня, который направлялся к следующему зданию.

******

Оказалось, что задачи травницы мало чем отличались от тех, что она выполняла ранее: нужно было убирать комнаты, которые ей велели, и выполнять различные мелкие поручения, если таковые были. Как она поняла чуть позже, у Джинши на неё были большие планы, но ему так и не удалось претворить их в жизнь, так как Маомао не сдала экзамен.

— Как ты могла провалить его!?

«А с какого перепуга я должна была сдать?»

Джинши и Гаошунь были озадачены. Скорее всего, они ожидали, что Маомао преуспеет в этом экзамене. Девушка воспитывалась в квартале красных фонарей, где её научили читать и писать. Кроме того, она получила базовые уроки пения и игры на эрху. Вопросы этого экзамена были не такими сложными, как при поступлении на гражданскую службу, поэтому им казалось, что Маомао нужно лишь немного подготовиться и она всё сдаст.

«Ну уж простите, что не оправдала ваши ожидания», — думала травница, со злостью протирая раму одного из окон. Она находилась на полпути к кабинету Джинши. Архитектура этого здания была проще, чем во Внутреннем дворе, но сам дом был как будто бы выше. Ярко-красный лак, которым покрывали стены, видимо, обновлялся каждый год.

По правде говоря, Маомао не любила учиться. Если говорить о вещах её не интересующих, то она, возможно, была даже менее осведомленной, чем другие люди. Одно дело, лекарства, травы и яды, но кто по доброй воле станет учить историю? Какую пользу это может принести? А законы? Они же каждый день меняются. Какой смысл всё это запоминать? К сожалению, Маомао просто не могла приложить свои усилия для развития в этом направлении. Вот и провалилась на экзамене.

Она открывала все учебники, которые получила для подготовки с намерением вызубрить всю информацию, но следующее, что всплывало в её памяти, было утро. И так несколько раз подряд. В результате, Маомао утешала себя тем, что такой исход был неизбежен и кивнула, в подтверждение своему заключению.

«Не думала, что в этом месте столько грязи».

С одной стороны, в большом доме всегда есть места, до которых тяжело добраться и легко проглядеть, но с другой, Маомао не ожидала, что во Внешнем дворе кто-то будет отлынивать от работы. Женщины, получившие здесь должность, сдавали экзамен, в отличие от тех же гаремных служанок, которых похищали или продавали для работы по дворце. Здешние женщины происходили из хороших семей и имели образование, а, следовательно, и гордость. Скорее всего, они считали работу служанкой ниже своего достоинства. Даже заметив пыль, вряд ли бы хоть кто-то пошевелил пальцем, чтобы избавиться от неё.

«Будем откровенны, они и не должны этим заниматься», — думала Маомао.

Работницы Внешнего двора больше занимались делами секретарей. Уборка никак не входила в список их обязанностей, им не было нужды ей заниматься. Но это не означало, что им вообще не следует убираться. Правительство прекратило заводить рабов со времен бывшего Императора, и чиновникам пришлось нанимать слуг и служанок из народа для выполнения черной работы.

Как раз этим занималась сейчас Маомао, которая несла службу непосредственно под началом Джинши.

Насколько было известно травнице, женщин из гарема относили к наложницам или дворцовым служанкам, в то время как работницы Внешнего двора носили титул придворных дам. Может она была и не совсем права, но именно это можно было понять со слов Джинши и ему подобных знатных людей.

«Отлично. Что там дальше?», — Маомао повернулась в сторону кабинета Джинши. Его помещение было просторным, но не роскошным. По правде говоря, там было довольно пусто. Сам хозяин был занятым человеком; если он покидал кабинет, то редко возвращался туда быстро. Для Маомао это было на руку: легче выполнять уборку. Если бы не одно но.

— Извините, чем это вы здесь занимаетесь?

Рядом оказалась небольшая группа незнакомых девушек. Все они были высокими: одна из них была выше Маомао на целую голову.

«Чем лучше питание, тем больше становятся», — подумала она. Её взгляд неосознанно скользнул на грудь девушек. Та, что задала вопрос, обладала внушительным размером бюста.

— Ты меня слышишь? — снова обратилась она к травнице, пока та плавала в своих мыслях.

Можно было сказать, что эти дамы расстроены, заметив, что именно Маомао работала на Джинши. Им было очень интересно, каким-таким способом она получила такую привилегию. К сожалению, травница была не посвящена в то, какие мысли были на этот счет у самого Джинши. Она лишь знала, что он её нанял. Если бы Маомао умела также хорошо налаживать отношения как Гёкуё или обладала сочными формами как Лихуа, ну или была ненасытна, как Пайрин, возможно, ни у кого бы не возникло возражений, потому что у них не было оснований. Только здешним девушкам это не нравилось. Их злило, что Маомао находится на стороне красавца евнуха. Они бы многое отдали, чтобы занять её место.

«Хм», — подумала травница, — «Что же делать?» Умение запудривать мозги не было её сильной чертой. Как раз наоборот: она больше думала при разговоре, чем говорила. Молчание, образовавшееся сейчас, казалось, раздражало пришедших девушек на меньше, чем то, что собиралась сказать Маомао.

Она решила рубить с плеча:

— Я правильно понимаю, что вы мне завидуете? — уже этого было достаточно, чтобы довести их до белого каления. Получив увесистую оплеуху, Маомао начала понимать, что выбрала не совсем верные слова для ответа.

Вокруг стояло пять девушек, и травница очень надеялась, что они её не прибьют на месте. Однако, они уже начинали потихоньку загонять её в темный угол. Терять было нечего, поэтому Маомао решила попробовать заговорить им зубы:

— Неужели вы думаете, что ко мне как-то по-особенному относятся?

Лица девушек исказились еще больше. Травница продолжала говорить, прежде чем её снова ударят:

— Это же чушь, и мы все это знаем. Что может быть общего у замарашки вроде меня и человека с ликом небесной нимфы? — Маомао опустила взгляд в землю, перед этим отметив небольшое подергивание щек у окружающих. «Должно получиться», — подумала она и продолжила:

— Неужели столь желанный вами благородный господин обладает таким ужасным вкусом? Когда на столе лежат отборные морские ушки и кабанье мясо, станет ли он смотреть в сторону куриных костей? Если да, то в таком случае, у него, может быть, что-то не то с головой.

При последней фразе девушки вновь содрогнулись.

— Я сама не знаю, но вы сами верите, что такой красивый человек с неземной улыбкой может оказаться ненормальным? — говорила Маомао, — Ох, теперь понятно… Значит у него есть склонности к…

— Н-Ничего подобного! Это просто абсурд!

— Именно! Какая нелепость!

Среди группы поднялся шум. Маомао подумала уже, что ей чудом удалось уберечься, но одна из девушек смотрела на неё скептически:

— Ничто из сказанного тобой, не отменяет факта, что ты всё же получила эту должность, не так ли? — эта дама была самой высокой среди всех. Её лицо выражало хладнокровие и спокойство. Маомао заметила, что именно эта девушка до сих пор не ввязывалась в спор. Сейчас, как и остальные, она отошла от травницы на полшага назад, но не спускала с неё глаз. Казалось, она присоединилась к группе за компанию, просто чтобы понаблюдать, к чему приведет конфликт.

«Что ж, если вам недостаточно моих слов…» — подумала Маомао и сказала:

— Причина в этом.

Подняв левую руку, она подвернула рукав. После этого начала раскручивать повязку, длиной от кисти до локтя.

— Ой! — воскликнула одна из девушек, после чего все замолчали. Сильные шрамы покрывали руку Маомао.

«Я как раз экспериментировала с лекарством от ожогов недавно, и на мне остались четкие, ужасные отметины» — подумала травница. Скорее всего, это привело в ужас всех окружающих чистоплюек.

— У предмета вашего обожания столь же прекрасна душа, сколь притягательна его улыбка. Я этому свидетель, потому что даже такой как я, он подарил кров и пищу, — с этими словами Маомао вернула повязку на место. Она тщательно следила, чтобы при этом её взгляд был опущен в землю, а тело слегка дрожало.

— Пойдемте отсюда, — произнесла одна из девушек. Потеряв всякий интерес, они быстро покинули травницу. Самая высокая из них стрельнула взглядом на прощание, но не произнесла ни слова.

«Ну вот. Наконец-то отстали», — мысленно с облегчением вздохнула Маомао. Размяв шею, она вновь подхватила свою тряпку для чистки окон. Повернувшись в сторону следующего окна, травница заметила красивого евнуха, который стоял, прижавшись головой к стене.

— Могу я поинтересоваться, что вы делаете, господин Джинши? — спросила она.

— Ничего особенного. А что насчет тебя… Они всегда вот так за тобой гоняются? Зачем ты поднимала для них левую руку?

— Все в порядке. Честно говоря, с ними меньше проблем, чем с девушками из гарема. Кстати, позволите спросить, почему вы так стоите?

Маомао проигнорировала вопрос о руке. Казалось, что с его позиции он вообще ничего не мог увидеть. «Принятая им поза совершенно не к лицу знатному человеку», — подумала она. Гаошунь стоял позади Джинши и, учитывая его прижатые к голове руки, можно было понять, что он тоже не согласен с поведением своего начальника.

— Если вы не возражаете, я продолжу протирать пыль, господин, — теперь, когда евнух вернулся, уже можно было забыть об уборке в кабинете. Нужно было срочно найти другое место. Проходя мимо Джинши с ведром и тряпкой, она услышала, как он бормотал:

— Склонности…

«Я же все правильно сказала», — подумала Маомао. Даже если он оказался свидетелем последних минут её разговора, у него не было никакой нужды расстраиваться. С этими мыслями, травница продолжила уборку.

*****

«Здесь почти нечего собирать в зимнее время», — хмуро думала Маомао. Она сидела у себя в комнате, скрестив ноги и сложив руки на груди. Улучив минутку между заданиями, травница попыталась собрать какие-нибудь травы, но улов оказался весьма скудным. Этого даже на одно лекарство не хватит. Выбора не было, поэтому она лишь промыла и немного подсушила растения от влаги, после чего вывесила их под потолком для полной просушки. Маомао занималась этим постоянно, с момента, как она оказалась здесь, поэтому сейчас в её комнате висело множество пучков с травами.

В распоряжении травницы была выделена неплохая комната для прислуги, но она всё равно была тесновата. Не больше той, что у неё была в гареме. Причем разница заключалась в том, что в Нефритовом дворце она могла попросить разрешения воспользоваться кухней. А еще в гареме было обилие трав, что позволяло с легкостью заниматься приготовлением настоек и лекарств. Эти плюсы сводили на нет преимущества комнаты, в которой она сейчас находилась.

«Что делать, что делать…» — думала Маомао, поглядывая на шкатулку из адамова дерева, которую она бережно разместила сверху плетеного сундука. Внутри шкатулки, обернутое шелковой тканью, лежало диковинное растение, которое росло из насекомого. Называлось оно кордицепс — вид гриба, произрастающий на гусеницах из семейства тонкопрядов, еще известный как «гусеничный гриб». Джинши принес его в качестве подарка вместе с деньгами за выкуп в квартал удовольствий. Одного взгляда на подарок для Маомао было достаточно, чтобы подписать договор без раздумий, но сейчас она уже гадала, не продешевила ли. Хотя, она бы все равно не смогла побороть своё желание обладать таким ценным ингредиентом.

Маомао открыла крышку шкатулки и еще раз посмотрела на растение. Бесконтрольная улыбка расплылась на её лице. Сначала это была просто ухмылка, а затем её щеки начали слегка подергиваться от смеха.

«Нет-нет-нет, прекрати!» — одернула она себя. Накануне, она не смогла удержать своего радостного возгласа, что привело к её дверям соседей, который стучали в дверь и требовали успокоиться. Они правы, вопить среди ночи было не к месту. В конце концов, окружающие люди пытаются выспаться.

Маомао прижала руки к щекам, чтобы заставить их расслабиться, после чего легла на кровать. Рабочий день у служанок начинался до того, как просыпались петухи. Пусть у её начальника и не было важной части тела, но он все еще был красив и знатен. А это значит, что расстраивать его не стоило.

Травница натянула на себя тонкую простыню с несколькими слоями верхней одежды, которые служили покрывалом, и закрыла глаза.

******

— Как тебе комната? Не слишком маленькая? — поинтересовался красавец евнух за завтраком.

Маомао моргнула, после чего ответила:

— Смею сказать, что моя комната весьма хороша для простой служанки вроде меня, — к сожалению, даже ей самой было понятно, что тон её голоса при этой фразе был далек от искреннего. (Черт, да, она маленькая. Если можно, я бы хотела комнату с большим камином и с колодцем неподалеку).

— Ты правда так думаешь?

В этот раз она промолчала.

Евнух только что проснулся и был еще не собран для предстоящего рабочего дня. Сейчас он наслаждался завтраком. Его волосы были немного спутаны и перевязаны простой полоской ткани, так что он выглядел расслабленно и небрежно.

Кроме Маомао, в комнате находился Гаошунь и еще одна женщина, примерно лет пятидесяти. Кроме них никому входить не позволялось, и травница понимала почему. Любая женщина сошла бы с ума от желания, увидев сейчас Джинши. Да что там женщина, мужчина тоже мог бы потерять грань между полами.

«От этого человека так и веет грехом», — заключила она, — «Как от жуков в брачный сезон».

Самки некоторых жуков производили феромоны, чтобы привлечь самцов. Единственная самка могла увлечь за собой дюжины или даже сотни мужских особей. Маомао узнала эту особенность, когда собирала жуков в качестве ингредиентов для снадобий. С этой точки зрения, особенность евнуха открывалась с довольно интересной стороны.

«Если бы я могла собрать его запах и продать его, клянусь, люди бы все раскупили!» — мысленно потирала ручки Маомао, рассматривая свой потенциальный ингредиент для любовных зелий – кхе-кхе! – то есть Джинши. К сожалению, углубившись в свои мысли, она потеряла нить реальности. Она часто забывала следить за разговорами вокруг себя и усугубляла ситуацию, кивая на всё, вне зависимости, услышала ли она фразу или нет.

— Если хочешь, я прикажу подготовить для тебя другую комнату.

«Что?»

Джинши, чрезвычайно довольный собой, попросил еще добавки у Сюирен. Она была едва ли не единственной личной служанкой для него за всю жизнь. На первый взгляд, Маомао подумала, что этой женщине уже за пятьдесят. Выражение лица Сюирен оставалось невозмутимым, когда она накладывала кашу в тарелку, поливая её сверху темным уксусом.

Травница не совсем улавливала, о чем шел разговор, но ей показалось, что Джинши что-то говорил по поводу смены комнаты. В этот момент, она заметила, как Гаошунь снова схватился за голову, стреляя глазами в её сторону. Вечно недовольный помощник снова хотел что-то сообщить, но Маомао только вопросительно приподняла брови.

«Если вы хотите что-то сказать, то говорите», — думала она, — «Я не умею читать чужие мысли».  Она удержалась от того, чтобы произнести эти слова вслух, потому что сама не особо владела искусством красноречия.

— Тогда поселите меня в конюшне, — предложила она. Вот оно: шанс на получение желаемого.

— В конюшне, — повторил Джинши.

— Да, господин.

По её мнению, в этом месте все бы беспокоили её меньше всего, и она спокойно бы готовила свои снадобья. Однако, Гаошунь сейчас почему-то решительно качал головой, сложив руки перед собой в форме буквы Х.

«Вот как, оказывается, у этого человека есть и игривая сторона», — Маомао окинула помощника взглядом.

— Никаких конюшен, — отрезал Джинши.

«Ну да, понятно всё с тобой», — подумала травница, но вслух сказала:

— Как вам будет угодно, господин.

*****

После завтрака Джинши отправился на свою службу. В течение утренних часов он часто находился в своем кабинете, поэтому уборка его личного жилища ложилась на плечи Маомао.

— Я очень рада, что ты здесь появилась, милая. Мой возраст уже не позволяет мне вычистить весь дом, — говорила Сюирен, открыто улыбаясь. До приезда Маомао, она была ответственной за уборку в этом огромном здании, но после пятидесяти, человеческое тело начинает сдавать, — Должна сказать, ты была не единственной новенькой девушкой здесь. Но, знаешь ли… Случались некие проблемы, из-за которых они не могли здесь оставаться. Я думаю, что у тебя с этим всё будет хорошо, Сяо Мао.

Кажется, эта радостная женщина позаимствовала имя для Маомао у Гаошуня.

Кроме умения непринужденно болтать, Сюирен, благодаря своему опыту, была довольно проворной работницей. Её руки, казалось, не прекращали порхать над делами. Со скоростью молнии вся серебряная посуда оказалась вымыта. Следом шла уборка спальни. Маомао хотела остановить её, поскольку это всё-таки работа для обычных служанок, но Сюирен сказала:

— В таком случае, у нас совсем не останется времени на поручения после обеда.

Вот и всё. Казалось, эта женщина считала себя единолично ответственной за уборку комнат после некоторых происшествий с другими служанками.

«Может, что-то воровали?» — подумала Маомао. И, скорее всего, не ради денег, заключила она, благо она легко могла представить другие цели, которые могли поставить перед собой те девушки.

Согласно словам Сюирен, вещи не только исчезали; иногда она, наоборот, обнаруживала что-то новенькое.

— Любой мог бы расстроиться, если бы обнаружил у себя в шкафу чужое нижнее белье, — сказала служанка. Причем сделанное из человеческих волос! С аккуратно вышитым на нем именем. Маомао покрылась мурашками. Она не ожидала таких подробностей.

— Должно быть, это не просто, госпожа.

— Говорю тебе, я была шокирована!

Старательно протирая оконные рамы, Маомао думала, насколько бы жизнь была лучше, если бы этот евнух надевал на себя маску каждый раз, когда выходил из дома.

*****

Они закончили убираться в личных покоях Джинши и сделали себе поздний завтрак. Следующей целью был его рабочий кабинет. Уборка в нем должна была быть легче, поскольку там в принципе было меньше мебели. Сложность была лишь в том, что никто не должен был увидеть, как они там всё вытирают и полируют.

«Чем мне сегодня заняться?» — размышляла Маомао. Пока у Джинши были посетители в кабинете, можно было немного заняться своими делами. В такие моменты она часто слонялась по Внешнему двору, выглядывая себе какое-нибудь занятие.

«Я уже всё осмотрела в западной части», — заключила травница.

Оны мысленно представила карту дворца. Хотелось бы посетить восточную часть, но что-то удерживало её от этого. Там располагалась военная часть. И вряд ли бы они обрадовались, увидев девочку, слоняющуюся туда-сюда и высматривающую что-то возле кустов, на территории.  Её могли счесть за шпионку и арестовать. Именно поэтому Гаошунь велел держаться подальше от того места.

«Кроме этого…» — думала она, — «Что касается военных…»

Непроизвольно, на лице Маомао проступило мрачное выражение. Уже это показывало причину, почему ей не стоит ходить в восточную часть дворца. И в то же время, та территория была не исследована, а значит, там могли находиться какие-нибудь травы.

Маомао скрестила руки на груди, погруженная в раздумья, когда она почувствовала как что-то прилетело ей в затылок.

«Какого…?» — потирая ушибленное место, травница обернулась и увидела высокую девушку, которая была среди придворных дам, задиравших её на днях. Сегодня на ней был минимальный макияж, но Маомао заметила, что у неё подведены брови. Полные губы были слегка тронуты помадой. В целом, весь её вид был опрятным, но довольно разочаровывающим.

«Могла бы и лучше накраситься», — мысленно отметила Маомао. Девушка была идеально сложена и обладала красивыми чертами лица, но её макияж никак это не выделял. Если бы она сделала брови потоньше, использовала более светлый оттенок помады и соорудила на голове какой-нибудь красивый пучок из волос, то могла бы стать одним из цветов Внутреннего двора. Тем не менее, не все могли заметить потенциал в этой девушке. Маомао, наглядевшись на то, как в квартале удовольствий из грязных уличных оборвашек делали писаных красавиц, подмечала каждую деталь и видела возможности этой придворной дамы.

— Такой как ты, здесь не место, — произнесла девушка, её голос чувствовался немного усталым. Маомао подумала, что это можно было бы и просто словами сказать вместо того, чтобы камнями кидаться.

Девушка прошла мимо, как будто ей, как придворной даме, было нечего сказать служанке. В руках у неё был небольшой, тщательно замотанный, тряпичный сверток.

«Хм?» — Маомао вдохнула воздух. Он был наполнен ароматом сандалового дерева, вперемешку с каким-то легким горьковатым запахом. Склонив голову на бок, травница с любопытством смотрела в направлении, где скрылась высокая девушка.

«Может, она выполняла какое-то поручение у солдат?», — подумала она. Ведь та придворная дама двигалась со стороны военной части. И если она действительно провела там время, то скромный макияж был вполне понятен. Пусть среди военных и не так опасно, как в закоулках квартала удовольствий, но там очень много молодых (и не очень молодых) мужчин с горячей кровью. Молодым и привлекательным девушкам не стоит там находиться.

Что действительно навело Маомао на размышления, так это запах, который она почуяла. Её мысли прервал звон колокола.

«Нужно будет подумать об этом позже», — решила она. Развернувшись, травница направилась в сторону кабинета Джинши, в надежде, что евнуха не будет на месте, когда она туда доберется.